One week

Анжелик ехала в поместье Коллинзов в своём красном кабриолете. Она была недовольна тем, что эта неприятная особа, носящая столь ненавистную ей фамилию Коллинс, вызвала её для разговора, да ещё к тому же вечером, когда ведьма хотела было отдохнуть от работы и людей вообще. И хотя погода была её любимая - небо затянуто густыми черновато-синими облаками, предвещающими дождь, дул холодный пронизывающий ветер - настроение ничуть не улучшалось.Припарковав машину у вновь отстроенного и теперь весело журчащего фонтана, Анжелик, задержав презрительный взгляд на голубого цвета дельфинах и зелёных рыбах с пышными хвостами, сидящих под струями ледяной воды, не стуча, открыла дверь и прошла в дом. Теперь внутри всё изменилось : в поместье кипела работа, повсюду стояли стремянки с взбирающимися на них рабочими (лепные фигуры были расположены слишком высоко, чтобы обычный человек мог просто дотянуться до них), вёдра краски самых разных оттенков, всяческие инструменты и прочая строительная снедь. Проследовав в кабинет хозяйки дома, ведьма постучала и тут же вошла, не дожидаясь приглашения. - Анжелик! - почти приветливо улыбнулась Элизабет. - Здравствуй, - строго кивнув, ответила та. - Зачем ты меня звала? - Она сняла свой синий плащ и , небрежно кинув его на ближайший диван, оправила рукой чуть задравшуюся юбку и немного помятые рукава белой блузки. Удобно устроившись в кресле напротив Элизабет, ведьма положила изящные руки на подлокотники, водя острым ногтем по замшевой обивке. Их отделял друг от друга только стол, на котором стояли два бокала, бутылка вина и шоколад. - Я хотела прояснить создавшуюся ситуацию, - не спеша сказала Элизабет. Отойдя к окну, она отвернулась от своей собеседницы и нервно потеребила правый рукав своей пышной блузки из непрозрачной ткани, в котором был спрятан пузырёк с отравой. - Видишь ли, Барнабас решил привести в порядок наши дела в бизнесе, отремонтировать завод... - Это я и без тебя знаю, -бесцеремонно перебила Анжелик, отломив кусок от плитки и пробуя на вкус горький шоколад. Хозяйка поместья вздохнула, понимая, что не в том положении, чтобы сердиться и продолжила: - В таком случае, я хотела бы сказать, что понимаю, как тебе неприятно, что Барнабас... - тут Анжелик резко встала и подошла к портрету вышеупомянутого, который висел в дальнем конце комнаты. Его прекрасный облик, так похоже отраженный на полотне отвлек ведьму, и Элизабет поняла, что это тот самый подходящий момент. Она быстро, но тихо ступая по ковру домашними туфлями, подошла к столу и вылила в высокий вытянутый бокал на тонкой ножке весь яд, затем залив его вином и перемешав. Потом налила себе вина в бокал поменьше и покруглее. Всё это она проделывала, не переставая говорить, - То есть я хотела сказать, мы, наша компания отнимаем у твоей большинство акций, лишаем основного дохода. Но, выражаясь твоими словами, в нашем "пруду" появилась ещё одна крупная рыба, и ты вынуждена будешь делиться с ней тем, что до сих пор принадлежало только тебе. Разумеется, ты недовольна всем происходящим, но, может быть, если ты согласишься сотрудничать с нашей компанией, то я уговорю Барнабаса в будущем делиться с тобой нашим доходом... Ведьма подошла к столу и, взяв высокий бокал, ещё не до конца согласившись, проговорила: - Я подумаю, Элизабет. И, чокнувшись, они выпили. Вино странным образом сразу же оказало своё действие на Анжелик, и у неё сильно закружилась голова, может быть от того, что она давно не пила, может быть от того, что вино было креплёное. Она медленно опустилась в кресло и вздохнула. - Тебе нехорошо,Энджи? - стараясь как можно правдоподобней изобразить волнение, спросила Элизабет. Она с тревогой оглядывала ведьму, желая заметить мельчайшее ухудшение, самое незначительное изменение в её облике. - Нет всё в порядке... - рассеянно ответила Анжелик. - Налей мне ещё, и я пойду пожалуй. Поздно уже, - она поставила свой бокал на стол и лихорадочно блестящими глазами наблюдала за тем, как Элизабет наливает вино. Осушив бокал, она пробормотав что-то на прощанье, схватила плащ и нетвёрдыми ногами вышла из кабинета. Шествуя через холл, Анжелик часто натыкалась на сновавших туда-сюда ремонтников и один раз ей показалось, что она видела в дальнем от неё дверном проёме профиль Барнабаса, но тряхнув головой, она списала это всё на вино и слишком сильное желание вновь переспать с ним. На улице лил проливной холодный дождь, но Энджи не стала откидывать крышу своего красного автомобиля, решив намокнуть окончательно. Она с раздражением понимала, что её лихорадит и пробирает дрожь, но старалась игнорировать эти неприятные ощущения. Подкатив к дому, она с непонятно откуда взявшейся злостью хлопнула дверью, которая обиженно лязгнула, задев цепочку сумочки ведьмы. Анжелик, выругавшись, поднялась к себе в квартиру и сразу заварила целый чайник крепкого чая. Одев сухое домашнее платье и завернувшись в тёплый плед, она выпила не одну кружку, прежде чем отставила её на прикроватную тумбочку и ,стараясь не обращать внимания на дикие колющие боли в животе, уснула.