Откройся мне

Сакура разлепила глаза от лучей солнца. Она очнулась на той же самой скамье, на которой уснула. На улице стояло раннее утро. Неужели она проспала тут всю ночь? – Не может быть, – вяло сказала Сакура и, потянувшись, встала со скамьи и огляделась: странно, но ей показалось, что деревья стали меньше обычного. Это было одним из немногих мест, которое сохранились после разрушения Пейном деревней. Та самая аллея, где Саске ушел в первый раз. На этой мысли девушка помрачнела. После недолгой паузы Сакура снова огляделась, действительно, здесь что-то было не так: деревья меньше, скамьи еще без трещинок… – Здесь явно что-то не то, – заключила Сакура, и решила пойти в сторону деревни. Мне просто показалось Мне просто показалось Воздух был прохладным, освежающим. Она отчетливо слышала свой каждый шаг. Они раздавались четко, гулко. Настолько было тихо, пока… перед ее глазами не открылись улицы, которые были точь-в-точь такими же, как до разрушения Пейном. Такие же узкие, зеленые, здания еще старые. Чтобы убедиться, что это действительно правда, Сакура решила взобраться на башню повыше, и глаза ее все больше поползли вверх: дома и улицы были такими же, как в воспоминаниях из детства, на скале были вырезаны всего четыре монумента Хокаге. Сакура стояла, раскрыв рот. Она была в шоковом состоянии. – Мне это просто снится, мне это просто… – Что ты тут делаешь? – раздалось на высоте рядом. Сакура резко обернулась. Это был шиноби в форме АНБУ. И в маске, соответственно, тоже. Девушка застыла, не зная, что ответить и вообще что делать. – Я… Я просто решила полюбоваться утренним видом. АНБУ оглядел ее с головы до ног. Хоть он был и в маске, Сакура чувствовала этот изучающий взгляд на себе, от которого, честно признать, ей были очень неприятно. Даже несмотря на то, что за весь свой опыт шиноби она должна была привыкнуть к такому. Но сейчас ситуация была совсем иная. Мозг начал быстро все анализировать: судя по виду деревни, четырем монументам, она попала в прошлое. Или… Это все еще сон? – Ты ведь не шиноби? Сакура тревожно посмотрела на него. Она в гражданской одежде. Отлично. Не стоит привлекать к себе внимания. – Д-да, – неуверенно кинула Харуно. – Опасно гражданским лезть по крышам. Что-то в его голосе показалось странным. Знакомым? – С чего бы шиноби это волновало? У вас ведь свои дела. АНБУ снова пристально оглядел ее, как будто пытался что-то выяснить. – Хм, хорошо, я не буду тебя задерживать, – напоследок кинул он и быстро скрылся в неизвестном направлении. Сакура, все еще застывшая, смотрела ему вслед. Его голос показался ей знакомым. Этот спокойный тембр, манера речи… хотя, это ведь АНБУ. Их больше всего учат подавлять эмоции. Ей просто показалось. Сейчас, главная проблема – это понять, что вообще случилось, и почему, если это не сон, она оказалась в прошлом? А, быть может, это чье-то мощное гендзюцу? Сакура быстро ринулась с места и побежала обратно на аллею. Это было самым безлюдным местом. По крайней мере, ранним утром. Оглядевшись, что никого нет, девушка стала быстро концентрировать чакру. – Рассейся! – но ничего не произошло. Открыв глаза, Сакура увидела все те же деревья, которые были меньше, чем в настоящем. Не увидев никакого результата, она прикрыла веки и глубоко вздохнула. – Никакого толку. И что же теперь? Внезапно Сакуру Харуно осенила мысль, если она попала в прошлое, где есть всего четыре монумента, жив ли четвертый – еще неизвестно, то что стало с Сакурой из этого времени? – Черт! – не выдержала куноичи. Первое, что ей нужно сделать, это выяснить, существует ли тут Сакура Харуно. А второе – найти выход. И как можно скорее. Не успела Сакура решительно направиться в сторону своего родного дома, как внезапно кто-то сзади пытался захватить ее руки, но выработанное чутье помогло ей опередить движения врага. И резко сделав сальто назад, Сакура надеялась задеть противника ногой, оставался всего сантиметр. Это был тот же самый АНБУ. Какой наглец! На секунду они оба застыли. Сакуре даже ничего не пришлось понимать в его действиях. Но он пошел первым, ринувшись вперед. Девушка защищалась, как могла. И ей даже казалось, что он не пытался нанести ей удары, он пытался перехватить ее руки. Оценив свое преимущество, Сакура активно атаковала изо всех сил – только тайдзюцу. Никакой чакры. Но тут Харуно просчиталась, ему удалось перехватить одну ее руку, она, не задумываясь, решила ударить кулаком второй – но та тоже была перехвачена. Похоже, что АНБУ это порядком начало надоедать. Он без колебаний перевернул ее спиной к себе и, одной рукой удерживая оба ее запястья, другой взмахнул над ее шеей. Сопротивляющаяся девушка резко потеряла сознание и обмякла в его руках. В этой схватке победителем вышел он. – Мне интересно, откуда она могла взяться, – сказал Хокаге, покуривая свою трубку, и оглядев весь отчет о таинственной куноичи. – Обычно такими мелкими делами напрямую я не занимаюсь, но если про нее нет ни одного подтверждающего документа, что она шиноби Листа, а Ибики не нашел ничего подозрительного… – третий закурил еще больше, выпуская густое облако дыма. – Но зато в ее воспоминаниях каким-то образом был ты. Шиноби в маске АНБУ никак не подал виду удивления. А было ли? – Сними маску, Какаши. Тот немедленно подчинился. – Я поручаю тебе задание проследить за ней. Пока ничего противозаконного кроме проникновения она не совершила, но раз уж о ней ничего неизвестно, она останется под надзором. И ты будешь за ней присматривать. – Вы хотите предложить мне быть круглосуточной нянькой? – без эмоций проговорил Какаши. – Фактическии, да. Узнай, как она проникла. Откуда. И на что способна. Депортировать ее просто так будет бессмысленным. – Будет выполнено. Сакура лежала на чем-то мягком, теплом, и стояла абсолютная тишина. Девушка лениво приоткрыла глаз, а затем второй. Она увидела небольшую светлую комнату в традиционном стиле. Все помещение было застелено татами, стены были светлые, и, как было понятно, девушка лежала на футоне. Сакура встала с места, на ней была та же самая одежда. Что же, никто, по крайней мере, ее не переодевал. Но возник новый вопрос: где она? Харуно медленно сдвинула сёдзи и вышла на террасу. Погода стояла ясная, солнце светило во всю. Похоже, тут тоже был разгар лета. Этот дом находился чуть поодаль от деревни, или еще дальше, так как кругом были лишь кусты и деревья. Птицы щебетали. Приятная тишина радовала. – Наконец проснулась уже, – неожиданно раздавшийся голос заставил Сакуру немного вскрикнуть. – Зачем так пугать? – не выдержала девушка. Он появился внезапно. Это был… Какаши-сенсей. Сакура застыла, стеклянным взглядом смотря на шиноби напротив. Он был высоким, в той же старой одежде джоунина, в той же маске… Левая сторона его повязки была спущена вниз, прикрывая глаз. Вы вообще когда-нибудь меняетесь? – Почему ты так на меня смотришь? – вывел ее из транса Какаши. – Потому что это ты тогда на меня напал. – Да, легко догадаться. Мне нет смысла скрывать имя. Меня зовут Какаши, и я хочу быстро с тобой закончить, – холодно заключил он. После этих слов по Сакуре прошлись мурашки. Совсем неприятные. Слышать такие слова от сенсея. – Что ты хочешь закончить? – Сакура догадывалась, что здесь они почти ровесники, поэтому позволила себе немного вольности. – Я ясно выразился. Такой же невозмутимый. Даже несмотря на возраст. – Что именно Коноха хочет? Выяснить, откуда я взялась? – Логично. – А если я скажу, что я вообще не знаю, откуда здесь оказалась, вы мне поверите? – Нет. – Логично. – Покажи мне, на что ты способна. Ты ведь тоже шиноби. У Сакуры возникла дилемма: если она покажет, на что способна, возникнут большие вопросы, почему ее техники такие же, как у Цунаде-самы. Если она не проявит себя, то от нее просто так не отстанут. Оба варианты рискованны. – Что же, ладно. Нападай. – Прости, я не люблю драться с женщинами. – Что?! – не выдержала куноичи. Какой же наглый ее сенсей! – Тогда что ты вообще здесь делаешь?! – Забавно, ты сама хочешь дать информацию о себе. Ты действительно сумасшедшая, или просто дура? Глаз Сакуры задергался, и плевать, что это был ее сенсей, тридцатилетний Какаши нравился ей больше. Она кинулась на него изо всех сил, очень быстро, но промахнулась. На месте, куда принялся удар, осталась нехилая вмятина. Она с яростью отдернула руку, но не успела атаковать. – Не так быстро! – сказал Какаши, перехватив обе ее руки и прижав к стене. Сакура все еще была зла, но перестала противиться. Но пока Хатаке и не собирался ее отпускать. – Впечатляет. Но не люблю я такие дела. Он был так близко. Какаши-сенсей так близко, и Сакура чувствует его дыхание на себе. Да, она точно дура. Девушка ничего не ответила, когда он вдруг отпустил ее. – У меня есть правила, которые нужно соблюдать. Первое, не пытайся сбежать. Второе, не пытайся меня убить. Третье, говорить только правду и еще раз правду. На третье правило Какаши и не надеялся, впрочем, как и на все остальные. – И да, все хозяйство в доме на тебе. От последнего заявления у Сакуры опять задергался глаз. Ну, Какаши, какой же он… невозможный мужчина! Третий сидел, покуривая свою трубку, когда в его кабинет постучали. – Войдите! – Тут доклад от Какаши-сана. Шиноби быстро подбежал, оставив сверток бумаги на столе Третьего. Хирузен внимательно прочитал весь доклад, а потом откинулся на спинку кресла. Явно размышляя, что же делать? – Зови Какаши. У меня есть для них задание. Какаши отсутствовал целый час. У Сакуры была отличная попытка сбежать. Да только все равно ее найдут. Это же Коноха, все было очевидно. Девушка, глубоко вздохнув, села на пол террасы, оперевшись о стену. – Я. Какаши. Дом. У нее есть идеальный шанс. Но. Он такой же отдаленный, и вряд ли ему понравится девушка, за которой ему поручили следить. Сакура действительно сумасшедшая. Это ведь прошлое. Нужно действовать в настоящем. Но кто сказал, что Какаши из прошлого кардинально отличается от Какаши настоящего? Хотя, Сакура должна признать, за тридцать он ничуть не постарел. Все точно такой же. Только здесь у него есть шаринган. И нет седьмой команды. И нет никакой ученицы. И нет никакой разницы. Харуно осенила мысль, ее взгляд на мгновение застыл, устремившись в небо. Облака плыли, а мысли, подобно им, не прекращали идти. Так что ей делать? Никаких мыслей о Какаши. Нужно попасть домой. За достаточно долгое время, проведенное на террасе, Сакура проголодалась и решила найти что-нибудь поесть. Если, конечно, в этом отдаленном доме что-нибудь найдется. Но она, без сомнений, должна рассказать правду. У нее нет выбора. Какаши вернулся с поручением. Вся эта ситуация ему не нравилась. Абсолютно. Он бесцеремонно открыл сёдзи и зашел. Комната была почти пустой и стерильно чистой. Никого не было. Он пошел обыскивать другие комнаты: в первой – никого, во второй - тоже. А с третьей ему все-таки повезло. Сакура сидела, не спеша попивая чай. Какаши мрачно оглядел ее и хмыкнул, отметив про себя, что она слишком хорошо устроилась для заложницы. – Надо же, не сбежала. Как мудро. Сакура решила сделать вид, что никого и ничего не замечала. – Собирайся, у нас задание, – с этими словами он положил на пол сверток ткани рядом с девушкой. – К-какое задание? – не скрыла удивления Харуно. – Сущий пустяк, просто проверка на твою способность выживать, откровенно говоря. Поэтому, если хочешь жить, скажи правду, – сухо проговорил он. Холодным, ледяным тоном. Так вот каков Какаши для врагов. Сакура отпустила чашку, прикрыв веки. А затем стремительно подняла взгляд, решив что-то для себя. – Меня зовут Харуно Сакура. Мне девятнадцать лет и я являюсь шиноби Листа. Какаши казался совершенно бесстрастным, но, тем не менее, он выслушал. – Если это так, почему тебя нет в базе данных? – презрительно спросил джоунин. Настала пауза. Сакура никогда не могла представить, что сказать какую-либо правду сенсею окажется так сложно. Стук. Стук. Стук. Она отчетливо слышала свой пульс. – Потому что, - неуверенно начала Сакура. – Потому что я из будущего. Можно отдать должное выдержке Какаши, потому что он никак не отреагировал: все так же молча стоял, оперевшись о стену, и скрестив руки на груди. – Как думаешь, почему я должен был в это поверить? – Потому что я хорошо тебя знаю, – смело сказала Сакура. Хотя это было далеко от правды. Совсем. – Я тебе не верю. Назови хоть один факт. Сакура немного замешкалась, явно задумавшись, а потом вдруг хитро по-детски улыбнулась. – Например, я знаю, что ты скрытый извращенец, потому что читаешь книжки Джирайи-самы. По долгим наблюдениям, девушка знала, что это могло бы его смутить или удивить. Но не перед ней. Не сейчас. Правила шиноби, как-никак, он исполняет блестяще. – Кхм. Ничего подобного я в присутствии тебя не делал. Так что, будь поосторожней со своими словами, Сакура, – заключил Какаши. – Почему бы тебе просто не поверить? – Поверить в то, что я извращенец? – Это правда. – Хочешь подтверждений? У Сакуры перехватило дыхание. Неужели он серьезно? Какаши быстро сократил расстояние между ними и оказался рядом. Слишком близко. Так, что по ее телу снова прошлись мурашки. Как в прошлый раз. Но сейчас Сакура чувствовала себя жертвой, загнанной в угол. Ощущение было мерзким. – Я могу прямо сейчас повалить тебя на пол, и подтвердить твои слова. Хочешь? – почти прямо в ее губы, прошептал он. В его голосе не читалось ни капли эмоций. Сакура отрицательно покачала головой. Не таким она представляла романтику с ним. – Как хочешь, – сказал он, и отстранился. – Собирайся. Через несколько секунд Сакура осталась одна в помещении. Одна со своими мыслями. Только сейчас до девушки дошел тот факт, насколько он опасен. Он был действительно превосходным шиноби, раз умел держать эмоции под контролем. И хоть ему было всего около двадцати, Сакура поняла, пока она враг – шутки с ним плохи. Какаши оказался еще дальше от нее. Даже нет шанса, как забавно. Сёдзи — в традиционной японской архитектуре это дверь, окно или разделяющая внутреннее пространство жилища перегородка, состоящая из прозрачной или полупрозрачной бумаги, крепящейся к деревянной раме Футон — традиционная японская постельная принадлежность в виде толстого хлопчатобумажного матраца, расстилаемого на ночь для сна и убираемого утром в шкаф.