— Мама, а кто тебе лялю в живот посадил?

      Джувия сидела на уютном диванчике в просторной гостиной и смотрела телевизор, где шла ничем не примечательная и не познавательная передача – просто делать нечего. В квартире было прохладно – первые заморозки уже нагрянули на Магнолию, покрывая окна изморозью. Она, одетая в домашний халат, тёплые тапочки и с накинутым на плечах пледом, мирно потягивала горячий чай, нежась в тепле. Джувия погладила ладонью свой животик, где шевельнулся ребёнок, и улыбнулась.       Тут послышался хлопок входной двери, и она просияла: в гостиную вошёл муж, ворча и снимая грязную рубаху. При виде жены Грей сразу перестал брюзжать как старый дед о том, что устал, и улыбнулся, подходя ближе.       – Ох, ну и задание выдалось… Но неважно, деньги мы получили. Как вы тут? – он нагнулся и поцеловал её в щеку, положив ладонь поверх живота. Ребёнок замер – он почему-то никогда не пинался, когда отец прикасался к его домику.       – Всё хорошо, – улыбнулась девушка. Тот удовлетворённо кивнул и разогнулся. – А что за задание?       – Ой, это был какой-то ужас, сплошная головная боль, – начал рассказывать Грей, и вдруг, непонятно зачем, положил руки ей на плечи. – Сначала Нацу разнёс кафе, где Эльза хотела поесть торт… – Фуллбастер, несмотря на растерянность девушки, как ни в чём не бывало, стал укладывать синеглазку.       – Э-э-э… Грей…       – …А торт Эльзе дали с белым шоколадом, а не с её любимым тёмным двадцати процентным… Остался повар в живых или нет – мы не знаем… – он склонял её на подушки, но супруга, ничего не понимая, пыталась сесть.       – Грей, что ты?..       – …А Люси пыталась вызвать Локи, но он, как оказалось, занят в мире Звёздных Духов…       – Грей!.. Что ты делаешь?!       – …А вот когда мы забирались в гору, – продолжал он, кокетливо расстёгивая ремень на брюках и укладывая её окончательно, – я создал лестницу изо льда, и Нацу рухнул с неё…       – ГРЕЙ! – пискнула Джувия, удивлённо пустив смешок, когда он, попутно рассказывая, раскорячился над ней, заключив под собой и, хихикая, наклонился к её лицу, целуя в щёку:       –… Ну и… Хеппи… М-м-м… пришлось его ловить…       – Фуллбастер, ты офигел?! – отпихивая мужа от себя, покраснела та. Грей закусил губу и, пустив тихий смешок, выдохнул ей в ухо. – А ну-ка!..       – …Эльза практически сама остановила противников, хотя и мне пришлось попотеть…       – Грей, слезь, ты что?!..       – Зайка моя… – он поцеловал её в шею, но она всё равно, смеясь, отпихивала его, опираясь ладошками об грудь от себя, отворачивала голову.       – Вот нет, обломись! И вообще, я на тебя обиделась! Ты снова раскидываешь всюду одежду…       – Тс-с-с… Ты слышишь это?.. – он изобразил задумчивость и незаметно потянулся к ширинке своих штанов, потянув вниз собачку. Раздался звук расстёгиваемой молнии. – Это звуки всепрощения.       Джувия захохотала, сильнее отпихивая настойчивого мужа, что целовал её везде, где только мог достать, но тут она решила принять крайние меры:       – Дочка! Подойди к маме на секунду!       – Юкико не спит?! – вытаращил глаза Грей и, услышав стук маленьких детских пяточек по полу, торопливо спрыгнул с Джувии и застегнул штаны, поправившись, и прошептал уголком рта:       – Как же ты жестока…       На пороге возникла очень маленькая девочка с чёрными лохматыми волосиками и крупными синими глазками, как у мамы. Их общей дочери было три года, и счастливые родители назвали её Юкико, что означает «Ребёнок снега» или «Счастливый ребёнок». Грей вздохнул и улыбнулся, протянув руки: малышка радостно подбежала к нему и обняла:       – Папа пришёл!       – Ты чего не спишь, мелочь? – ласково прижал он дочку к себе.       – Не хочу, – тут Юкико с интересом дотронулась до живота мамы и с улыбкой погладила. Грей и Джу переглянулись, ухмыльнувшись, и вдруг девочка хлопнула ресничками: – Мама, а кто тебе лялю в живот посадил? Бог?       Грей, повернувшись спиной к ним, поднял буйный хохот, задрав голову, и вскинул кулак:       – ДА! БОГ!!       Джувия залилась краской и, прикрыв лицо рукой, отправила дочку играть в детскую. Грей хохотал, и девушка встала, сложив руки на груди.       – Грей, успокойся…       – А ты разве не хочешь признать, что это сделал Бог?.. – шаловливо улыбнулся Фуллбастер и обнял её за талию.       – Если я так скажу, то ты можешь обидеться, – улыбнулась она, глядя ему в глаза. Грей удивлённо изогнул бровь:       – В каком смысле?       – Ты ведь не считаешь Леона Богом, верно?       – ЧЕГО?! – Грей отшатнулся от неё, побелев и, раскрывая и закрывая рот, в конкретном офиге, стал указывать на её живот. Та смущённо кивнула. – Ч… ЧТО?! Леон?.. Я… А??       – Извини уж, – насмешливо пожала плечами Джувия и, усмехаясь, села на диван, подобрав под себя ножки. Грей, на котором лица не было, застыл в центре комнаты. – Не бойся, Юкико – твоя, но этот… Прости, так уж получилось: Леон был такой грустный, и я решила поднять ему настроение. Перестарались мы немного.       Грей разинул рот, не в силах осознать сказанное ею… Внутри нарастал сгусток, подкатывающий к самому горлу, но тут девушка, закатив глаза, вздохнула и указала ему на календарь, что висел на стене: 1 апреля.       – С праздничком, дорогой, – усмехнулась она, и вдруг на всю квартиру раздался невероятно громкий выдох облегчения Грея. Он аж сгорбился – от резко поступившего кислорода в глазах потемнело, и он очень нервно улыбнулся, прикрыв глаза ладонью:       – Твою ж налево… Джувия…       – Что, поверил?! – рассмеялась она. – Ты что, и впрямь подумал, что я могла тебе изменить?       Грей насмешливо надул губу и, расплывшись в шальной улыбке, на цыпочках подошёл и закрыл дверь.       – Никогда больше так не шути! – попросил он и вдруг приблизился к ней, обняв. Девушка улыбнулась и зарылась пальчиками в его волосы, глянув в синие глаза родного человека. Он поцеловал её шейку, и та выдохнула. – Ох, сейчас я навещу своего ребёнка…       – Идиот, – прошептала она, обняв его за шею и нежно хихикнув… но тут он, с хитрым лицом, слез с неё и подмигнул растерянной супруге:       – Я пошутил. Обломись, дорогая. С первым апреля!       И, смеясь, побежал из комнаты, спасаясь от запущенной вслед подушки, что попала ему по затылку.