Научи меня быть счастливым

Если хочешь понять человека, То не слушай, что он говорит. Притворись дождем или снегом И послушай, как он молчит. Как вздыхает и смотрит мимо? Что улыбку рождает в нем? Посмотри, каков он без грима, С которым мы все живем. Наблюдай, как он входит к детям, К людям страждущим, старикам... И хотя бы на миг на свете Попытайся и стань им сам! Не старайся быть хуже, лучше, Без оценки смотри сейчас: Прямо в сердце его, прямо в душу, Прямо в бездну далеких глаз! Если хочешь понять другого, В глубь иди тогда, не вовне. Не всегда стоит верить слову, Часто истина - в тишине.

      Томас сидел на больших перилах перед школой вместе с Каей. В кабинетах было душно и жутко воняло дешевыми резкими духами, поэтому они решили уйти на улицу. Совсем недавно прошел дождь и запах прибитой пыли и свежести был намного приятен, нежели духи разукрашенных дур, не знающих меры и едва ли не купавшихся в них. Приятная прохлада бодрила, легкий ветерок обдувал, иногда особо сильные порывы попадали под рубашку, бросая в дрожь. Руки уже давно покрылись мурашками, нос и руки замерзли, но ни девушке, ни парню не хотелось уходить. Дождик вновь начал накрапывать, и ребятам пришлось уйти под навес и уже оттуда продолжить любоваться серо-синим небом. Ветер усилился, взъерошивая волосы юноши, а вот у девушки дела обстояли хуже. Порыв ветра сдул волосы на лицо девушки, теперь она сидела и отплевывалась от волосянок.       -Такой ты мне нравишься больше, - Томас с улыбкой наблюдал за стараниями подруги вернуть волосам прежний вид, но попытки были тщетны: ветер становился сильнее и вновь сдувал прядки.       -Смешно, юморист. Ты как хочешь, а я пойду греться и тебе советую, дохляк. Не хочу заболеть после. Долго не засиживайся, а то одно место отморозишь! – крикнула Кая уже закрывая дверь.       Томас сидел спиной к двери, и поэтому, когда дверь открылась через пару минут, он подумал, что подруге не позволила совесть оставить его одного и вернулась. Однако, когда он повернулся, то увидел Дилана. Он был чем-то недоволен, выглядел взъерошенным и нервно шарил по карманам. Сигареты ищет сто процентов. Но парень его приятно удивил, достав из карманы не пачку, а конфеты, выходит, что пытается бросить. Том тоже когда-то с этого начинал, пытаясь заменить тягу к курению чем-нибудь другим. Бесполезная хрень, но попробовать стоило.       Дилан, не замечая блондина, прошел к противоположной стороне и уселся на перила, свесив ноги вниз. Только тогда он обратил внимание на то, что не одному ему понадобилось уединиться. Закинув еще одну конфетку в рот, он развернулся в ту же сторону, что и Томас, стараясь понять куда смотрит парень. Брюнет поднял глаза вверх и понял, что заинтересовало парня. Небо было прекрасным: массивные темные тучи стремительно сгущались над городом, погружая его во тьму, будто бы предвещая конец света. Сильный ветер гнал тучи, собирая их в единое целое, чтобы вскоре пролился дождь. Кое-где еще пробивались пятнышки голубого неба и чистых, белых облаков, но им осталось недолго, тьма окутает и их.       Двое юношей, не отрываясь, наблюдали за движениями туч, пока наконец небосвод не закрыла полностью темно-синяя тьма. Оба уже не замечали ничего вокруг, забыв даже о времени и об уроке, что начался пять минут назад. Чувство покоя пришло резко и окутало Дилана с ног до головы, курить уже не хотелось, даже мысли об этом не было, осталось лишь желание продлить чувство умиротворения как можно дольше. Чужое присутствие не напрягало, а наоборот придавало своеобразное и непонятное пока чувство. Он пока не мог сказать, что это было, да, и думать сейча о такой ерунде хотелось меньше всего. Но Дилан был точно уверен в том, что будь он здесь один, то чувствовал одиночество и тоску, а так была видимость, что он не один.       Внезапный грохот прогремел под небесами, заставив Томаса вздрогнуть, отчего тот наконец очнулся от мыслей, роившихся в его голове. Он настолько засмотрелся, что совсем не ожидал вторжения в его мысли. До «пробуждения» блондин не ощущал насколько ему не комфортно, а теперь прочувствовал всю прелесть неудобной позы. Несмотря на холод, было уютно и комфортно даже на твердых перилах. Хоть его кости и больно упирались, он продолжал упрямо сидеть, не переставая ерзать.       В отличии от Тома Дилан накинул куртку, поэтому дискомфорта практически не испытывал. Заметив ерзание с боку, краем глаза взглянул на юношу. Тот сидел в такой же позе, устремив пустой взгляд в небо и обхватив себя руками. Дилан не мог не подивится такой глупости: на улице было холодно, а промозглый ветер противно залетал под одежду. Сам не понимая собственного порыва, Дилан хрипло проговорил:       -Иди сюда, - Томас нервно дернулся, опять задумавшись и вновь выныривая из тяжких дум, но фразу услышал. Удивленно глядя в глаза брюнету, он пытался понять, а не ослышался ли он или, может это шутка? Вроде бы нет. Дилан абсолютно серьезно смотрел на него. Вдохнув, он потихоньку встал, слегка пошатываясь из-за долгого сидения. В голове бились мысли, мешая сосредоточиться на одной, самой важной. Принял он верное решение или нет, он будет думать потом, а сейчас, замерзший и малость дезориентированный, Томас делал то, что хотелось. Аккуратно присев, он замешкался, так как не знал, как им сесть. Дилан решил за двоих, усадив блондина перед собой между своих ног, заставляя тем самым юношу положить свою голову себе на грудь.       Странное настроение, странное влияние то ли погоды, то ли присутствия юноши, заставляли Дилана делать то, что хотелось и не думать о последствиях. Для него, как для стратега, вечно обдумывающего все наперед, это было странно, но думать об этом он будет, опять же, потом.       Мысли, что всего пару секунд назад мучили Томаса, исчезли, оставляя за собой приятную пустоту и легкость. Захотелось повернуться на бок, подтянуть колени и, устроившись удобнее, уснуть, но места было не так уж и много, поэтому свои желание ему пришлось засунуть куда подальше. Странный день какой-то, но по сравнению с поступком брюнета, он казался вполне обычным. Утро казалось странным от того, что сначала отец проводил его в школу, пожелав удачного дня, а потом еще Уилл поздоровался. Не к добру все эти изменения, ой, не к добру…       Дилан старался не думать о том, что со стороны они, скажем так, необычно смотрятся. Так же, он старался не размышлять на тему того, почему он подпустил совсем незнакомого человека к себе так близко. С другой стороны, он часто слышал от подруг о подобном: когда совсем незнакомый человек может резко вызвать доверие и чувство потребности. Но странно, что этим кем-то стал именно этот щуплый паренек. Дилану было тепло рядом с ним, а его мерное сопение успокаивало. Может, такое и возможно, хрен знает. Он в подобное не верит: довериться можно только близкому человеку, а Тома он только второй день как заметил. Раньше его для брюнета вообще не существовало.       Так они просидели целый урок. Томас, почувствовав осторожные копошения за спиной, и понял, что уже пора и честь знать. Воспользовался человеком, как подушкой, хоть это он сам предложил, а еще и уснул у незнакомого парня на груди. Замечательно…       Томас поднялся на ноги, потянувшись и размяв спину, а после ушел, ничего не сказав, потому как не смог подобрать правильные слова, решив, что молчание намного лучше глупых слов. Они им до этого не требовались и сейчас были не особо нужны.       Жизнь начала понемногу налаживаться. Прошла неделя относительного спокойствия. В школе на удивление Томаса все было тихо, что все же немного пугало и заставляло каждый раз нервно оглядываться, неосознанно вздрагивать от резкого шума. Развивалась паранойя на нервной почве, наверное. Когда все слишком хорошо отовсюду ждешь подвоха. В отличии от черной полосы жизни, белая имела такое дурное свойство - недолгую продолжительность. Поэтому Том с отчаянием ждал когда же что-то произойдет.       Отец продолжал его приятно удивлять. Все это время он не пил, Тома не трогал, не оскорблял и не бил. На работе все наладилось и это не сильно удивляло: руки у Марка были золотые, когда он не пил, был работников высшего класса. Штрафы, что накопились за продолжительное время, оплатил, пустые бутылки из дома выкинул, а полные, что лежали в гараже, в один из вечеров разбил на заднем дворе о плитку. Видя все это в окно, блондин пытался себя заставить поверить, что все меняется в лучшую сторону.       С Диланом они виделись примерно через день, потому что порою не совпадали их « графики» походов на крыльцо. Расписание уроков не совпадало, и, иногда, получалось, что у Томаса был урок, который можно прогулять, а брюнету везло меньше. Встретившись на месте, они не разговаривали. Блондин приходил, молча усаживался рядом, и после, так же, молча, уходил. Но потом они стали видеться на условленном месте реже. Дилан не ходил в школу уже второй день, и Том заволновался. Телефона не было, адреса тоже, а спрашивать у друзей парня он не решался. Еще подставит Дилана, а ему не очень хотелось разрушить то, что возникало между ними.Эти дни блондин провел как на иголках, не понимая, отчего нервничает. Но спустя еще пару дней, брюнет пришел в школу, и, вроде бы, все встало на свои места…