Друзья

Pov Эсми *18 лет назад* Я сидела в ванной с тестом в руках, на котором было 2 полоски! Как я счастлива! Боже! Как я счастлива, Карлайл, наверное, обрадуется…, а если нет? Я не избавлюсь от ребенка, если он не обрадуется. Карлайл Каллен — мой парень (можно так сказать). Мне сейчас 19 лет, мы с ним встречаемся довольно долго. Меня даже вместо «Эсми Мейсен» называют «Эсми Каллен». А что, звучит! Мы живем вместе в одном доме с Карлайлом, а знакомы мы с 11-ти лет! Мои подруги — Рейчал Лотнер, Рене Рид, Лилиан Берлинг, Эшли Гринн. И друзья — Билли Блек, Чарли Свон, Джонатан Хейл, Алек Брендон. Мы с ними учились, а в прошлом году выпустились из школы. Сейчас я позвоню Рене! Все мои подруги меня поддержали, и вечером, когда пришел мой парень, я сказала ему. — Карлайл, я беременна, — он замер в немом шоке, а я быстро принесла ему стакан воды. Он осушил его в два глотка. — Эсми, я тебя так люблю! — он рассмеялся своим шикарным смехом, обнял и начал кружить по всей прихожей. Его глаза цвета молочного шоколада светились счастьем. Все шло хорошо: мой парень себе места не находил — он очень сильно волновался за нашего малыша или малышку. Когда мы пришли в больницу (а я была на 4-м месяце), нам сказали, что у нас будет двойня — мальчик и девочка. Я взяла снимок своих еще не родившихся детей и положила в шкатулку. Вот прошло еще 4 месяца. — Карлайл, я толстая? — он посмотрел на меня полными растерянности глазами. — Эсми, родная, 4 часа ночи. Нет, конечно же, ты не толстая, просто в тебе сейчас бьются два крохотных сердечка. Наша Ренесми и… Эдгар? — Эдвард! Карлайл, ЭД-ВАРД! И даже не смотри на меня так, я ни за что не поменяю это имя! Ренесми и Эдвард — так будут звать наших детей! — Хорошо-хорошо, — Каллен поднял руки вверх, сдаваясь. Потом встал и куда-то ушел, но затем пришел обратно. Включил свет и направил на меня видеокамеру. Pov Автор — Эсми, теперь скажи еще раз: как будут звать наших детей? — Ренесми и Эдвард — смеясь, крикнула девушка на камеру, но вдруг резко остановилась, ухватившись за живот. — Дорогая, что? Уже? — Карлайл сохранил видео и отбросил камеру на кровать, подхватывая на руки будущую мать его детей, которые собрались появиться на свет Божий. Захватил ключи, аккуратно уложил Эсми на заднее сидение и поехал в больницу. Там, не обращая внимания на протесты врачей, побежал с любимой в операционную. Молодому врачу сказали, что на Эсми могут плохо сказаться преждевременные роды, и она может не выдержать. Ренесми родилась быстро, не причиняя матери ничего плохого. А вот Эдвард вышел Эсми боком (в прямом смысле слова). Пришлось делать кесарево сечение. И как только Эдварда достали из живота его матери, у Эсми начал падать пульс. Было такое впечатление, что только малыши, пока еще были в ее животе, позволяли ей жить, и как только они родились, она начала умирать. От Эсми стали отсоединять приборы, говоря, что ее не спасти, и утешая Карлайла тем, что она умерла без мучений. Когда Карлайл спускался по ступенькам, убитый горем, его схватил парень и перенес в заброшенный корпус больницы. Карлайл опешил, увидев посреди заброшенного здания на кушетке его мертвую любовь. — Меня зовут Джеймс, — пояснил парень, — твоя девушка умерла, но она будет жить. — Мужчина ничего не понял. Он с болью смотрел на умершую девушку и надеялся, что это все сон. — Я не понимаю. Зачем вы меня мучаете? И зачем вы мучаете Эсми? Она должна обрести покой!!! — начал кричать на Джеймса Карлайл. У него была истерика без слез. Все внутри Карлайла заполнилось болью потери. — Я не мучаю ни тебя, ни твою Эсми! Она обращается в… вампира. — Карлайл нервно рассмеялся, но потом перестал, как только Джеймс от одной стены за секунду перелетел к другой. От одной мысли, что хоть Эсми и станет вампиром, но будет жить, что Эсми сможет видеть, как растут ее дети, он замер, не зная, радоваться или нет. — Ты не веришь даже после этого? — он взял огромный камень, упавший когда-то с потолка, и выбросил его через окно. Камень полетел с такой скоростью, что было трудно уследить за ним. — Моя Эсми теперь будет вампиром? — Да, — ответил Джеймс. Через три дня Эсми очнулась и увидела перед собой незнакомого ей парня. Когда она перевела взгляд на стену, увидела паука, который спокойно плел из паутины себе домик. В воздухе летали пылинки, а за стенами и по самому зданию слышно было гуляющий ветер. Внезапно Эсми услышала крик младенца — он был подобен перезвону колокольчиков. — Где я? Кто ты? Где мои дети? — закричала Эсми, как только вспомнила своих детей. — Ты недалеко от больницы, в которой… умерла. Я Джеймс. Твои дети в больнице, но тебе нельзя к ним, пока ты не выпьешь крови, — Эсми еще долго не могла поверить, что она вампир, но после того, как хотела отбежать от сумасшедшего человека и проломила собой стену, ей пришлось поверить. Девушка жутко перепугалась того, что все думают, что она мертва, но ее успокоил Джеймс, познакомив с Викторией. — Знакомься, Эсми. Это Виктория. Виктория, это Эсми. Дар Виктории — внушение. Она может внушить людям то, что хочет. К примеру, Виктория внушила всем врачам, что с тобой все хорошо — ты родила, а сейчас твой парень отправил тебя на обследование. На этой неделе Эсми научилась охотиться и еще узнала свой дар. У Эсми дар «человечности». Она не светится на солнце, ей приятна обычная еда, но сытости она ей не приносит. С Карлайлом Эсми виделась только после охоты. Но потом они поняли, что так не может продолжаться. Друзьям Эсми и Карлайл все рассказали. Билли и Рейчал оказались оборотнями, и они вообще не удивились подруге-вампирше. Эсми же поклялась себе, что не разрушит жизнь Эдварда и Ренесми, но все случилось иначе. Как только девочку пытались отделить от матери, она начинала кашлять, у нее поднималась температура. Джеймс объяснил это связью. У детей, к счастью Эсми, были разные запахи крови. Запах крови Эдварда пленил к себе Эсми и задурманивал разум. Кровь Ренесми была на запах противна Эсми. Виктория внушила одному 20-ти летнему парню, который бегал за Эсми с 15-ти лет, что он отец Несси. Эсми не хотела портить жизнь человеку, но тот сам согласился на это… А вампирша Элизабет настолько полюбила мальчика, что сама себе внушила, что она его мать. Сколько раз Эсми говорила, что она была против того, чтоб матерью притворялась чужая вампирша, ее никто не слушал! Ведь Элизабет было больше 100 лет. Вскоре Эсми согласилась, зная, что Элизабет питается только кровью животных, и она не причинит вреда ее мальчику. Вот Ренесми и Эдварду уже по 3 годика. Эсми ни на шаг не отходила от Ренесми, а если и отходила, то к Эдварду. Тогда-то Эсми не выдержала и просмотрела все-все фото в шкатулке. А когда близнецам было по 5 лет, Эсми стала все чаще и чаще заглядывать к сыну. Мальчик то и дело находил у себя в комнате шоколадки, игры на компьютер, а один раз обнаружил ноутбук. Карлайл на это лишь улыбался, понимая, кто оставлял Эдварду вкусные и дорогие подарки. Но однажды Карлайл отлучился в магазин, а мальчик из дома выбежал на дорогу. Он тогда увидел ангела, который его спас. Когда Карлайл вернулся, Эсми сидела и играла с ребенком. Он удивился только красоте его любимой. Тогда Эсми сразу же убежала, а потом и вовсе уехала из города вместе с Хейлами, Свонами, с семьей Брендон, мужем и дочерью. Но как только ушла Эсми, пришла Элизабет и обратила Карлайла. Она была настолько эгоистичной, что хотела даже обратить Эдварда, как только очнется Карлайл. Но он не позволил. А когда всем детям, в том числе Хейл, Брендон и Свон, было по 15, они вернулись в Форкс. Все, все кроме Эсми — она улетела в Париж, тем самым разорвав связь с дочерью. Элизабет вела себя, как примерная мать, хоть и была вампиром. Она втайне насмехалась над слабостью Эсми. Она насмехалась над тем, что мать не может быть с сыном, не выпив его. *Наши дни* Pov Эсми Вот я сижу на чердаке и смотрю видео, в котором я с огромным животом кричу и смеюсь, говоря о том, что наших с Карлайлом детей будут звать Эдвард и Ренесми.