Все трудности отцовства.

План был уже готов и оставалось только ждать. Ждать дня наступления. С самого начала Влад знал, что в одной из таких битв может закончится его жизнь, однако, он предпочитал думать, что это будет не то самое сражение. К тому же у него беременная жена и Валахия по прежнему нуждалась в своём правителе. Мужчина это прекрасно понимал. Как понимал и то, что лже-Илона страдает, находясь под вечной охраной, но ничего с собой поделать не мог. Эта женщина нравилась ему по-настоящему, не так как прежние, не так, как настоящая Илона, что была собственноручно им отравлена. Скажите подло? Да, это так, но чтобы Симира принадлежала ему и только ему. Наверное, такая черта характера как собственничество, досталась ему от отца, тот преданно и верно любил свою жену, и конечно, даже не желал слышать о других женщинах и запрещал своей супруге лишний раз контактировать с противоположным полом. Конечно, он был не настолько суров, чтобы вообще запрещать ей общаться с мужчинами, но всё же был довольно строг. Князь прекрасно понимал, что лишить девушку семьи было довольно жестоко, но правило есть правило, оно распространяется на всех. Баэлис нарушил его уже не в первый раз, и если бы он не сделал этого во второй раз, то, возможно, князь и отпустил его. Но теперь Чавдоров со своей старшей дочерью будет сидеть там вечно, а Симира ещё должна его благодарить за то, что он не казнил их всех на месте. Впрочем, сейчас лучше не говорить ей этого, ещё не хватало того, что с его не родившимся сыном, что-то случилось. А в том, что это был именно мальчик, Влад не сомневался.

***

Вот уже какой день семья Чавдоров (точнее, остатки от этой семьи) проживала в старой хибарке. Радан, старый слуга семьи, как мог помогал девушкам по хозяйству, те же были ему очень благодарны. Каждый день теперь начинался со слёз. Никто и никак не мог привыкнуть к новым обстоятельствам, которые им подкинула жизнь, только одна Исилра продолжала верить в то, что всё ещё образуется, но с каждым новым днём и она начинала сомневаться. Всё бы так и продолжалось, если бы в их дом не влетел мальчишка, совсем ещё юный, но с таким серьёзным лицом будто нёс груз всей жизни на своих плечах.        - Вы Чавдоровы? - пылко спросил мальчик. На его крик в комнате собрались все остальные жители дома. Арнис и Кетлан выползли из постели, а Радан вышел из кухни. Они непонимающе покосились на ребёнка, но однако, продолжали хранить молчание.        - Да, мы, да только, можно ли теперь нас этой фамилией назвать? - спросила скорее саму себя, чем мальчишку, Исилра.        - А вам письмецо, от самой княжны...-договорить мальчик не успел, все моментально оживились, а Исилра с такой яростью выхватила письмо, что мальчик непременно бы упал, если Радан не подхватил бы его.        - Die Heiligen Weihnachtsbäume *, это же письмо от Симиры! - тут даже Радан не смог удержать мальчика, бедняга перекрестился и рванул на утёк. Но, кажется, его отсутствия никто и не заметил.        - Читай же, читай! - нетерпеливо проговорила Арнис.        - Да подожди ты! - проворчала Исилра, а потом, погодя, добавила, - я почерк разбираю. Спустя некоторое время, девушки и Радан всё-таки смогли разобрать почерк своей сестры.

"Дорогая семья, слушайте и запоминайте, времени у меня мало, я нахожусь под стражей, но мне всё-таки удалось написать вам письмо. Надеюсь, что оно всё же дошло до вас. Я знаю, что первый план побега увенчался для нас неудачей, но мы же с вами не из тех кто сдаётся, верно? У меня хорошие новости, недавно мой "муж" сообщил мне, что намечается грандиозная битва против Османской империи (опустим подробности, это совсем не важно). Важно лишь то, что его не будет в замке. Вы понимаете? Но нужно будет действовать быстро. Перед его отъездом я отправлю вам ещё одно письмо, очень надеюсь, что вы не запугали моего гонца! Удачи вам. Держитесь."

Ваша сестра, Симира.

       - Хм...- немного напряжённо выдохнула Исилра.        - Ей придётся искать нового гонца, да? - моментально оживилась Кетлан.        - Кажется, да. - улыбаясь, продолжила Арнис.        - Ну она же княжна, найдёт кого-нибудь.- парировала Исилра. И в первый раз за столько дней в доме Чавдоровых был слышен смех. Такой искренний и чистый, словно лучи восходящего солнца. Такой, о каком можно было прочитать только в книгах, когда зло уже побеждено, а добро торжествует. А жизнь постепенно налаживалась...