Разделение на «До» и «После»

"Головоломка для безголовой"

Запись 1

      Обращаюсь к моей семье. К маме, папе, а также к самым лучшим сёстрам, каких только можно иметь. Я много раз просила прощение у Бога, но я редко просила прощение у вас. Простите меня за всю ту боль, которую я причинила вам своим сбаламошенным поступком. Я очень жалею, что мою голову посетила глупейшая мысль из существующих - свести счёты с жизнью. Теперь я бесконечно ценю этот благословенный дар, полученный от вас, и наслаждаюсь им с глубочайшим упоением. Отдельно хочу сказать спасибо Макс, без которой сейчас некому было бы писать данные строки. Она заслуживает большее количество друзей, чем имеет сейчас. Полагаю, всё у неё скоро изменится к лучшему. Потом пошлю ей СМС-сообщение, в котором напишу всю благодарность.       А теперь я хочу обратиться к тебе, неизвестный читатель. Могу предположить, что ты уже знаешь, кто я. И знаешь, что я девятого октября, в ночь с вторника на среду, сбежала из госпиталя Аркадии Бэй. Если ты об этом не знал, что очень сильно расстраивает меня, то поздравляю, теперь и ты тоже в курсе дела. На побег из больницы меня надоумил один таинственный "друг", который в последствии пропал, чему я безмерно рада. Но об этом потом. Хочу более полным образом описать всё то, что я испытала в эту ночь, поэтому будь готов ко всему. Не могу сказать, что мне очень хочется дотошно расписывать всё это, но выбора нет. Такое нельзя скрывать, а уж тем более держать в себе. "1:53 А. М."       Я спрыгнула с окна второго этажа и приземлилась на газон, сгруппировавшись. Правая ступня, на которую я приземлилась, начала сильно жечь.       Хотя жжение - это не настолько подходящее слово, как - ломота. Отчасти это чувство вызвано моей ломотой в суставах, которую я заработала, постояв под дождём без зонтика.       Когда я поднялась и начала отходить от стены здания, прихрамывая, то мой "друг" скомандовал мне: - Ну! Чего ты плетёшься, как старуха? Хочешь, чтобы из окон тебя увидел персонал? Тебя ведь видно из каждого окна на этой стене. А ну живо к тому дереву, что у дороги!       Я запомнила каждое его слово. И знаете что? Открою карты тем, кто не в курсе. Этого друга нет, в буквальном смысле слова. Есть лишь голос, который говорит мне, что делать, а я выполняю это, потому что иначе он окончательно доведёт меня до ручки. И тут у тебя, читатель, мог возникнуть вполне здравый вопрос, о смысле которого я догадываюсь. И мой ответ таков - не знаю. То есть теперь знаю, но тогда совершенно не знала, что он из себя представлял. Были лишь отрывистые догадки, которые этот "друг" не позволял выразить более менее чётко из-за своего постоянного галдежа.       Теперь я знаю что это за голос и почему он появился. Но не всё сразу. Пойдём по порядку.       Я спряталась за деревом, как он и приказал. Подумать только. Кейт Марш - безвольное орудие чьей то легковажной руки. - Жди ещё десять секунд и иди! - сказал голос. - Куда? - спросила я. - Ты ведь умная девушка. Догадайся сама. - Тварь. - прошептала я. - Эй! Я всё слышу. Немного осмотревшись я решила, что буду бежать к дороге самым кратчайшим путём и спрячусь за ржавым минивэном, припаркованным в том месте. - Ты что, ждёшь подсказок? Смирись, их теперь не будет. - сказал он и замолчал. Я убедилась, что моя правая нога располагает к бегу, громко выдохнула и ломанулась со всех ног к минивэну.       Да. Это всё что у меня есть. Всё, что по настоящему моё. Мои быстрые ноги, мои ловкие руки, моя голова с хорошим зрением и умом. Всё остальное - это то, что легко отнимается и надоедает. Скажем, планшет, с которого я пишу эту запись. Он куплен не для меня, нет. Он куплен для того, чтоб обеспечить пропитанием какую-нибудь китайскую семью и для того, чтоб бизнесмен, наладивший производство, купил себе в следующем месяце новый "Порше". Вот истинное предназначение данного планшета, и не боле. То, что достаётся мне, - это конечный продукт, достигший цели своего существования, чтобы прийти в негодность, и я решилась на покупку нового.       Изобретения этого устройства безусловно важно, но его важность сильно преувеличена маркетологами.       И я сильно отошла от темы моей записи.       Только что.       Почему я перевела тему во всю эту непотребщину?       Наверное, потому, что в тот момент, когда я бежала к машине, я чувствовала, что всё, присутствующее сейчас при мне - это всё моё имущество. Будто больше ничего нет. Я двигалась быстро, а голос всё молчал.       Свет из редких горящих окон больницы и фонарные столбы хорошо освещали мне путь, поэтому навернуться за что-то было нереально. Это смелый и уверенный бег, смысл которого не ясен. Будто творческий порыв начинающего художника. Я добежала до минивэна и спряталась за ним. - Молодчина. Я нисколько не сомневался, что ты найдёшь нужный нам путь. - довольно молвил голос. - Куда теперь? - спросила я. Не знаю зачем я это спросила у него, ведь дальнейший путь я и сама уже увидела. - Зачем ты это спрашиваешь? Неужели после того, как я дал тебе свободу выбирать, тебе снова хочется следовать сухим указаниям? - с насмешкой молвил голос. Я тяжело вздохнула и ответила: - Слушай! Я сейчас здесь стою только из-за твоих капризов. Будь добр, приведи меня уже куда-нибудь. - Ладно. Ладно. Не кипятись, зануда. Видишь фонарь справа? Давай к нему. Я пересекла ещё пол-квартала, и больница осталась позади, всё ещё узнаваема из-за огромной красной надписи "Emergency" возле парадного входа.       Улица была хорошо освещена, но без людей. В тот момент я ощутила неописуемое чувство. Кейт Марш стоит посреди ночи, одна, в больничной одежде, дышит свежим ночным воздухом, из-за которого чертовски холодно. Неведомый голос говорит из ниоткуда, а на небе полнолуние. В кармане у меня несколько четвертаков, мобильный телефон и ключи от кабинета "209". Чтобы в полной мере прочувствовать то же, что и я, нужно... Для начала нужно начать читать Библию с шести лет.       Знаю, знаю.       Это не особо остроумно.       И как это ни печально, в тот момент я ощутила, что начинаю знатно замерзать. Пальцы на руках почти полностью онемели и наступила дрожь по всему телу. Пока я была в больнице стоило накинуть что-нибудь, но стоя там на улице возвращаться назад уже не хотелось. Я пошла по тротуару и спросила у голоса: - Когда я решала убегать из больницы или нет, ты сказал что у тебя есть пара идей куда пойти? Это верно? - Да, верно. - ответил он. - Может поделишься одной из них? - Свалка. Я думаю свалка это просто отличное место для того чтоб найти что-нибудь интересное. - И где она находится? - На севере города. Рядом с водонапорной башней. - Похоже, мне уже понятно где это. - ответила я голосом, дрожащим от холода, - И на чём туда добираться? - Машину ты водить не умеешь, даже если смогла бы замкнуть провода зажигания. Скажи спасибо за это религиозному воспитанию. Остаются велосипеды. Наши стальные друзья. - И где мне достать велосипед в такое время? - Что нибудь придумаем, а пока пойди в сторону пляжа, выйди к главной дороге и уже там будет намного проще решить нашу непростую задачку. Я последовала в сторону пляжа как он и сказал. По пути несколько раз встречались полицейские патрули и приходилось прятаться за заборами и кустами. Ближе к главной дороге начали мелькать одинокие пешеходы, работники поздних смен и просто бродяги, не имеющие кого-то, кто бы ждал их дома. Если у них вообще есть дом. Пальцы уже ныли невыносимо. Хотелось найти хоть что-нибудь, чтоб согреть их. Я взяла в руки свой телефон, который источал слабое тепло. Не особо много, но хоть что то. Проходя мимо одного переулка, я наткнулась на двух бездомных. Седого мужчину и более молодую женщину. Они сидели на деревянных коробках и женщина пела мужчине какую то старую песню. Рядом горел небольшой костёр, пламя которого освещало их лица. Благодаря такому хорошему освещению я увидела, что они смотрят на меня. И поскольку у них был хороший источник тепла, я решилась подойти к ним. Мужчина заговорил: - Это конечно не моё дело, но эта одежда явно не для ночных прогулок. Мисс, вы что сбежали из больницы? - Чёрт. Да сам Шерлок Холмс позавидовал бы его дедуктивным способностям. - отозвался наконец голос. - Мне было это нужно. - ответила я, несколько дрожащим голосом и положила свой телефон обратно в карман. Мужчина скорчил недовольную гримасу и замолчал. - Можно я погреюсь у вашего очага? Мне всего на пару минут, а потом я уйду. Обещаю. И у вас не будет проблем из за меня. - промямлила я умоляющим голосом. - Может тебе ещё и пару баксов додать сверху? - дерзко спросил бездомный. - Пару баксов - это как то маловато. Вот двадцать - совсем другое дело. А ещё отдай ящик на котором сидишь. Уж очень мне он приглянулся. - не унимаясь говорил он. - Прошу вас. - сказала я севшим голосом. - Проваливай обратно в больницу! Там о тебе позаботятся. Нечего тут шастать. - упрямился бездомный. - Проваливай в гей-клуб. Там о тебе позаботиться парочка мускулистых мужиков, перед этим тщательно отмыв. Только шуточки голоса не давали мне упасть на колени и громко разреветься. Этот огонь, он был совсем рядом, я чувствовала еле-еле слабое тепло и жаждала приблизиться ещё хотя бы на сантиметр ближе к нему.       Наконец женщина с забинтованой рукой, которая до этого слушала наш разговор молча, вмешалась и начала говорить. Точные её слова я не запомнила, но она сказала, чтоб я не обращала внимания на Тода, он сегодня сам не свой из за снегопада и затмения. И ещё она сказала что я конечно могу погреться у их костра. Я присела на картонку и подтянула руки к огню. Руки начали немного оживать и дрожь по всему телу прекратилась. В такие моменты начинаешь ощущать неподдельный вкус жизни. Ведь во всех этих тёплых домах очень трудно осознать истинную ценность тепла. Просветление - это не настолько подходящее слово, как - протепление. Кое-какое время мы втроём, то есть вчетвером, сидели молча. Но тут вмешался голос: - Чего ты молчишь? Поговори с ними. Задай парочку вопросов о их прошлом. Или тебе совсем это неинтересно? - Тод. А кем ты был до того как стал... До того как сделал весь мир своим домом? - спросила я. - Я хотел открыть в Аркадия Бэй свой собственный боулинг клуб. Банк не хотел давать в кредит нужную сумму, но только не Прескоты. Сначала всё шло отлично, нужная площадь уже была готова под строительство, был готов план и стройматериалы уже закупили. Но вдруг этот ублюдок звонит мне и говорит что сделка отменяется. Мне нужно вернуть все деньги, ещё и с процентом. В общем всё моё имущество ушло на погашение долга в сто двадцать тысяч долларов. Просто нонценс. - Ты пробовал судиться? - несколько осторожно спросила я. - Судиться? Ты вообще знаешь кто такие Прескоты? - спросил бездомный. - Да. Знаю. - ответила я с грустью. - Тогда ты знаешь что проще взорвать танк, кидаясь в него дерьмом, чем судиться с этой семейкой. Пробовал призывать людей к протестам. Но здесь почти все запуганы. Я посмотрела на время и увидела, что уже десять минут третьего ночи. Первое время я будто жил в агонии, а потом повстречал Сару и она начала донимать меня рассказами о своём умении готовить. - сказал он и дотронулся до плеча женщины с забинтованой рукой. После чего они оба засмеялись. Внезапно я почувствовала сильный стыд. Эти люди, не смотря на их поганое положение, ещё способны улыбаться и шутить. Что есть я по сравнению с ними? Ничтожество. Мне тоже после того видео, нужно было включить этот прекрасный защитный механизм - юмор. Вместо этого я опустилась в полное уныние. Ненавижу себя за это. - А как насчёт тебя, Сара? - спросила я, с уже влажными глазами. - Я с детства жила в Канаде, но моей родиной, там где я родилась, был штат Калифорния. В Ванкувере у меня имелась работа и дом, но я решила съездить в Сан-Диего, к могилам моих родителей. По пути наш автобус попал в аварию на территории штата Орегон. - Кошмар. - сказала я, продолжая греть руки. Документы сгорели вместе с искорёжиной жестянкой. Я подавала заявку на восстановление документов. Это было две недели назад. Вот до сих пор жду. - Чёртовы бюрократы. - сказал Тод, - попробуй найди в этой грёбаной стране работу без документов, если только у тебя не узкие глаза. Сара вздохнула. - Как насчёт тебя, девочка. Чего тебя носит по таким местам в такое время? - спросил Тод. Я поведала им всю свою историю, при этом элегантно опуская всё что связано с голосом. - Чёрт возьми. Я похоже знаю кто ты. - сказал Тод с удивлением. Он достал из стопки газет лежащей рядом свежий выпуск и протянул его мне. На заголовке значилось следующее: "СТУДЕНТКА АКАДЕМИИ БЛЕКВЕЛЛ СПАСЛА СВОЮ ОДНОГРУПНИЦУ ОТ СУИЦИДА" А внизу было прикреплено цветное фото, на котором было видно, как Макс, вместе со мной, выходит из парадного входа общежития. Я засмотрелась на это фото. Вдруг картинка частично ожила у меня в голове. И я, будто, даже могла расслышать что кричат студенты: - Макс - герой! Макс - герой! Макс - герой! Макс - герой! Макс - герой! Макс - герой! - скандировали они. Да. Это был необычаемо сильный момент. Почему то я не могла вспомнить его, лёжа в больнице. Только сбежав, у меня всплыло это в памяти. Я отдала газету и сказала: - Да. Это я. Голос воскликнул: - Ты себе от холода все мозги отморозила? Тод и Сара смотрели на меня затаив дыхание. Я встала с картонки и добавила спокойным голосом: - Что? Считаете я сбежала из больницы, чтоб идти топится в океан? - Не такая уж и плохая идея, если так посмотреть. - сказал голос. Бездомные не ответили на мои слова. - Ладно. Мне стоит уйти. - А вот эта идея уж точно лучше предыдущей. - добавил голос. Я уже собиралась уходить и тут Сара порылась в своей сумке и протянула мне лёгкую куртку со словами: - Сейчас не июнь месяц. Она совсем не ношеная. Хотела оставить себе на весну, но бери её, тебе нужнее. Надеюсь к тому времени я уже вернусь к себе домой. Я приняла этот дар и сразу же надела, почувствовав, что теперь буду мёрзнуть не так сильно. - Спасибо за это. Вы были совершенно не обязаны это делать. - Прекрати это. Мы же всё понимаем. - ответила Сара. - Пфф. Они все так говорят. Это не лучшая фраза, чтобы закрыть недостаток слов. "Мы же всё понимаем" - чёрт, это даже как то страшновато звучит, если больше вдуматься в смысл. Словно они более развитая инопланетная расса, прибывшая изучать нас. Я помахала им рукой напоследок и покинула переулок, направившись дальше по улице. Прямо у меня на пути был расположен магазин "24 часа". И голос тут же молвил: - Давай зайдём туда. И мы направились к магазину, под звук автомобилей едущих по ночному шоссе.