Перепутье Атланты.

Утро началось не с кофе и не со звонка будильника. Хотя, признаюсь, дико раздражавшая мелодия напоминала похоронный марш моему сну. Я посмотрела на дисплей телефона и поняла, что поспать мне все-таки не удастся — звонила мама. — Ника, а ты где? — Возмущенно заорали в трубку на другом конце города. Я застонала и, сиплым от сна голосом, пробормотала: — Минуту назад была в идеальной реальности, где меня не выдергивали из кровати с утра пораньше. А что случилось? На том конце установилась полная тишина. Я уже подумала, что со связью какие-то неполадки, как эта женщина завопила: — Ты еще спишь?! Совершенно ошалевшая от такой реакции, стала быстро припоминать, в чем я накосячила. Так, день рождение у нее в апреле, а сейчас только май. Позавтракать вместе мы не хотели, это точно. По магазинам она меня тоже вроде не собиралась таскать. Тогда в чем, черт возьми, дело? Похоже, последнюю фразу я озвучила вслух, пытаясь нащупать электронные часы, обычно стоявшие на прикроватной тумбочке. Часов почему-то не было. — Мы же договаривались, что сегодня вечером у нас совместный ужин! — Возмутилась мамаша. Неожиданно я все-таки нашла часы и, посмотрев на циферблат, еле сдержалась, чтобы спокойно произнести: — Сейчас всего семь часов утра… — господи, это как раз тот момент, когда я дико хочу ее прибить. Только не сорваться, только не сорваться, только не… — Так какого хера, спрашивается?! — Все-таки не выдержала я и, сбросив вызов, залегла обратно. Только я провалилась в очередной сон, как телефон снова начал трезвонить. Ну кому я еще там понадобилась? Не глядя, взяла трубку. — Ты что огрызаешься то сразу? — Эта женщина явно не поняла намек на то, что нужно просто оставить меня в покое. — Я сплю, — прошипела я и со всей злости нажала на выключение. Снова. Дабы полностью перестраховаться, поместила на ближайших два часа все ее телефоны в черный список и со спокойной душой снова заснула. И все бы ничего, если не… — Что надо? — Хмуро поинтересовалась я у Стаса, отвечая на его настойчивый звонок, мысленно взмолившись о том, чтобы ничего не случилось. — Просто хотел узнать, смогла ли ты вчера нарыть хоть какую-то информацию о человеке, который ведет наше дело. — Нет, — печально ответила я. — А теперь отстань и дай мне досмотреть сон, — попросила я несчастным голосом, надеясь, что этого хватит, чтобы часа три он меня не трогал. Вообще этот человек был не в пример понятливее моей мамаши. Я снова зарылась лицом в подушку и чуть не зарычала, когда телефон запиликал в четвертый раз. Нажав на принятие вызова, не глядя на дисплей, возмутилась: — Да вы достали! — Ты что ругаешься? — Раздался удивленный голос моего обожаемого сводного братишки, крови которого я дико желала в данный момент. — Что надо? — Процедила, понимая, что больше уже не засну. — Ты чего какая злая? — Что. Тебе. Черт тебя дери. Надо, — так же раздраженно поинтересовалась я. — Да я в общем-то поговорить хотел, но я, наверное, как-нибудь в другой раз перезвоню, — внезапно занервничал он. — Ты издеваешься? Сначала будишь меня с утра, а теперь ноги делаешь? Сейчас сел в машину и в темпе вальса приехал ко мне, — приказным тоном, не терпящим возражений, сказала я. — Я все равно хотела кое-что с тобой обсудить. Раз уже поспать не удастся, займусь хоть чем-то важным. Я села в постели и, разлепив глаза, уставилась на серую реальность. — Может в другой раз? — Промямлил Антон, теперь уже явно стараясь увильнуть. — Я сказала: сел в машину и приехал! — Рявкнула я и положила трубку. Прибью нахрен. Всех сразу. Антон приехал примерно через сорок минут. За это время я успела принять душ и успокоиться. Но некоторых надоедливых личностей из черного списка пока вытаскивать не стала. Когда он позвонил, я как раз сидела на кухне за чашкой кофе, просматривая сводки новостей. Снова было куча интервью о том, что расследование по делу контрабандистов группы «Атланта» ведется полным ходом, и следствие даже нашло какое-то зацепку и вот-вот выйдет на местообитание «этих преступников». К слову, если интуиция меня не подвела, интервью давал как раз искомый мною человек, а именно — старший лейтенант особой группы, созданной специально для нашей поимки. Пожалев, что он не приехал на десять минут позже, я отвлеклась от увлекательного чтива и пошла открывать дверь. Андрей осторожно вошел, нервно косясь на меня и потихоньку протискиваясь на кухню. Закрыв за ним дверь, я села на стул и выжидающе уставилась на брюнета. — И? — Осведомилась я, спустя минуту молчания. — Что и? — Как-то слишком подозрительно дернулся он. — Ну и о чем ты хотел поговорить? — Спросила я, излучая доброжелательность и спокойствие. Антон осторожно присел за стол, напротив меня и, увидев, что я вполне себе адекватная и проснувшаяся, начал издалека: — Я хочу, чтобы ты мне помогла в одном деле. — Так, начало вполне неплохое, — кивнула я, снова принимаясь за кофе. — В каком деле? — Я встретил интересную девушку, но боюсь, что мама с предубеждением отнесется к тому, что я хочу сделать ей предложение. А зная маму… — мы в унисон вздохнули. Да, эта женщина была способна абсолютно на все, причем сама она считала себя невероятно хрупкой и слабой, благодаря чему абсолютно на все всегда был готов еще и ее супруг, ради спокойствия своей благоверной. — А что не так с этой девушкой? Он слегка замялся и обратил внимание на планшет, который я отложила, так и не убрав статью с экрана браузера. — О, «Атланта». О ней сейчас все форумы говорят, — задумчиво произнес он. — Ты от темы то не отвиливай, — попросила я и чуть не чертыхнулась. Почему-то, ища сведения, я совершенно забыла об полицейском форуме, внутри их общей, запеленгованной еще Димой сети, и вполне возможно, что пропустила что-то важное. Тем более, что если в нашей команде действительно завелась крыса, она ничего не знала об этом источнике информации: мы не успели сказать, а потом началась вся эта кутерьма с поставкой и Дима погиб. — Ник, только не матерись, пожалуйста, — заранее попросил братец. Я озадаченно посмотрела на него. Ну и что он на этот раз учудил? В прошлый раз, когда он просил меня не материться, на бедре красовалось огромное черно-белое тату. Если честно, я тогда, наоборот, с восторгом стала ее рассматривать, чем подвергла Антона в состояние полной деморализации. Матерились мы потом уже вместе, когда мама узнала. Ему нагоняй пришел за безответственность, мне — за то, что не уследила за братом. — В общем, я хочу сделать предложение Кротовой Ольге, — таки выдохнул он. А я поняла, что не могу сдерживаться и припомнила все матные слова, которые зачастую слышала от матросов в порту. — Ты совсем сдурел? — Через слово вставляя ругательство, спросила я. — Она же из сопровождения, а такие заведомо считаются шлюхами! — Она не шлюха! — внезапно твердым голосом произнес он. — Наивный, — вздохнула я. — Думаешь, ей платят только за то, что она сопровождает кого-то на банкеты? Да нихера подобного. — Откуда ты знаешь? — Возмутился Антон. — Да и не спала она ни с кем, я проверял. — Интересно, каким же это способом ты проверял? Свечку держал что ли? — Издевательски спросила я. — Да нет же! Вот, — он достал из кармана ручку. — Отлично, ну и причем тут ручка? — При том, что это портативное прослушивающее устройство, — вздохнул он. — Господи, ты еще и влез в ее личную жизнь, — протянула я, представляя, как она взбесится. Вот дурень. — Так получилось, — замялся он, положив устройство на стол, складывая свои руки туда же и кладя на них голову. — Ну, а что еще мне оставалось? Должен же я был как-то подтвердить свои предположения. — Подтвердил? Молодец. Только в любом случае, обществу ты не докажешь то, что она белая и пушистая. И этот брак оно не воспримет. Да и мама будет не в восторге, — когда речь зашла о маме, мы снова в унисон вздохнули. Да, из всех бед эта, пожалуй, будет самая масштабная. — Ник, — внезапно тихо позвал меня он. Я озадаченно оторвалась от созерцания своего стакана с уже почти допитым напитком и вопросительно посмотрела на Антона. — Как думаешь, стоит оно того? — Ну, если тебя ничего не смущает, то, — я даже запнулась, — наверное, стоит, — потом добавила: — Не знаю. Сам смотри, тебе потом с этим жить, - нет, конечно, это коснется и всех нас, но все же не так сильно, как его. — То есть ты не против? — Уточнил он. — Это твоя жизнь и не мне что-то в ней решать. Если тебе это надо, то – да, я не против, — скрепя сердце, дала я добро. Он встал со стула и, обогнув стол, подошел ко мне и обнял. — Спасибо, — тихо раздалось где-то рядом с моим плечом. Я вздохнула. Ох, чует моя задница, ничем хорошим это не обернется. Когда Антон ушел, я схватила ноутбук и помчалась в кафе, в котором мы сидели с Димой в последний раз. Как он мне тогда объяснил, оно находилось на расстоянии 189 метров от места, откуда полиция передавала свои сведения по другим филиалам. Этого расстояния как раз было достаточно для того, чтобы пеленгатор поймал сигнал. По дороге позвонила Стасу, попросив нарыть в интернете все о том лейтенантике, ведущем наше дело, и скинуть мне все досье на мой личный сетевой адрес. Пожалуй, в нашем городе был один минус — огромное расстояние между центром и окраинами. Чтобы добраться до кафе, мне пришлось затратить на это три часа. Хотя нет, было два минуса — расстояние и пробки, в которые я как раз-таки и попала. Помещение кафе было очень маленьким, но оттого невыносимо уютным. Прозрачные столики и стулья на витых железных ножках, выкрашенных в шоколадный цвет. Стены, разделенные по горизонтали, словно на две части, идеально гармонирующие с другими деталями интерьера своими бежевым, молочным и светло-коричневым цветом. Окна, практически в полный рост, с низкими подоконниками, на которых в той же цветовой гамме лежали маленькие подушечки. В общем, эстет во мне наслаждался в полной мере. Сев за столик и попросив кофе, я посмотрела на часы. Итак, сейчас двенадцать, в два часа мне нужно в офис, у нас клиент, требующий моего личного присутствия при выборе очередного участка земли, где он хочет построить еще один развлекательный центр. Словно тридцати нам мало. Но это уже, конечно, не мое дело, да и не за размышления мне деньги платят. Отсюда до офиса мне ехать максимум минут тридцать. Час в случае, если будут пробки. Значит, на поиск информации у меня остается всего ничего. Я вынула из сумки ноутбук и, произведя все нужные операции, подключилась к закрытой сети. Чего здесь только не было: от объявлений «отдам щенков в хорошие руки» до предупреждения о взысканиях за просмотр порнухи во время работы. Я даже усмехнулась. Никогда бы не подумала, что полиция так весело живет. Однако это все было совершенно не тем, что я искала. Я судорожно стала пролистывать страницы в поисках хоть какого-то упоминания о контрабанде в принципе, пока не наткнулась на пособие, в котором все темы были объединены в разделы. После этого дело пошло быстрее. Поняв, что все прочитать я в любом случае не успею, я просто сбрасывала всю информацию в ворд и сохраняла. Скопировав все, хоть каким-то образом связанное с искомым занятием за этот год, я посмотрела на часы и поняла, что в запасе у меня еще осталось около пятнадцати минут. В итоге нашла еще и состав опер-группы, которая участвовала в нашей поимке. Так же скопировала досье каждого к себе в ворд, справедливо решив, что информации много не бывает. Тем более такой халявной. К сожалению, до вечера просмотреть файлы так и не удалось. Клиент оказался слишком придирчивым и в итоге, объехав со мной пять объектов, он все же остановился на первоначальном. А вечером… Вечером был ужин, на который я все-таки слегка опоздала, за что мне слегка досталось. Выслушав нотации матери, совершенно выжатая за день, я зашла в гостиную и, поздоровавшись со знакомыми, села за стол. И только после этого поняла, что что-то пропустила. Еще раз с подозрением оглядела присутствующих, пока не остановила взгляд на сорокадвухлетнем мужике. Так, минуточку, а что здесь делает Олег?