Откройся мне

— Сакура!.. Сакура! — кто-то громко орал над гудящей головой. Знакомые выкрики. Голоса не прекращались, пока, наконец, куноичи смогла разлепить глаза. Первое, что предстало: большие голубые глаза, и знакомая блондинистая макушка. — На-наруто? — еле вымолвила девушка. Яркий свет солнца просто палил глаза. — Сакура! — обрадовался ее товарищ, крепко ее обнимая. Она просто опешила от неожиданности. Перед ней… Наруто? Взрослый? — Ну наконец-то ты очнулась! — Харуно только пришла в себя, не доставай ее, — раздался голос раздраженной медсестры. — Если ей станет еще хуже, Шестой с тебя шкуру спустит. — Понял, да понял я, — ответил Наруто в своей растянутой манере. — Но она и мой товарищ тоже! — Ладно, — фыркнула медсестра, — даю пять минут. Больница, повзрослевший Наруто. Значит.? — Что произошло? — наконец, придя в себя, сказала Сакура. — Я так рад, что ты очнулась! — А что произошло? — повторила девушка. — Тебя нашли в бессознательном состоянии в окраинах Конохи. Ты месяц пролежала в коме. Целый месяц? — Месяц?! — Фух, благо все обошлось, с тобой не произошло ничего ужасного. Но мы все переживали, что ты больше не… — парень одернул себя. — Что тебя сложно будет разбудить. Сакура молчала, находясь все еще в состоянии потери реальности, растерянности. Она вернулась в свое настоящее. Наруто рядом, а значит, Какаши тоже здесь. В настоящем. Проснулась? — Я так рада тебя видеть, Наруто, — засияла девушка, наконец, осознав, что все вернулось на круги своя. Она дома. В своем времени. — А как я счастлив! — заорал Узумаки. — Мы все переживали. На тебя наложили мощное гендзюцу, от которого можно и не очнуться никогда. Какаши-сенсей принял все меры, чтоб вытащить тебя оттуда, Сакура. — Какаши-сенсей? — Ну да! Как только тебя нашли, он сразу вызвал лучших шиноби из отряда Ибики. Уж они-то спецы по гендзюцу. В твою голову было невозможно залезть даже им. Но сенсей просто-напросто приказал им не возвращаться на свои места, если они ничего не могут сделать с тобой. Сакура молчала и удивленно слушала. — В общем, наш сенсей устроил взбучку на всю деревню, раздав приказы и дал понять, что миссия не может быть невыполнимой. Даже послал за Цунаде-шишо. Хотя, я думаю, что бабуля-Цунаде как-то не спец по гендзюцу, — продолжал Наруто. — Не оскорбляй Цунаде-шишо, даттебайо! — возразила Сакура. А сама тем самым пыталась скрыть удивление, насколько Какаши-сенсей постарался для нее. Все что угодно, лишь бы вызволить ее из иллюзии. Девушка невольно улыбнулась, внутри все залило заразительное чувство… радости? — Спасибо, Наруто. — Не попадай так больше, Сакура, — улыбнулся Узумаки. — Тебе нужно поесть. За столом был стандартный больничный обед: вареная, здоровая, пресная… безвкусная еда, и много-много апельсинов. Видимо, товарищ постарался, разбавив больничную еду апельсинами. — Поправляйся, — сказал Наруто, медленно вставая с места. — А где сейчас Какаши-сенсей, ой, то есть Шестой? — Хм, ну как всегда на своем посту, где же еще? — ухмыльнулся он. — Пять минут прошли! — раздалось из коридора. — Я обязательно приду завтра. Мне нужно выполнить кое-какие поручения Шестого. Выздоравливай! — все с такой же лучезарной улыбкой сказал Наруто, и быстро выбежал из палаты. Сакура осталась наедине со своими мыслями. Какое же счастье снова вернутся к себе, в настоящее. Где есть все такой же веселый Наруто, где Какаши уже тридцать три. Где Какаши-сенсей занимает пост Хокаге. Где семья ее всегда узнает. Кстати говоря, о семье, из коридоров раздались истеричные возгласы женщины, которую, видимо, никто не желал впускать. Тщетно. Раздался грохот двери, и такой родной голос: — Сакура, ну наконец-то! С момента выписки прошла целая неделя. Сакура не получала ни миссий, ни поручений, ничего. Вообще никаких причин идти в резиденцию Хокаге. Совсем. Девушка медленно шагала по оживленным улицам ночной Конохи. Воздух был чистым, прохладным. Все спокойно. Никаких мировых войн. Относительно тихое время для шиноби. Сакура думала. Много. Думала, что еще не видела Какаши. Уже сенсея, Хокаге. Ведь только в гендзюцу она осознала, насколько он хорошо относился к ней с самого начала. Сейчас заботу Какаши-сенсея она ценила больше всего. Это радужное чувство защищенности, спокойствия. Раньше этого было недостаточно. Раньше Сакура воспринимала все как что-то само собой должное, привычное. К хорошему привыкаешь быстро, однако. После всей волокиты, проделанной во благо нее, сейчас ей было достаточно просто его увидеть. Ходить на миссии, развивать навыки, работать в больнице. В любом случае, пока она получала задания, у нее всегда была возможность видеть его. Какаши в молодости был таким же, как Саске. Холодным, жестким. Но все же, и такой Какаши спас ее. Он был всегда рядом: защитником, наставником, товарищем. Он проявлял множество усилий, что в прошлом, что в настоящем. Пора бы уже получить миссию. Хотя бы одну. Самую пустяковую. — Хокаге-сама! — поприветствовала его Сакура. Это был первый вызов в резиденцию спустя две недели. Мужчина оглянулся в привычной манере. Такой же статный, молчаливый. Лишь взгляд выдавал его бессонные будни. Работа Хокаге не ждет. — Здравствуй, Сакура, — спокойный, привычный голос. Родной Какаши-сенсей, который не меняется, вообще. — Какие у вас поручения, Хокаге-сама? Мужчина обернулся к окну и вздохнул. — Не могла бы ты помочь с вон той кипой бумаг? — указал он на гору вокруг стола. — Бумаг? — удивленно расширила глаза девушка. Раньше из-за такого пустяка он никогда ее не звал. Она сама напрашивалась. — Без тебя мне приходилось сложновато, — сказал он, и улыбнулся, потирая затылок. Эта улыбка, та самая привычная улыбка. — Я с радостью помогу вам, сенсей! — Ну что ж, с возвращением в строй, Сакура. Было в этом что-то особенное. Сакура сразу принялась за кипой бумаг, заваленных с правой стороны стола, с огоньком в глазах выполняя такую рутину, периодически задавая вопросы Хокаге и проставляя печати. Заданий становилось все больше и больше. Каждый день с утра, а после привычная работа в больнице. День за днем. Задания были достаточно странными для ниндзя-медика. Потому что каждый день с восьми до двенадцати она разгребала все завалы Хокаге, которые за ночь успевали собираться в огромные горы. Но Сакура была ответственной куноичи, не важно, что это бумажки. В один из таких обыденных дней, Какаши как-то сказал ей: — Я хочу, чтобы ты всегда помогала мне, Сакура. — Ч-что? — опешила девушка. Но быстро собралась. — Я сочту это за честь, Хокаге-сама. — Я хочу, чтобы ты всегда была здесь, Сакура, — повторил он. — Хорошо, Хокаге-сама, — все еще удивлялась Сакура. Мужчина подошел ближе к ней. Девушка удивленно подняла на него глаза. — Я не буду отпускать тебя за пределы деревни по пустякам. — Хорошо, — тихо прозвучал голос. Она не отводила от него взгляда. Он был все ближе и ближе. Совсем рядом. Его рука поднялась вверх, Сакура зажмурила глаза. А его теплая рука легла на ее макушку, нежно потрепав по голове. Также как в детстве. — Все будет хорошо, Сакура, — сказал он, и улыбнулся через маску. — Я скоро вернусь. Не подождешь меня немного? Девушка все еще была в смятении. Что-то явно было не так. Этот жест был таким же. Но что-то все равно не так, пока до нее не дошло. Неужели? — Я буду ждать, Какаши-сенсей! Мужчина оглянулся с улыбкой, напоследок привычно помахав. В этот момент все было по-другому. Сакура поняла, что Какаши подпустил ее ближе, чем обычно. Сегодня он был другим. В молчаливом согласии, они поняли друг друга. С широкой улыбкой, девушка вдохновленно принялась за работу. Теперь они видятся каждый день. Он, поневоле ставший Хокаге, и она — его ответственная ученица. Какаши скоро вернется.