Калейдоскоп

Утром, на кухне, мы сидели и завтракали большой дружной компанией. Мне это очень нравится. Это как-то сплачивает. Завтрак готовили себе сами, но сидели и вместе неспешно общались и ели за одним большим столом. Я мирно уплетал яичницу, сидя на углу стола (почему-то люблю так сидеть), во главе сидел Пепельный (его место никем никогда не обсуждалось и не занималось). Напротив Пепельного сидела Малина, возле нее - девчачья компания: Орхидея и тихая Голубая. Рядом со мной сидели Рыжий и Синий. Неподалеку, за барной стойкой, сидел Розовый и Скарлет, о чем-то оживленно болтая – им попросту не хватило места за столом. -Ну как вы здесь, освоились? Уже три дня прошло. -Да, нормально. -Я уже привык. Почти как дома! -А дни рождения здесь празднуют? Мой скоро. -Мм, конечно, - Малиновая, как удав, заглотила полтарелки своего завтрака. – Конечно празднуем. -Фил. -Ась? – я поднял взгляд от своей тарелки, пытаясь понять, кто меня позвал. Пепельный повернул голову в мою сторону, его светлые глаза пристально смотрели сквозь меня. -Я кое-что у Синего хотел спросить, не дернешь его? Мне далеко. Я хлопнул толстяка по плечу, показал на Пепельного. Тот придвинулся ближе к нам. Меня, конечно, это все не касалось, но вроде сверхсекретного ничего не было, и я не стал отходить. -Когда вы вчера были в Белой комнате, как себя вел Изумрудный? Розовый за баром смолк (как он услышал? Далеко сидит) и повернулся к нам. Синий смущенно потер плечо. -Я почти ничего не помню… Помню, что он долго держался в стороне от всех и был очень молчаливый. -С ним что-то случилось, да? – тихо спросил Розовый и, подвинув стул, подсел к нам. – Синий правильно говорит. Он был очень замкнутый. Только раз, по-моему, что-то сказал… -Он говорил? – я еще не видел Пепельного таким взволнованным. -Ну… - Розовый зажмурился, вспоминая. - Да, он поддержал меня, когда я уговаривал Салатового не трогать девушку. Бедняга с тех пор, как пришел в себя, сидит в спальне и не выходит оттуда, совесть замучила… -Он начал говорить, - Пепельный облегченно откинулся на спинку стула. Заинтересованная Малиновая подошла к нам и встала сзади него, положил руки на его плечи. -Изумрудный заговорил, - бросил ей Пепельный. -Фух. – обрадовано выдохнула Малина. – Значит, начинает приходить в себя. Отлично. Я так устала от вытаскивания из депрессии Красного, а еще и Изумруд… -Так что случилось-то? – спросил я нетерпеливо. Пепельный повернулся на звук моего голоса и, немного помолчав, ответил: -Не растрепите? Мы покачали головами, потом спохватились и ответили, что нет. -В вашу первую рабочую ночь случилось внештатное происшествие, - тихо сказал Пепельный. – Одного из нас споили и изнасиловали прямо на «улице» подземки. Изумруд был чисто гетеро, и… там было два амбала-мужика. Он просто физически не смог дать им отпор, хоть он достаточно сильный. Я почувствовал страх. Я тоже гетеро, и кто знает, не окажусь ли я в такой же ситуации? -Мы думали, он совсем сломался, - негромко продолжила Малина. – Раны заживут, но… он замкнулся в себе. Он совсем ничего не ест и ни с кем не говорит. -Поэтому то, что он хоть что-то сказал, уже вселяет надежду, - закончил Пепельный. -Но больше-то он не говорит, - вздохнула Малина. -Отойдет, - уверенно сказал Пепельный. – Раз начал, значит продолжит. Вспомни, сколько я молчал, когда…. Он показал на шрамы. Малина кивнула и обняла его со спины. -Я думала, ты никогда не сможешь говорить. Не только из-за эмоциональной травмы, ведь горло тоже… Пепельный улыбнулся. -Хотя бы шепотом или очень тихо. Хотя бы так. Не хотел бы я оказаться еще и немым. -Ты не расскажешь? – плюнув на приличия, еще раз спросил я про шрамы. Пепельный отрицательно помотал головой. -Здесь Индиго? – постучав, зашла Инструктор. – Хватит бодрствовать, днем надо спать, ребята. Вам же хуже, сонными не особо поработаешь… -У нас завтрак – это как ужин, - пожал плечами Пепельный. – Мы сейчас доедим и пойдем с Малинкой спать до вечера. -Инди здесь нет, - подала голос Орхидея. – Она в спальне. А что такое? -Ее опять зовут в Белую комнату, в одиночный рейд, - подмигнула Инструктор. – У вас все хорошо? Ближе к вечеру будут занятия по повышению квалификации, приходите, кто хочет. Обсуждая занятия, мы с Синим и Рыжим вернулись обратно в спальню. Правильно инструктор говорит, надо спать днем, иначе будешь никакущий ночью… Мне снилась моя квартира. Моя уютная любимая квартирка. Я столько вложил в нее… надо же было так облажаться с банком. Ну, что ж знал, что он обнакротится, а я останусь с огромными долгами без копейки? В конце концов, получилось не так уж плохо. Мне нравится путь, которым я его отрабатываю. -Проснись, Фил. Я продрал глаза и бессмысленно уставился на Голубую, что сидела на моей кровати. Она коснулась моего плеча. -Я хотела сказать спасибо. Ее силуэт был еле виден в сумерках. Вокруг такая тишина… даже не сопит никто. Я наконец сообразил, что происходит, сел, отбросив одеяло. -Да не за что. -Можно… - ее мягкий, чуть извиняющийся голос прервался на миг, - … можно с тобой полежать? Она замолчала, затем оборвала саму себя: -Извини. Мне так плохо и одиноко в последнее время, я сама не своя. Я пойду. -Нет, - я успел схватить ее холодную руку, когда девушка начала подниматься с кровати. – Ты вся холодная… Эй, тебя дрожь бьет. Давай, залезай, только тихо, не разбуди остальных… Я приподнял одеяло, и она спустя секунду сомнений нырнула под него, сверкнув голыми ногами. Я плюхнулся обратно, чувствуя ее прохладное гладкое тело сбоку. -Ты же вся такая стеснительная, чего к незнакомым мужикам в кровать прыгаешь? – с иронией прошептал я в темноту. Почувствовал, как она сжалась, чуть отстраняясь от меня. -Ты хороший, - наконец услышал я сбивчивый шепот. - Я не думаю, что ты станешь ко мне приставать. -Эй, не делай из меня святого, - возмутился я. Моя рука скользнула под одеяло, и секунду спустя я тесно прижал Голубую к себе спиной. – Я обычный парень, а у меня в кровати очень симпатичная, хоть и робкая девушка… Не боишься, что я попробую тебя развратить? Она прерывисто вздохнула, когда мои пальцы осторожно оттянули край ее ночной рубашки и легли на ее груди. -Я… - Голубая чуть повернулась ко мне. – Я не буду против. Вот такого поворота я не ожидал! -Ты пришла ко мне, - медленно подбирая слова, сказал я, - чтобы я поприставал к тебе? -Не совсем. Мне очень одиноко, я хочу, чтобы кто-то, кому я хоть немного доверяю, побыл рядом. Если ты хочешь… можно и так. Она повернулась ко мне, не вырываясь из моих объятий. Лунный свет (видимо, нам скоро на работу…) блеснул в ее влажных от слез глазах, мягко скользнул по щеке. -Не нужно жертвенности, дура, - вздохнул я. – Если хочешь, можешь доспать оставшееся время со мной. Просто доспать. Но я могу храпеть. -Он врет, он не храпит, - донесся до нас сонный голос Розового. Голубая улыбнулась и кивнула. Я приобнял ее поудобнее, зарывшись носом в густую лазурную копну волос. -Тебе удобно? -Да, - ее дыхание обожгло шею. – А тебе? Ой… -Что? Она подняла голову, ошарашено и смущенно смотря мне в глаза. -Фил… зачем ты это делаешь? -Что именно? – пробормотал я, зевая. Она потупилась и показала взглядом вниз. -Ну простите, - фыркнул я, поняв, что ее возмущает мой стояк, упирающийся в ее бедро. – Ляг, как тебе удобно, я это выключить не могу. -К..как не можешь? – ее удивленный шепот стал еще тише. – Разве это не значит… ну.. что ты хочешь…? -Ой, забей, - я сгреб ее в охапку снова. – Хочешь-перехочешь. Ночью тем более есть где оторваться. Не хочу я тебя насиловать и приставать к тебе против твоей воли тоже не хочу. -Но у тебя стоит. -Я в кровати с симпатичной девушкой, что ему еще делать? -Ты его не контролируешь, что ли? -Не всегда. -Ребят, вы либо трахайтесь уже, либо спите, - взмолился Розовый. – Я вот очень спать хочу, ваши разговоры мешают. Фил, ты можешь просто молча ее отжарить? Голубая повернулась ко мне спиной, устраиваясь поудобнее, заелозила под одеялом. Ее мягкие ягодицы плотно прижались к члену. Она провоцирует меня или ей просто реально так удобно? Я осторожно спустил руку, которой приобнимал ее, вниз, к бедру. Она чуть шевельнулась, ее попка прижалась ко мне чуть плотнее. -Это приглашение? – прошептал я ей на ухо. -Да, - совсем смущаясь, ответила она. – Пожалуйста. Мои пальцы под одеялом задрали ее ночнушку, но потом поверх них легла ее рука. -Только… только осторожно, хорошо? Не будь грубым. -Хорошо. У меня есть идея. Ее рука убралась с моей, предоставив свободу действий. Я медленно и аккуратно начал ласкать ее пальцами. Для Голубой даже это было в новинку, как потом оказалось, она даже никогда не трогала саму себя… ну, вы понимаете. Она тихо и стеснительно застонала, но вовремя спохватилась: я видел, как девушка закусила краешек губы, заставляя себя молчать. Моя вторая рука тем временем легко поглаживала ее по груди, скользила пальцами по твердым соскам. Всего несколько минут – и Голубая, извиваясь, сдавленно вскрикнула сквозь собственную ладонь. -Стой… погоди… - она все никак не могла отдышаться. – Аххх…. Ммм… я… я первый раз так… стой… Я продолжил движения пальцами еще усерднее. -Нет… стой… мне слишком приятно, - она попыталась отстранить меня, но я прижал ее к себе, не давая вырваться. – Ах, нет, не надо, прекрати… -Почему? – прошептал я ей на ухо. – Тебе не нравится? -Нравится, это слишком приятно.. мм, правда, остановись, пожалу… Я зажал ей рот и подмял под себя, продолжая орудовать пальцами. Голубая дрожала и жмурилась, пытаясь вырваться, затем тихо застонала сквозь мою руку. Ее тело моментально расслабилось. -Это что, был твой первый в жизни оргазм? – неловко прошептал я, убирая руки. Она кивнула, обессилено прижалась ко мне. -Спасибо. -Ничего себе ты, - вздохнул я. – Спи теперь… нам скоро на работу. -А можно здесь, с тобой? -Да, да. Спи. Она сразу же задремала, а я еще некоторое время не мог заснуть. Думал, как же так получилось, как она попала сюда? Решил, что обязательно спрошу у нее еще раз, и тут же уснул.