Я люблю смущать тебя

      Я люблю смущать тебя. Ты такой милый, когда краснеешь. Ты ведь не знаешь, что я люблю стеснительных людей? И хорошо. Ты ведь думаешь, что я делаю это не специально? Ошибаешься. Я знаю, что мы друзья и, по идее, я не должна так делать, но ты такой милый, когда смущаешься!       Ты самый обычный, казалось бы, ученик: в меру популярный, не очень выделяющийся. Что в тебе такого необычного? Твой голос. Он прекрасен. Иногда, когда мы идём вместе домой, ты напеваешь какую-нибудь песню, в такие моменты я просто молчу и слушаю пение. Твой голос и правда очень мелодичный и приятный на слух. Я никогда не говорила тебе своего истинного мнения по поводу этого. Сама не могу понять, почему. Отмазывалась чем-то типа «Нормально», «Неплохо», «Ничего так», а ведь на самом деле я думаю «О, Боже, да это шикарно!». А за то, что обычно говорю, мысленно даю себе тумаки.       Ты понимаешь алгебру. Я нет. Это ещё повод смутить тебя. Как? Да легко!       Мы стояли возле кабинета, где проводится физика. Он в самом конце узкого коридора. Мы стояли друг напротив друга, ты думал о чём-то своём. Я подошла к тебе и приобняла за шею. - Гукки~, ты же дашь мне списать алгебру? – как можно сексуальнее прошептала я ему на ухо.       Парень покраснел, никак не ожидая такого. Такой милый, когда смущается! - Ну, м… ладно… - отрывисто сказал он.       Гук снял чёрный рюкзак и принялся рыться в нём, чтобы найти нужную тетрадь. Найдя её, он протянул тетрадку мне. - Спасибо, - поблагодарила его я и, взяв у него тетрадь, отошла на то место, где стояла до этого.       Спустя минут семь, я уже все благополучно списала, но когда подняла голову, увидела, что тебя нет. Где ты, Чонгук? Я замотала головой, и убедилась, что его тут и правда нет. Ладно, отдам на уроке, что ли.       Назойливый, трезвонящий звонок, дающий знать, что пора входить в кабинеты, и начинать скучный урок. «Пробка» возле входа, что с небольшим течением времени рассасывается, и все ученики садятся по своим местам.       Физика – урок ну о-очень скучный. Я едва ли не заснула. Однако где-то под середину урока, я посмотрела на Чона, он сидел за соседней партой и что-то рисовал. Присмотревшись, я разглядела портрет девушки. Он такой красивый… на нём есть все, что нужно, а именно: свет, тень, полутень и другое. Я, как ценитель всех рисунков, нарисованных в карандаше (ну, и в цвете тоже), могу точно сказать, что рисует Чонгук… офигенно. Нет, правда! Знаете, как раздражает смотреть на рисунки каких-то недо-художников из нашего класса? Ох, ну и отстойные же они! А ведь обижать человека не хочется, и поэтому приходится говорить что-то типа «Хорошо», «Неплохо», «Прикольно», а в мыслях я уже думаю, как бы я нарисовала, что бы подправила, где бы что-нибудь дорисовала… А как только смотрю на портрет, нарисованный Чонгуком, у меня нет таких мыслей. Я восхищаюсь.       Быстренько достав из портфеля ненужную тетрадку, я вырвала оттуда листок и написала на нём некоторые предложения. Скомкав листок, я кинула его в Гукка. Тот прошипел что-то, а потом развернул комок и прочитал содержимое.

«Чонгук~а, ты классно рисуешь! Мне нравится этот портрет, что ты сейчас вырисовываешь. Продолжай в том же духе!»

      Я же вижу, как на твоих щеках появился едва заметный румянец, зачем ты пытаешься это скрыть? Он быстро исчез, на его замену появился взгляд Чонгука, а-ля «Не смотри, как я рисую». Я показала ему язык и отвернулась к окну. Всё, как всегда: шумящие деревья, поющие птицы, пригревающее солнце. Через пару минут, сама не поняла как, но мой взгляд снова устремился на этого паренька с угольно-чёрными волосами. Тот всё ещё рисовал, изредка поглядывая на учителя, дабы не спалили, что он делает.       От угнетающей скуки на этом грёбаном уроке физики, мне в голову стукнула идея, гласящая о том, что надобно бы подоставать «Художника». Она показалась мне довольно-таки интересной. Я вырвала из тетрадки двойной листок, расчленила его на несколько частей, скомкала их, всё, к бою готова! Раз! И первая бумажка прилетела Чонгуку прямо в ухо! А я меткая! Гук вздрогнул, догадался по предположенной траектории полёта бумажки, кто мог её кинуть и зло посмотрел на меня. Я же за секунду до его устремлённого на меня злобного взгляда, успела отвернуться и сделать каменное лицо, а-ля «Я не я и жопа не моя. Я тут не при чём». Идеально. Чонгук отвернулся и снова принялся рисовать.       Два! И ему в щеку прилетает ещё одна скомканная бумажечка, но уже чуть крупнее. Маскировка! Фух, кажется, он ещё не разозлился по полной, так что пока что мне это сходит с рук. Попытки четыре – пять, и мне конец. Ладно, была - не была! Поздоровайся с ещё двумя бумажками в висок! И ещё три! Ха-ха! Ты уже всё, да? Ну, ещё бы, раз в меня ответно полетели бумажки. Хорошо, я начала эту войну, я победителем её и закончу! Получай! Фух, чуть учитель не спалил.       Итак, на протяжении всего оставшегося занятия мы вели активную войну бумажками друг против друга. В итоге, со звонком с урока я буквально подорвалась с места и побежала устраивать ему засаду. Вот он – хитроумный план! Я стояла за выступом у лестницы с небольшим кулёчком, наполненным «оружием». Тебе кранты, Чон Чонгук!       Вот он, момент истины! Всё, как в замедленной съёмке: только в поле моего зрения появился враг, я вздрогнула, собралась с мыслями и начала палить в него из всех своих орудий (а их было два, ибо кулёчек со снарядами висел на защёлкнутом замке пояса, обхватывающего мою талию). Он прикрывал руками лицо, но упёрто шёл ближе ко мне. Что ты делаешь? Ты должен корчится от боли (которой по сути-то и не должно быть, но так, чтобы подыграть) и валиться на пол! Всё не по сценарию! А-а-а-а!!       А теперь представьте следующий кадр: я, прижатая к стене парнем, смотрящим на меня взглядом, не предвещающим ничего хорошего, и он, испепеляющий меня тем же взглядом, глубоко наплевав, что проходящие мимо учащиеся озираются на нас. А ещё у него в волосах «снаряды»! Это так нелепо выглядит. - Что за цирк ты устроила? – прошипел он.       Он уже не тот милый стесняшка, которого я знала, нет. Теперь он злой и страшный серый волк! - Я? А что я? Я ничего, - пролепетала я, ошарашено смотря на Чонгука. - Не прикидывайся милой и невинной! Что за война? Что за детский сад? – возмущался парень. - Я тут не при чём, чесслово! – продолжала отмахиваться я. - Да что с тобой такое? – в последний раз возмутился Гук, и, отпустив меня, развернулся и ушёл в следующий кабинет.       Я могла бы ещё долго переосмысливать только что произошедшее, но так как я чувствовала, что мои щёки покрылись румянцем, откинула эту мысль куда подальше. Представим, что этого не было! Какой там следующий урок? Математика? О, нет! Только не это! Два моих ненавистных уроков подряд. Да чтоб эту среду!