Реальность и иллюзия, сплетённые воедино

Храм встретил Микаге и Мидзуки напряжённой тишиной. - Неужели никого нет? Слишком тихо.- Зашептал змей, поднимаясь по ступенькам вверх и всматриваясь в тёмные окна, надеясь заметить движение.- Вроде бы пахнет едой. Мужчина на миг остановился, почувствовав чужую энергию. Помимо Томоэ и Нанами в храме был ещё кто-то. - Что-то не так? - Младший хранитель, обернувшись, остановился. - У нас гости.- Кратко пояснил тот. С каждом шагом сердце бывшего Бога Земли тяжелело от беспокойства. Что-то витало в воздухе. Какая-то неприятность, но он не мог понять, что именно. Его встретил незнакомец с девятью хвостами. Первый сигнал. Это его сильную энергетику он уловил. Они обменялись кивками, несмотря на небольшой ступор хозяина Храма. Происходящее всё больше и больше напоминало немой театр. В дверях комнаты Нанами показался Томоэ. Микаге увидел, что тот не ожидал его появления. По крайней мере, в этот момент. На долю секунды лис опешил, что было видно по его глазам, но, затем, взял себя в руки. Однако не сдвинулся с места. Будто пытаясь закрыть собой что-то. В душу закралось подозрение:- Что-то случилось?- Поинтересовался блондин, переводя взгляд с Томоэ на неизвестного гостя и обратно. Хотелось услышать заезженную банальщину о том, что всё в порядке, но его желание не исполнилось. Страшнее было слышать молчание и видеть опустившиеся глаза присутствующих. - Тогда я спрошу у Нанами.- Микаге уверенно направился в сторону двери.-Отойди.- Вежливым спокойным тоном попросил он, заметив, что его хранитель и не думает уступать дорогу. - Она спит.- Отрезал Томоэ и всё также остался стоять на месте, не поднимая взора. - Томоэ...- Твёрдо произнёс мужчина.- Ты ничего не хочешь мне объяснить?

***

- Ты охренел?!- Всё произошло очень быстро, послышался удар, затем падение.- Микаге силой потянул за шиворот шокированного лиса, который не ожидал атаки. Такое поведение для его хозяина было нонсенсом.- Ей 17 лет! Ты не должен был и пальцем её трогать! Я тебе говорил об этом ещё на источниках!- Он вжал своё предплечье в грудь кицунэ, придавив тем самым его к стене.- Ты хоть понимаешь, что она не выживет?!- Зашипел мужчина так, чтобы никто больше не услышал его слов.- Учитывая то, кем является отец её ребёнка. Не просто демон, а высший в иерархии...- Тут уже вмешался Мидзуки, не дав договорить:- Микаге-сан, успокойтесь!- Затараторил он, растерявшись, боясь прикоснуться к хозяину. - Ты прав.- Выдохнул светловолосый, стараясь вернуть ясность рассудку, и отступил, но продолжил прожигать взором своего старшего хранителя уже на расстоянии. Если Нанами забеременела, то это означало лишь одно - энергия Акуры-Оу осталась в её теле, в другом случае это было бы просто невозможно. Но теперь думать об этом было бесполезно. Микаге Резко отвернулся:- За мной.- Бросил он Томоэ.- Нужно поговорить.- И пошёл прочь быстрым нервным шагом. - Томоэ...- Акихиро остановил лиса, собирающегося пойти следом. - Всё в порядке.- Тот, не оборачиваясь, лишь стёр тыльной стороной ладони кровь с рассечённой губы.

***

-... Я пытался, она не хочет ничего слышать. Эта сука, Инари, вбила ей в голову счастье материнства.- ... При упоминании этого имени в груди Микаге неприятно защемило, но он не подал виду и просто отпил из чаши сакэ, продолжив слушать...- Я был уверен, что она откажет в помощи, но ошибся. А теперь и потерял контроль над Нанами.- Томоэ залпом опрокинул свою стопку и с грохотом поставил её на стол.- Что делать я без понятия. Срок уже довольно большой по внешним признакам. Микаге поставил локти на стол, сцепил пальцы в замок и положил на них подбородок. Ему всё ещё не давала покоя мысль о косвенной причастности Акуры-Оу к сложившейся ситуации. Но перед тем, как разрабатывать эту версию, необходимо было поговорить с Нанами. - Нанами ничего не рассказывала тебе о своём визите во Дворец Аматэрасу?- Вдруг поинтересовался бывший Бог, наливая себе сакэ.- Она вернулась слишком рано. - В смысле?- Видно было, как Томоэ напрягся, он моментально понял, к чему ведёт собеседник. - Она не должна была успеть на ваш бой. - Хочешь сказать, она сбежала? Микаге опустил глаза - в голосе лиса проскочили гневные нотки, и он уже пожалел о сказанном. - Чёрт!- Выругнулся демон и подорвался с места, направившись в комнату девушки. " Моё лечение почти окончено..."- Гудел её голос в воспоминаниях. « Почти! Почти! Почему я тогда не придал этому значения?!» В беспамятстве он преодолел расстояние до её комнаты, с грохотом раздвинул сёдзи и замер... Она стояла перед ним совсем нагая. В её широко распахнутых карих глазах застыло удивление, из рук выпала тёмно-синяя мятая футболка, которую она намеревалась надеть, и чёрное нижнее бельё. Её эмоции моментально сменились на всемирное смущение и беспомощную злость:- Зачем так врываться?!- Вскрикнула она и присела, обняв себя руками. Томоэ забыл, зачем пришёл. Ярость улетучилась. Глаза всё ещё заслоняли плавные изгибы изменившейся фигуры: увеличившаяся грудь, выпуклый живот, бёдра. И причина этих изменений, которая стала известна совсем недавно, бросала в дрожь. Она беременна от него. Пусть она и виновата в том, что сбежала, что нарушила их договор с Аматэрасу, но ответственность была на нём, он не имел права винить её. Пусть он и чувствует неприязнь к тому, кто развивается внутри неё, но к ней он чувствует совсем другое... Нежность смягчила взгляд. Эту маленькую девушку, сжавшуюся в комок, нельзя было ругать. Рука сама потянулась к защёлке на двери. Плевать на Мидзуки, Микаге, Инари и Акихиро вместе взятых. Он хочет разделить этот вечер только с ней. - Почему ты не сказала мне, что сбежала из Дворца?- Тихо спросил он. Шатенка оторопела:- Я... испугалась. Моё лечение пришлось отложить из-за несчастного случая...- Она вытянула вперёд левое предплечье и провела по нему пальцами. Сверкнули и рассыпались светом иероглифы, на ключицах заалели раны.- Эти ожоги та часть, которую не смогла устранить Инари. Мне пришлось скрывать их от тебя с помощью заклинания.- Она заметила запёкшуюся кровь в угле его губ.- Что это?- Сбилась вопросом. - Не важно.- Кицунэ взмахнул хвостом, припоминая неожиданный пыл Микаге.- Слишком эмоциональная дружеская встреча.- Уклончиво разъяснил он.- Эти отметины - часть очищающего обряда? - Прости...- Зажмурилась она и опустила взор.- Я требовала от тебя искренности, а сама скрывала всё... Прости. Лис тихо подошёл и сел рядом, продолжая молча смотреть на её шрамы огня. - Тогда я не поняла, почему всё сорвалось. Но сейчас понимаю...- Она сильнее прижала колени к себе, сильнее обхватила их.- Мне было очень больно, но эта боль не принадлежала мне. Она была его... Кицунэ опустил кончики ушей и отвернулся, стиснув челюсти, поняв сразу, что её слова относятся к их " ребёнку". Он не хотел развивать эту тему, поэтому осмелился проговорить вслух мысли, которые преследовали его на пути к ней.- Твоё время жизни...- Замолчал на миг.- Оно не изменилось? Всё также полгода? - Я не знаю.- Ответила девушка и затихла.- Я бы хотела думать, что это так. -Томоэ перевёл на неё удивлённый взгляд. Она смотрела на свои колени, её выражение лица было настолько безучастным, будто она говорила о каком-то обыденном явлении, а не о своей жизни. Кофейные локоны волос спадали на голую спину, плечи, отливали бликами, глаза блестели, но не излучали свет, как это было в начале их знакомства.- Тогда мне не придётся жить без тебя. Когда она успела так измениться? Позволила слезам затушить огонь сердца. Повзрослела, а с другой стороны стала беззащитной и очень ранимой. - А знаешь что?- Вдруг лиса осенило.- Если ты сбежала, не получив лечения в полном размере, если всё осталось по-прежнему, то и я по-прежнему ничем не обязан Аматэрасу.- Девушка обернулась, и он увидел зародившуюся искру в зеркалах её души.- Значит, я ещё нужен тебе, должен спасти тебя, и, пока я этого не сделаю, я не позволю встать у меня на пути.- Губы растянулись в ухмылке, девушка несмело улыбнулась в ответ. - Ты с ума сошёл?- Выдохнула она.- Один против небесных стражей? - А ты во мне сомневаешься?- С вызовом прошептал демон, приблизив своё лицо к её. - Дурак.- Она ещё раз улыбнулась, опустила ресницы и чуть отвернулась, смутившись, чем вызвала смех. - Ведёшь себя, словно девочка. - А я кто, не девочка что ли?- Обиженно пробубнила Нанами. - Ты?- Лис взял её за подбородок и вновь развернул к себе.- Уже женщина. Моя женщина.- Произнёс он и, уличив момент, пока у неё перехватило дыхание от его слов, поцеловал в шею. Так неуловимо, чуть касаясь. Она замерла, вздрогнув от ощущения горячих губ на своей коже. Её эта лёгкость, сводящий с ума запах, родной, только его, который пробуждал в нём собственнические чувства, кружили голову. Ёкай плавно повалил её на постель. Каштан волос рассыпался по покрывалу. Он целовал её так мягко и нежно, насколько только умел. Бордовые шрамы, каждый сантиметр рук, не упускал ничего. - Томоэ...- Сбивчиво произнесла Богиня в полубреду, задыхаясь от ласки, чувствуя тепло и тяжесть его тела на своих ногах, ощущая щекочущие живот пряди светлых волос. Она совсем голая, рядом лежало её бельё, одежда, и обрывки мыслей об этом не давали расслабиться полностью. Потянула руки к себе, но их перехватили. - Хватит стесняться меня, Нанами.- Обрывисто проговорил лис, придавив её кисти по обе стороны от головы.- Ты прекрасна... Тебе нечего скрывать от меня.- Он медленно разжал свои пальцы, не отводя глаз от полуприкрытых вздрагивающих век. Девушка задышала чаще, но послушалась, не сдвинула руки с места, тогда он дал себе волю, разрешил остановить взгляд на розовых ореолах сосков, нервно вздымающейся налитой груди. Наклонился, специально опалив дыханием нежную кожу, улыбнувшись сдавленному стону смятения, прижался губами к ложбинке. Нанами не выдержала, запустила руки ему в волосы, а он начал спускаться ниже, оставляя дорожку из поцелуев. Первый раз он прикоснулся руками к округлому животу, остановился, замер на мгновение, ощутив исходящее тепло, будто на его ненависть отвечали бескорыстной любовью. Тут же отогнал эти мысли. Невозможно. Ему показалось. Не может это существо ещё чувствовать. А если и может, то должно ненавидеть в ответ. Когтями осторожно провёл по её обнажённому бедру до колена. Снова вздох, снова этот влажный, на всё согласный взор, заставляющий кровь вскипать и перегревать мозг. Её руки тянулись к нему, она знала, что он возбуждён, но сегодняшний вечер был лишь для неё. Кто бы мог подумать, что он выберет столь изощрённое наказание за её молчание? Он и сам не думал об этом. Это всё инстинкты, которые брали своё. Согнул её левую ногу, поцеловал колено. Бросил терпкий взгляд на сладострастное выражение лица Божества, стал опускаться ниже, прожигая поцелуями внутреннюю поверхность бедра. - Томоэ... стой.- Через силу прошептала девушка, ощутив, что хранитель уже находится в непростительной близости.- Я же сгорю от стыда. Пожалей меня.- Выдохнула она, подавляя волну жара, распространяющуюся от низа живота. - Стыда у тебя не останется.- Сверкнул он улыбкой.- Я сделаю из тебя равную себе.- Издевающимся, рваным тоном, разбавленным судорожным дыханием, произнёс лис.

***

- Эй, Нанами, всё в порядке? Ты чего там закрылась?- Мидзуки заметил, что ни её, ни Томоэ не было в его поле зрения уже больше получаса.- Кстати, где этот белобрысый прохвост?- Он будто бы говорит сам с собой, оборачиваясь по сторонам в поисках.- Микаге-сан, видать, сильно ему заехал, раз куда-то спрятался. Да и того девятихвостого что-то нет. Все разбрелись куда-то, один я остался...- Вдруг дверь резко открывается, обрывая речь змеёныша. Перед ним стоит тот самый " белобрысый" и недовольно пожирает его глазами: - Тебе заняться что ли нечем?!- Хвост виляет из стороны в сторону, кулаки сжимаются. - О, Томоэ-кун, а что ты там делал?- Мидзуки заглядывает за спину лиса, но тот закрывает собой обзор. - Ну не сердись на него.- Слышится мягкий голос, принадлежащий Нанами, которая всегда защищала Мидзуки. Она показывается из-за спины Ёкая и выходит, кладя руку ему на плечо. Слишком расслабленная, словно кошка. Волосы распущенны, на щеках сияет румянец, глаза блестят. Второй хранитель прищуривается, внимательно разглядывая её, подмечая, что синий сарафан с завышенной талией очень ей идёт, и задумываясь о её странном возвышенном физическом состоянии. - Хватит пялиться.- Лязгает челюстями лис, награждая Мидзуки подзатыльником.- У тебя жена есть вообще-то!- Нанами звонко смеётся, наблюдая за перепалкой. - Вот именно! Она моя жена, я имею на неё права, а ты прав на Нанами не имеешь! Так что заткнись и не возникай!- Огрызается змей. - Нихрена себе!- Возмущается Кицунэ.- Вот мои права!- Он показывает на небольшой животик, который всё равно не удаётся полностью скрыть синими сборками ткани. Прошло несколько часов. Акихиро возвращается на территорию Храма. Он не сумел уговорить Инари вернуться вместе с ним. « Госпожа, ну как Вы можете быть такой смелой и такой трусихой одновременно? Не бояться разъярённых хищников, демонов, но бояться одного мужчины...»- Он встречается взглядом с тем, о ком упомянул в своих мыслях, останавливается. Микаге стоит в дверях своей комнаты, делает вид, что протирает очки, но ясно как день, он ждёт её. - Она вернётся под утро.- Предупреждает Акихиро, желая предотвратить бесполезную трату времени, и проходит мимо. « И сам знаю...»- Мысленно отвечает Микаге, бросает беглый взгляд во тьму ночи и заходит к себе в покои.

***

« Слишком тихо. Аматэрасу лишь создаёт видимость поисков, Акура-Оу где-то скрывается, и непонятно по какой причине бездействует.- Слабый оранжевый свет лампады освещает письменный стол с кучей хаотично лежащих бумаг и раскрытых книг, над которыми склоняется Микаге. За окном вновь шумит дождь, при помощи азбуки Морзе посылая какие-то сообщения через стекло.- Потеря контроля Томоэ, беременность Нанами, голова идёт кругом уже.- мужчина снимает очки и сдавливает переносицу.- я был не готов к последней новости. Совсем. Из-за этого вспылил. Только недавно удалось решить проблему с её одержимостью, и то выяснилось, что не до конца, а теперь уже нужно думать над решением новой. Слишком большой риск. Вынашивание плода демона может быть по силам человеку, но не Богине. Сильно выраженный токсикоз- это самое безобидное проявление несоответствия энергий. Если бы энергии Акуры в ней не было, то можно было бы просто лишить её печати на время беременности, но всё усложняется... Эта печать окутана его частью, она закреплена, и попытка извлечь её может быть роковой для Нанами...- Микаге поднимается, смотрит в окно, позволяя глазам передохнуть.- Боже, ну какие роды? Она же совсем ребёнок....» " ...Инари вбила ей в голову счастье материнства" голос Томоэ заставляет вспомнить о Богине Плодородия. «Значит, в тот день ты говорила серьёзно... » Скрип половиц выводит из мыслей. Взгляд устремляется на часы. 03:07. Рано для пробуждения, поздно для подготовки ко сну. Сердце замирает отчего-то. Какое-то детское предвкушение долгожданной встречи, гонимое предрассудками. Это она. Никто другой. Она. Они не виделись столько лет. Микаге наблюдает за тенью, проскальзывающей через щель порога, вслушивается в каждый шорох. Капает вода. Она промокла до нитки, должно быть, замерзла. Их разделяет бамбуковая перегородка. Рука мужчины тянется к преграде, но зависает в воздухе. Что он скажет? "Добро пожаловать в мой храм и прости за то, что был трусом много лет назад"? Бред. А изменился ли он? Да если бы не бесцеремонный вопрос Нанами о его чувствах к Инари, он бы и не задумался об этом. Но... Любит ли он её? Это было закрытой темой, спрятанной глубоко в душе. Боги и человеческая любовь. Что может быть смешнее? Но нельзя всё так оставить. Либо сейчас, либо никогда! Микаге открывает двери. Застывает в шоке. Металлический запах, смешанный с запахом мокрой земли, ударяет в нос. Инари еле стоит на ногах. Это капала не вода, это звучали разбивающиеся капли её крови. - Аматэрасу не любит предателей.- Шепчет она и улыбается из-под осколка маски. Затем её лицо становится серьезным, через мгновение она закрывает глаза. Падает. Если бы не среагировавший Микаге, грохот разбудил бы всех, но он успел подхватить на руки её израненное тело. - Инари! ИНАРИ!- Шипит он, пытаясь достучаться до её сознания. В голове стучит одна мысль: помочь. Он пятится вместе с ней к себе в комнату и задвигает за собой седзи. Укладывает её на футон, видит, как пропитывается кровью его постельное бельё. Выругивается про себя, зная, что эта женщина убьет его, даже если он сделает все в соответствии со здравым смыслом, но все же решает оказать ей медицинскую помощь. Роется у себя в шкафах, ища бинты, зеленку или йод. Находит нужную шкатулку, переносит всё поближе к раненой. - Не прикасайся ко мне. Обойдусь без твоей помощи.- Хрипит очнувшаяся. - Ты заливаешь мою постель кровью. - А тебе жалко что ли? Гневные взгляды пронзают друг друга. - Как была язвой, так и осталась.- Заключает мужчина. - Будто ты изменился! - Представь себе!- Микаге развязывает пояс на её кимоно, пытается раздвинуть стороны ворота, но встречает сопротивление. - Не трогай меня!- Вторит Инари, стискивая окровавленной рукой ворот. - Я изменился в одном.- Твёрдый тон обезоруживает.- Теперь я не иду ни у кого на поводу. Будь то правила, или начальство, или даже ты.- Блондин покрывает ладонью её кисть.- Я помогу тебе, хочешь ты этого или нет. Нужно обработать раны и остановить кровотечение, а потом я отнесу тебя в твою комнату. Инари обескураживает внутренняя сила, исходящая от старого знакомого. Она не находит слов. Молча наблюдает за тем, как его грубые ладони орудуют со слоями её одежды. Это будто бы не он, а может, она просто забыла его характер, искренне поверив в ложный неблагородный образ, придуманный её эмоциями, созданный обидой. Не хотелось в это верить, потому что могла вернуться любовь, которую удалось вроде бы уничтожить. Не хотелось страдать - любить того, кто никогда не сможет полюбить также в ответ. - Я сама...- Инари приподнимается на локтях, терпя боль, снимает с себя верхнюю куртку и хаори, оставаясь в хакама. Её грудь перебинтована эластичным бинтом, измазанным в крови, за поясом спрятаны 2 кинжала. Ложится вновь на матрац, сдерживая стон. Тем временем Микаге рассматривает её одежду, пытаясь выяснить природу ран - хаори похоже на решето, кимоно пестрит вертикальными бороздами. - В тебя лезвия что ли метали? - Я не знаю. Такое ощущение, что было использовано какое-то невидимое оружие.- Остановка на восстановление дыхания. Она пытается придать своему голосу звонкость, чтобы не вызвать вопросов, но получается это с трудом.- Я не видела тех, кто на меня напал, не чувствовала постороннего присутствия. Совсем ничего. Микаге рассматривает кровоточащие ссадины на её животе, руках, мочит бинт в спирте, выжимает его. Ему нужно стереть запекшуюся кровь и грязь. Но перед этим он останавливает свой взгляд на остатках лисьей маски, тянется к ней. - Нет!- Шепчет женщина, отдёргивая голову.- Мне так легче. Мужчина недоверчиво сканирует её, но ничего не говорит. Её чёрные ресницы вздрагивают, сведённые на переносице брови сковывает напряжение, по вискам стекают капли то ли пота, то ли воды. Она изменилась. Стала жёстче, выносливее, сильнее. Тогда, во времена их общения, она тоже увлекалась оружием, но то было просто хобби, а сейчас это стало необходимостью. Мокрый бинт касается её кожи, она стискивает челюсти от жжения, но не подаёт ни единого звука. Терпеливая. Или, быть может, упрямая. Не хочет показаться слабой рядом с ним. А зря. Так много хочется спросить: где она была всё это время, как жила, чем занималась, но он не имеет на это права, ведь раз уже отрёкся от всего, что их связывало, променяв это на " высшие законы" общества Богов. - Мне нужно осмотреть твою спину.- Говорит Бывший Бог Земли, наперекор своим мыслям. Инари медленно переворачивается на живот. Она не желала находиться рядом с ним, но настолько устала, что ей стало безразлично происходящее. Хозяин Храма разрезает ножницами окровавленный эластичный бинт. Глаза расширяются от увиденного: около 20 глубоких но коротких порезов, блестящих красным глянцем. Он аккуратно стирает кровь, замечая дрожь в своей руке и то, как задерживает дыхание перед прикосновением. « Как я странно себя веду всё же...» Татуировку перечёркивает алая полоса, тянущаяся за куском бинта от раны на лопатке. Под пальцами ощущается бархат и жар кожи. В воспоминаниях всплывает похожий момент. Только эта спина была молочно-белая, гладкая, а татуировка чёткая, не изуродованная шрамами. " И зачем ты сделала её? Ты единственная Богиня, которая додумалась до этого. И почему именно Ямата-но Ороти? Он же олицетворение зла." Парень откинул тёмные пряди со спины лежащей подле него девушки, чтобы лучше рассмотреть рисунок. " Ну, мой отец когда-то убил его. Потратил много сил и времени, чтобы стереть с лица земли... А это мой вызов ему. Пусть знает, что невозможно что-то вычеркнуть из истории, не оставив и следа. Этот след будет у меня, вечно напоминать ему о его бессилии перед вселенной. Если бы у меня складывались с ним нормальные отношения, если бы он не попытался также вычеркнуть меня из своей жизни, я бы не сделала этот вызывающий шаг, но мы с ним почти враги... по убеждениям. Поэтому я иду против него во всём." Веки стирают свет прошлого. Опять полутёмная комната, опять кровавые раны и поблекшие чернила, затенённые алыми следами. Полоса за полосой. Спирт уничтожает бурую серость. Микаге замечает уже белые полосы - старые шрамы. Их очень много. Некоторые короче, некоторые длиннее, вертикальные, горизонтальные, косые, пересекающие друг друга крестом, по контурам рёбер или между ними. Он закрывает глаза и сглатывает, пытаясь унять беспричинную злобу. Её жизнь после ухода из Пантеона вряд ли была похожа на сказку. «Кто же сделала с тобой такое? Кто уничтожил в тебе всю мягкость, превратил в воина, запретив быть слабой женщиной?» Взор горькой печали отпечатывается блеском на её чёрных волосах, заметно отросших, собранных в высокий хвост на макушке, на верёвке маски, которую она отказалась снять. У неё довольно хрупкие плечи, хоть и проглядывается слабый рельеф мышц - следствие тренировок, узкая, по-прежнему осиная талия, какой она обладала, которая притягивает магнитом. - Ты ушла из-за меня тогда?- Монотонно спрашивает Микаге будто утверждает. Женщина напрягается, приподнимая голову, но не оборачивается. Она не была готова к этому вопросу. Повисает густая, обволакивающая тишина, похожая на сироп, и только шорох дождя разбавляет эту приторную вязкость. - С чего ты взял? - Произносит она, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. -У меня аналитический склад ума.- Опять тишина, которая длится около минуты, но, по ощущениям, вечность.- Я говорил с Томоэ, он сказал, что после разговора с тобой Нанами кардинально изменила свои взгляды. Сердце пропускает удар, и всё вокруг останавливается для Инари. Он понял всё слишком быстро. - Прости меня.- Вдруг произносит он. Она готова была к упрёку, к лекции об эгоизме, да к чему угодно, но только не к этому. Дыхание перехватывает от ощущения горячих губ на лопатке. Она вскидывает подбородок, пытаясь унять дрожь души, закрывает глаза. Этот поцелуй ранит сильнее всех лезвий вместе взятых. Её годами тренированная сдержанность, убеждение в отсутствии чувств к этому мужчине, готовы в миг рухнуть. Нельзя. Слишком гордая. Он причинил слишком сильную боль. - Я люблю тебя, Инари.- Эти слова вонзаются в сознание. Не может быть. Спустя почти 700 лет он сказал ей это. Но ведь уже поздно. Зачем он так издевается? Дышит на тлеющие угли в её душе?- Тогда я не понимал этого. Поэтому и не говорил. Даже не задумывался, признаться. Мне было достаточно быть рядом. - И когда ты успел всё понять?- Хриплый голос дрожит. Она не поворачивается. Не может даже посмотреть на него. - В момент, когда ты упала мне на руки, когда я почувствовал, что ты нуждаешься во мне, что ты женщина и слабее меня... Ты всегда была слишком независимой. Никогда не плакала. Иногда мне казалось, что ты попросту не умеешь этого делать. Но сегодня ты предстала передо мной другой, такой, какой я тебя не знаю. Повторю. Я понял, что люблю тебя. Как человек, не желая делить ни с кем. - А как же правила, которые ты так боялся нарушить? - Я уже давно живу не по правилам, а по своим внутренним убеждениям. Я сделал своим хранителем демона, я отдал печать Бога простой смертной... И можно перечислять ещё много разных моих поступков, за которые меня обязаны исключить из Пантеона, как и тебя. Я живу так, как всегда хотела жить ты. Спасибо, что открыла мне глаза... А теперь я прошу тебя, ответь... Ты всё ещё... - Ты помогаешь тому, кто хотел убить меня.- Перебивает Инари, закусывая язык. Ну не может она так быстро переступить через себя. - Томоэ изменился. - Сам то веришь в это?- Саркастически интересуется Богиня Плодородия. Бывший Бог Земли молчит. - Твой шрам на шее... Его работа? - Всё-таки заметил?- Брюнетка проклинает его врождённую наблюдательность. - Значит, его... Опять тишина, режущая слух. - Зачем ты сделал его своим хранителем? Не думаю, что просьба неоткуда появившегося человека могла повлиять на тебя... - А ты ещё не поняла?- Почему-то от этой фразы по позвоночнику пробегают мурашки. Инари поочерёдно вонзает ногти пальцев в подушечки больших. Нервничает.- Это ведь ты говорила, что Демоны и Боги - две составляющие одного целого.- Микаге переводит взгляд на знак Инь- Ян на её спине.- После твоего ухода я долго думал над этим. Тебе не показалось странным, что я выбрал именно Томоэ, ногицунэ?- Богиня сдержала в груди порывистый выдох, чтобы скрыть осознание всего.- Если бы он не был лисом, возможно, я бы не помог ему. Но мне было интересна причина, по которой ты так яро за них сражалась. А волей судьбы он вот-вот должен был пасть от проклятья. Я отправился в место, где он должен был умереть. Под плакучей ивой я ждал довольно долго, обдумывая всё, взвешивая. Именно тогда я встретил молодую девушку. Она попросила о помощи. Это была Нанами, если ты упомянула о человеке, значит, историю о её самоотверженном путешествии в прошлое ты знаешь, но сейчас не об этом. Просто я понял, что это было знаком. Значит, я выбрал правильный путь. - Я шокирована...- Выдыхает Инари.- Никогда бы не подумала, что ты пойдёшь на это. - Как видишь. Богиня плодородия поворачивает голову. На неё смотрят с тяжким сожалением. Он хочет спросить о них, об их будущем, но молчит. Молчит и она. И лишь дождь говорит, не останавливаясь.