Как же ты забыла?

– Я думаю, лучше серый, – смахивая с рубашки невидимые пылинки, задумчиво протянул Паркер, – Подчеркнет цвет глаз. И вообще, в сером я выгляжу более круто. Поймав озадаченный взгляд девушки, Кай улыбнулся, еще раз посмотрев на свое отражение в зеркале. Пытливый глаз пытался найти что-то лишнее или вычурное в том, что было надето на парне, пока Карен (так было написано на ее бейдже), измеряла ширину его плеч. Он с легким удивлением отмечал, как ему нравилось, когда ее пальцы осторожно, даже с какой-то боязнью касались спины. В то время, как брюнет наблюдал и за ней в отражении зеркала, его губ коснулась едва заметная слабая улыбка. Черты лица были совершенно расслаблены, к тому же он больше не выглядел как человек, страдавший несколько суток от голода и ножевого ранения. Вместе с болезненным цветом лица исчезли и синяки под глазами, вернулся прежний пугающий блеск во взгляде. – Ау, – буквально подпрыгнув на месте, резко выпалил он, ощутив, как иголка вошла в его руку. Последовали долгие извинения со стороны Карен и вздох безнадежности от ведьмака, – И вообще, где кофе? – Мы не подаем кофе… – хмурясь, качнула головой девушка, непонимающе уставившись в ответ на Кая. – Не говори ерунды. В комнате повисла такая тишина, что ведьмак смог расслышать голос репортера, доносившийся из маленького телевизора, подвешенного к одной из стен ателье. Нахмурившись так же, как девушка, он повернул голову к экрану, упорно вслушиваясь в речь журналиста. – О, о, прибавь звук! – пихнув девушку в плечо так, что она пошатнулась на месте, с совершенно детским выражением лица засуетился Кай. «Я не знаю, что сказать… Мы не наблюдали такого в Мистик Фоллс уже многие годы. Можно даже сказать, что мы не видели такого, пожалуй, никогда» – сообщала женщина на экране, хмуро уставившись на микрофон перед ней. Ведьмак в ожидании склонил голову, а Карен затаила дыхание, казалось даже, что она разволновалась. «А для тех, кто только что присоединился к нам: сегодня ночью в Мистик Фоллс были найдены изуродованные тела 15 туристов, у многих из которых были оторваны части тела. Одна девушка из группы объявлена пропавшей без вести. Если Вы видели ее, сообщите нам по телефону горячей линии, который видите на экране» – Как весело, – с искренним восторгом покачал головой парень, взглянув на девушку. Было видно, что его радости она явно не разделяла. Лицо исказила едва заметная гримаса отвращения, после чего она тут же опустила глаза. Где-то глубоко-глубоко внутри? ведьмаку стало очень совестно, отчего он нахмурился, вновь уйдя в собственные размышления, пока Карен опасливо продолжила снимать с него мерки. Интересно, оценили ли его свадебный сюрприз остальные? Естественно, основным подарком был он сам… А если они отменили празднества? Догадались ли они? Что Бонни думает? Что Бонни предпримет? Что Бонни наденет? Стоп, а что, если она вовсе не придет? Об этом он совсем не думал, а ведь она вполне могла отказаться, сославшись на какой-нибудь стресс, заработанный в 1994. И действительно ли она так много пережила, пока там была? Действительно ли так много страдала? Он видел ее слезы и истерику собственными глазами, и помнит это зрелище, будто это было вчера, но он никогда не думал о том, что в действительности она могла чувствовать. Кай провел там 18 лет и помнит все, что пришлось пережить и с чем пришлось свыкнуться. Сложнее всего было смириться с одиночеством, он не смог этого сделать даже за 18 лет. Ведьмак с головой погрузился в воспоминания, они поглотили его. Он пытался вспомнить свои первые дни и недели, проведенные в 1994. К сожалению, он помнил отчетливо буквально каждую минуту. Помнил, как медленно тянулось время. «18 лет» – и на слух воспринимается как гигантский срок, а описать словами, какого прочувствовать его на собственной шкуре – весьма сложно. Парень стал размышлять о том, заслужил ли он того, что с ним сделала девушка. И что было бы, если бы он вовремя не исчез тогда, в лесу? Бонни не мстила, а восстанавливала справедливость, но могла ли она убить его? Слишком много вопросов, но одно было ясно точно – теперь они квиты. * * * Утро было поистине волшебным, пожалуй, самое идеальное утро для свадьбы. На небе ни облачка, будто солнце само отгоняло любую тучку от себя и настойчиво опускало свои ласковые лучи на землю. Тем не менее на улице из-за этого не было жарко или душно, не стоял зной, легкий ветерок создавал прохладу. Он игриво приподнимал дамские платья, дразнил их волосы и щеки, сметал со стола только что поставленные стаканчики, приводя в ярость официантов. Помимо этого, в воздухе стоял ощутимый аромат самых разных цветов: от нежных роз до проказливых ирисов, орхидей и даже ландышей и сирени. Тут и там слышался гул, смех, кто-то активно вел громкую беседу, нашелся даже тот, кто уже успел напиться; до ушей доносилась даже детская беготня с криками и хохотом. Такое скопление звуков, запахов и людей одновременно давило и вводило в какое-то дурманящее, опьяненное состояние. Особенно человека, который 18 лет был сам по себе. Обо всем этом думал Кай, стоя у входа и долго не решаясь войти. Он еще раз поправил пиджак на плечах, несмотря на то, что сшит он был под заказ и просто не мог не сидеть идеально; проверил бутоньерку на груди, одновременно отряхиваясь от невидимой пыли и, сделав решительный вдох, прошел через высокую цветочную арку, отделяющую обычный мир, и мир пьяных и счастливых. В нем вдруг что-то будто поменялось, как только он вступил в этот «другой» мир. То ли сладкий запах вин и шампанского, витающий в воздухе, пьянил брюнета, то ли музыка, все громче играющая в колонках, упрятанных за высокими колоннами с цветами. Он двинулся вперед совершенно уверенной походкой, ловко маневрируя между столиками и людьми, успев даже нагло перехватить у кого-то бокал шампанского. Делая приличный глоток, он улыбнулся, вслушиваясь в строки, играющей песни, и с удовольствием понимая, что современная музыка сохранила в себе нечто из 90, смешав это с чем-то новым для него. Продвигаясь все дальше, Кай осматривал всех вокруг. Большинство людей ему было незнакомо, но он все еще не терял надежды найти кого-то, кого он знает и увидеть на его лице удивленно восклицание. «Baby I'm howlin for you!» – громко раздалась строчка из припева и парень остановился, почти замерев. Лазурно-голубое шифоновое платье до колен с открытой спиной, подчеркивающие сияющую на солнце оливковую кожу девушки; короткие и черные как смоль волосы были завиты в легкие и аккуратные кудри, небрежно взъерошенные чьей-то рукой. Это была Бонни. Она стояла к нему спиной, но он узнал ее сразу и, не желая больше медлить, направился к ней. Она заметила его краем глаза, когда обернулась на голос Елены, зовущий ее. В какую-то из этих секунд Каю захотелось остановиться, но он продолжил идти, замечая в ее взгляде неописуемое множество эмоций. С одной стороны казалось, она была удивлена, но уверенность, читающаяся в глазах, говорила об обратном, будто, она знала, что это случится и случится именно так, именно здесь. Мысленно усмехнувшись, Паркер понял, что это напоминает ему их неслучайное столкновение в клубе: громкая музыка, наэлектризованный воздух и те же напряженные взгляды. Правда, Кай чувствовал себя увереннее на этот раз. – Я вижу в этих глазах все что угодно, кроме радости, – он решил, что именно это будет его первой фразой и, слыша молчание в ответ, добавил: – Черт, тебе жутко идет голубой. Это звучало явно лучше, чем тот неудавшийся комплимент про руку. Ведьмак очаровательно улыбнулся, делая небольшой глоток из своего бокала. Она чуть склонила голову, что-то блеснуло в ее глазах, после чего она со вздохом закатила их, говоря буквально сквозь зубы: – Так это был ты. – Да. Я, – раздражая девушку еще больше, кивнул он, но вдруг с театральной гримасой сделал озадаченный вид, –Подожди, а о чем ты? – Порез, кровь, – перечислила она, приподнимая брови, активно качая головой и пожимая плечами. – А, да. Тебе понравилось? Жаль, ты не видела, что еще я делал. Бонни сделала глубокий вдох, уже было раскрывая рот, чтобы сказать что-то гневное в ответ, но вдруг раздался голос Джо, где-то за спиной. – Кай! – ее оклик был больше похож на вопрос и парень обернулся, улыбаясь еще шире. На ее лице было трудно заметить удивление. – Сестренка, – воодушевленно отозвался он, но тут же нахмурился, делая задумчивый вид и надувая нижнюю губу, – Что-то я не помню, чтобы получал приглашение. – Я не была уверена, стоит ли посылать его тебе, – в замешательстве начала Джо, переглянувшись с Бонни, – Но я отдала его Деймону, попросив передать. Ты, вроде, часто ошивался у них в доме… а свадьбы всех объединяют. Подняв голову, Кай встретился взглядом с подошедшим Деймоном, который недружелюбно улыбнулся, вскинув брови, при этом плохо скрывая собственный шок. – Должно быть, ты просто забыл отдать его, да, Деймон? – с абсолютно издевательским пониманием кивая, обратился к нему брюнет. Все тут же обернулись, не заметив присутствия Сальваторе. Неловкая пауза снова встала стеной между собравшимися, и Паркер протиснулся к сестре, ладонью коснувшись ее волос, но стараясь не нарушить целостность прически, – Но да ладно. Мы же не хотим испортить праздник? Я принес это… в качестве подарка. Когда-то я украл это у тебя, пришло время вернуть. Джозетт подняла непонимающий взор на брата, принимая из его рук маленькую коробочку. Все поняли, что это известная только им история и навсегда останется таковой, когда девушка улыбнулась, даже не открывая коробочку. Она закивала ему, попятившись назад, чтобы вернуться к Аларику. Все, кроме Бонни последовали ее примеру, возвращаясь к своим парам. Подумав, будто это значит, что брюнетка пришла на свадьбу одна, Кай буквально зажегся, пока не заметил приближающегося Джереми. – О, Джереми! – хлопнув его по плечу, воскликнул парень. Любой зевака, ставший невольным свидетелем такого зрелища, мог бы подумать, что встретились два товарища, один из которых очень рад видеть другого, – У меня как раз шампанское закончилось. С самодовольной улыбкой всучив ему свой бокал, в ответ он услышал «Что за черт?», но не обращая внимания, протянул Бонни руку, как раз, когда сменилась песня. Сделав одухотворенное лицо, он склонил голову. – Танец? Отступив назад на шаг и усмехнувшись решительности Кая, Беннет закачала головой. Было видно, что эта ситуация лишь позабавила ее, хотя все еще чувствовалась злость. Джереми же прошел вперед, отставляя пустой бокал в сторону, что не помешало Паркеру властно подхватить Бонни за руку. – Она не хочет танцевать с тобой, – процедил Джереми, чуть ли не пепеля ведьмака взглядом. Желваки на его скулах заиграли, нагоняя на него еще более угрожающий вид. – Ты что, не рассказала ему, какой я вспыльчивый? – раскрывая рот, изумленно спросил Кай, склоняясь к брюнетке, – Ведь если мне не удастся сегодня танцевать с тобой, то свадьба плавно превратится в похороны. Ну, знаешь, как в этих отстойных ужастиках. Только веселее. Он тараторил без умолку, при этом крепко сжимая руку девушки, показывая, что не намерен отпускать ее. От язвительной усмешки на ее губах не осталось и следа; захлопав ресницами, она подняла голову, вздыхая и обращаясь к Джереми. – Все нормально. – Все отлично! – поправил ее ведьмак, за руку потянув ее за собой. Джереми было решительно направился за ней, но Бонни отрицательно закачала головой, заставив его остановиться на одном месте. Песня уже заканчивалась, но Кай, кажется, уже не обращал на это внимание. Он важно обхватил ее за талию, притягивая ближе к себе, как бы она не отпиралась. Она, в свою очередь, обреченно вздохнув, положила свою ладонь на его плечо. – Ты никогда не простишь меня, – выпустив смешок, нараспев проговорил Малакай, глядя куда-то в толпу поверх ее головы и покачиваясь в подобии танца, совершенно несоответствующего музыке. Горячее дыхание от каждого сказанного им слова щекотало ее висок и, не поднимая головы, она ответила: – Нет, – казалось, это было сказано без каких-либо эмоций, Бонни лишь едва качнула головой, сдерживая свой гнев. Было видно, что она была полностью погружена в свои мысли, – Особенно после того, как ты выпустил стаю вампиров с собой в Мистик Фоллс. – Ой, да ладно тебе. Я лишь упростил вам жизнь, ведь все равно пришлось вернуться за ними, так или иначе. Со мной или без. Ты только посмотри на эту Лили… – наклонившись к ее уху и прошептав последнюю фразу, брюнет выдержал паузу, – Она бы вас съела. Несмотря на то, что это было огромным преувеличением и шуткой, Бонни повернула голову, посмотрев на мать Деймона, которая тоже была на свадьбе. Сомнения поселились в голове у ведьмы. Был ли Кай прав насчет Лили? Елена теперь не отходила от нее ни на шаг, в то время, как сам Деймон, казалось, активно избегал ее. Следующие минуты прошли в молчании. Сменилась музыка и Кай даже сбился со счета, который раз они уже начинают танцевать. Когда попадалась особенно энергичная песня, он даже пытался расшевелить ее, меняя стиль танца и дурачась, словно маленький. Бонни была непреклонна. Она молчала и выглядела устало, будто все жизненные силы мигом вышли из нее с приходом Паркера. Он оставил бесполезную затею. Поймав ближайшего официанта, несущего на подносах скопление бокалов, он стащил два, один отдав Бонни и отпустив ее. Видеть, как она танцует и терпит его через силу, больше не доставляло удовольствия. Малакай облокотился спиной об огромную гипсовую вазу с цветами, взгляд устремив сквозь толпу и медленно потягивая шампанское из бокала. Так прошло почти все его время до вечера. Стоя вот так, он замечал все: каким неожиданным сюрпризом для Бонни стало то, что она поймала букет; каким влюбленным взглядом смотрела Джо на Аларика, и каким пристальным взором изредка сверлил парня Деймон. Время все шло, музыка становилась веселее, толпа пьянее и меньше. Когда достаточно стемнело, включились прожекторы, в глаза ударила светомузыка и Кай снова увидел Бонни. Стоять столбом ему надоело еще несколько часов назад, поэтому он сразу же направился к девушке, но остановился, увидев подошедшего к ней Джереми. Решив не мешать, Паркер просто наблюдал, допивая очередной стакан шампанского. Ни поцелуев, ни каких-либо других сентиментальностей, лишь долгие объятья, будто он прощался. И в самом деле, отстранившись, он еще что-то сказал, дотронувшись до ее волос, и неохотно развернулся, удаляясь. Бонни стояла все на том же месте, провожая парня взглядом, а потом растерянно развернулась в толпе, словно чувствовала себя лишней. Тут брюнет продолжил свой путь, решив, что сейчас ей непременно необходимо чье-то общество. Пусть даже общество ненавистного психопата. Беннет встретила его на удивление спокойным взглядом, ничего не говоря, лишь делая глубокий вдох, будто надеясь, что он придаст сил. Так же молча, она стала пробираться сквозь толпу, которая с каждой секундой давила все больше на ее сознание. Кай следовал за ней, сталкиваясь плечами с танцующими и просто разговаривающими людьми. Выбравшись, они оба ощутили некое облегчение. Это было одновременно забавно и странно – что они, пробыв продолжительное время в тюрьме, понимали друг друга, в то время, как никто другой не мог. Ночь окончательно опустилась на Мистик Фоллс, вместе со своим приходом забрав все тепло солнечного дня. Теперь небо казалось бесконечным из-за этой всепоглощающей черноты, смотрящей сверху. Чудилось, что даже воздух стал легче, и что все с приходом ночи стало как-то проще. Пар при дыхании клубился и танцевал возле лица, исчезая в темноте, и Бонни обняла руками свои голые плечи. Кай шел чуть позади нее, и решив, что это самый подходящий момент, поравнялся с девушкой, пальцами ловко подцепляя пуговицы на своем пиджаке. – Похолодало, – мягко проговорил он, стаскивая с плеч пиджак и на миг делая паузу, – Замерзла? Давай, могу согреть. Несколько бокалов шампанского ли, или нечто другое повлияло на брюнетку, но она засмеялась, вскидывая голову. В этом смехе, как бы странно это ни звучало, было столько усталости и обреченности, что Каю даже показалось, как в глазах ее блеснули слезы. Не дожидаясь ответа, он накинул свой пиджак на плечи Бонни, ободряюще пихнув ее в бок. В ответ получив такой же, но более вялый пинок, он даже подумал, что этой ночью сможет растормошить ее на какой-нибудь дурацкий и нелепый танец. Кто знает.