Сказка о Филиппе и ведьмах.

      Проснувшись уже мужчиной, Филипп осмелел и одевшись, не побежал рвать цветы для Хольды, а пошел просто искать её, чтобы поцеловать и пожелать доброго утра.       Хольда собирала ягоды, в легком светлом платье, которое она никогда ранее не одевала. Девушка показалась ему ещё прекраснее, чем была. Филипп подошел сзади, обняв Хольду за тонкую талию, уткнулся в ее черные волосы, втянул их манящий сладкий запах.       - Иди, отдыхай, Филипп, я всё сделаю сама: подою коз, приготовлю ужин и испеку вкусные пироги. Буду ждать тебя к столу вечером,– сказала мягким голосом Хольда.       Старая колдунья настолько влюбилась в этого статного красавца, что её холодное сердце растаяло. От жаркой страсти молодого Филиппа, она стала мягкой и покладистой! Теперь, казалось, что она в услужении у него. Она вставала с утра с мыслью: чем же ещё ей порадовать своего милого и ненаглядного! Она взвалила на себя всю работу по дому, саду, огороду, заботу о стаде коз и многочисленной птице.       Только Филипп уходил каждый день в горы, забираясь всё дальше и дальше, в надежде встретить ту зеленоглазую незнакомку. Его молодая и прекрасная Хольда, которая его стала оберегать, стала ему скучна и не интересна. Он проводил дни напролёт в поисках той незнакомки, которая больше не встречалась на его пути. Её громкий смех и зеленые глаза вспоминались ему все чаще и чаще, и он снова начал петь песни. Он пел своим возмужавшим, сильным голосом о том, что хочет встретить ту лохматую корову, чья хозяйка видится ему во снах и наяву.       Он пел так громко и самозабвенно, что эти песни слышала даже Хольда, но она ничего не могла поделать! Она не хотела снова заколдовывать Филиппа, потому что, он утратил бы свою волю, а вместе с нею - страсть, без которой она уже не могла представить его. Она варила колдовское зелье, она готовила шапочку, но с закатом солнца приходил Филипп, улыбался, и от взгляда его красивых, голубых глаз, она забывала обо всех своих планах.       На закате этого лета, которое подарило Филиппу освобождение от чар Уже-Давно-Не-Злой Хольды, но попавшему под другие чары, ясных зеленых глаз, ему вдруг, опять встретилась на пути та самая, лохматая корова. Она пристально смотрела ему в глаза, и не давала пройти вверх к леднику. Корова так грустно смотрела на его своими глазами, что Филипп на секунды засомневался: а надо ли ему туда?       Увы, чары зелёных глаз оказались гораздо сильнее, и Филипп забранился на глупое животное, и попытался его отогнать. Все было безрезультатно, пока он не услышал звонкий девичий смех позади. Он обернулся и увидел Хельгу, которая стояла и насмехалась над ним.       Девушка поманила его только взглядом, и Филипп пошел за ней! Незаметно оказались они на краю самой высокой горы, и дальше была лишь пропасть, где свили свои гнезда самые хищные птицы! Хельга присела на уступ скалы, и опять, жестом поманила Филиппа сесть рядом.       Молодому мужчине было очень страшно, но он переборол свой внутренний страх и присел рядышком. Он увидел всю глубину пропасти, что была под ногами. Очень далеко внизу были облака, и гораздо ниже, где не хватало и взгляда, было дно этого страшного ущелья.       Девушка начала рассказывать, что она его искала и очень скучала. Филипп снова рассказал о себе не таясь, и не допуская мысли, что Хельге это может не понравиться.       - Так как зовут твою прекрасную возлюбленную? - Всё же, уточнила Хельга, хотя и так знала ответ.       - Хольда, - сказал юноша, любуясь её красотой.       - А как же я? Зачем ты здесь? Зачем ты слагаешь песни обо мне?       - Я искал тебя, Хельга, с тобой я готов забыть о ней навсегда!       Хельга повернулась к нему, и поцеловала его нежным долгим поцелуем. У молодого Филиппа закружилась голова, он сорвался со скалы и полетел в пропасть.       В зеленых глазах девушки вспыхнуло знакомое Филиппу, золотое пламя. Падая вниз, он видел, что Хельга была уже не Хельга! Её золотые волосы развевались на ветру как змеи, когда она стояла и смотрела, как тело молодого человека натыкаясь на выступающие камни летит вниз. Её злобный смех раскатился эхом по ущелью, когда Филиппа не стало.       В этот момент Хольда, доставала из печи свежий хлеб, готовясь к возвращению любимого. Её сердце больно защемило, а тело заболело так, будто оно разрывалось на части об острые камни!       - Филипп! – Только и успела выкрикнуть она, упав замертво, и выронив ухват с хлебом.       Её молодость черпала силы от юного Филиппа, а когда источник исчез, её мертвое тело состарилось на глазах, и рассыпалось в прах, оставив только золотой пепел на чисто вымытом полу.       На золотой пепел выскочила искра из раскрытой печи, и он занялся, как порох, сверкающим и ярким пламенем. Легкий ветерок тут же, подхватил этот огонёк, и через минуту, дом Хольды полыхал как огромный костёр.        Зеленоглазая Хельга вернулась домой в прекрасном настроении! Из её тела тут же, выскочила злая Брунгильда, что была её хозяйкой! Брунгильда была сестрой Хольды, с которой они вечно не ладили. Узнав о счастье ненавистной Хольды, она сделала всё возможное, чтобы досадить ей. Она не могла предположить, что так легко избавится и от самой сестры!       Тело юной девы, Хельги, было мертво, и злая Брунгильда захотела испепелить его, дабы ничто не омрачало её радости от смерти Хольды. Она извлекла из пальцев пламя, но так, как магия ведьмы не исчезает с её смертью, то сила Хольды пришла к её сестре и единственной, оставшейся родственнице. Удвоенное, неконтролируемое пламя моментально объяло тело злой Брунгильды, и она сгорела в огне собственного колдовства. Так не стало злой Брунгильды и её колдовской хижины.       Лохматая корова, жалобно мычала, заглядывая в пропасть, и плакала огромными человеческими слезами! Когда не стало Брунгильды, рассеялись и её чары. Корова обратилась в прекрасную деву, которая без страха бросилась спускаться по отвесным скалам к бездыханному телу красивого юноши.       Это была лесная фея Эрна, которую когда-то заколдовала Брунгильда, за ее благочестивые поступки. Фея старалась, старалась, но не могла вдохнуть жизнь в изувеченное тело Филиппа. Он 20 лет делился молодостью со злой Хольдой, был под воздействием чар Брунгильды, и падение на дно глубокой пропасти было последней каплей.       Тогда Эрна призвала своих верных слуг, лесных эльфов, которые отнесли тело Филиппа к ней, в заброшенный лесной замок фей. Там она поняла, что не сможет оживить молодого человека частью своей целебной магии, и тогда она, не задумываясь, отдала её всю, став обычным человеком.       Филипп открыл глаза и навсегда влюбился в прекрасную Эрну. Он долго вспоминал: где же видел эти кроткие и добрые глаза? Потом он узнал из рассказа юной девы всё о злых сестрах, лохматой корове, и всё стало на свои места. Даже то, как в теле тупого и упрямого животного, Эрна не раз пыталась его спасти.       Они поженились и ушли жить в ту самую деревушку, где когда-то родился Филипп. Он снова пел свои песни, и любая работа спорилась в руках селян, если звучал его громкий голос.       У Филиппа и Эрны родилось много детей, которым они строго-настрого запретили ходить в горы.       Эрна пожертвовала своей вечной жизнью, даровав ее Филиппу, о чем ни разу не пожалела. Они прожили долгую счастливую, человеческую жизнь, и умерли в один день.