Мама для Леголаса

Банни очень любила праздничные завтраки. Еле слышно цвиркал на крохотной арфе менестрель. Переговариваясь, все ели и пили и чувствовали себя уютно и раскованно. А основной момент - самый приятный, когда все насытились и началось открытие и разглядывание подарков, которые подарили самые близкие - кто был допущен к королевскому завтраку. Итилгейл подарил Банни небольшую шкатулку. Предупредил, чтоб открывала осторожно. Не дыша, Банни приподняла розовую крышечку. Заколка. С бабочками... Итилгейл улыбнулся и подул на заколку. Четыре разномастные бабочки вспорхнули и начали кружиться по залу. Итилгейл спросил позволения заколоть Банни волосы и та подставила ему голову. Чуткие пальцы собрали пряди в хвостик и приподняли, закалывая одну сторону. - Теперь скажи вот что: и эльф шепнул на ухо Банни секретные слова. Банни произнесла их негромко и выдохнула, как показал ей отшельник. Бабочки друг за дружкой сели на заколку и украсили прическу принцессы. Банни от удовольствия похорошела, полыхая розовыми щечками. Глорфиндейл раскрыл шкатулку, которая и сама по себе являлась бы очень хорошим подарком. С оленем на крышке, милая и внушительная. Внутри лежал... Банни поняла, она сразу догадалась, что такое дарит ей пресветлый витязь. Это был свисток. Если подуть в него - витязь услышит и поспешит на помощь так быстро, как сможет. Банни горячо поблагодарила Глорфиндейла. Они обменялись взглядами, понятными лишь двоим. Наступила очередь Лусиэль. Эльфийка одарила именинницу изящным набором - зеркальце с ручкой, расческа на такой же ручке и щетка для волос - все в одном стиле. А еще брошь в виде совершенно изумительного лягушонка, с эффектом мокрой спинки и блестящими камушками-глазками. Банни была рада и этому подарку. Еще ей подарили колчан со стрелами с ярким опереньем, заметным в лесной чаще. Наконечники были не топоркообразные, как принято у эльфов, а остроконечные, как у стрел, изготовленных людьми. Подарили два нарядных платья - это, конечно эльфийки-близняшки, подруги Лусиэль. Хорошо еще, что платья были разными. В подарках была и коробка для розыгрышей, и набор, чтоб создать книгу мемуаров, состоявший собственно из пустой пока книги в изящном изумрудном переплете с красивым золотым пером и крохотной прозрачной стеклянной чернильницей. Маэглор подарил Банни игру - ходилку про семью оленей, и игрушечную сову с затейливо открывающимся механизмом - в сове можно было хранить что-то небольшое, но сокровенное. А с виду и не скажешь, что сова - шкатулка. Игра Банни понравилась - там было про то, кто больше найдет съедобного в лесу - тот и выиграл. Пройти надо было через все клетки, отвечая на вопросы и получая корешки за правильные ответы. У Трандуила полыхнули интересом глаза - Банни поняла, что король не раз скоротает длинный вечер, обыгрывая ее в эту довольно веселую игру. Многие вопросы были смешными или требовали остроумных ответов - хорошее настроение на пару часов гарантированно. И не наскучит, потому что карточек с вопросами великое множество. А особая ценность этой игрушки - Маэглор придумал и сделал ее сам. Гостей на завтраке было немало и шуршания упаковочной бумаги начали поднадоедать. Зато все подарки были милы и пригожи, и Банни не смогла бы выбрать лучший. За исключением мечей. После завтрака началась игра-квест. На коротких свитках были написаны подсказки - и так Банни и с ней несколько самых близких друзей метались из стороны в сторону по дворцу и лесу, пока не умаялись вдрызг, а дело не подошло к трем часам дня. - Ну надо так назапутывать! - уже в сердцах воскликнула дева, когда вместо ожидаемого конца квеста и приза в очередном дупле оказалась лишь следующая подсказка. - Уже близко, но ты читай, ведь все загадки требуют ответа! - умирая со смеху, заявил Глорфиндейл. Они с Трандуилом и Маэглором долго придумывали загадки и рассовывали подсказки по всем закоулкам королевства в надежде повеселиться, глядя на реакцию полугномки. Позже к ним присоединился Итилгейл и все самые каверзные подсказки принадлежали ему. И Банни их не подвела. Краснея и бледнея, она рассуждала вслух, шокируя выводами короля и заставляя чуть не лопаться от смеха Маэглора. Маэглор не забывал, что гоготать в присутствии короля над принцессой может быть чревато и только хрюкал в плечо. А вот Глорфиндейл не считал нужным сдерживаться и зычно ржал, слушая предположения принцессы. Итилгейл то улыбался, то качал головой, то, пока именнинница и король не видят, делал "лицедлань". Приходилось наводящими вопросами подтаскивать Банни к разгадкам и она наивно удивлялась, какие простые ответы каждый раз выходили из таких запутанных загадок. Но, наконец была решена последняя загадка-подсказка и Банни полезла в небольшую пещерку, надеясь, что этот супер-подарок стоил затраченных усилий. Эльфы замерли у входа в пещеру, насторожив уши и улыбаясь в предвкушении. Они нарочно не полезли за принцессой, дабы не смущать ее в ее радости, и выражение этой радости тут же последовало, как только Банни обрела дар речи и рассмотрела, что же ей подарили. Вой влюбленного вепря прорезал воздух, рев сотен рожков не сравнился бы с ликующим визгом принцессы. Тут не было напыщенных гостей, и она не стала сдерживать эмоции. - Готово, идем! - кивнул на вход в пещеру Трандуил и эльфы бесшумно скользнули внутрь. Банни уже отвизжалась и с благоговением лапала руками и рассматривала доспехи. Такие же, как те, что подарила ей Арвен и не такие. Те, как ни верти, были только красивой игрушкой. Эти - были настоящими. - Ада, их ты тоже ковал сам? - выдохнула Банни. - Нет, не я. Но они гораздо лучше предыдущих, верно, - ловко ушел от прямого ответа король. - Ох, я даже не знаю, как я могу выразить свои чувства! - призналась девушка. - Это по-тряс-но! Они просто самые - самые! - Для самой-самой, - ответили эльфы в один голос с королем. Трандуил даже вздрогнул. - Хочешь померить? - Я хочу вернуться во дворец - в них! - ответила Банни, шустро и умело разбирая манекен с доспехами и добираясь до подлатника. Ей помогли. - Они легкие, - удивилась Банни. - Легче, чем те. - Они как у меня, это мифрил, - Трандуил щелкнул по кирасе Банни. Банни ощутила грустную нотку в голосе короля и не стала расспрашивать, откуда в это время взялся мифрил и кто же выковал доспехи - для нее. Она поняла, что с ними связана какая-то история. И делались они вряд ли для нее, так как когда ковались мифрильные доспехи, не то что Банни, а и самой Хоббитании, возможно еще не было. И ей не хотелось знать, кому они тогда предназначались. Точно не Анне - иначе на Банни они просто бы не налезли. Банни вышла из пещерки и засияла на солнце. - Теперь легкий обед и отдых перед танцами, - распорядился Трандуил. И все направились во дворец. * * * Банни разоблачилась с сожалением. Но пришлось переодеться к обеду, а после перекуса переодеться в домашнее, чтобы поспать до танцев. Она минут пятнадцать провозилась на своей кушетке, вспоминая прекрасные дары. А потом провалилась в сон. * * * Тем временем в Лориэне Леголас искренне недоумевал, отчего мама не желает возвращаться в Лихолесье, словно медом ей намазали в гостях у Владычицы Галадриэли. Принц понимал, что все "жу-жу-жу" королевы с леди Галадриэлью неспроста. В день рождения Банни судьба послала принцу испытание. С утра он особенно хандрил, думая, о праздничном завтраке, о том, как бы засияли глаза принцессы, ежели б она приняла от него в дар хороший ловкий лук и сшитого из кожи и кусочков меха игрушечного лося. Лосик был смешной, сидящий на попе и удивленно и обиженно взиравший на мир. Лосика Леголас пытался сшить сам, перепортил много материала, плюнул и заказал у знакомой мастерицы, объяснив, какого надо. Принц остался доволен результатом. Лосик был тискательный и непонятный, милый и трогательный, прочный и для горячих объятий и для киданья им в порыве ярости. Лук был более дежурным подарком, индивидуальности ему придали многократные молитвы принца спасти хозяйку от всех напастей и врагов. Леголас изнывал, ибо в Лориэне ему было скучно. Он не ходил в дозоры и не занимался никакими делами, он унывал и злился. Он подозревал, что происходит нечто, чему он не может помешать и чему глупо противиться. Маму с недавних пор как подменили - а именно с тех пор, как Трандуил слег после побега Банни. Неприязнь королевы к падчерице была Леголасу почти незаметна и глаза у принца раскрылись только в Лориэне. Королева пропадала в секретной лаборатории владычицы Лориэна - это было понятно, ведь за этим и приехали. Но сегодня после обеда принц увидел, как Галадриэль удалилась из лаборатории, а королева потихоньку шмыгнула внутрь. Принц забеспокоился, незаметно пошел следом. Зашуршало и Леголас едва успел отступить. Из лаборатории вылетела королева, прижимая к груди серый сверток. Мама что-то украла? Принцу противно было думать такое про мать. Тем не менее он потратил весь вечер и половину следующего дня, чтобы посмотреть, что такое унесла из лаборатории Анна. Дождался, когда Анна отлучится и проник в комнату матери. Осмотрелся и увидел сверток, преспокойно лежащий в полочке маленького стола. Вытянул сверток и выскользнул из комнаты. Так же быстро и бесшумно, как зашел. Далеко отходить не стал - он только посмотрит, и если его то не касается - положит тут же на место. В свертке оказалась рукописная книга - дневник самой владычицы. И не просто дневник - он был испещрен формулами, заметками, рисунками. Леголас листал дневник дальше и понимал, что эта книга летопись проводимого эксперимента. По мере того, как Леголас читал, брови его хмурились, а лицо приобрело недоуменно-обиженное выражение. ... Невозможно смешать несколько рас искуственно, не выходит. Но королям об этом знать вовсе незачем. Пусть воин ощущает поддержку от всех рас Средиземья. Кого же выбрать для истинного смешения?... У Леголаса потемнело в глазах, он несколько раз прочитал строки, удостоверяясь, что все не привиделось и саданулся локтем об стену. Сильно! Боль пронзила локоть, подтвердив, что принц не спит. ... Они развиваются неравномерно, дети в колбах. Я получила столько, сколько смогла. Все дети зачатые от моих соков и семени Трандуила не дожили до восьми недель. Я теряла их одного за другим. Ни молитвы, ни смена условий, ни понижение и повышение температуры не помогло. Умерли все. .. Леголас почувствовал, как холодеет сердце. Прочитанного было достаточно, чтобы осознать главное - все эльфята погибли и Банни - существо чуждое их семье. Она похожа на Трандуила? Да потому что ее мать - Галадриэль, вот от кого унаследованы платиновые волосы и эльфийские милые черты лица. Все же остальное не имеет никакого родства. ... Дети человека умирают один за другим, ничем не могу им помочь. Словно валар прогневались на меня, что я, подобно им, попыталась бросить вызов и сотворить новую жизнь. Дети гнома крепче. Лишь надежда, что они выживут, заставляет меня продолжать работу... Леголас понял. Поднял голову, облизнул сухие губы и снова углубился в чтение. ...Он будет сыном Даина. Я должна доставить его в безопасность. .. Леголас вздрогнул, когда понял, что в комнате, кроме него, кто то есть. Анна подошла, забрала у него книгу. - Теперь ты знаешь. Она не сестра тебе и никогда ею не была, она дочь Даина и место ее в Эреборе. - Отец не знает? - проговорил Леголас. Он чувствовал жалость к неприкаянной гномке, ведь отец изменит к ней отношение, когда узнает. - Узнает непременно, - мурлыкнула Анна. - Он - знает, - прошелестело в ее голове. Владычица! Сын и мать услышали Галадриэль одновременно и сразу поняли, как провинились, читая то, что не для их глаз. Но Галадриэль словно и не сердилась. - Он знает, Анна, я все рассказала ему, когда он воссоединился с девочкой после ее похода в Морию. Анну передернуло. Знает? И ни словом ни делом не выдал то, что ему известно! Как же... Почему? - Мы видели, что будет, что случится. Будущее ясно, правда? Анна машинально кивнула. - Трандуил останется здесь со своим народом. Грядет битва. Но после нее - ты видела, все будет хорошо, - голос Галадриэли ласкал и успокаивал. - Напиши Трандуилу письмо. Объясни, почему ты отплываешь в Валинор и собирайся в дорогу. Леголас молча смотрел на мать. Галадриэль вышла к ним и забрала свой дневник. Леголас почувствовал раскаяние. Легкое движение - леди коснулась его рукава, прощая ему любопытство. * * * Праздник закончился танцами и фуршетом. Банни зря боялась и волновалась, все прошло замечательно. Она заснула в своей комнате, чуть голова коснулась подушки. Ах, если бы все девушки на свете засыпали, устав от танцев и радости. Банни спала, а назавтра радовалась по-новой. Раскладывала по комнате подарки, пересматривала, перемеривала в относительно спокойной обстановке. Тишину комнаты нарушали хихиканья принцессы и приглушенный голос Глорфиндейла. А в это время в Лориэне Анна собиралась в Ривенделл, чтобы оттуда уже отправиться в гавани. Леголас не плыл с матерью, не мог оставить отца перед войной, которая грядет. Но он посадит мать на корабль, убедится, что все в порядке. Трандуил же ревниво прислушивался к хихиканью в комнате принцессы. Может, он зря забрал себе златого витязя?