Уныние.

- Найди Беллу, Рабастан. - Властный голос выдергивает Белластрису из раздумий, голос её мужа. Он был жесток и холоден, впрочем, Белла не удивилась - так было всегда. Несомненно, уже не такая юная Беллатриса не могла позволить, что-бы её нашли в таком состоянии и медленно прошмыгнула в свою комнату, и тихо закрывая дверь. Белла хмыкнула, утирая слезы, но на неё обрушилась новая волна мыслей. И тут произошло то, что никогда не видел никто из её семьи, кроме, конечно, Андромеды и Цисси. Ей было жаль этих Логгботомов. С каких пор она жалеет своих жертв, а? и сама не знает. И никогда не знала. Воспитанная в вежливости и строгих правилах, Беллатрикс не могла спокойно переносить выражение нежных чувств, хотя, она начинала чаще вспоминать, что было в семье Блек, когда Волан-Де-Морта не было. Счастливое было время. Если бы не было этой дотошной чистокровности, Андромеда бы не сбежала, Нарцисса и Белла никогда бы не жили с людьми, которых они не любят. О боже, как Беллатрисе хотелось быть обычной полукровкой... А лучше, и обычной магглорожденной. Как та девушка, которая нравилась её троюродному дяде. Лили, вроде. Так её звали. Как Белле было плохо, когда семейные традиции заставляли её ужасно обращаться с этой милой рыжеволосой ведьмой. Пусть Эванс и была на Гриффиндоре, у Белластрисы не было особых поводов её ненавидеть, кроме той белеберды, что она грязнокровка. Даже Белле не нравилось это слово, она предпочитала слово магглорожденная. Неожиданно для самой Беллы, дверь открылась и туда вошёл её деверь. Худоватый Рабастан застыл от ужаса, когда увидел, что Беллатриса плачет. - Белла, что с тобой? - Я... Я устала, Рабастан. Все от меня чего-то ждут, требуют. Я... Я верно служу темному Лорду, иду по наставлению семьи, но мною вечно не довольны. Все твердят: "Будь сильной. Безжалостной, Жестокой". Я устала. Устала убивать. Я бы все отдала, чтобы убежать как Андромеда. - Ты хочешь... Отказаться? - Нет, Рабастан. Я не могу свернуть с этого пути. И никогда не смогу. Я не предам Темного Лорда. Даже если мои руки будут по локоть в крови. - Белл ... - Эта была минутная слабость. Никому не слова, Лейстрейндж, ясно? Иначе следующей жертвой станешь ты.