Дьявольский лабиринт

Кисе клонило в сон. Долгожданные выходные были настолько желанными, что так не хочется их отпускать. Школа, съёмки, тренировки – на себя почти не остаётся времени, не то, что бы выспаться всласть. К огромному сожалению, первый выходной был не выходным, а почти тем же будним днём, только что без школы, поэтому выспаться не удалось. Оставалось лишь воскресенье, и на него Кисе положил большие надежды, предварительно постаравшись за подходящую к своему концу субботу закончить как можно больше разных дел, раз выспаться не удалось. Сегодня в полдень, ехав в студию, блондин сделал новую электронную почту, так как старая была забита так, как не бывает забито ни одно почтовое отделение в городе. Разбирать все те письма не представлялось возможным, поэтому проще всего и спокойнее было создать новую почту. Вспомнив пароль, Кисе с зевком зашел к себе, боковым зрением наблюдая за телефоном – буквально минуту назад он пожелал доброй ночи всему Поколению Чудес и друзьям, но, не зная номер Кагами-чи, попросил фантома передать ему пожелание за него. В прошлый раз просьба поделиться номером телефона десятого не увенчалась успехом, поэтому нужно немного подождать перед следующей попыткой. Кисе представил себе как в ответном тексте ясно можно ощутить бешенство красноволосого, и пакостно хихикнул. Времени было девять вечера, но уставшая модель то и дело прикрывала на пару секунд глаза, стараясь не провалиться в сон тут же. Прошло десять минут, и за это время ответ прислал Куроко-чи, один раз в неделю радуя блондина пожеланием спокойной ночи, Аомине-чи, обойдясь ленивым «ага», Сацуки, прислав немного меньше смущённых смайликов, чем Кисе, в ответ, и семпай, который сказал как следует отдохнуть, иначе на следующей тренировке всю дурь из блондинистой головы выбьет. Самый обычный вечер, а потом – сладкая тёплая постелька, от мыслей о которой у Кисе буквально расползлась на лице блаженная идиотская улыбка. Рёта уже хотел было заканчивать свои дела и «лицо» новой странички, как ему пришло сообщение с названием «Не хотите ли сыграть со мной в лабиринте?». Вероятно, это был спам, но чисто из интереса и ради спокойного сна Кисе открыл сообщение, совсем забыв о том, ставил ли он галочку напротив пункта «не получать спам/рекламу». «Здравствуйте, дорогой заскучавший игрок! В современном мире существует много удивительных, загадочных, а так же нереальных, необъяснимых, и просто удивительных вещей, которые часто показываются в играх. Уверен, что Вы по собственному опыту знаете, насколько широка палитра загадок этого мира, и как умело её изображают разработчики. Что бы не занимать Вас слишком долго, спрошу Вас я: есть ли у Вас страхи? Боитесь ли Вы темноты или живущих в ней существ? Готовы ли Вы пойти навстречу своему страху и преодолеть его? Если ответ «да», тогда я смиренно предлагаю Вам опробовать игру по моей идее – Дьявольский Лабиринт. Нет, здесь не будет уже привычных монстров или ловушек (если Вы сами того не пожелаете), здесь я хочу раскрыть Вам те желания, о которых Вы, возможно, даже не подозреваете. Поэтому я жду Вас в моём мире с нетерпением. Пожалуйста, воспользуйтесь прикреплённым к письму приглашением для более быстрого и качественного поиска соигрока. Желаю Вам приятной игры. Искренне Ваш, Демон Света.» «Классика» сонно подумал Кисе, нажимая на ссылку. Ладно, еще несколько минут на осмотр внешнего вида игры, а потом – спать. Может быть, игра хорошая, и можно было бы сыграть в неё разок. Сонно улыбнувшись своему плану, Кисе решил закрыть на несколько секунд глаза, пока ему найдут соигрока и окошко «Подождите, происходит поиск партнёра...» пропадёт. Всего несколько секунд, не больше... *** Открыть глаза. Закрыть глаза. Ещё раз открыть. Зажмуриться и ещё раз открыть. Это сон? Хоть с закрытыми, хоть с открытыми, окружающее не менялось – вокруг была полная темнота, никакого намёка на свет, даже призрачного. Кисе нахмурился. Он ничего не видел, но он чувствовал себя и то, как лежит на спине. Странный и слишком реалистичный сон. Вокруг не было ничего светлого – ни сверху, ни справа, ни слева. Нигде. Кисе был в полной темноте, и даже его комната ночью с плотно задёрнутыми шторами не шла с этим ни в какое сравнение. Сон пропал мгновенно. Нервно сглотнув, парень ощупал поверхность, на которой лежит. Под руками ощущалась чуть прохладная трава и почти сухая земля. Можно было собрать травинки в кулак и потянуть, ощущая, как они отрываются от земли примерно в середине стебля. Сев, Кисе сильно потёр глаза, слегка паникуя – когда перед глазами полная темнота, это не особо радует. Несколько раз глубоко вздохнув, блондин принял решение быть с закрытыми глазами. Так спокойнее. Вытянув руки перед собой, парень попытался отыскать стену, перегородку, забор, что угодно, что бы хоть немного представить окружение. Левая рука, вытянувшись влево, ощутила прохладу слегка неровной стены. Держась за неё, Кисе поднялся, старательно ощупывая остальную часть. Впоследствии можно было представить, что он находится в месте, где растёт трава, и это место окружено стеной, образовывая небольшой квадрат, но высоту стен которого нельзя было измерить. Также из этого квадрата был лишь один выход, ширина которого при разведённых руках была Кисе от локтя до локтя. Ещё раз убедившись, что ничего кроме травы и необъяснимо высоких стен тут нет, парень пошел по некому коридору, который ему выпал. Страх липко скользил по внутренностям, оставляя везде за собой неприятную влагу, которая заставляла органы сжиматься, делая дыхание судорожным и с оттенком чистого страха. Аккуратно ступая, проверяя каждый свой шаг, Кисе продвигался в темноте, не зная, куда он идёт, откуда вышел, и что его ждёт дальше. Он лишь слышал своё дыхание, учащённый стук сердца, твердость почвы под ногами и приятную шероховатость под ладонями. Если в подобной ситуации вообще было что-то приятное. Блондин понятия не имел, сколько так шёл – в темноте и страхе, непонятно где, невозможно было знать время, как перед ним возник, по ощущениям, поворот. Поворот шёл налево и направо, будто это была буква «Т», и Кисе поднимался с самого низа. Также это был не перекрёсток, что самую малость успокаивало. Нервно дернув уголком губ в подобии усмешки, Кисе выбрал направление вправо. Что ему терять? Неизвестно что его ждёт, поэтому можно и рисковать. Поверхность стены стала немного ровнее... или ему так только кажется? Сглотнув, Кисе подпрыгнул так высоко, как мог, но верхушки стены всё так же не было. Облизнув губы, парень двинулся дальше. Проход стал заметно шире прежнего, но это не приносило облегчения. Данная ситуация была совсем безрадостной. Повороты встречались всё чаще, и Рёта уже перестал их считать и рисовать в уме карту своего маршрута. Изредка стали появляться небольшие отверстия, но максимум – глубиной на палец. Шёл парень так же осторожно, но уже более уверенно. «Привык» пронеслось в голове, а затем всё тело вновь сосредоточилось на ощущениях. Идти вперёд – больше ничего не оставалось. Времени не было, оно будто не существовало в этом жутком месте. Однако, это не было похоже на фильмы ужасов – тут не было странных и подозрительных шорохов, окружающая обстановка, хоть и в воображении, но не менялась, нечего липкого или вообще живого, за исключением редкой растительности и самого Кисе тут не было. Не было явных причин для паники, не считая того, что он непонятно где и непонятно как сюда попал, непонятно зачем и непонятно насколько. Да, помимо этого – всё просто прекрасно. Зло стукнув кулаком по стене, блондин досадно прошипел, силой удерживая панику под контролем. На него не нападают, температура нормальная, и окружение уже хрен знает сколько времени не менялось. Пока он может идти, не всё потеряно. В абсолютной темноте в это мало верилось, но нужно было верить хоть во что-нибудь. Это лучше, чем просто сесть и сидеть, ожидая, когда этот нереально реальный сон закончится. Будто издеваясь, местность (мозг отказывался называть это лабиринтом, иначе паника была неизбежна) устроила Кисе подлянку, преподнеся тупик. Сбивчиво дыша, парень старательно ощупал его, и, убедившись в совсем печальных выводах, повернул обратно, стараясь припомнить, откуда он поворачивал и куда можно повернуть теперь. И если первый и второй тупик был печальным, то третий – тихим ужасом. Четвёртый – начинающейся паникой. Пятый – неверящим отчаянием. Шестой – лишением последних крупиц надежды. Седьмой окончательно вывел Кисе из шаткого, но всё же равновесия. Позволив себе заплакать от бессилия, он прикусил губу, тихо шмыгая носом, и побежал обратно наугад, совсем не задумываясь куда сворачивать, и что может упасть внутрь вполне существующей ямы. Очередной раз завернув, Кисе наткнулся ногой на что-то, из-за чего совсем растерянно полетел вниз, благо, отделавшись лишь парой ушибов и ободранной кожей ладони, в неудачной попытке схватиться за изъян в стене. Кисе затих. Он только что споткнулся обо что-то, и, по ощущениям, что-то было живое. Сердце забилось быстрее, то ли от радости, то ли от ужаса, то ли от всего сразу. Но сзади было подозрительно тихо. Кисе открыл глаза, хоть всё равно не видел ровным счётом ничего, и медленно обернулся, смотря предположительно в то место, где мог находиться человек или живое существо. Если это было животное, у него могли светиться глаза, но ничего подобного Кисе не видел. Сглотнув тяжелый подступивший ком, Кисе нерешительно прошептал: - Эй?.. На расстоянии примерно двух вытянутых рук, немного слева, кто-то удивлённо или испуганно вздохнул. Наверное, не животное, раз не было свечения глаз. Кисе осторожно сел лицом к существу, приготовившись в случае чего обороняться, и вновь спросил, немного увереннее. - Ты человек? Перед блондином некто молчал, с каждым мгновением заставляя волноваться всё больше и больше, разгоняя кровь и вынуждая дышать ртом. Спустя напряжённые моменты ожидания, некто ответил больно знакомым голосом. - Кисе? Парень удивлённо округлил глаза, не веря своим ушам. Этот голос... Такой знакомый, чуть хриплый, немного слабый, и точно такой же неверящий, что Кисе хотел тряхнуть головой – галлюцинация? Но он не тряхнул. Последние еле тлевшие песчинки надежды разошлись таким неистовым огнём, что парень ползком приблизился к месту, от которого шёл голос, не веря и желая реальности этого сейчас больше всего на свете. - Кагами-чи?.. Кагами-чи, это ты? Кисе был готов опять плакать, улыбаясь от уха до уха, только бы... - Это я, Кисе. Где ты? Дай свою руку. Спасительный голос был близко. Блондин, еле сдерживаясь, протянул руку вперёд, стараясь найти руку Кагами, и когда ощутил ладонь на своём локте, поддался чувству неимоверной радости, мигом подползая ближе и крепко обнимая сидящего, прислонившегося к стене форварда, прижимая того к себе, безмерно радуясь, что в этом непонятном чёрном месте, лишённом надежды, он теперь не один. Кагами не был сильно удивлён, наверное. Во всяком случае, он не обнимал Кисе в ответ так же пылко, как обнимали его. Кисе был вне себя от радости, наспех шаря руками по телу Кагами, пытаясь представить его. С каждым движением по его телу улыбка становилась всё меньше на губах блондина. Если верить ощущению, Кагами был в майке и шортах, но температура его тела была заметно холоднее температуры самого Кисе. И только сейчас последний заметил, что то место, где они находятся, очень холодное. Нет, не поверхность, на которой они сидели – сам воздух был холодным. Кисе растерянно огляделся, мысленно давая себе подзатыльник за глупость этого, пододвигаясь ближе к другу, который, казалось, был болен, и болезнь лишила его сил. - Как давно ты тут сидишь? – спросил блондин, обнимая друга за талию обеими руками и прижимая к себе, желая поделиться своим теплом с ним. - Чёрт его знает. Я из душа выходил, когда в коридоре пропал свет, а дальше... – Кагами поежился, чувствуя тёплые обнимающие его руки. – Я тут оказался. Вот вроде и только что у себя дома был, а потом раз – и тут – красноволосый невесело усмехнулся, пока Кисе делился с ним своей спортивкой. – Понятия не имею, сколько ходил тут, ища выход. В итоге замёрз как лысый кот... Форвард был непозволительно холодный, хотя и в пределах разумного, поэтому простого обнимания явно было мало. Седьмой решил так же прикрыть его спину верхней одеждой, которую, сейчас вспомнив, надел просто потому что любил свою спортивную форму. Сидеть так и обнимать кого-то было неудобно, поэтому Кисе скрестил ноги, усадив в образовавшееся место Кагами. Обнимая его за талию и прикрыв его спину, он прижал Тайгу лбом к своей шее, слушая хриплый голос, но не сильно вникая в слова. - Ты только засыпать не смей – серьезно проговорил блондин прижавшемуся к нему форварду. - Почему? Ты тёплый и мягкий, я посплю на тебе пару часов, пожалуй – Кисе ощутил, как парень улыбается, поэтому мстительно ущипнул его за бок. Десятый слабо вздрогнул. – Там синяк, не трогай. - Неудачное падение? – осторожно спросил блондин, бережно обнимая чуть ниже пострадалого места, как бы извиняясь. - Можно и так сказать – выдохнул Кагами, наконец крепко обняв Кисе в ответ. – Просто оказался не в то время, не в том месте, и рядом с Куроко. От него и досталось, потому что я случайно увидел в его телефоне обрисованную сердечками фотографию Момои. Я думал, ты один такой фигнёй занимаешься – начавший согреваться Тайга чуть удивлённо обратился к Кисе. - Если захочу, то и тебя обрисую! – явно в обиженных чувствах фыркнул седьмой. – И вообще, это не фигня. Я люблю моих друзей, что такого, что я это так выражаю? - Ага. Помимо бесконечных сообщений им, и несмотря на пожелание от Мидоримы смерти? Видно, как тебя любят в ответ – Тайга сдержал смех, но не сдержал улыбку. - Не-ет, Мидорима-чи хороший, и он любит меня, хоть и скрывает это – Кисе, довольный, приосанился, впрочем, сразу же после опираясь о стенку – Тайга не пушинкой был. – После игры с тобой он иногда присылает мне гороскоп, и один раз так получилось, что его счастливым талисманом дня был человек со знаком зодиака близнецов. Моим знаком! Представляешь, он почти был готов убить меня, потому что думал, что я не соглашусь ходить везде за ним, а Такао всю дорогу подкалывал бедного Шинтаро. Мне было его даже немного жаль, но я знаю, что и они любят друг друга – Кисе, как будто это полагается, расплылся в широкой довольной и коварной улыбке, будто кот. - Да что ж у тебя всё так любовью пропитано? – недовольно пробурчал Тайга. – Небось, и своего капитана ты тоже любишь? - Касамацу-чи? Конечно я люблю его! Люблю-люблю-люблю! – счастливо пропел блондин, с силой и всей своей любовью тиская бедного Кагами чуть ли не до хруста костей. - Я не Касамацу, перестань меня душить... – прошипел Кагами, у которого незаконно отбирали кислород. - Прости, увлёкся мыслями... – виновато хихикнул седьмой, ослабляя объятия. – Представил, что семпая обнимаю. Он это редко разрешает делать, только после побед в играх. Представь только, какое у меня воздержание! А потом в синяках хожу, потому что при команде это делать нельзя, а мне сдерживаться и успокоить себя трудно, я же люблю обнимашки... – грустно протянул модель. - Да, я вижу... – ответил Кагами, немного поёрзав. Через время он продолжил. – Если мы отсюда выберемся, я разрешу тебе обнимать себя. И играть один на один чаще. И даже номер свой дам. - Правда? Это так здорово, Кагам... – Кисе осёкся, тут же теряя всю свою радость и воодушевлённость. За этим беззаботным разговором он успел забыть, что они хоть и вдвоём, но всё ещё непонятно где, и так же непонятно было, как отсюда выйти. Кисе стало страшнее, чем раньше. – Ты не веришь, что мы выберемся?.. – тихо спросил блондин. Ответом было молчание. Кисе пробрала дрожь. Без надежды, он абсолютно не знал что делать, и паника совершенно спокойно уверенно заполняла его внутри. Не желая это чувствовать, подрагивающими руками он отстранил Кагами от себя, сжимая его плечи. - Почему ты не веришь? – голос предательски дрожал, слёзы вновь хотели выйти наружу. – Ты ведь перед самим Поколением Чудес не сдался! Ты всех нас победил! И после этого ты именно сейчас хочешь так просто сдаться?! Осознание безысходности почти овладело сознанием блондина, но он хотел верить, что есть выход, что ещё не всё потеряно, что ещё можно будет сыграть с этим глупым форвардом один на один, что они смогут подружиться и стать хорошими друзьями. Ещё столько всего, что Кисе хотел сделать, и не только с красноволосым, сейчас буквально висело на волоске одной лишь надежды. Не в силах больше сдерживаться, Рёта низко опустил голову, прикусив губу и сдавленно всхлипывая. - Это ведь не баскетбол, Кисе – спустя время тихо ответил красноволосый, и в его голосе было чётко различимо, что он не верит в счастливый исход. – Тут не с кем соревноваться даже... - Я! - Что?.. - Я буду твоим противником! – Кисе встрепенулся, обретя надежду, что хоть так, но форвард будет верить, ещё сильнее сжимая плечи парня при словах. Тот молчал, а Кисе продолжал в упор глядеть на него, возможно, в глаза, даже в полной темноте не уступая ему. - Хорошо... – мягко и с улыбкой ответил Кагами, и Кисе почувствовал, что тот наклонил голову на бок. Тихо радуясь, что он верит, Кисе опять притянул парня к себе, а тот обнял его выше талии, положив подбородок на плечо этого светлого правильного недоразумения. - Я верю, Кисе. Мы выберемся – уверенно проговорил форвард, машинально поглаживая спину «соперника». В такой странной ситуации, но как можно позволить себе проиграть? Тем более такому сильному сопернику? Они обнимали друг друга в молчании, наслаждаясь желанным теплом. По крайней мере, не замёрзнут, что уже было плюсом. Но без какого-нибудь плана лишь сидеть не было правильным. К тому же, кто знает, сколько здесь ещё нужно пробыть, а у них нет ничего съестного или даже банальной воды. Кисе сосредоточенно хмурился, пытаясь придумать хоть что-нибудь, отдалённо походившее на план. Правда, в голову ничего не приходило, кроме как греть друг друга и идти по этим запутанным путям с раздражающе высокими стенами. - О чём задумался? – спросил заметно оживившийся Тайга. Ладонями Кисе чувствовал, как мерно он дышит, и мог ощущать его сердцебиение. Это успокаивало, но у него самого сердце стучало заметно быстрее. Почему бы это? - Как нам отсюда выбраться – ответил блондин, поглаживая широкую спину. Он настолько погрузился в свои мысли, что хотел было спросить не занимается ли Кагами спортом с такой развитой мускулатурой, но тут же дал себе мысленный грубый подзатыльник. Конечно он занимается! К тому же, даже сам Кисе это делает. Господи, ну вот почему всё так, что даже соображать не получается?.. - Сейчас от того что мы пойдём куда либо может не быть никакой пользы, кроме тёплого места. Ты ведь тоже не пять минут тут ходил, верно? – Кисе кивнул. – Вот. Так что вряд ли выход близко. Конкретно сейчас нам следует поспать. На сонную голову хорошего особо не получается делать. Ну, конечно, тот раз, когда я обыграл тебя, не в счёт – Кагами усмехнулся, ну а Кисе понадобилось несколько секунд что бы понять, о чём он говорил. - Ты говоришь о... Тогда, когда ты не мог уснуть нормально, перед тем как впервые сыграть командой против меня? А я всю ночь думал о том, что Куроко-чи у тебя заберу – наигранно невинно протянул модель. Кагами раздраженно цыкнул, пихнув противника в бок. - Я засчитаю это как личное оскорбление. - Ой, ну, малыш Кагами-чи, не дуйся! – Кисе решил побыть мамочкой, и стал щекой тереться о щеку Кагами. - Я тебе не малыш, я выше тебя! – форвард пытался остановить начавшего сходить с ума седьмого. Или уже сошедшего? - Один сантиметр не считается! - Считается! - Нет! - Да! - Нет! - Да хватит тебе! – рыкнул красноволосый, прижимая Рёту за плечи к стене и тяжело дыша, так, что блондин чувствовал его дыхание на своём лице. - Не сердись, Кагами-чи, я же пошутил – неловко пролепетал Кисе, похлопав парня по спине, действительно боясь, что этот зверь может его в момент разорвать, если будет в ярости. Тот хмыкнул, приведя дыхание в норму. - Да кто ж будет сердиться на такого дурака как ты? – Тайга был просто немного раззадорен и явно улыбался. - Сам ты дурак... – обиженно пробормотал себе под нос блондин, пока его волосы спутывала тёплая ладонь. - Что ты сказал? – наигранно ласково поинтересовался форвард, пропуская волосы сквозь пальцы. Нехитрое занятие, но почему-то затягивает, если делать это другому человеку. - Говорю, что люблю тебя – ответил в тон ему Кисе. Тайга остановился, замерев. - Эй, не шути так – сказал он настороженно, для большей убедительности своих слов ткнув Кисе пальцем в грудь. - Что? Почему? Я тебе не нравлюсь? Ты так жесток, Кагами-чии! Я, может, тебя с первого взгляда люблю, а ты вот та-а-ак! – явно блефующий Кисе принялся обиженно хныкать, мастерски изображая отвергнутого в своих платонических чувствах влюбленного, но делал он это уж слишком убедительно. Что поделать, опыт... - Да я и не говорю ничего против, просто... не надо так – Кисе перестал хныкать. Ему сейчас показалось, или форвард смутился? В воображении тот отвёл взгляд, возможно, даже руку на затылке держал, и вид его был такой печальный-печальный, что Кисе невольно захотелось обнять его сильнее. - Ладно тебе, ты же мне как друг дорог – с мягкой улыбкой попробовал развеять неловкость модель, поглаживая форварда по спине. - Угу... – казалось, что признаваться в любви, даже в шутку, не стоило. - Прижмись, замёрзнешь ведь – тихо сказал блондин, которому стало интересно, почему парень так отреагировал. Даже прежний Аомине-чи никогда не реагировал настолько ярко, тем более, что конкретно сейчас они были в темноте, и всё ощущалось гораздо сильнее. – Так тебе нравятся не только девушки? Кагами осторожно сжал низ футболки Кисе. - Можно и так сказать... - Этому есть причина? – тихо поинтересовался парень, стараясь не спугнуть друга в раскрытии чего-то сокровенного. Тот немного помолчал, собираясь с мыслями. - Обещаешь никому не рассказывать? – Кисе кивнул. – Тогда слушай – Тайга глубоко вздохнул. – Не у одного тебя фанатки есть, и не с тобой одним всем хочется встречаться. У меня было несколько девушек, но... не сложилось, как говорят. Все извращёнными были, уже через недельку приглашали на приватное занятие в постель... – дальше Кагами замолчал, и, видимо, не думал продолжать, поэтому Кисе решился нарушить его молчание. - И?.. - Я в таких делах опыта не имею, поэтому после каждая закатывала на утро скандал о неудовлетворённости и всё в таком духе, истерички... – быстро выпалил красноволосый, в воображении Кисе старательно хмурясь, краснея, и отводя взгляд. Не иметь опыта, тем более с теми девушками, кто любит пожёстче, рискованно. Кисе сам помнил свой первый раз. Воспоминания были... Не очень детальными. И не очень приятными. Кисе предпочитал не вспоминать такое. - Поэтому ты стал задумываться о парнях? - Ага... - А у тебя есть любимый человек? - Я тебе и так слишком много сказал, хватит с тебя! – тут можно было и слепому понять, что форвард смущён. - Я не осуждаю, Кагами-чи – Кисе с улыбкой притянул в который раз к себе красноволосого, который явно опешил от такого поворота событий после своих же слов. – На мой взгляд, это очень мило, тем более представлять тебя, смущенно дарящего цветы парню... – Кисе тихо проскулил с улыбкой. - Заткнись, придурок... – форвард уткнулся лбом в холодную стену, поморщившись от резкого контраста её температуры и подскочившей собственной. – Он сам не знает, что нравится мне, и явно не ответит взаимностью. - А ты уже пробовал намекнуть ему об этом? – ответом было неуверенное «нет». Тайга уже почти жалел, что рассказал так много этому... даже слов нет, как его назвать! – Если хочешь, я могу помочь. Ну, свидание устрою, подскажу как себя увереннее показать, и всё в таком духе. Я тут один ресторан хороший знаю!.. - Тут? В этом непонятном месте? Кисе замолчал ненадолго, после ответив твёрдо. - Я точно сведу вас вместе, даже не сомневайся в этом – Рёта взял руку Кагами, сжав свою в кулак, и приставил к его, намекая о действии. Кагами его понял, и сжал свою ладонь в ответ, мягко стукнувшись о руку Кисе. - Всегда мечтал так сделать... – явно удовлетворённо протянул блондин, поправляя спортивку на форварде. - Тебе так нравится это? – не без улыбки спросил красноволосый. - Да. Аомине-чи и Куроко-чи часто так делали на играх, когда играли вместе. Я думал, что этим они выказывают полное доверие друг к другу, признают друг друга... А я же был самым слабым, никто из них так со мной не делал. И, конечно, я приревновал тебя к Куроко-чи, когда подумал, что вы с ним так же делаете! Кагами молчал несколько первых секунд, а потом разошёлся в искреннем смехе, подрагивая всем телом. - Ну что? – надулся Рёта, не понимая, что такого смешного сказал. - Я и подумать не мог, что ты такой интересный и смешной! – сквозь смех ответил форвард. Кисе невольно представил смеющегося десятого, вспоминая, как он обычно красиво улыбается, и невольно залюбовался образом. - Ты такой... – прошептал тоже улыбающийся Кисе, но тут же тряхнул головой, прогоняя наваждение. - А? Ты что-то сказал? – спросил вытирающий выступившие слезинки форвард. - Нет-нет, ничего, это я так – намеренно беззаботным тоном, что бы приятель ничего не заподозрил. - Ладно, давай искать место потеплее, чудо ты гороховое – Кагами встал с Кисе, и последний на момент запаниковал, когда тепло пропало, но быстро взял себя в руки и крепко сжал ладонь десятого своей, не желая вновь остаться одному. - Почему? – спросил было Тайга, чуть сжав пальцы блондина. - Не хочу потерять тебя – просто ответил тот, стараясь после не думать, как это прозвучало. Форвард кивнул, вспомнив, что в темноте этого нельзя увидеть, и поспешно ответил. - Хорошо, идём на поиски. И хоть никто из них не видел другого, крепко держа руки друг друга, оба немного смущались. Кагами – отведя взгляд, скорее по привычке, чем по необходимости. Кисе – с улыбкой и чуть опустив голову. Если они выберутся, то Рёта в покое форварда не оставит. Точнее, не «если», а «когда». Потому что они точно выберутся. Вместе. Спустя около десятка поворотов, и, возможно, десяти минут ходьбы, парни нашли что-то вроде дополнительного места в проходе, где было заметно теплее. Проход не переходил в очередной поворот – они только что завернули сюда, но стена под рукой шедшего справа Кагами ушла примерно на полметра вправо, затем опять параллельно основному пути, и после ровно на полметра влево, продолжая основной маршрут. Таким образом, создавался геометрически правильный изъян. - Кисе – тихо позвал красноволосый. – Можем остановиться тут, попробуй. Блондин ощупал поверхность стены, ощутил тепло на прохладных пальцах левой руки, и решил, что вряд ли им так повезёт в ближайшем времени, поэтому не нужно упускать настолько щедрый подарок. - Хорошо, это неплохое место – сам себе кивнул седьмой. – Будем спать на моей кофте. Кагами, ты под стенкой. - В каком смысле? – опешил форвард. - Во-первых, там теплее. Во-вторых, ты только в майке. В-третьих, не исключено что тут станет холодно, и если ты будешь не под стенкой, то замёрзнешь быстрее, чем я. Я-то в футболке и штанах – они всё ещё держали друг друга за руки, поэтому Тайга почувствовал, как Кисе пожал плечами. Вот объяснил простую истину, как будто ребёнку... Недовольно бурча, десятый нехотя отпустил тёплую ладонь, пока Кисе снимал кофту и складывал её так, что бы замок не мешал спать. После того, как Кисе закончил удовлетворённым голосом «я всё», Кагами пристроился спиной к стене. Места было не слишком много, а двум баскетболистам тут на спине в жизни не поместиться, поэтому Тайга почти сразу понял, почему блондин ляг к нему спиной и тоже на бок. - Теперь грей меня – Кисе придвинулся ближе к форварду, и такая неловкая для последнего ситуация явно забавляла первого. Кагами помедлил, не зная, как на это отреагирует седьмой, и осторожно обнял того за талию, спокойно касаясь ладонью «пола», и рукой частично закрывая тому живот. - Если станет холодно – разбуди меня, поменяемся – чуть хмурясь, сказал форвард, прислушиваясь к мирно сопящему Кисе. - Да-да, конечно. Спокойных снов, Кагами-чи – на автомате ответил модель, уже полностью устроившись для сна, для удобства вытянув руку, на которой лежал, вперёд. Одна спортивка явно не заменяла подушку, но ведь недаром говорят, что самая мягкая подушка – это рука? Как только Кисе принял горизонтальное положение и прикрыл глаза, на него тут же накатилась такая усталость, что он уснул почти сразу же. Думать не хотелось, поэтому самым лучшим он посчитал слушать удары сердца красноволосого, у которого оно билось учащённо. Модель предположил, что тому настолько тепло, может быть, стена даже неведомым образом стала теплее, будто это была батарея, но сознание уплыло на этой мысли. Как только мышцы под рукой Кагами, обнимающего Рёту, расслабились, сам форвард тоже немного успокоился, выдохнув через нос. Они были слишком близко, но только по воле странных обстоятельств. Возможно, в обычной ситуации Кисе бы тоже влепил Кагами пощечину, если бы узнал, что именно он является предметом симпатии форварда, но о том, что тот будет спокойно покоиться почти в объятиях красноволосого, последний даже мечтать не мог. Прикрыв глаза, десятый придвинулся к затылку Кисе, касаясь кончиком носа его волос, совсем чуть-чуть прижав парня к себе. В этот момент возникла мысль, что ему совсем не хочется покидать это место, если придётся и отпускать Кисе тоже, но мысль была разбита о ближайшую стенку. Им нельзя тут оставаться. К тому же, играть с ним один на один почти так же приятно, как и обнимать сейчас. И ещё с ним можно будет говорить по телефону, обедать в кафешке, вечеринки устраивать... За подобными мыслями форвард не заметил, как уснул, представляя, как он и блондин сбегают с вечеринки в другую комнату и целуются там, крепко прижимаясь друг к другу. *** Кагами проснулся от того, что рядом с ним было какое-то движение. Разлепив глаза, он моментально насторожился, замерев. Всего за пару мгновений вспомнилось всё пережитое. Значит, Кисе всё ещё рядом. Прислушиваясь к возне с его стороны, форвард к удивлению своему обнаружил, что некая тяжесть на его ногах – это нога Кисе, которую тот закинул на него. Сам парень сейчас, если верить ощущениям, мелко дрожал. И тут Тайга обратил внимание, что стена, к которой он был прижат, прохладная. Значит, нормально поспать им всё же не удалось. Когда Кагами чуть повернулся, пытаясь унять неприятную боль в мышцах после сна на твёрдой поверхности, Кисе слишком сильно вздрогнул, а затем негромко произнёс. - Привет – явно с идиотской улыбкой. – Прости, я тебя разбудил?.. Хмурясь, десятый нашел своей рукой его ладони, к весьма неприятному удивлению обнаружив их холодными. - Я только-только проснулся, правда... Подумал, что тебе что-то хорошее снится, не захотел будить тебя... Согреть хотел, ты выдыхал иногда во сне... – лепетал с нервной улыбкой блондин, не заметив, что спалился. - Как долго ты не спишь, что знаешь, что я иногда выдыхал? – сурово спросил его форвард хриплым после сна голосом. Кисе принялся активно и заметно более нервно оправдываться, на что красноволосый лишь вздохнул. – Заткнись – молвил он, крепко прижимая к себе стыдливо замолчавшую модель. Второй рукой взял его кофту, расправил, и накрыл ею спину его несчастья, и себя отчасти, что бы обоим теплее было, и блондин не посмел причитать на счёт того, что и Кагами мёрзнет по «его вине». Кисе перестал дрожать спустя время, послушно прижимаясь к становившемуся всё более теплым Тайге, сердце которого вновь стучало так быстро, как перед сном, хотя он упорно старался его успокоить. Мысленно, конечно. - Тепло? – спросил спустя время форвард, но Кисе не ответил. Прислушавшись, парень понял, что тот вновь уснул. Господи, что он делал в то время, когда нужно было спать? Непонятно сколько времени прошло, но десятый больше спать не хотел. Может, он недолго дремал, а может, поспал и семь часов. Пока Кисе тихонько дышал ему в грудь, Кагами осторожно гладил его волосы. «Дурак» добродушно называл он его, и иначе называть не хотелось. Потому что прямо сейчас это только его дурак, лучше всех остальных людей вместе взятых. Форвард улыбнулся этим мыслям, аккуратно потянувшись, что бы не разбудить Кисе. Геометрически правильный изъян в стене, ставший местом их ночлега, позволял всласть растянуться в полный рост, чего не позволяли почти все кровати в Японии. Вот только в ногах самых маленьких кроватей ничего подозрительно тёплое синтетического происхождения не шуршало, когда к нему притрагивались. Десятый напрягся. Нечто не было живым, скорее всего, это был пакет с... чем-то тёплым внутри. В мыслях моментально всплыл любимый гамбургер, и красноволосый сглотнул слюну, а живот требовательно заурчал, напоминая, что никакие паранормальные места привычную потребность не отменяют. Осторожно отодвинув от себя не проснувшегося Кисе, спящий образ которого даже в воображении был до невозможности милым, десятый сел на прохладном «полу», пододвинувшись к месту, на которое сейчас была возложена самая большая надежда, в особенности желудка. Потянувшись, Кагами ощутил рукой гладкую поверхность пакета не маленьких размеров. Сглотнув от волнения, он взял его, ощупывая. Это был самый обычный пакет с чем-то мягким и тёплым внутри, и там еще находилась бутылка, объёмом примерно в полтора литра. Содержимое бутылки, как и происхождение теплого мягкого нечто, при отсутствии света определить удалось бы возможным лишь на запах, но сам Тайга не хотел заниматься исследовательской работой без Кисе. Если содержимое не отравлено, то он тоже должен обрадоваться этому. Почему Кагами думал, что содержимое отравлено? Потому что это место слишком странное, что бы тут из воздуха появлялись нужные вещи совершенно бесплатно. Вздохнув, десятый обернулся на шуршание за спиной. Это явно Кисе проснулся без тепла рядом. Форвард улыбнулся этой мысли, разрешая себе почувствовать себя важным для него. - Почему ты сидишь?.. – сонным голосом спросил седьмой, зевнув и с тихим мычанием после сладкого зевка положив ладонь Кагами на плечо и прислонившись к нему щекой. Красноволосый решил разрешить себе краснеть, раз его всё равно не видно, но голосу нельзя было выказывать положение. - Гляди, что я нашёл – сказал Тайга, и пошуршал пакетом. - Что это? – спросил Кисе, прижавшись к Кагами боком. Тот в мыслях глубоко вздохнул от этого невинного действия, немо сетуя, что ничем не отличается от банальной фанатки, так реагируя на модель. - Это... Возможно, еда и вода. В темноте не видно – пожал десятый плечом, предусмотрительно убрав пакет от потянувшегося с энтузиазмом к нему Кисе. – Вполне возможно, что отравлено. - Да ладно тебе, Кагами-чи – обиженно протянул седьмой. – Просто так тут еды мы не найдём, в ближайшее время кто знает, удастся ли нам вновь найти такой подарок, а если и откажемся, то рано или поздно голод одолеет, и тогда придётся есть, хочешь или не хочешь. Не будь букой, я кушать хочу! – закончил свою обиженную речь блондин, жадно отобрав пакет со съестным, ища способ его открыть, но не отстраняясь от форварда, к его удивлению. - Я не бука – запоздало сказал он, слушая активное шуршание. Пакет явно поддался ловким рукам Кисе, а через несколько секунд носовых рецепторов коснулся до боли знакомый запах, сводя от своего аппетитного состава скулы. - Вау... – поражённо на выдохе сказал блондин, с улыбкой добавив. – Это по твоей части – и в тот же момент в руки Кагами попал, без сомнения, гамбургер, который совершенно спокойно помещался не на одной, а на целых двоих больших ладонях. Это просто не могло быть правдой... - Итадакима-а-ас! – пропел явно счастливый Кисе, и голодно впился в мягкую булочку, смакуя любимую вкусность форварда. Кагами не посмел оставаться в стороне. Будь что будет! Сейчас он голоден и отказываться от еды слишком глупо, особенно от любимой. С энтузиазмом он приступил к поеданию гамбургера... ... а спустя три больших укуса, когда трети еды с воздуха уже не было, Кагами был мрачнее тучи. Три укуса. Всего три укуса его любимой еды, и он наелся. Да что там наелся! Ему хотелось в эту же секунду почистить зубы, что бы избавиться от слишком странного вкуса, уже не кажущегося таким родным. Неужели он заболел? Это место явно было проклято... Кисе рядом вздохнул, наверное, тоже наевшись. - И всё же, я не ты, я только половину смог осилить... – похлопав себя по животу, блондин улягся обратно, а форвард тихо хмыкнул. Он-то половину смог, а гамбургеровская душа лишь треть. Стыд и позор. – Отдохнём немного, и пойдём. Кагами с ним согласился, аккуратно ложась обратно, а затем Кисе укрыл его своей кофтой, прижавшись поближе. Хмурость совсем не хотела сходить с лица десятого, настолько это всё было странным. Прикрыв глаза, он старательно прислушивался к организму, ожидая, когда тот скажет, что состав был просрочен, или всё же отравлен. Так было бы намного спокойнее. Пока красноволосый вспоминал все свои походы в приличные и простые заведения в Америке, прошло около десяти минут, по истечению которых Кисе резко встал, чуть не упав на Кагами. - Нам нужно идти – он старался, что бы это вышло твёрдо, но в голосе всё равно была странная нервозность, которую внимательный форвард хорошо заметил. - Еду берём с собой? – он сел, как после сна до этого, нашарил рукой аккуратно завёрнутый обратно бургер свой и Кисе, положив обоих на своё место в пакет, пока блондин приводил доказательство важности этого дела. Сразу после этого парни поднялись, намереваясь идти дальше искать выход. Кисе коснулся рукой плеча десятого, в неком подобии ласки спустившись к его ладони, и сжав её сильнее, чем нужно. - Идём... – проговорил он, одетый в кофту, в то время как Кагами выпала миссия нести пакет, и двое игроков баскетбола пошли искать выход, держа друг друга за руки. Уже через несколько поворотов Кисе дышал так, что его можно было отчетливо слушать. Сбивчиво, что если немного постараться – он бы точно застонал, что заставляло хмуриться форварда всё больше и больше. Ещё в последнее время тот стал слегка петлять, не идя ровно, что тоже настораживало. Только Кагами хотел спросить у напарника, что с ним, как тот упал на колени, со слабостью протянув. - Не могу... - Кис... – форвард запнулся и широко расширил глаза, слыша стон. Он был рядом с блондином, присев, а седьмой сидел, прислонившись боком к стене, и тяжело дышал. Рука, замеревшая на спине модели, обжигалась высокой температурой его тела. Почему это только сейчас чувствуется? – Ей, Кисе! – с усилием воли совладав с собой, форвард откинул пакет назад, обеими руками разворачивая парня лицом к себе и за плечи прижимая его к стенке. - Тайга... – томно прошептал седьмой, и красноволосого будто током прошило. По ощущениям, напарник сейчас... штаны снимает?! Форвард не мог сдвинуться или пошевелиться, отстранённо, будто смотря фильм, в воображении ясно представляя все действия блондина, понятия не имея что сейчас происходит и что в такой ситуации нужно делать. Красноволосый не помнил, в какой именно момент Кисе приспустил свои штаны и трусы, но ясно помнил тихие вздохи и вполне хорошо слышимое в окружавшей их тишине выдыхаемое со стоном «Кагами-чи». Кисе поворачивал голову на бок, вскидывал бёдра, разводил ноги, колени которых подрагивали, и это в то время, как он ласкал себя, кажется, совершенно не смущаясь, что делает это перед Кагами. Кагами сам был непонятно где в это время. Он будто впал в ступор, как это делают некоторые люди во время всеобщей паники, пока горячее тело под ним возилось и смело постанывать. Не принёс желанного отрезвления и момент, когда Кисе, по руке Кагами добравшись до его головы, притянул того к себе, поцеловав в губы. Захватив главенство сразу же, Рёта теперь стонал сквозь поцелуй, активно исследуя не сопротивляющийся рот и вынуждая отвечать, что далось красноволосому с трудом. Но когда далось, его ладони спустились на талию блондина, сжимая мягкую плоть от одуряющего осознания что это именно Кисе сейчас под Кагами. Кисе сейчас было хорошо. Он умело ласкал себя, водя рукой по своей напряжённой плоти вверх-вниз, то лишь слегка касаясь, то плотно обхватывая пальцами член, меняя скорость, и вообще делал это так виртуозно, будто был одним из мастеров не только баскетбола. От своих же ласк постанывал, ещё трезвым краем сознания представляя ошалевшего Тайгу над ним, и это почему-то так раззадоривало, его смущенное красное лицо, что желание поцеловать его быстро воплотилось в жизнь. Постанывать в чужой рот было так развратно, что блондин ещё больше возбуждался, хотя казалось, что дальше некуда. И хоть непонятно откуда взявшаяся эрекция и пошлый настрой должны были полностью сметать сознание и желать лишь одного, Кисе не мог представлять себя, хоть и в темноте, но одного. Слишком страшно теперь это было. Всё же, он не играл безумную радость, когда так случайно обнаружил тут форварда, поэтому он так отчаянно теперь не хотел терять его. Спустя бессчетное для затуманенного сознания время красноволосый отвечал на поцелуй, обнимая модель и прижимая того к себе. Чувствовать жадные руки на своей коже, ощущать всё так сильно обострившимися из-за темноты ощущениями было крышесносно, что на большую часть Кисе постанывал именно через это. Пробравшись к седьмому под футболку, Кагами стал поглаживать его грудь, ласково потирая напряжённый сосок большим и указательным пальцами одной руки, в то время как второй опёрся о стенку, целуя возбуждённого Кисе с напором и желанием, борясь за первенство. Кисе был не очень против того, что бы подчиниться, поэтому вскоре его стоны звучали приглушённо, которые жадно впитывал губами красноволосый, теряя контроль и на время беспощадно, будто об этом и мечтал всю жизнь, исследуя ладонью спину и поясницу модели. Не сдерживаясь в желаниях, форвард сел на колени, в то время как блондин воспользовался этим и хозяйственно расположил свои колени по обе стороны от чужой талии, чуть сжав её. Почти потеряв голову в поцелуе, десятый тихо рыкнул и прикусил нижнюю соблазнительную немного пухлую губу блондина, когда почувствовал, как жаркая ладонь накрыла его собственный ноющий пах, любовно поглаживая его сквозь ткань, уделяя внимание всей чувствительной области. Кисе аккуратно и с искоркой вызова сжал в ладони напряженные яички, и форвард сдавленно проскулил, прикусывая свою губу и чувствуя улыбку наглого блондина. Модель решил не оставлять никого и ничего без внимания, одним плавным движением уложив тяжело дышащего Кагами на лопатки, устроившись чуть ниже его бёдер. - Кисе... – будто в бреду прошептал форвард, выгибая спину для удобства задирающего его майку блондина. В мозгу с ярким страхом вспыхнула мысль, что блондин сейчас представляет себе одну из коллег-моделей, и как только поймёт, что у человека под ним нет груди, и в шортах внушительный стояк вместо мокрых кружевных трусиков, то остановится и всё тут же закончится, но Кисе не останавливался. Задрав мешающую ему майку до самой шеи, оголяя торс и грудь, Кисе рваными движениями рук требовательно изучал рельеф тела под ним, перейдя на грудь и, как только нашёл чувствительную бусинку соска, с закрытыми глазами жадно припал к нему губами, ясно видя в воображении именно Кагами и никого другого сейчас. Форвард в немом стоне широко раскрыл пересохшие губы, будто рыба на суше, ловя прохладный воздух, но из-за слишком жаркой ситуации прохлада совсем не чувствовалась. Кисе, будто издеваясь, терзал чувствительный участок кожи, одной рукой потирая и играясь с другим соском, и второй рукой самозабвенно поглаживая талию и бедро красноволосого. Вдоволь насладившись приглушёнными стонами и рваными вздохами, блондин по груди поднялся к ключицам, лизнул каждую и поцеловал впадинку между ними, а затем присосался к шее, на что Кагами издал протяжный стон – так чувственно седьмой целовал и вылизывал её, жадно прихватывая губами и иногда зубами приятно загорелую кожу. Руки форварда прижимали к себе разошедшегося блондина, изучая его лопатки и позвоночник, лишь чудом удерживаясь от изучения ягодиц. Кисе же даром время не терял, позволяя себе доставить еще больше удовольствия им обоим. Так, просунув руку под поясницу Кагами, седьмой заставил его поднять бёдра, вследствие чего стянул с парня его шорты и боксёры, раздражённо спуская их так, что бы не мешали. У самого блондина нижняя одежда была уже давно спущена, никто бы сейчас и не вспомнил время давности, поэтому Кисе, без лишних слов, обхватил рукой напряженный и сочащийся смазкой член Кагами, прижавшись к нему своим, и стал тереться об него, постанывая от ощущений и теряя голову в удовольствии. Тайга забылся в сладком стоне, сорвавшимся с губ против воли, когда Кисе стал двигаться, плотно прижимая рукой друг к другу их члены, жарко дыша десятому в шею и всем телом соприкасаясь с ним, ни на секунду не ослабляя приятное напряжение. Форвард должен был остановить его, сказать, что это всё неправильно, отругать, если потребуется... но чёрт, как же это было приятно. Его кумир, как бы это по-девчачьи ни звучало сейчас, занимался таким развратом именно здесь и именно с ним, с Кагами, и ни один момент не дал усомниться в том, что Кисе, будь он в здравом уме, не врезал бы красноволосому за признание. Парни тяжело дышали, Кисе негромко скулил и постанывал, иногда останавливаясь и быстро двигая рукой, в такие моменты дрожа всем телом, и выгибался под ласкающие его ягодицы руки, пока Кагами вылизывал ушную раковину модели и толкался в плотно сжатые пальцы, проезжаясь своей влажной головкой по не менее влажной чужой, заставляя седьмого стонать чуть громче и от этого ещё более рвано двигаясь. Чувствуя приближение оргазма, Кагами рывком перевернул Кисе на спину, с тяжёлым дыханием избавляясь от так неприятно сковывающей движения сейчас одежды, откидывая её в сторону, не заботясь о том, как её можно будет потом найти. Блондин совершенно не сопротивлялся и не протестовал, выгибая спину и стараясь хоть как-то прижаться к форварду, требуя разрядки и внимания. С рычанием десятый закидывает коленку блондина на своё плечо, прижимаясь к его бёдрам своими и вместе с Кисе, одновременно, обхватывая плоть друг друга, с жарким и возбуждённым дыханием продолжая прерванное занятие, постанывая без стыда и стеснения. Форвард наклоняется так низко, будто они сейчас занимаются самым жарким сексом, и место сверху, конечно же, принадлежит Кагами. Кисе под ним стонет, пачкая руку в их смазку, точно так же как и красноволосый, выгибается, дрожит и чуть не умоляет о оргазме, полностью отдавшись ощущениям и забывшись в них. Они тесно прижимаются, трутся друг о друга, чувствуя, что осталось совсем немного, и Кагами, не сильно интересуясь зачем, наугад целует Кисе, мазнув по его губам. Вслед за этим сам блондин находит своими губами его, в коротком глубоком поцелуе что-то промычав под не на шутку разошедшегося в скорости зверя, и выгибается всем телом, разрывая поцелуй, тесно прижимаясь к горячему Тайге, почти одновременно с ним кончая и особо громко стоная от этого. Излившись, форвард рухнул рядом с блондином, пытаясь хоть как-то отдышаться, слыша лишь громкое дыхание обоих и свой учащённый стук сердца. Никаких мыслей в голове не было, кроме одной – Кисе понравилось. О да, ему точно понравилось. Кагами собой чувствовал и слышал, как сильно ему это нравилось. Развратник Рёта... Тихо хмыкнув своей мысли, Кагами собственнически закинул руку на Кисе, ощутив вязкую горячую субстанцию на его животе. Они что, так много кончили?.. Представить Кисе в сперме десятый не решился, а то кто знает, вдруг ещё и изнасилует ничего не подозревающего блондина прямо тут... - Салфетки там есть?.. – спросил Кисе, дыша уже не так часто, но всё ещё сбивчиво. Он не отталкивал, не ругал, не истерил. Он просто спросил салфетки. Эта мысль, что он совсем не жалеет о том, что они сделали, заставила по-идиотски улыбнуться Кагами. - Не знаю, сейчас найду. Пока форвард в темноте шарил рукой в поисках злосчастного пакета, тихо ругаясь от того что его не было, Кисе лениво осмысливал произошедшее. Странной была мысль, что ему понравилось. Более странной была мысль, что он не против повторить. Ещё страннее была нарисованная пошлая в сознании картинка страстного зверя-Кагами в роли сверху. И вообще невероятным было желание повторить и увидеть таким его в роли сверху, от чего Кисе тихонько рассмеялся. Да-а, этот красноволосый форвард определённо был очень умелым парнем. - Эй... – после слабого шуршания пакета в поисках салфеток сказал Кагами. – Тут и влажные есть. - Это шутка такая?.. – улыбнулся Кисе. Будто тот, кто преподнёс им этот пакет, наперёд знал, что им понадобятся влажные салфетки. - Нет – был Кисе ответ, и вслед за этим на его груди оказались несколько влажных салфеток с запахом яблока. - Ммм... Яблочко – с улыбкой протянул блондин, прикусив губу, что бы не хихикать. Взяв одну салфетку, Кисе стал с улыбкой аккуратно очищать кожу от смешанной спермы, которой было много. - Кагами-чи, ты зверь – притворно обиженно протянул модель. – На тебя салфеток никаких не хватит. - Ты ведь первый начал – прищурившись, ответил ему форвард, тоже вытирая себя до чувства относительной чистоты – душа-то тут не было. - А ты не сильно и сопротивлялся – явно довольный собой обезоружил собеседника блондин. - Тебе фиг откажешь... – буркнул в сторону Кагами, но не в силах сдерживать улыбку. Парни привели себя в относительный порядок, и сели рядом, прислонившись к стене. Наступило не давящее молчание, и каждый с лёгкой улыбкой думал о своём, пока Кисе не спросил. - Кагами-чи, где мои трусы? Несколько секунд молчания. - Не знаю. Вновь пару секунд тишины. - А где твои трусы? - Тоже не знаю. - Кагами-чи, куда ты дел наши трусы? Ты просто зверь! – явно в праведном шуточном гневе сказал блондин. - Спасибо – явно принявший это за комплимент, форвард улыбался во весь рот. – Рёта. Кисе пытливо прищурился, смотря в направлении форварда, выдержав паузу. - Тайга – ответил он ему, на что красноволосый разочарованно вздохнул. - Эх, а стонать это у тебя выходило лучше... Кисе пихнул засмеявшегося Кагами в бок, обиженно скрестив руки на груди. - Хватит ржать и найди мои трусы. - Эй, а почему это я? - Потому что это именно ты их забросил Бог знает куда, тебе и искать. - Я не виноват что они мне мешали, ты же так сладко постанывал, я просто не мог себя контролировать... – Кагами к концу реплики томно понизил голос, приблизившись к Кисе. - Эй, я не собираюсь опять это делать, там уже явно салфеток нет! К тому же без трусов я оставаться не хочу! Вдруг тебе будет мало, и в следующий раз ты решишь взять мою задницу? – смущённый Кисе всеми силами старался отпихнуть от себя наглого красноволосого, но получалось плохо. - Оу, а ты хочешь следующий раз? – притворно удивился десятый. – Не знал, что ты такой развратник, Рёта~. - Хватит приставать и найди уже трусы! Дурак!.. – Кисе не выдержал и впился в губы слишком близко находившегося форварда поцелуем. Кагами такое действие удовлетворило и он мягко обвил руками талию блондина, бережно обнимая того и прижимая к себе. - Ты хорошо целуешься... – шепнул форвард, отстранившись, когда воздуха стало маловато. - Решил учить тебя этому нелёгкому ремеслу... – буркнул в сторону Кисе, чувствуя, как уткнувшийся в его шею форвард улыбнулся. - Что бы научиться чему-нибудь, нужна постоянная практика – явно обрадованный подобной перспективой философски сказал Тайга, аккуратно водя носом по гладкой шее. - Ты уже нашел наши трусы? – чуть раздражённо поинтересовался блондин. – Я ведь тоже могу захотеть взять тебя сзади. - Хоти... – прыснул форвард. – Я всё равно сильнее. Кисе обиженно засопел. - Ладно, найду я твою одежду, не смущайся так – форвард игриво ущипнул Кисе за ягодицу, от чего тот вздрогнул, произнеся смущённо-возмущенное «Кагами-чи!..» смеющемуся красноволосому, вздохнув, и с румянцем принявшись тоже искать одежду, в пылу страсти заброшенную неведомо куда. Сказать, что Кисе не хотел этого, было неправильно. Правильным было бы сказать, что он допускал такую возможность, но не задумывался о ней всерьёз. Кагами хороший парень, с ним явно... не соскучишься... «Не краснеть, Кисе!», да и вообще. Уж лучше с ним, чем самому. С ним определённо лучше. Когда одежда была найдена, парни оделись и вновь сели рядом, опираясь спиной о стенку. - А теперь давай серьёзно – сказал Кагами, и Кисе будто знал, что на этот раз он не шутит и это не отвлекающий манёвр. – Ты возбудился после того как съел этот гамбургер, да? - Верно – кивнул ему Кисе. - Воды ты не пил? - Нет. - С этого следует, что гамбургер есть опасно – хмуро протянул Кагами. - Но другого варианта у нас нет – пожал плечами Кисе. – Там вроде салфеток еще на раз, но если экономить, то хватит на два... - Не смей говорить об этом – остановил его десятый. – А то если продолжишь, то тебе даже салфетки не помогут. - Неужели тебе так понравилось? – промурлыкал Кисе, явно чувствуя радость от того что привлекает мысли форварда. - А неужели ты хочешь быть изнасилованным? – хрипло спросил форвард, и от этого голоса у Кисе потянул низ живота. - Понял-понял, буду стойко ожидать момента, когда ты проголодаешься... – протянул модель, подняв вверх ладони, хоть этого и не было видно. - ... И не ешь в следующий раз так много – сглотнул форвард. – Сдержаться... действительно было трудно. - Ладно, как скажешь – улыбнулся Кисе, найдя в темноте тёплую руку Кагами и переплетя свои пальцы с его. - Дурак... – сказал смущенный Тайга, чуть сжимая его руку. Может, это и не плохо, что у них именно такая еда оказалась? *** Они ходили по лабиринту, держа друг друга за руки и время от времени переговариваясь, что бы не позволять тишине быть угнетающей. Иногда выемки, или что это такое было в стене, были не округлыми и не овальными, а такой странной формы, что можно было потянуть за руку Кисе к себе, поднять его ладонь и показать выемку, которая напоминала то сердечко, то летящую птицу, а иногда и вовсе объект не из мира сего. Чаще всего за руку тянул Кагами – Кисе мог дотянуться до противоположной поверхности стены лишь с трудом, поэтому прислушивался к их шагам, дыханию, и своим мыслям, которые вопреки прежним дням не были напряжены или хаотичны. Мысли шли спокойно, плавно перетекая с одной темы на другую, являя взору воображения расплывчатые картинки, воспоминания, моменты из жизни. Когда он в последний раз думал спокойно и в тишине? Да кто его знает, Кисе такого не помнил. Всегда его мысли занимала работа, школа, тренировки, матчи, просто левые моменты, невольным свидетелем которых он стал, и прочее. Внезапно Кисе стало интересно, так же ли темно в космосе. Конечно, он знал что там куча звёзд и всё такое, но однажды прочитал в интернете мысль человека, который представлял космос очень тёмным. Ещё Кисе хотел бы однажды увидеть звездопад. Ещё: посмотреть разные документальные фильмы о звёздах, планетах их системы, да даже о Солнце. Разные фильмы, профессиональные и любительские, о чужих городах, сёлах, местности. Люди сейчас не так сильно тянули, как природа. Или чего он сейчас хотел? Наверное, чего-то, что в повседневной жизни остаётся незамеченным, молчаливым, с одинаковой дружелюбностью принимая всех проявивших внимание, и не обижаясь на тех, кому это не интересно. Кисе поймал себя на мысли, а чего это он, собственно, думает о таком? Сознание шаловливо сказало, что это всё последствия страсти с Кагами-чи, и Кисе выдохнул через нос чуть более резко, чем раньше, краснея и стыдясь собственных мыслей. Тело же, одновременно с мыслями, почувствовало внезапный жар, который вязко опутал кости, волнами накатывая и на нервную систему тоже. Интересно, Кагами понравилось то, что они делали?.. Господи, Кисе, перестань о таком думать! Кисе тряхнул головой, но это ничуть не помогло, поэтому он отвернул голову в сторону и попытался перевести мысли в другое русло. Непонимающий взгляд в темноте тёмно-красных глаз остался незамеченным и вне подозрений. Почувствовав лёгкий голод, а именно – тихо заурчавший живот Кисе, Кагами остановился. - Чёрт, прости... – пробормотал смущенный и пристыженный блондин, жалея, что не смог сдержать себя. Хоть он и не виноват, но всё равно было неловко. - Хочешь есть? – без капли укора поинтересовался форвард, на что Кисе неуверенно сжал пакет, который в целях пользы нёс он. - Ну, вдруг я опять голову потеряю... – пробормотал блондин, отчаянно краснея и пытаясь унять тянущее тепло внизу живота. - Не потеряешь, ты просто ешь не так много – Кагами явно улыбнулся, говоря это, довольный смущённым Кисе. Может, с румянцем он был намного милее, чем со своей фирменной улыбкой на страницах журнала? - Я могу ещё терпеть... – обиженно пробубнил блондин, но желудок вновь сдал его, проурчав, получив от Кисе ругательство в свою сторону. - Да не волнуйся ты так, это же лучше, чем если бы там отрава была и нас заставляли это есть – форвард широко улыбнулся, ещё больше довольный реакцией блондина. - ... Ладно. Подержи – через несколько секунд ответил тот, всунув в руки Кагами пакет и доставая из него свой гамбургер, аккуратно развернув. Кагами про себя решил, что раз тоже рано или поздно захочет есть, а сдержать вызванную едой реакцию вряд ли получится, то лучше возбудиться одновременно, а не то их «поиск выхода» оставит после себя много красноречивых следов. Кто знает, вдруг при дневном свете стены чёрные?.. Достав свою часть, Кагами решительно развернул уже холодный свёрток, откусив от него один приличный кусок. Перед ним тоже послышался лёгкий хруст, видимо, Кисе наконец решился. Посчитав, что этого хватит, форвард решил опробовать воду. Если он после сможет не потерять голову рядом с возбуждённым Кисе, то вода будет безопасна, и в следующий раз можно будет её выпить и, как следствие, съесть меньше. Упаковав всё обратно, Кисе тоже выпил немного воды, пока Кагами мысленно представлял, что седьмой делает это исключительно из-за того, что только что пил Тайга. И хоть по логике действие наркотика не могло начаться так быстро, с этого момента Кагами совершенно спокойно перебирал в голове всякий разврат, чувствуя тепло внизу. В этот раз Кисе со всех сил держался, чудом не поскуливая и больно кусая губы, что бы унять возбуждение, хоть и знал, что это было безуспешно. В конечном счёте он не мог сдержаться и тихо позвал форварда хриплым голосом. - Кагами-чи... - Садись – ответил ему низкий голос, в котором явно чувствовалась усмешка. Он первым не сдержался, стыд... Воображение бесстыдно подкинуло картинку, в какой именно позе Кисе может сесть, и на кого, поэтому блондин решил уточнить, сглотнув. - К-куда?.. - На землю. Не бойся, насиловать не буду – ответили ему, явно успокаивая, и мягко усадили на землю, прислонив спиной к стене. Кагами сел рядом, прислонившись своим плечом к плечу Кисе, приспустив шорты в целях сбережения остатков чистоты. Плохо, когда душа нет. Кисе рядом мнулся, рвано вздыхая после того как спустил штаны с бельём к стопам, но, вроде, не касался себя. - Чего ждёшь? – поинтересовался форвард, с удовольствием бесшумно лаская себя, представляя, как Кисе жадно и смущённо наблюдает за ним. Ещё плохо было то, что Кисе не мог так сделать, но от этого ощущения всё равно были острее, чем в жизни. - Кагами... чи... – неуверенно проговорил Кисе, сгорая со стыда. – А можно... ты... мне... – дальше он явно говорить не собирался, прикусив от возбуждения пальцы, и всё не решаясь прикоснуться к себе. Красноволосый внезапно стал кем-то таким, которому показывать смущение и возбуждение было ещё более неловко, и признаться даже самому себе в том, что так очень даже нравится, Кисе бы ни за что не решился. - Почему? – будто издеваясь, протянул десятый, на мгновение представляя Кисе в своих руках, от чего возбуждённая плоть чуть дёрнулась, одобряя. Кисе тихо выдохнул, почти простонав, моля что бы разговор скорее перешёл в действия. Ну, а Кагами тем временем решил воплотить в реальность свою фантазию. - Я тебе помогу, но только сев сзади тебя – Кисе вздрогнул, представляя, как невинная «помощь» плавно перетекает в первую брачную ночь двух влюблённых, у которых месяц не было секса. – Просто так удобнее. «И приятнее» добавил про себя Кисе, зная с опыта, что чужие умелые прикосновения намного приятнее собственных, даже если делать это под самую жаркую порнушку. - Хорошо... – шепотом ответил блондин, переползая между ног Кагами, который предусмотрительно снял шорты и бельё, что бы не мешали. Ох, не каждый день ему выпадает такая развратная возможность... Сев прямо, что бы член не касался парня никаким образом, Кагами приобнял Кисе за талию и притянул к себе, что бы иметь полный доступ к нему сзади. Кажется, развратные мысли вызваны лишь наркотиком, верно? Кисе прижался спиной к жаркой груди форварда, откинув голову на его плечо, и разведя колени чуть шире, ожидая самого приятного первого прикосновения. Когда широкая ладонь собственнически обхватила достоинство блондина, так приятно сжимая и на пробу сделав пару движений, Кисе не выдержал и застонал Кагами в шею, стараясь не думать, как для него он выглядит со стороны. Стало бы очень стыдно и неловко, но куда ещё? Пока модель постанывал, красноволосый жадно слушал его голос, и чувствовал любое невольное или вольное движение. Особенно приятно было, когда Кисе вздрагивал, сначала подняв руку и сжав плечо Кагами, а после и спутывая подрагивающими пальцами его волосы. Всего-то естественные движения, но Кисе казалось, что Кагами просто насквозь в темноте видит все его чувствительные места. Пока блондин постанывал и ловил удовольствие от прикосновений, полностью забывшись в них, Кагами наклонил голову, находя губами горячее ушко, и скользя вниз по нему к серьге. Слабо (а это стоило усилий) форвард прикусил мочку, во рту играя с серёжкой, чувствуя, как она ударяется о зубы и спустя секунды становится такой же горячей, как и собственный язык. Кисе от этого стонет развратнее, дрожа всё чаще и всем телом, и красноволосый облизывает вмиг пересыхающие губы, ускоряя движения, другой рукой поглаживая мошонку так, как самому нравится. Кисе выгибается, стонет беспомощно, даже не пытаясь коснуться себя, полностью вверяясь в руки Кагами в прямом смысле, и вскоре кончает в накрывшую головку ладонь, что бы салфеток меньше расходовалось. Конечно, десятый с радостью бы посмотрел, да и не только, на только что кончившего и забрызгавшего себе грудь и живот Кисе, но в темно-то всё равно не видно. И как это в его голове могут оставаться связные мысли? И плевать что о разврате, это же всё наркотик. Не полностью переведя дыхание в норму, Кисе разворачивается к Кагами лицом, решительно скользя чуть влажной ладонью от его коленки вниз, по внутренней стороне бедра, и без стеснения обхватывает чужую влажную от смазки плоть. Кагами так наслаждался чужим удовольствием, что не обратил внимания, когда этой смазки стало так много. Неловко размазав чужую сперму по земле, форвард прислонился головой к стене, и вовремя, потому что сейчас бы точно неслабо так ударился – Кисе провёл языком по члену, собирая смазку, и обхватил губами влажную горячую головку. Кагами вздрогнул, пытаясь не начать толкаться в этот жаркий влажный ротик, который ласкал лишь головку. Ощущения были незабываемыми. Да ни одна девушка так не делала, хотя дальше Кисе не заходил. Кагами настолько забылся в чувствах «боже, как же хорошо...», что через какой-то десяток секунд кончил, немо раскрывая губы, когда Кисе ещё плотнее обхватил головку. Вскоре после оргазма пришло осознание – он кончил Кисе в рот?! Тело так не хотело вновь напрягаться от этой мысли, что было больно от напряжения сразу после удовольствия. Не зная, что сказать, Кагами протянул относительно к другой чистую руку, пытаясь найти в темноте Кисе. Тот оказался не так далеко, просто сидел на коленях, совсем немного отодвинувшись от Кагами. Последний смущённо погладил его плечо, думая извиниться, но подавился воздухом после неожиданных слов блондина. - Было вкусно – сказал он. – Ты вкусный, Кагами-чи. В голове опять была каша. Он только что попробовал... проглотил сперму другого парня, и ему понравилось?! Наркотик точно не вызывает галлюцинаций? А то всё слишком хорошо и приятно складывается. - Ты... – запнулся Кагами, не зная, что ему на это сказать, а рука так и замерла на плече Кисе. В темноте всё было так интимно, что член хотел вновь принять боевую готовность, и Кагами чуть не зарычал на него за это, чувствуя, что наваждение от наркотика проходит, и данная реакция вызовет в лучшем случае подозрения. - Я просто иногда пробовал себя на вкус, девушки же как-то это делают с парнями... – ответил повернувший голову в сторону Кисе, смущаясь опыта такого рода. – Вредных привычек у меня нет, поэтому и не было так уж сильно и неприятно. Мы оба спортсмены, ты тоже ведёшь здоровый образ жизни, поэтому и... проглотил. И... ты вкуснее меня... – смущённо закончил Кисе, пока ошалевший Тайга его слушал. Где-то в далёком углу сознания кто-то восторженно завопил «да это круче всяких фантазий!», но форвард не обратил на него много внимания. Кагами просто пытался придти в себя от шока, пока Кисе не нарушил образовавшееся молчание. - Дай воды, всё равно не очень привычно так... И форвард машинально сделал это, захлопывая от удивления раскрытый рот. Так, ничего необычного не было, ничего необычного не было... - В следующий раз будет лучше, чем в первый – хрипло ответил Тайга, понимая, что не перестанет об этом думать в ближайшее время. – Берегись. - Хорошо, приму во внимание – ответил с улыбкой Кисе, сполоснув рот. – А теперь ищем трусы. Надеюсь, они теперь не так далеко. - Стой, ты уже вытерся? – когда это он успел? - Да, а что? – удивлённо спросил блондин. – Ты был так удивлён, что не заметил этого? – и вот фиг Кагами ему признается, что этот засранец прав. Вместо этого форвард мрачно достал салфетки, приводя себя в порядок. Ну, смущённо, конечно, но он и в этом не признается. Кисе ему протянул трусы, безнаказанно улыбаясь в тишине, пока Кагами через время не сказал «это не мои, жмут немного». Кисе краснеет, сдержанно смеётся, прикусив губу, пока Кагами прикидывает, как бы лучше побиться головой о стенку, что бы прогнать все мысли, которые сейчас возникают в его голове. Дурацкий наркотик. Это точно он виноват, во всём. Да? Одевшись, Кисе зевает и придвигается ближе к Кагами, склонив голову на его плечо. Форвард не комментирует это, но дышит спокойно и размеренно. Сердце Кисе тоже спокойное, тихое, и никакого напряжения нет. Это странное приятное спокойствие возникает только когда рядом этот красноволосый парень, и Кисе улыбается мысли, что будет часто навещать его с разными целями. Ну, поиграть, поговорить, сходить в кафе или караоке... - Эй, не засыпай тут – чуть приподнимает плечо Кагами, говоря тихо вопреки смыслу своих слов. – Тут прохладно, идём поищем место теплее. Кисе лениво соглашается, встаёт, держа руку Кагами, скорее механично берёт протянутый ему пакет, и дальше идёт рядом с форвардом, совершенно не беспокоясь о том, что он может во что-нибудь врезаться, если будет не внимательным. Вместо проявления внимания хочется спать, настолько, что Кисе даже что-то мерещится под закрытыми веками, но он тут же одёргивает себя, напоминая, что спать нельзя. Время проходит даже хуже, чем вода – научно поток и скорость воды можно вычислить, но время для сонного человека, который не думает ни о чём, становится удивительной и непонятной загадкой, на разгадывание которой просто нет ни сил, ни желания. Кисе не считал повороты, не считал шаги, он только ранее протиснул в узенькое отверстие всю ладонь, что бы пакет болтался на запястье, и его не приходилось держать в руке. Кажется, Кагами пару раз вздохнул, крепче сжал его ладонь, может, даже смотрел на него, но это только кажется. Кисе просто мечтал поспать. Когда тихий голос что-то говорит, Кисе его не слышит, по инерции продолжая идти дальше. Но десятый остановился, поэтому, когда блондина слабо дернули за руку, он чуть не свалился с ног от неожиданности. - Что? – глупо спросил блондин, на что Кагами вздыхает, про себя закатывая глаза. - Можем тут отдохнуть, место тёплое – повторяет он ранее сказанные слова. - А, точно... – Кисе вновь зевает, так широко, что слезинки выступают в уголках глаз. Седьмой снимает кофту, небрежно и лениво комкает её, кладёт на землю, сонно бормоча: - Кагами-чи, ты у стенки... - Ну уж нет, ещё сбежишь от меня во сне – хмыкает Кагами. – Сейчас у стенки ты, и без возражений. Кисе на это не отвечает. Ему, в общем-то, всё равно, кто где будет спать, поэтому он опускается на землю, айкнув от того, что ударился лбом, сильнее чем нужно наклонившись вперёд. Кажется, Кагами сзади недовольно цыкает языком. Когда рядом с Кисе ложится тёплое тело, он его обнимает одной рукой, подложив другую под голову, закидывает на форварда одну ногу, и придвигает к себе ближе, что бы теплее было. Кагами и это не комментирует, приобнимая блондина за талию. Кисе так близко, что сначала, в попытке улечься поудобнее, откидывает голову назад, так, что бы мышцы шеи приятно натянулись, почти касаясь кончиком носа подбородка Кагами. Вскоре такая поза становится неудобной, поэтому блондин засыпает, уткнувшись Кагами в тёплую шею, которая так восхитительна, что Кисе с радостью бы целовал её в благодарность до потери рассудка, но рассудок сам отключается, переходя в спящий режим, и прерывая все мысли. Во сне Кисе слышит смутно знакомую песню, но она настолько тихая, что момент, когда она закончилась, остаётся незамеченным. *** Пока Кисе спит, Кагами некоторое время наслаждается приятным чувством тяжести, думает, представляет, анализирует, и просто ценит эти минуты рядом с любимым. Если забыть о всех подробностях того, что они делали, в груди больно тянет от мысли, что Кисе вместе с ним исключительно из-за наркотика. Кагами хочет что бы его чувства были взаимны. Он хочет, что бы Кисе восхищался им настолько, что бы совсем забыть Аомине, но это уже из области фантастики. Кагами усмехается, вспоминая рассказы Куроко о прежней жизни Тейко. Да, им там было весело... И именно благодаря Кисе в большей части. Этот парень... За чередой своих мыслей Кагами засыпает с лёгкой счастливой улыбкой на губах, продолжая мечтать и думать о Кисе, но вопреки ожиданиям блондин ему не снится. Ну и ладно, зато он покоится в его объятиях. Кроме этого больше ничего не имеет значения. Верно? Когда просыпается Кисе, Кагами крепко спит. Время уже давненько, наверное, перестало иметь значение. Важен сейчас только Кагами-чи, его дыхание, которое можно чувствовать у себя на губах, придвинувшись, его обнимающие руки за талию, его так восхитительно торчащие во все стороны волосы, в которые так приятно запускать пальцы, что Кисе и делает, и ещё много-много всяких приятных мелочей. Кисе не смеет закрывать глаза, хотя ничего и не видно, но сейчас это почему-то очень важно. Седьмой осторожно касается кончиками пальцев лица красноволосого, обводит легонько линию губ, подбородка, носа, по вискам подбирается к бровям и молчаливо восхищается их формой. Напрягая воображение, представляет во всех красках их с Кагами позу, и от этого смущённо улыбается. Если Кагами проснётся, нужно сразу же притвориться спящим... Хихикнув, Кисе гладит и перебирает пальцами пряди волос, думая. Вот они сейчас с Кагами вместе, хоть и не как пара, но вместе. Они сделали то, чего обычные знакомые не делают, хотя одинаково настроенные незнакомцы не в счёт. Они стали ближе, но... У Кагами есть любимый. И он должен был сделать это именно с любимым. Почему в первый раз Кисе позволил возбуждению взять верх, не подумав о чувствах красноволосого? Почему?.. От осознания того, что, когда это всё закончится, Кагами будет его ненавидеть или презирать, внутри всё сжимается, и блондин сглатывает комок, образовавшийся в горле. Как он раньше не подумал о последствиях? Хотя... это место совсем не настраивает на это. А если вспомнить, как приятно они проводили время, то почему же Кагами так страстно ему отвечал? Он и сам забыл о том, кого любит? Столько разных вопросов, на которые нет однозначного ответа, и под их гнётом Кисе клянёт себя последними словами. Почти отчаявшись, он осторожно проводит кончиками пальцев по щеке Кагами, шёпотом спрашивая у него, или у себя самого: - Что же ты чувствуешь, Кагами-чи?.. И неожиданно для самого Кисе форвард что-то бурчит во сне, обнимая удивлённого блондина крепче, прижимая к себе и после этого будто удовлетворённо затихнув. Седьмой так удивлён подобным совпадением, что начинает против воли думать о возможности того, что красноволосый именно его любит. Это так греет сердце, что почти невозможно перестать об этом думать, и Кисе глупо улыбается, продолжая гладить ёжик волос Кагами. - Кисе... – шепчет последний во сне, которому вроде ничего и не снится, но он чувствует прикосновения к себе, и это очень приятно. Рёта в свою очередь решает для себя, что как бы там ни было, но он обязательно поможет Кагами с его любовью, кем бы он не оказался. Всё же они будут друзьями в любом случае, а это уже до боли хорошо. Решив так для самого себя, модель закрывает глаза, обнимая форварда как можно теплее. Будь что будет. Тут они выберутся, в этом сомнений нет, а дальше... Дальше мы посмотрим. Во сне Кисе кажется, будто он не спит, а лежит у себя в квартире на кровати, и рассуждает о том, что значит для него Кагами. Этот парень привлёк своё внимание с первого взгляда, и если с Аомине не чувствовалось горечи от поражения, то Кагами совсем не хотелось проигрывать. Да, ведь именно в тот раз Кисе и заплакал. Такой интересный, притягательный, дикий, своенравный, но в то же время милый, трогательно нежный, иногда застенчивый, и борющийся до победного конца. Теперь, когда Аомине после поражения стал заметно лучше, они могли бы быть и похожи, но сказать так язык не поворачивается. Одновременно Аомине и Кагами похожие и полностью разные, и это так восхитительно, что скулы сводит. С приходом Кагами в его жизнь Кисе стало более интересно приходить на матчи. Ни на кого не похожий, целеустремлённый парень так приковывал внимание к себе, что до дрожи хотелось изучить его. И именно его непредсказуемость подстёгивала продолжать наблюдать за ним. Такой восхитительный Кагами-чи! К тому же, именно Кагами-чи вернул всё Поколение Чудес в норму, что тоже несказанно радовало. Кагами, он... Вернул счастье, обновив его с гарантией качества. До чего же этот парень восхитительный. Его слепому избраннику несказанно повезло, так подумал Кисе. Но если он и дальше будет слеп, то свои силы попробует седьмой. Допустив мысль о том, что он может встречаться с Кагами, и однажды добьётся этого, Кисе внезапно ощутил как проваливается вниз. Будто кровать стала резиновой или что-то в этом роде, но как только он должен был коснуться пола, он открыл глаза. Кисе упал со своего стула, за которым сидел перед компьютером. Машина работала, светившись в темноте комнаты равномерным светом. Телефон вибрировал, принимая входящий звонок, но мелодия не играла. Посмотрев на настенные часы, Кисе к удивлению своему обнаружил то же время, которое запомнил последним перед тем, как уснуть, пока игра грузится. Стоп, игра... Ничего не понимая, но желая поскорее разобраться, блондин вскочил с пола, напряжённо вглядываясь в экран, в центре которого засветилось небольшое окошко со словами «Поздравляем с успешным прохождением игры «Дьявольский Лабиринт»! Вы успешно преодолели свои страхи, и теперь можете не беспокоиться ни о чём. Благодарим Вас за игру, и в качестве подарка Вы можете увидеть видеозапись того, как проходило Ваше путешествие. Файл появится на Вашем рабочем столе сразу же, как только пропадёт это уведомление.» «Увидеть Кагами-чи...» пролетело в голове, но тут телефон довибрировался до того, что с грохотом упал со стола, чем напугал Кисе и заставил вздрогнуть. Окошко уведомления пропало, все открытые окна закрылись, а на рабочем столе появилось видео. Кисе неверяще закрыл рот рукой, пытаясь осознать, что же это всё было. Так и не открыв видео, что служило доказательством реальности всего произошедшего, что одновременно и пугало парня, от подобрал телефон, который даже спустя столько времени звонил. На экране был незнакомый номер, но Кисе ответил безо всяких подозрений. - Слу... - Кисе? – седьмой широко раскрыл глаза от этого голоса. – Кисе, это ты? Ответь мне, Кисе! - Кагами-чи... Это я... – совсем растерявшись, еле выговорил на грани слышимости блондин. - Оставайся на месте, я сейчас у тебя буду! – и отключился. Кисе отнял телефон от уха, продолжая смотреть на него даже тогда, когда экран погас. Где-то промелькнула мысль, что Кисе не давал свой адрес Кагами, но охвативший парня ступор не дал ей пойти дальше мимолётной мысли. Спустя несколько минут, которые прошли словно в тумане, в квартире Кисе раздался дверной звонок, а за ним сильные удары кулаков в дверь. Вспомнив, как на подобное могут отреагировать соседи, Кисе прытко поднялся и побежал к двери, быстро её открывая перед запыхавшемся парнем, который не дал ему и слова сказать, тут же до хруста обнимая Кисе и прижимая к себе. Вскоре после того, как пришёл Кагами, мир для блондина стал реальным. Во всяком случае, ласкающие его руки, напряженные мышцы под собственными пальцами, сбитое дыхание, поцелуи куда придётся и жаркий шёпот был слишком реальным. В особенности жадные укусы и засосы. Кагами был ещё страстнее, чем раньше, и после их третьего раза Кисе уснул почти сразу же, успев лишь обнять жаркое тело и придвинуться к нему. Вскоре после загадочного происшествия, которое в воскресенье казалось ужасно реалистичным сном, позвонивший Кисе Куроко предложил встретиться и обсудить нечто важное. Разумеется, Кагами Куроко тоже позвонил, но никто из лежащих в обнимку парней не сказал фантому, что сейчас они вместе в одной постели. Местом встречи была баскетбольная площадка, на которую пришёл Куроко с Аомине, Акаши с Мурасакибарой, Мидорима с Такао, ну и Кисе с Кагами. Все стояли парами, хотя блондин и красноволосый от них не отличались. Когда все собрались вместе, Акаши вкратце рассказал о том, что произошло. Не вдаваясь в подробности времяпровождения пар, он поведал о том, что случившееся не было просто сном или чьей-то хорошо спланированной задумкой, а действительно было паранормальным явлением. Отдав приказ пересмотреть внимательно каждому свои видео и при нахождении чего-либо стоящего сразу ему сообщить, император гордо удалился вместе со своим телохранителем. Кагами и Кисе тут же кинулись к Куроко с расспросами, почти не замечая старательно хмурящегося и отводящего взгляд Аомине, потому что приказа Акаши им явно было мало для простого объяснения. - Кисе-кун, Кагами-кун, не волнуйтесь так – спокойно сказал Куроко, когда блондин перестал его трясти за плечи, получив подзатыльник от Аомине, который в свою очередь получил уничтожающий взгляд от Кагами. – Представьте что существуют потусторонние силы, и так сложилось что они решили поиграть с Поколением Чудес, распределив его на правильные по их мнению пары. Иного объяснения всему этого нет, вы ведь тоже теперь вместе? – Куроко взглянул на Кагами, который сразу же покраснел и отвёл взгляд. - Да, мы вместе! – пропел блондин, повиснув на шее у любимого. С каких пор?.. - Вот и хорошо – чуточку улыбнулся фантом. – Просто не думайте о случившемся слишком много, это не объяснить привычными словами или явлениями. Кисе и Кагами попрощались с Куроко и Аомине, и в молчании отправились в сторону парка. О чём можно было заговорить? На самом деле, тем было настолько много, что говорить можно было бы до ночи, но почему-то не тот загадочный лабиринт волновал больше. То, что произошло между ними в темноте, могло никогда не произойти при свете, если философствовать. Теперь было волнительно вспоминать случившееся, но так же и страшно, для обоих. - Кагами-чи... – Кагами напрягся, ожидая дальнейших слов Кисе. Что он скажет? Что ничего не будет? Что это было всё воздействие наркотика и не более? Собрав свою волю в кулак, Кагами развернулся к Кисе, намереваясь всё ему сказать. - Пожалуйста, выслушай меня, Кисе – дождавшись кивка, красноволосый продолжил. – Даже если ты считаешь что всё случившиеся между нами лишь ошибка, я ни о чём не жалею. Мне было хорошо с тобой, и я надеюсь, что и тебе со мной тоже, поэтому... – форвард напряжённо замолчал, после произнося то, что хотел сказать уже давненько, но, как и любой человек, боялся. – Давай будем вместе, Кисе. Кагами взволнованно покраснел, сжимая кулаки, решительно глядя Кисе в глаза, и его сердце стучало неимоверно быстро, отдаваясь стуком в ушах. Кисе же был удивлён, если судить по виду. Спустя время размышлений и внутренней радости он сдержанно улыбнулся, затем обнимая красноволосого за талию и мягко целуя его, без напора, с нежностью. Кагами осторожно ответил ему, не веря, что его чувства не останутся без ответа. Отстранившись, Кисе ласково огладил большим пальцем щеку форварда, на что тот чуть наклонил голову в сторону ласки, всё ещё взволнованно глядя в светлые глаза. - Кагами-чи, тот человек, который тебе нравится, это я? – спросил Кисе с улыбкой. - Да... – шёпотом ответил Кагами, мягко чмокнув пухлые губки. – Ты мне нравишься, Кисе... - Тогда я буду с тобой – блондин потёрся о щеку Кагами своей щекой. – Ты мне тоже... нравишься... – засмущавшись, он отвёл взгляд. А счастливый Кагами радостно впился в его губы, всё пытаясь насытиться его вкусом. И пусть Кисе ещё только в начале своих чувств, кто сказал, что они не имеют будущего? Особенно рядом с тем, кто подарил тёплый любящий свет в его жизни.