Калейдоскоп

Индиго -Давай, сделай это, - жарко и томно протянула Индиго на ухо гостю. – Я хочу, чтобы ты сделал. На ее красивом лице, обрамленном длинными, до пояса, синими волосами, появилась дерзкая и гордая улыбка. Она манила. Она звала к себе, влекла, словно на веревке. Огромные серебряные сережки-кольца чуть мерцали в ярком свете ламп и покачивались среди насыщенно-синих прядей. -Какая ты красивая, шлюха, - рослый, больше похожий на гориллу клиент грубо вжал ее в пол. Ее волосы волной раскатились вокруг. – Ммм, как же я тебе сейчас засажу… -Прекрати, - она надменно убрала его руку с себя. – Не называй меня так, а то я обижусь. Он боролся с собой несколько минут, затем нехотя кивнул. -Ладно, как скажешь. Он снова вжал ее в дощатый пол, его горячее несвежее дыхание обжигало шею и лицо. Тонкие, белые пальцы девушки невесомо легли на смуглое плечо гостя и оттолкнули. Она насмешливо улыбнулась. -Не так напористо, ты сломаешь меня. «Горилла» жадно оглядел ее с ног до головы: хрупкая, худая фигурка, осиная талия, узкие плечи. Встретившись с ее прищуренным взглядом, он хмыкнул. -Да уж, могу. Ты похожа на… на кошку. На самодовольную, игривую кошку. -Не делай мне больно, иначе я поточу об тебя свои коготки, - мурлыкнула она. Он грубо схватил ее за подбородок. Она поморщилась: шершавые мужские пальцы неприятно сжались. -Ты не в том положении, чтобы точить об меня когти. Девушка мотнула головой, легко вырываясь из его хватки. -Расслабься, глупый, - ее точеная фигурка чуть подалась навстречу клиенту. Тот от неожиданности чуть отшатнулся. – Я здесь, чтобы ты получил удовольствие. -Да… - медленно протянул он, девушка неторопливо завалила его на пол и оседлала. Ее белое платье чуть задралось, обнажив тонкие светлые ноги и край белоснежных трусиков. -Тогда просто сдайся на мою милость, - хихикнула она, легко пощекотав его подбородок. Тот кивнул, с интересом смотря на нее. Она легко чмокнула его в губы, воодушевленно закусив губу, начала расстегивать ремень на его джинсах. Ширинка на них уже вздыбилась бугром. - Хочешь, чтобы я освободила его? - она аккуратно провела наманикюренным пальчиком по выпуклости. Клиент глухо зарычал. -Давай уже, - нетерпеливо рыкнул он. – Иначе я просто насажу тебя сам. -Тсссс, - ее пальцы расстегнули ширинку и приспустили его серые мешковатые трусы. Вырвавшийся на свободу член качнулся, затем сразу же оказался в руках девушки. Те запорхали вверх-вниз странными пассами, не похожими на обычные движения. Гость выгнулся дугой и совершенно беспомощно застонал. -Ах, сучка, умеешь ты… -Умею, - довольно и томно протянула она, наклоняясь к нему. – Попроси меня продолжить. Ее пальцы внезапно остановили свой танец. -Что ты делаешь? А ну, продолжай! Я купил тебя, я и… Она скрестила руки. Длинные пряди синих волос волной скрыли белоснежную грудь. -Или что? Ты изнасилуешь меня? Вперед! Но таких фокусов с пальцами тебе уже будет не видать. Он приподнялся на локтях. На лице было написано сомнение. Девушка вздохнула и убрала руки, внимательно рассматривая потолок и не обращая никакого внимания на гостя. -Л-ладно, - сдался он наконец. – Пожалуйста, продолжи. -Хороший мальчик, - Индиго улыбнулась и продолжила мягкие, скользящие движения руками. «Гориллу» выгнуло дугой. – Награда не замедлит ждать. -Меня обманули, - даже как-то не особо возмущаясь, сказал клиент сквозь стон. – Ты не новичок, а опытная шлю… опытная. -Нет, я новенькая. И ты у меня первый, - игриво оскалилась она. -Врешь, - он больно дернул ее за волосы. Индиго хмыкнула и откинулась назад, убрав руки. -Ну все, хватит. Мне надоело, что ты делаешь мне больно. -Эй, ладно тебе, - примирительно сказал гость, с жадностью смотря на ее руки. – Ладно. Извини. Продолжай, пожалуйста, я не буду так больше. Индиго с торжествующей улыбкой продолжила свое занятие. Розовый и Салатовый Розовый медленно отодвинул гирлянды стеклянных бус, что длинными белыми рядами заслоняли проём. Здесь было темно, очень темно. Что-то шелестело и чуть слышно звенькало; подняв голову, Розовый замер. Под потолком легко покачивались тысячи подобных гирлянд, и белые бусины в них светились тёплым, приглушённым светом. Самого потолка даже не было видно - концы бус уходили куда-то в темноту и растворялись. Помещение было затянуто клубами синего и серого дыма, лениво текущего вверх. Кальянная Розовому понравилась. Здесь было укромно и очень красиво. Он наугад шагнул в темноту, огляделся. Привыкшие к полумраку глаза различили аккуратные шестиугольные выемки в полу, выложенные тканями и подушками. В центре каждой стоял кальян. Людей здесь было много, как оказалось, но они ничуть не мешали друг другу. Розовый спустился в одну из ниш, сел, скрестив ноги. К нему тут же подошёл безмолвный работник и, выслушав пожелания, прямо при нём методично разжег угли и подготовил табак. Приторный фруктовый запах сменился на миг едким - от угля, затем стал легче. Запахло анисом. Работник уже почти закончил приготовления, когда Розовый заметил проходящего мимо Салатового. Тот выглядел растерянным. -А, это ты, - облегчённо вздохнул зеленоволосый в ответ на оклик. - Я уж подумал, кто из старших. Он подсел рядом, с удовольствием затянулся. Медленно выдохнул густые облака дыма. Те поплыли по воздуху синеватыми волнами, плавно разбиваясь о подушки. -К вам можно подсесть? Откуда-то возникли две маленькие, компактные девушки. Розовый сначала не понял, что они тут забыли, но вспомнил, что пускают сюда все же только после восемнадцати лет. Эти выглядели, правда, на пятнадцать, а то и младше. -Вы тут новенькие? -Вас все ищут! -Новеньких любят. Хорошо, что МЫ нашли вас первыми! -В смысле нас ищут? - не понял Салатовый. -Все хотят опробовать вас первыми. Одного из ваших забрали прямо у нас прямо на глазах! Мы почти успели. Так обидно. Одна из девушек, с длинными светлыми волосами, опустилась на колени Розовому. -Я этого хочу, Ми. Ты не против? Другая показала головой и плюхнулась на ноги Салатовому. -Мне этот больше нравится. -Вы такие похожие, что, сёстры? - спросил тот. -Нет, это по приколу. Мы просто подруги. -И чего вы хотите? - поинтересовался Розовый, устраивая свою девушку по удобнее и затягиваясь дымом. Салатовому показалось, что коллега почти прекратил нервничать. Он затянулся сам, затем почувствовал знакомые ощущения: тело само непроизвольно расслаблялось из-за кальяна, руки и ноги чуть слабели, а мысли обретали приятную неспешность и четкость. Девушки переглянулись. - Мы хотим лениться и курить кальян вместе с вами. - Ну, не просто курить, - игриво сказала вторая, чуть задирая юбку. Движение вышло естественным, будто совершенно случайным. - Мы хотим расслабиться, вы же нам поможете? Вторая охватила губами трубку кальяна, вдыхая дым. Её пальцы как бы невзначай оттянули край цветастого платья. Розовый понял намёк и осторожно запустил пальцы под платье. Они нашарили резинку трусиков и начали стаскивать ее, пока обладательница белья безмятежно пускала клубы дыма. Пальцы Салатового тоже скрылись в оборках коротенькой юбки. Девушка беззастенчиво дала снять с себя трусы, но остановила, когда он попробовал расстегнуть юбку. Салатовый понял намек и опрокинул её на мягкий кашемировый плед, которым была выстлана вся ниша. Её подруга уже лежала там, продолжая лениво подтягивать дым... Зрелище было абсолютно сюрреалистическое. Полумрак. Волны пряного дыма, свивающегося в странные фигуры. Колышущиеся бусы под потолком, мягкий свет. Медленная ритмичная музыка. Полуобнаженные тела парней, словно светящиеся в темноте, ленивые, полные удовольствия вздохи девушек, что лежали на спинах и курили кальян. Салатового сначала смущал тот факт, что вокруг полно людей, но, видимо, в кальяне был не только безобидный фруктовый табак, но и что-то похитрее. Ему стало все равно. Он лишь хотел продолжать это снова и снова. Его руки, скользящие по смуглому женскому телу, трубка кальяна во рту – то у него, то у нее, густой дым, дурман, опьяняющее наслаждение. Он двигался неторопливо, с наслаждением, стремясь прочувствовать все до мельчайшей детали. Закрывал глаза, погружаясь в ее томные вздохи. Он ощущал медленные касания ее тонких пальцев на своем теле – вот ладонь ласково провела по бедру, вот слегка, едва касаясь, по торсу… Она не помогала ему, наслаждаясь собственным бездействием и полностью расслабившись. Салатового это не напрягало. Он тоже был полностью расслаблен, и морально, и физически. Так хорошо ему не было уже давно… Слева в полумраке тихо, сквозь сжатые зубы постанывал Розовый. Та девушка выскользнула из его теплых худощавых рук и сейчас делала ему минет, изредка прерываясь на то, чтобы принять от него кальянный мундштук и затянуться. Она вроде не особо старалась, но Розовый то и дело мученически подавлял стоны удовольствия. Его глаза были закрыты, и Салатовый, незаметно улыбаясь, подумал – коллега тоже вовсю наслаждается ситуацией. Он затянулся опьяняющим дымом еще раз. Ярко-голубой Ее голова чуть ударялась о пол при каждом толчке. Две пары рук держали крепко, словно стальные, горячей и жадной хваткой. Крепкая выпивка жгла горло и затуманивала разум – иначе как объяснить, что ей до сих пор не больно? Голубая чувствовала, что боль придет позже. Потом, когда эти руки, буквально пригвоздившие ее к полу, отпустят. Потом, когда в ней побывают все – коллектив какой-то крупной корпорации, дружный отдел, решивший шикануть после зарплаты. Сколько их? Пятеро? Девятеро? Безумный стыд, который она испытывала в самом начале, никуда не делся. Он был тут, в отличие от боли, и глушил даже алкогольное опьянение. Она теперь продажная. Она теперь шлюха. Очередной насильник жадно мял ее грудь. Его несвежее дыхание было трудным и усталым, оно обжигало ухо, как и те ужасные пошлые вещи, которые он пришептывал ей сдавленным голосом. Резко вскинув ее ноги себе на плечи, он задвигался рваными, резкими толчками, затем громко застонал и замер. Пара секунд – и его член выходит из нее, и Голубая с неописуемым стыдом чувствует, как его сперма медленно вытекает из нее теплой маленькой лужицей. Ей не дают опомниться, и внутрь снова грубо, торопливо впихивается новый член. Он начинает двигаться, и в воздухе висят пошлые, хлюпающие звуки – никого не заботит, какая она грязная, каждый лишь добавляет еще немного своего вклада. Ее тянут за волосы, заставляя откинуть голову. Ее соски выкручивают, к груди жадно присасываются, водят членами по щекам, шее, животу. И все это одновременно. Едва не выбив зубы, в рот пихают горлышко бутылки. Голубая с облегчением пьет. И пьет снова. И еще. И еще. И еще.