Стылая гроздь боярышника

Ночь с Поттером была как всегда великолепна. Гарри был нежен и терпелив, стараясь доставить удовольствие не только себе. Он будто родился со знанием всех чувствительных местечек на его теле, и коварно пользовался этим, сводя Малфоя с ума. Мог долго валяться без сна и смотреть на Драко, перебирать светлые пряди, легонько касаться подушечками пальцев теплой кожи, или пододвинувшись совсем близко, шептать всякие глупости, заставляя улыбаться. А мог просто засыпать, уткнувшись носом в спину. В такие ночи Драко верил, что Гарри не считает его секс-игрушкой. Не только лишь игрушкой. Верил, что это гораздо больше, просто Поттер боится признаться, показать свою слабость. При свете дня все возвращалось на свои места. Поттер вел себя как мечущийся по посудной лавке слон, круша ночные грезы, задевая за живое, отчего Драко всегда чувствовал себя неуютно. Гарри никогда не действовал напрямую, говорил или делал, вроде бы, обычные вещи, но с подтекстом, который никогда бы не произнес вслух, оставляя Малфою выбор читать между строк или нет. Но Драко не мог не понимать скрытый смысл и чувствовал себя еще более неуютно. В школе Гарри был другим – это все, что знал про него Малфой. Но именно из-за волшебных ночей Драко был готов простить Поттеру все. Утром за завтраком Снейп как-то странно смотрел на них, но ничего не сказал. Он вообще был в это утро особенно молчалив, бросая исподлобья короткие взгляды на Гарри. Поттер старался быть вежливым и тактичным, что обычно ему совершенно не свойственно. Драко даже предполагал, что Воландеморт отбил ему эти важные качества еще в детстве. Когда Гарри попрощался со всеми, Северус наконец-то спросил: - Ты уверен? - Я вас не совсем понимаю, - попытался замять разговор Малфой. - Мне кажется, что ты все прекрасно понимаешь, - и не сказав больше ни слова спустился в лабораторию. Драко подумал, что Снейп гораздо проницательнее, чем кажется и спустился вслед за ним. Следующие несколько месяцев, вплоть до рождества, Гарри заходил к ним в гости не реже раза в неделю, всегда оставаясь на ночь. Снейп ничего на это не говорил и только странно улыбался Малфою за завтраком, а в глазах читался все тот же вопрос. Канун рождества Поттер предложил отметить вместе и Снейп снова не имел ничего против, гостеприимно предложив свой дом. Рождественский ужин был довольно приятен, все трое непринужденно беседовали и даже шутили. Но стоило Малфою спуститься в подвал за очередной бутылкой вина, как все вдруг изменилось. Не дойдя до гостиной пару шагов, он услышал, как Снейп что-то говорил Поттеру, тон его был холоден как льды Арктики. - … вы поняли меня, мистер Поттер? – очевидно в этом месте Гарри согласно кивнул, и Снейп продолжил: – Когда он вернется, сделайте, пожалуйста, вид, будто этого разговора не было. - А вот и долгожданная бутылочка вина! – выкрикнул Драко из коридора наигранно бодрым голосом, делая вид, будто ничего не слышал. Гарри и Северус повернули к нему головы изображая такую же неискреннюю улыбку. Хотя нет, улыбка Снейпа была вполне искренней. Видимо, он добился чего хотел. Драко оставалось гадать, что же он сказал Поттеру. Дальше вечер не заладился, хотя Драко больше всех пытался поддержать непринужденность, царившую до его ухода. Но выходило плохо, и Гарри, и Снейп молчали, из-за чего Драко казалось будто он болтал без умолку всякую ерунду весь остаток вечера. Он ощущал себя полным идиотом. На ночь Поттер не остался, отчего Малфой почувствовал неуместную детскую обиду на Снейпа. Пол ночи Драко страдал от бессонницы. Измучившись от выматывающих метаний по постели, он не выдержал. Натянул поверх пижамы турецкий шелковый халат и сунул ступни в старенькие бархатные слиперы, пережившие все жизненные невзгоды своего хозяина. Малфой ничего не мог с собой поделать, эти вещи несли в себе ностальгически-романтическую память о прежней жизни, и были очень дороги. Возможно, это было наивно, нелепо и даже по-детски. Спустившись в гостиную, Драко чуть было не растянулся на ковре запнувшись в темноте об то, чего не должно было быть на его пути. Подсветив себе люмосом, он обнаружил ноги. - Не спится? – спросил разбуженный Снейп у Драко, задумчиво разглядывающего его ботинки. Малфой опустил палочку и зажег свечи, не спеша устроился в кресле напротив, и устало кивнул. – Ты слышал, - не спрашивал, а утверждал Северус. Драко снова кивнул. – Я сразу это понял по твоему лицу. И по тому, как ты пытался исправить возникшую неловкость. Зачем? Ты же ни в чем не виноват. - Зачем вы всегда препарируете мой мозг? – обиженно буркнул Малфой. – Я не флоббер-червь, меня не надо резать на мелкие кусочки, чтобы узнать, что внутри. Вам же не интересно. Вам никогда не было интересно. Так почему сейчас? - Ты ошибаешься, - спокойно ответил на это Северус, откидывая прядь с лица. - Что вы ему сказали? – спросил Драко, перебирая шелковые кисти пояса, боясь посмотреть профессору в глаза. Снейп хмыкнул. - Это тебя не касается, - сказал, как отрезал. - Я думаю, что это касается меня, - немного несдержанно бросил Малфой, сверкнув глазами. – Думаете, я не замечаю, как вы на меня смотрите каждый раз. Думаете, не вижу в ваших глазах тот вопрос. Вы думаете, что знаете меня, мистер Снейп, но это не так. - Северус, - почти ласково. – Зови меня Северус и на «ты», пожалуйста. Драко на секунду замер, пытаясь переварить информацию. Еще пара секунд ушло на то, чтобы смириться с новыми обстоятельствами. Он согласно кивнул, но боялся, что, когда это будет необходимо у него язык не повернется обратиться к профессору так фривольно. Снейп продолжил: - В школе ты был другим. Я понимаю, обстоятельства, в которых ты оказался, могли повлиять на твой характер. Но это не так. Это он тебя сломал. - Вы думаете… - Малфой осекся, но тут же исправился: - Ты думаешь, что я продался ему? Что я дешевка? Снейп промолчал, Драко побледнел. Он откинулся на спинку кресла и прикрыл лицо руками. - Спокойной ночи, Драко, - Северус встал, потянулся, взъерошил волосы на своей голове и отправился наверх. *** Гарри больше не заходил. Это обстоятельство и ночной разговор со Снейпом выбили Малфоя из колеи. Всю неделю до нового года он плохо спал, плохо ел, с трудом мог собрать мысли в кучу. И когда чуть не запорол одно из зелий Снейп дал ему пару выходных от греха подальше. Но это не помогло, стало только хуже. Предоставленный самому себе он с головой окунулся в уныние. Чувство потерянности не покидало его. Раньше, когда Поттер пропадал неделями, ему не было так тяжело. Драко мог придумать тысячу причин, по которым Гарри нет рядом и тешить себя иллюзиями. Но не теперь, когда все было настолько очевидно. Малфой страдал как брошенная девка и злился на себя за это. И за свою бесхребетность, слабохарактерность, за свои глупые страхи. Он злился и вгонял себя этим в еще большее уныние. Почему так происходило? Ведь он смог найти в себе силы в начале осени изменить свою жизнь, вырвать из рук Поттера маленький кусочек своей судьбы. Почему же теперь ему казалось, что он не принадлежит самому себе и Гарри владеет им безраздельно? Как выкинуть этого человека из головы? Как вырвать его из сердца и жить дальше? Чертов Поттер. В первых числах января к Драко прилетела сова. Знакомая сова держала в лапах конверт, надписанный знакомым небрежным почерком. Сердце Малфоя замерло от ужаса и от предвкушения одновременно. Нервно подрагивающими пальцами он развернул записку. «Хочу тебя. У меня в одиннадцать вечера. Адрес ты знаешь, камин открыт для тебя. Г.П.» В духе Поттера не оставить никакого выбора. Что за невыносимый человек? Первым желанием Драко было порвать к драклам записку и сделать вид, что ничего не читал. Но с каждой секундой становилось все сложнее это сделать. Он стоял с запиской в руках и уже планировал чем себя занять до назначенного времени. Снейп только гадко ухмыльнулся, наблюдая как накрахмаленный и выглаженный Драко с вызовом посмотрел ему в глаза и бросил дымолетный порох себе под ноги. *** Жизнь снова обрела свои прежние краски. Свидания с Поттером были гораздо чаще, чем прежде и всегда на его территории. Единственное, что смущало Драко – это то, что Гарри так и не предложил переехать к себе. Малфой, конечно, ни на что не надеялся, но где-то в глубине души червячок обиды грыз маленькую дырочку. С Гарри хотелось проводить каждую минуту свободного времени. Сидеть вместе по вечерам у камина на мохнатом ковре, цедить вино, читать интересные книги, смеяться над шутками друг друга. Готовить его любимые блюда, утыкаться ночью в его грудь носом. Чувствовать его запах на своей одежде и коже. Хотелось знать, что не безразличен, что любим взаимно. Такие глупые и наивные мечты. В реальной жизни такого не бывает. По крайней мере, сам Драко не встречал еще ни одной по-настоящему счастливой пары. А может ему просто не везло. Может на него наложено проклятье? Может ему суждено быть несчастным по жизни? Драко старался не думать об этом, отгоняя такие мысли подальше, заглушая их праздной болтовней или притупляя работой. Зельеварение требовало концентрации и внимания. Но Снейп был доволен им и часто хвалил, что никогда не делал в школе. Еще одно приятное изменение. К середине февраля Драко был почти счастлив, жизнь была прекрасна и неплохо устроена. Ему хватало денег чтобы снять себе отдельную квартиру, но он не хотел переезжать. Почему-то лишь одна мысль о том, что ему придется съехать отсюда, лишиться общества Снейпа, лишиться привычной обстановки пугала его. Но не мог же он вечно жить с Северусом, когда-то это должно произойти. Это «когда-то» было настолько эфемерным и далеким, что Малфой старался не обращать внимания на свое странное сожительство с человеком, который по сути был ему никем. И где-то в глубине души был уверен, что Гарри, наконец, перестанет играть в кошки-мышки и позовет его. Все эти мелочи не омрачали его существования, и он мог обратить свой пресыщенный однообразием взор на более интересные вещи. Например, ему хотелось знать, где все это время пропадал Снейп. Почему он так сильно изменился. За ужином Драко часто разглядывал Северуса исподтишка. Снейп делал вид, что не замечает проявление интереса своего ассистента. А еще Малфою было интересно: есть ли у профессора кто-нибудь, кого он любит, или хотя бы с кем проводит свое свободное время. Но пока выходило, что у Снейпа никого нет. А ведь он стал интересным мужчиной. Не желчным инферналом, не летучей мышью из подземелий, а колоритным, остроумным и ухоженным джентльменом, любящим стильные и удобные вещи. Совсем другой. В такого недолго влюбиться. Эта мысль заставила Малфоя посмотреть на Северуса новым взглядом. Поразмыслив немного, Драко пришел к выводу, что Снейп не стал бы играть с ним, как Гарри, а быстро бы расставил все точки над «i». За его спиной было надежнее, чем за стенами Тауэра. Все свои обещания он выполнял в полной мере и даже сверх того. Что еще для счастья надо? И с Северусом они сидели вечерами у камина, и читали книги, и попивали вино, и смеялись над шутками друг друга. Но все это из другой области. Никакой романтики и розовых соплей, просто два джентльмена проводят вместе вечер за приятным разговором. Но с тех пор, Драко уже не мог перестать наблюдать за Северусом, сожалея о том, что у того никого нет и такой чудесный человек не нашел своего счастья. И тайно радуясь, что у него никого нет. Ведь этот «кто-то» воровал бы их со Снейпом чудесные вечера. Однажды в марте они с Северусом варили сложное зелье, рецепт которого Драко видел в первый раз. Схема его была достаточно витиевата, ингредиентов длинный свиток, а технология растянута во времени. Часть компонентов нужно было готовить одновременно, некоторые из которых требовали особых мер предосторожности. Все произошло случайно. У каждого был свой набор инструментов, но почему-то они оба потянулись за одним заковыристой формы ножом, лежавшим между их разделочными досками. Драко схватил нож первым, а Снейп опустил руку сверху. От неожиданности Малфой дернулся и острое лезвие выскользнуло из руки распоров ладонь. Он в недоумении поднес руку к лицу, по запястью потекла кровь. - Дай я посмотрю, - Снейп перехватил руку, изучая порез. - Со мной все нормально, - попытался вырвать руку Малфой, но Северус держал крепко. - Нет, ты только что резал листья ядовитого колокольчика, а до этого болиголов. Мне нужно объяснять последствия? – спокойно разъяснил Снейп, Драко мотнул головой. – Сейчас я обработаю рану. - Я сам могу это сделать, - попытался протестовать Малфой, но Северус посмотрел на него выразительно. Зельевар достал из шкафчика с медицинскими принадлежностями бутылочку с резким знакомым запахом, откупорил и вылил на рану. Ладонь будто окунули в пламя, рука запульсировала, а сознание вдруг решило покинуть Малфоя. Уже еле стоя на слабеющих ногах, он успел разглядеть, что рука его становится фиолетовой, услышать, как Снейп грязно ругается, и почувствовать, как что-то мягкое и прохладное касается его ладони. А дальше тишина и темнота, в которые он провалился услужливо подсунули ему образ Северуса зачем-то целующего его в ладонь. С этим же образом в голове он очнулся. Еще не открывая глаз, Малфой удостоверился, что все его конечности на месте, и только после этого осмелел настолько, что решил убедиться в этом визуально. Едва Драко открыл глаза, первым что он увидел, был бледный профиль Снейпа. Глубокая складка залегла межу бровями, а уголки губ опущены. Из головы Малфоя тут же вылетела собственная травмированная конечность, его обуял страх. Страх, что «старый» Снейп вернулся. Но стоило Северусу заметить, что он очнулся, как лицо его снова приобрело прежние уже привычные очертания, складки разгладились, и легкая насмешливая полуулыбка вернулась на место. Драко почувствовал облегчение. - Как ты себя чувствуешь? – спросил Снейп, внимательно разглядывая его лицо. Малфой, наконец, посмотрел на руку и убедился, что на ладони не осталось даже розовой полоски от пореза. - Все хорошо, - ответил он, спуская ноги на пол. Северус закрыл глаза и молча кивнул. - Сегодня мы будем отдыхать. Зелье подождет нас до завтра. Иди спать, уже первый час ночи. Завтра ты мне нужен… - Снейп замолчал на секунду. – Ты мне нужен. Я не смогу без тебя, - Северус снова замолчал, но потом решил уточнить: - Закончить зелье. Отчего-то щеки Малфоя тут же вспыхнули румянцем, а перед глазами всплыл образ из обморочного бреда. Драко смутно казалось, что Снейп сказал то, чего говорить не собирался. На следующий день они работали как обычно, и никто из них не вспоминал о вчерашнем инциденте. *** Апрель немилосердно хлестал по щекам дождями и ветром. Редкие солнце и голубое небо радовали глаз. Критчер ворчливо бормоча что-то себе под нос взял из рук Малфоя простёганную шелковой зеленой подкладкой и подбитую лисьим мехом мантию. Некоторые привычки нельзя искоренить даже отсутствием дохода. - Я рад тебе, - Гарри стоял в проеме между коридором и гостиной, упершись плечом в косяк. Драко кисло улыбнулся. – С тобой опять что-то не так? Ты чем-то расстроен? - Нет, - отмахнулся Малфой, - наверное, это все весна. - У меня сегодня на ужин утка по-пекински. Критчер как узнал, что ты придешь, так решил расстараться. Любит он тебя, - Гарри довольно ухмыльнулся. - Надеюсь, не меньше, чем его хозяин, - попытался поддеть Драко, но Гарри ничего не ответил, сохраняя на лице дурацкую улыбку. Малфой улыбнулся в ответ. - Пойдем, а то утка остынет, - перевел разговор Поттер. Драко ничего не оставалось, как последовать за Гарри в столовую. Почему-то именно сегодня секс с Поттером не был таким волшебным, как обычно. Драко все время вспоминал дурацкую улыбку Гарри и бледный профиль Снейпа, и из-за этого никак не мог расслабиться по-настоящему. Досада от не совсем ожидаемо проведенного вечера не давала ему уснуть. Гарри тоже не спал. - Знаешь, - Поттер провел по скуле Малфоя пальцем, очерчивая ее, - возможно, мы видимся сегодня в последний раз, - Драко овладели одновременно отчаянье и облегчение, но Гарри продолжил: - После сдачи выпускных экзаменов, конечно мы встретимся снова. Но апрель и май будут заняты подготовкой к ним. Драко угукнул, вкладывая в это звук целую палитру эмоций. На вроде: «Надо, так надо. Я не капризный, истерик устраивать не буду и потерплю». - Я буду скучать по тебе, - продолжал Гарри, - по твоей нежной коже, по мягким воздушным прядям твоих волос. Они у тебя стали совсем как у отца. Я всегда восхищался ими. От сравнения с отцом, Драко стало не по себе, но он промолчал, как делал всегда, когда Поттер пытался делать ему комплименты. Но, то ли Гарри не старался, то ли просто никогда не умел их делать, выходило это всегда неуклюже и неестественно. А Поттер тем временем все говорил: - Я хотел бы видеть тебя чаще. - Я мог бы приходить к тебе каждый вечер, встречать после академии. Мог бы сам готовить тебе ужин, - о том, чтобы остаться на ночь, или переехать Малфой намеренно не стал говорить. Но Гарри снова проигнорировал его слова, переведя тему из опасного русла. - Ты знал, что Снейп сидит у нас в приемной комиссии? – спросил он. - Что? – Драко немного растерялся, все еще не понимая к чему клонит Поттер. - Говорю, похоже у нас с Роном нет шансов закончить академию, - иронично рассмеявшись, ответил Гарри. – Снейп нас завалит обязательно. Он нас не любит еще со школы. - Ерунда, - попытался опровергнуть нелепые обвинения Драко, но тут же вспомнил рождественский вечер. Возможно, Поттер был прав. – Ну не может же он вас валить намеренно? Если вы не знаете предмет – это другое дело. - В том-то и проблема. Учитель зельеварения в академии - не чета Снейпу. Программа была слабая, а экзамены составлял лично Снейп. Поэтому я обречен на провал. Поэтому весь апрель и май я буду зубрить зелья, как проклятый, - тяжко вздохнул Гарри. Драко хотелось спросить, отчего он не учил нормально зелья, когда это было возможно, но опять промолчал. - А остальные экзамены? – решил уточнить Малфой. - С остальными все в порядке. За некоторые из них у меня уже стоят оценки. Я их экстерном сдал, когда только поступал в академию. Национальным героям оказывается многое позволено, - криво усмехнулся Гарри. – Никогда не думал, что это звание чем-то мне поможет. По остальным предметам, кроме зельеварения, у меня уже есть договоренности с преподавателями. - Но не со Снейпом? – Драко невольно обрадовался, что у Гарри не все так гладко. - Со Снейпом не получилось, - уныло ответил Поттер. – Он ведь тоже национальный герой. У меня с ним был разговор в декабре, но он дал понять, что не собирается идти на уступки. - Понятно, - ответил Драко, желая закрыть щекотливую тему. - Похоже, не быть мне аврором, - не понимая намека продолжил Поттер. Малфоя эта тема уже начинала нервировать. – Моя мечта не осуществится. А я ведь хотел забрать тебя к себе после того, как устроюсь в аврорат. Но все мои мечты, как всегда, идут прахом. Я неудачник, Драко. Зря ты со мной связался. И не поможет мне уже ничто и никто. И тут на Драко снизошло озарение. Он сумел прочесть между строк то, что хотел сказать ему Гарри. На душе стало гадко и тоскливо, но он лишь улыбнулся Поттеру. - Может, все еще обойдется. Возможно, ты сдашь свое зельеварение и устроишься в аврорат. И Уизли тоже. Просто постарайтесь лучше подготовиться к экзамену, - ободряюще ответил Малфой. – А теперь давай спать, завтра у меня тяжелый день. - Хорошо, - быстро согласился Поттер и отвернулся. От легкости, с которой Гарри это сказал, будто уверенный в успехе, Драко чуть не стошнило. Он возненавидел себя за то, что собирался сделать, и надеялся, что жертва будет не напрасной и оценена по достоинству. К тому же, Гарри заикнулся про переезд.