Реальность и иллюзия, сплетённые воедино

« Это конец... Что теперь делать?»- Девушка сидит на холодном кафельном полу в сломанной позе, упершись спиной о стену.« Нужно вставать. Если Томоэ обнаружит меня в таком виде...- Делая усилие над собой, Нанами поднимается. Мельком заглядывает в зеркало: красные от слёз глаза, спутавшиеся длинные волосы, опухший нос. Секунду стоит в нерешительности, но всё же развязывает пояс халата.- И как я могла не заметить...- Она отворачивается, не желая больше смотреть на округлившуюся талию. - Мидзуки заметил, а я нет. Просто ужас какой-то. Не верится. » Опять слёзы отчаяния оставляют позади себя тонкие полосы на лице. При других обстоятельствах, возможно, Нанами и попыталась принять этот факт, но сейчас, когда отца её ребёнка держат на коротком поводке, выжидая подходящего момента для ареста, всё видится в серых тонах. Выхода нет. Нельзя и пойти к обычному врачу, потому что ещё неизвестно, кого она носит под сердцем. Человека или оборотня. А это значит, что оставить своё положение в тайне не получится. Нужно рассказать об этом Томоэ, но внутри всё переворачивается, когда воображение рисует сцену разговора. « Какая же я трусиха...»- Вдох-выдох. Кулаки сжимаются до побеления костяшек. Вдох-выдох.«Я должна сказать. Пока мы с ним одни.» Ноги приходят в движение сами. На автомате, не отдавая отчёта, куда идти, Момодзоно выходит из туалета.« Но сначала хочу принять душ. Вода поможет мне успокоится, сконцентрироваться. Обдумаю всё, подберу нужные слова...» Она всё ещё обращена внутренним взором к себе, пытается разобраться в своих чувствах. Заходит в ванную комнату и замирает на пороге. Её окружают клубы горячего пара, дышать становится трудно. Томоэ здесь. Ещё не ушёл. Он сидит к ней спиной в офуро, вальяжно раскинув локти по краям от себя. На его голове влажное полотенце. Мокрые пряди белых волос облепляют плечи. Хочется уйти. Убежать. Уверенность испаряется. Рука за спиной тянется к дверной ручке, но лис замечает постороннее присутствие. Он бросает косой взгляд: - Что-то случилось?- Бархат его голоса заставляет вздрогнуть, уставшая серость фиолетового гипнотизирует, приковывая к полу намертво. - Н-нет...- Мямлит Нанами, но тут же сглатывает, чувствуя в глазах сильную резь. Не верится, что она беременна от него. Не верится, что всё складывается именно так. Ноги перестают держать, она оседает на пол, заливаясь глухими слезами. Раздаётся звонкий всплеск воды, а затем тут же взволнованные слова, не дающие потерять связь с миром:- Что с тобой?!- Голос словно через призму. Аромат хвои совсем рядом. Горячие влажные руки, прикасающиеся к голове, щекам, шее.- Что-то болит? Девушка поднимает потухший взор: демон склоняется над ней в одном полотенце, по его телу всё ещё стекает вода, пряди волос закрывают ключицы и грудь, капли разбиваются о кафель, отдавая тепло. Он дотрагивается до её лба, внимательно заглядывает в лицо, пытаясь найти ответ на свой вопрос. «Пока что рядом...» Узкие острые зрачки расширяются, закрывая собой серо-фиолетовый огонь:- Ну-ну-ну, не плачь.- Нанами не успевает прийти в себя, как оказывается сжатой в его руках. Он обхватывает её плечи одной рукой, другой обнимает за талию, приподнимает, позволяя лишь пальцам ног коснуться пола. - Сегодня же посетим гору Курама, так не может больше продолжаться.- Халат девушки пропитывается влагой и жаром, исходящим от распаренного тела. « Он не догадывается. А я не могу сказать. » Всхлипы сами вырываются из груди, Богиня содрогается, прижимаясь лбом к плечу Ёкая, не в силах больше сдерживать рыдания.

***

«Мне не нравится твоё душевное состояние. Минуту назад у тебя была истерика, сейчас же сидишь неподвижно, не выражая никаких эмоций... »- Мысленно обращается к шатенке лис, намыливая ей голову. Она сидит перед ним спиной на маленькой скамье. Напряжена из-за природной скромности, всё ещё не может привыкнуть к своему обнажённому телу, но уже не пытается закрыться. Розовая от жара, она приняла его предложение, надеясь, что сможет заставить себя признаться, но голос словно пропал. « Я не могу... не могу! Ему было тяжело признать свою любовь ко мне, он и так нарушил табу, мы официально встречаемся не так уж и долго, и для этой новости он попросту не готов. Я боюсь его реакции... » - Ты ничего не хочешь мне рассказать?- Томоэ садится рядом на корточки, стряхивая с кистей рук пену. - С чего ты взял?- Голос звучит слишком неуверенно, напугано. Момодзоно не может перестать смотреть прямо перед собой, боится, что не выдержит и разрыдается опять, не в состоянии вытерпеть собственную ложь. - Ты сама не своя. Я чувствую, что тебя что-то гнетёт.- Произносит лис и пересаживается на край ванной, перекрещивая ноги. Пытается не пялится на обнажённую грудь, поэтому сверлит взглядом стену.- Если ты так переживаешь из-за моего ареста, то не нужно. У нас ещё есть время... - Сколько?- Врезающийся взгляд карих глаз притягивает магнитом. Кицунэ хочет ответить, но замечает укор с горьким вызовом, и лишь сильнее стискивает челюсти, прижимает уши и отворачивается. Руки сводит на груди. Глупо рассуждать о том, сколько осталось, потому что по истечении этого срока они расстанутся навсегда. - Почему ты так спокоен?- Голос дрожит. Где-то капает вода.- Я места себе не нахожу. Я не могу принять тот факт, что тебя отнимут у меня. Что мы больше не сможем видеться, а ты... Почему?! - Переходит на крик.- Почему в тебе столько смирения?! Неужели ты даже не будешь пытаться бороться?! - Я не имею права бороться!- Рычит демон и тут же осекается. - В смысле?- Выдыхает Нанами, ощущая, как её сердце готово остановиться. Жар сковывает грудную клетку. Томоэ молчит, взвешивая все "за" и "против", но всё-таки решает сказать:- Такова моя плата Аматэрасу. Момент давящей тишины. - Ты дрался с Акурой-Оу! О какой плате может ещё идти речь?!- Срывается Богиня.- Ты выполнил её условие.- Говорит девушка чуть тише. Нервничает. Она ничего не понимает. « Я своими ушами слышала тогда разговор Инари и Аматэрасу, всё сводилось к бою и последующему захвату... Захвата не произошло. Неужели главенствующая Богиня позволила бы себе опоздать?... » - Осознание обратного опрокидывается на голову ведром холодной воды. « Получается всё было ложью? Хорошо спланированной игрой? Их речи, которые просто позволили услышать, согласие непреклонной до этого момента главы, которая никогда ранее не шла на уступки, отсрочить его казнь, запросто открывшийся портал между мирами... Неужели и Инари была только актрисой, хорошо исполняющей свою роль?» - Одна жизнь равноценна другой. Иначе быть не могло.- Спокойный голос демона внедряется в клубок мыслей. Девушка переводит опустошённый всё ещё не верящий взгляд.- Ты сейчас жива и здорова, мне нечего больше желать... Теперь Нанами всё поняла. Аматэрасу выбрала лучшую тактику: легче было сыграть на его слабостях, обезоружить и не встретить сопротивления, чем заключить под стражу и ещё долгое время пытаться сломить его волю. « Всё не так! Всё не должно быть так! - Хочется крикнуть, но не получается. Слова о том, что она сбежала из поднебесья, колючим комом застревают в глубине, перекрывая дыхание. - Тогда ведь моё лечение отложили, а я не смогла позволить себе сидеть и ждать... - Мозг возвращает к первым мысленным фразам.- Отложили...- Вспоминаются внезапный приступ боли и последующие ожоги, вопросы Аматэрасу, странное самочувствие.- Какая же я была наивная... Поверила её словам, нужно было доверять своим ощущениям... »- Пена стекает по шее, плечам, мыльная склеенная копна волос медленно спадает на спину. Нанами уже не тревожит нагота, не беспокоит и тот факт, что в Храме с лисом они совсем одни, более того, находятся в ванной комнате. Её голова готова взорваться от противоречий, от накативших тяжких размышлений о том, что было и что будет. - ... у нас не могло быть будущего, Нанами.- Вновь отвлекает голос. « Что... Что ты такое говоришь?- Шатенка чувствует головокружение, удары сердца металлическим звоном отдают в висках. Эти слова. Она всегда боялась услышать их. Она хочет возразить, но удары сердца громче собственных мыслей. "Он думал так всегда"- шепчет внутренний голос, сливаясь с шумом дыхания. Со скоростью света разум ищет опровержения, но найти не в состоянии: его скрытность, его исчезновение, его отказ отвечать на вопросы. Всё против. " ... у нас не могло быть будущего"- Вторит эхо в глубине вновь и вновь.- Ты. думал.так.всегда!- Фантомы горячих прикосновений, лёгкие касания губ, страстные поцелуи, катастрофическая близость, сводящая с ума.- Ты думал так всегда.- Тёплое дыхание в затылок, тяжесть его руки, лежащей на талии, мягкий лоск простыней.- Каждую минуту!- Лицо искажает гримаса боли, слух режет отчаянный стон, который, оказывается, ей и принадлежит, пальцы сгребают волосы. Душевная боль переходит в физическую. Низ живота пронзает сотнями осколков.- Почему тебя нет рядом, когда мне так плохо? »- Тьма обрывает тонкую нить, окружает всё вокруг. Божество окончательно теряет себя. Она не чувствует тепло тела Томоэ. Не ощущает, как его руки слегка дрожат от страха, не слышит его требовательный призыв. Ей не дано узнать, что её упрёк безосновательный. Лис рядом. Он отреагировал сразу же, как только она начала медленно уходить в себя. - Нанами! Нанами!- Безуспешно пытается привести её в чувства хранитель. Сидит на полу, держа её, стирает пену со лба, приглаживает каштановые волосы.« Здесь слишком жарко для тебя.»- Молниеносно понимает Ёкай и, не выпуская из объятий девушку, добирается до смесителя холодной воды. На них обрушивается ливень прохлады:- Пожалуйста, очнись.- Шепчет он, сжимая челюсти.- Я - идиот. Полный кретин. Я не должен был говорить тебе эти слова.- Будто дождавшись момента, Момодзоно шумно вздыхает, открывает глаза.- Слава всем Богам.- Томоэ обвивает руками талию девушки, притягивает её к себе, правой ладонью скользит вверх, останавливаясь на плече, прижимается щекой к её шее.- Прости.- Шепчет он, не поднимая век, сильно хмурясь. - Ты правда так считаешь?- Её хриплый голос над ухом. Мягкость и тепло её тела в его грубых руках. Шум воды заглушает всё. Если бы его не было, то мучительная тишина сковывала бы слух и давила, словно бетонная плита. - Ответь мне.- Вопрос относится к тем его словам. - Я должен стать человеком. - А иначе? - Иначе мои слова будут правдой. Божество упирается ладонями в грудь Демона и отстраняется, всматриваясь в фиолетово-серые глаза. Смотреть не очень удобно - с ресниц падают капли воды, холодные струи льются на голову, расчерчивают лицо, но Богиня не моргает. Они стекают серебристыми змеями по груди, животу, кистям рук, но не вызывают морозного покалывания, несмотря на свою температуру. От демона исходит жар, который согревает всё. - Почему ты так стремишься им стать? Томоэ не отвечает. Он невольно залюбовался красотой девушки. Она кажется ему красивее, чем когда-либо. Эти розовые влажные губы, блестящие от воды, тающие кристаллы на щеках, тёмный кофейный взор из-под тяжёлых ресниц, мягкий контур плеч, манящие тонкие ключицы... И когда она успела так измениться? Была девочкой-подростком, а сейчас стала прекрасной юной женщиной. Чёрные от влаги волосы закрывают соски плавно вздымающейся груди, пряди чёлки обрамляют овал лица, пряча румянец скул. - Не молчи.- Шепчет она и смущенно опускает взор. Если бы не полотенце, которое Томоэ изначально повязал на бёдрах, они были бы оба полностью обнажены. Почему-то ярко ощущается давление его каждого пальца на талию. - Мы из разных миров.- Произносит хранитель, зная, что Момодзоно неимоверно сложно сейчас, идя на уступку. - Ты - человек, я - лис, ты - Богиня, я - Демон. Я проклят временем, вынужден существовать вечно, тебе же дан один день по моим меркам. Слишком много различий. Я лишь хочу стать ближе к тебе... - Ты и так очень близко.- Нанами берёт его ладонь и притягивает к своей щеке.- Посмотри на меня, я подпустила тебя к себе, я сижу на тебе голая и разрешаю бесстыдно пялиться.- Мягкая игривая улыбка, мимолётный светлый луч во взгляде, заставляющий Томоэ тоже слегка приподнять угол губ. Как же давно он не видел её такой.- Моё сердце теперь принадлежит тебе, как бы банально это не звучало.- Она прикладывает его руку между своих грудей.- Чувствуешь, как оно бьётся? Ты хоть понимаешь, каково мне сейчас? Но я держусь.- Божество не врёт, лис замечает багрянец её щёк, видит, как застыли в уголках глаз слезинки. Он понимает.- Моё тело теперь принадлежит тебе.- Почему-то на этой фразе Кицунэ улавливает вздрагивание тонких пальцев, крепко обхватывающих его руку. Её веки тоже дрожат и скрывают взор. Невозможно понять, о чём она думает. Словно идя по краю пропасти, затаив дыхание, девушка плавно опускает его ладонь ниже, к себе на живот. Замирает.- Я... беременна от тебя, Томоэ.- На одном дыхании произносит Нанами и поднимает ресницы. Зрачки лиса быстро расширяются. На лице застывает шок. Шум воды вдруг становится заметным, прорубает память - в голове возникает вихрь из произошедших событий. Всё становится понятным: её плохое самочувствие, странное поведение, необыкновенный завораживающий запах кожи... Лис смотрит на неё по-другому: эти появившиеся женские формы, мягкий слегка выпуклый живот, к которому он прикасается своими острыми когтями. Хочется отдёрнуть руку. Слишком опасно. Слишком страшно. Но он отчего-то не отрывает пальцев. Он, демон, которому больше тысячи лет, который воскресал из мёртвых, прошёл через многое, пронёсся сквозь эпохи и застал развитие цивилизации, чувствует себя сейчас неопытным юношей, каким он был в начале своего пути. Никогда не возникало даже мысли о детях. Никогда он не видел себя в роли отца. Никогда он не планировал заводить семью. Он - убийца, его когти впитали кровь жертв, эту грязь не отмыть, её не скрыть, он в крови с головы до пят, в липкой алой жиже, которая лишь засохла от времени и сейчас не сочится ядом сквозь одежды. Он - порок, тьма и грех, воплощение всего отвратительного, что есть на земле. Он такой же, как Акура-Оу... Томоэ резко отдёргивает руку, часто дышит. Вновь громкий шум воды. Когда его внутренний голос успел восстать против него? Нанами воспринимает этот жест как неприятие.- Прости меня! Ты говорил тогда о последствиях, но я не послушала.- Она всхлипывает.- Тогда, на Острове Жриц, я была уверена, что умру, меня не волновало будущее, но теперь...- Она закрывает пальцами лицо.- Я не знаю, что делать!- Горячие слёзы обжигают щёки.- Я знаю, что тебе не нужны дети, я и сама не планировала в 17 лет, но так получилось!- Рыдает.- Я приму любое твоё решение.- Тише произносит она, зная, что, возможно, лис заговорит о прерывании. Он молча тянется к крану и включает горячую воду, так как видит, что кожа девушки уже сплошь покрылась мурашками, и если для него ледяной душ - сущие пустяки, то для неё он может закончиться плачевно. Клубы пара заполняют ванную. Томоэ молча обнимает хрупкую Богиню. Любые слова будут некстати. Да он и не знает, что сказать. Слишком сильный удар. Нет слов. Нет мыслей. Она надеется на него, а он сам без понятия, что делать. Его разрывают противоречия: с одной стороны, полное отречение, с другой стороны, странные неизвестные чувства, о существовании которых он и не подозревал раньше.