Лидер

После того, как мы отработали наш день в диспетчерской, Кристина предложила пойти к Тори в тату-салон. Кстати говоря, после нашей инициации мы сблизились с Тори. Мы с Крис ей доверяем все наши тайны, ну, или почти все. Иногда мы помогаем ей, а Тори учит нас, как правильно делать татуировки. В общем, не скучаем мы. Но сейчас у меня совсем не было настроения туда идти. Слава Богу, Кристина легко меня отпустила, так как была занята собственными проблемами. Я решила немного прогуляться по тоннелям и коридорам Бесстрашия. Такие вылазки всегда меня успокаивали и отвлекали от ненужных мыслей. Мерно шагая и вдыхая сырой запах, я неожиданно даже для себя забрела в ту часть штаба, в которой еще не была. А может, мне казалось, что я здесь не была. Я чуть не врезалась в лестницу, стоящую вертикально. Так как за время инициации мое любопытство никуда не делось, я решила подняться по ней и посмотреть, куда же она ведет. Преодолев все ступени, я увидела небольшую наклонную дверь, она была не заперта, поэтому я без особого труда открыла ее. И оказалась на крыше. На той самой, на которую мы спрыгивали с поезда в день Церемонии Выбора. Пройдя немного дальше, я увидела ту самую дыру, в которую я прыгнула первой. Уже вечер, не знаю, сколько точно по времени. Но моему взору открылся наикрасивейший закат. В Отречении я таких не видела. Я вообще много чего не видела до перехода в Бесстрашие, но теперь я свободна. На улице август, теплый ветерок развевает мои длинные волосы, и мне это нравится. Пойдя ближе к бортику крыши, я перекинула через него ноги и села. Сейчас я по-настоящему ощущаю свободу, мои ноги свободно болтаются на приличной высоте от земли, и если меня немного подтолкнуть, то я полечу вниз. Но все-таки надеюсь, никто до этого не додумается. Я всегда любила смотреть на закат, мне это дарило только хорошие эмоции. Но сейчас, сидя на крыше, на такой высоте, и смотря на солнце, я просто плачу. Я не знаю, то ли это из-за обиды, то ли из-за боли, то ли из-за того, что Эрик мне лгал. - Красиво, правда? - теплым и умиротворенным голосом говорит кто-то за моей спиной. Эрик. Что он здесь делает и как он так тихо прошел, что я и не заметила? Хотя я была погружена в поток своих мыслей, так что это неудивительно. - Что, пришел добить меня? - дрожащим от слез голосом спрашиваю я. Но тут же пытаюсь унять эту дрожь. Не хочу ему показывать свою слабость. Встаю с бортика и поворачиваюсь к нему лицом, но стараюсь держать дистанцию. - Трис, о чем ты? - не понимает он. Он желает сократить расстояние между нами, но я отшатываюсь от него, как от огня. Я уже рассчитала, что если я резко двинусь к двери и быстро спущусь по лестнице, тогда мне удастся избежать этого разговора. Но прежде, чем я успеваю что-либо сделать, он хватает меня за руку. Но уже не притягивает к себе, а просто пытается удержать. - Может, ты мне, наконец, объяснишь, что происходит? - требует он. - Я? - приподнимаю бровь. - Это от тебя я бы хотела услышать! Сначала ты говоришь, что любишь меня, а потом кричишь ни за что. Да еще и Стиффом назвал! - переходя на крик, срываюсь я. Глаза начинает печь из-за новой порции слез. - Стиффом! Ты мне лгал! Все это время ты мне лгал! - Трис, - произносит он и быстро прижимает меня к себе, а я пытаюсь сопротивляться. Но против его железной хватки ничего не поможет. И поэтому я попросту сдаюсь. - Ты лгал мне! - уткнувшись в его плечо носом и плача, выплевываю я. - Я ненавижу тебя, - начинаю бить его в грудь своими маленькими кулачками. - Ненавижу! - уже более гневно повторяю я. - Трис, я прошу тебя, успокойся и послушай меня, - обессиленно говорит он и отпускает меня. Мой истерический порыв прекращается, и возвращается разум. Я киваю головой в знак того, что я слушаю его. А сама пытаюсь незаметно смахнуть вновь подступающие слезы. - Я не лгал. Правда, - я прерываю его и задаю вопрос, который мучал меня долгое время: - Почему тогда... - но он перебивает меня. - Слушай, я все расскажу. Я накричал тогда на тебя, потому что так надо было. Вы не видели его, но со мной был Макс, он просто стоял за мной. И если бы он узнал о наших с тобой отношениях, под угрозу была бы поставлена и твоя, и моя репутации, так как я лидер, а ты подчиненная. Обязательно пошли бы слухи, что твой рейтинг зависел от меня. Но это же не так. Поэтому я просто не хотел рисковать тобой. Ведь... Я люблю тебя. Теперь ты мне веришь? - с надеждой спрашивает он. Но вместо ответа я притягиваю его к себе еще ближе, я уже чувствую тепло и сиего тела. Я целую эти немного шершавые, но такие приятные губы. Мы вкладываем в этот поцелуй все наши эмоции сегодняшнего дня. Теперь я точно знаю, что он мой, а я его, и так было задумано с самого начала. Я зарываюсь пальцами в его густые волосы, а его руки уже давно блуждают по моему телу. Они исследуют каждый его изгиб. В это время какое-то неописуемое тепло разливается по венам, внизу живота затягивается тугой узел желания. Но воспитание Отречения берет свое, и я отстраняюсь от него, тяжело дыша. - Прости меня, что не рассказал тебе этого раньше, - говорит он, обводя каждую птичку на моей ключице подушечкой пальца. - Все хорошо, правда, - я аккуратно приподнимаю его лицо, чтобы он смотрел мне в глаза, и быстро, но нежно целую его мягкие губы. Он хотел продолжить, но я не позволила. - Я тоже тебя люблю, - тиху. - Так ты мне и не ответила, - он отводит взгляд. - Ну, конечно же, верю, - улыбаюсь. - Но мне с тобой нужно поговорить на очень важную тему, - произношу я, отдышавшись после поцелуя, и еще сильнее прижимаюсь к нему. Некоторое время мы просто молча наслаждаемся видом, хоть солнце уже зашло, и начало темнеть, на небе начали появляться первые звездочки. Именно ими мы и любуемся. Каждый думает о своем. Я бы так и простояла с ним в обнимку целую вечность, но я должна, должна узнать, что с Уиллом и зачем его поместили в симуляцию. Первым нарушает тишину Эрик: - Так о чем ты хотела поговорить со мной? - с интересом и любопытством спрашивает он.