Его прекрасный учитель

Искандер сидел за столиком и размышлял о наболевшем: как жить дальше. Почему то, что ему тридцать три, а он до сих пор не женат, это так уж плохо и не дает покоя окружающим его людям? По крайней мере, всем окружающим его женщинам! Ну ладно мама и тетя, с ними давно всё ясно, так теперь еще и на работе находились все чаще и чаще доброхоты, которым ну так прямо зудит в одном месте, что он такой молодой, перспективный — и при этом совершенно не женатый до сих пор, что просто житья от них нет никакого! То, что с женщинами на переговорах надо быть осторожным, это он для себя уже давно уяснил, но до этого момента думал, что только с теми, кому еще нет сорока… Оказалось — он жестоко ошибался. Сегодняшняя дама была в возрасте «далеко за…», но и тут не обошлось без матримониальных планов — у нее, мол, племянница приехала, надо бы ей город показать, а то если не с ним, уважаемым Искандером Викторовичем, то с кем же еще несчастную одинокую девушку в незнакомом городе любящая тетушка может отпустить? И мало того, что половину рабочего дня пришлось потратить, таская недалекую девицу по «достопримечательностям» родного города, так та еще и на ужин напросилась, мол, раз уж мы все равно проезжаем мимо такого чудесного ресторанчика, о котором так тепло отзывалась дражайшая тетушка, то почему бы и не зайти, так сказать, на огонек. И ладно бы посидели да разошлись — так нет, девица из кожи вон лезла, чтобы привлечь к себе его внимание: то грудь на стол вывалит, да так, что официанту тарелку поставить некуда, то ногой «приласкает» под скатертью — все брюки изгваздала своими туфлями, зараза, только с утра чистые надел. И, главное, не пошлешь ее, такую красивую, прямым текстом — уж больно у нее тетя влиятельная, с такой ссориться не стоило. Когда ужин подошел к концу, Искандер попросил счет и со скучающим видом стал разглядывать зал, делая все возможное, чтобы только не смотреть на эту «девушку в самом соку», которая как раз решила еще раз продемонстрировать этот самый сок и богатство форм — мало ли, он тупой или слепой, с первого раза ее секс-призыв не разглядел! С тоской оглядывая это «счастье», которое уже практически упало ему в руки, разве что на его коленях не устроилось и в штаны ему не залезло, он понимал, что шансов избежать изнасилования с каждой минутой оставалось все меньше. Причем даже на фразу «я девушками не интересуюсь» это самое счастье не отреагировало бы. А если бы и отреагировало, то явно не так, как он рассчитывал, поэтому, расплатившись по счету, он обреченно направился к выходу, понимая, что даму надо хотя бы попытаться доставить до дома тети, всячески избегая намеков на «кофе» у него в гостях. Конечно, Искандер был джентльменом, но терпение и у него было небезграничным, поэтому, усадив спутницу в машину, устроился на водительском сидении сам и, заводя двигатель, включил музыку погромче, выруливая на оживленную улицу, тем самым игнорируя робкие попытки своей дамы объяснить, что вечер у нее свободный и она никуда не торопится. Уже около дома ее влиятельной тети он устало повернулся к своей даме, чтобы попрощаться, но заметил, как она съежилась, но при этом засопела явно возмущенно. — Простите, всё в порядке? — аккуратно спросил он ее. — Черт, как он меня нашел? Вот козел! — прошипела девушка. — Да кто?! — Бывший мой. Проследив за взглядом спутницы, мужчина заметил около подъезда дома аккуратно одетого молодого человека очень даже приятной наружности. — Ну, судя по букету, он вполне готов с Вами помириться, — осторожно заметил Искандер, надеясь, что всё как-нибудь уже утрясется и не надо будет искать отговорки, чтобы отделаться от этой девицы. — А меня он спросил?! Да я… — вспылила девушка, решительно выходя из машины. - Ну, я тебе сейчас устрою! Особо не вникая в детали и не прислушиваясь, Искандер на всякий случай не спешил уезжать — мало ли, помощь потребуется. И, судя по решительно настроенной барышне, вполне не исключен был вариант, что спасать придется ее бывшего. Через десять минут парень, которого знатно исхлестали букетом, на которого обрушили децибелы девичьего крика и которому явно припомнились все мужские грехи, начиная с сотворения мира, обнял свою возлюбленную и притянул к себе, позволяя размазывать слезы, смешанные с косметикой, так щедро украшавшей ее лицо, по своему явно недешевому костюму. Удостоверившись, что буря миновала, Искандер удовлетворенно кивнул и выехал из двора, аккуратно выдыхая и мысленно крестясь, что эта проблема больше и не проблема для него вовсе. Зайдя в квартиру, он включил свет в коридоре и полюбовался на жмурящегося кота Василиска, который с важным видом вышел поприветствовать двуногого. «Ну, привет, раз уж приперся. Корми давай, а то целый день не жрамши — так и помереть можно!» — явно читалось в изумрудно-зеленых глазах зверя. Кротко вздохнув, Искандер прошел в кухню, достал из холодильника так любимую Василиском кашу с курицей и, не разогревая, положил ему в миску. Коротко мрявкнув, кот одобрительно принюхался и начал с довольным урчанием поглощать долгожданную пищу. — Да уж, и тебе добрый вечер, — грустно улыбнулся Искандер, аккуратно гладя любимца по персиковой шерстке. – Эх, вроде пятница — а тоска… Уже даже завидую этой сумасшедшей парочке. Может, зря я на «кофе» не согласился? Хотя как бы я ее потом выпроваживал-то? Нет, ну нафиг такие сказки! Лучше уж одному, но целому и невредимому быть, чем в компании с разъяренной и разобиженной фурией! Пройдя в спальню, Искандер начал снимать так надоевший за день костюм, с неудовольствием отмечая, что брюки теперь только в чистку сдавать после подстольных заигрываний его спутницы, но, глядя на висящие на стуле любимые джинсы, вдруг вспомнил, что уже месяц как собирался сходить в новый бар в паре кварталов от его дома, попробовать, как там с ассортиментом горячительного, а, может, и познакомиться с кем-нибудь интересным. Через двадцать минут он уже входил в небольшое, но уютное помещение, с удивлением отмечая, что бар-то новый, а вот бармена он довольно неплохо знает. — Привет, Дим, — поздоровался он с молодым парнем за стойкой. — Ты теперь здесь, давно? — О, привет старым знакомым, — улыбнулся бармен. — Да нет, третью неделю как. Решил сменить место работы — так к дому ближе. Ты устраивайся, осваивайся, я сейчас разберусь с клиентом — и к тебе вернусь. Одобрительно кивнув и поставив бару дополнительный плюс, Искандер углубился в изучение меню. Решив, что ничего крепкого он не хочет, выбрал светлый эль и сыр-косичку на закусь и принялся рассматривать немногочисленных посетителей. За дальним столиком сидела веселая компания, столик в углу занимала влюбленная парочка, которой ни до кого вообще, казалось, не было дела, а слева от Искандера накачивался чем-то крепким молодой парень лет двадцати с небольшим, довольно субтильный и не особо вписывающийся в окружающую обстановку — было в нем что-то такое, чистое и невинное, что ли — так с ходу и не скажешь. Но это «что-то» почему-то показалось Искандеру исключительно привлекательным. — Давно сидит? — вполголоса поинтересовался он у бармена, кивая на парнишку. — Да не, минут двадцать, что-то его сегодня сильно возмутило, речь пытается мне толкнуть, но как-то пока сумбурно получается, — хохотнул Дима. — А-а… А по поводу чего у него этот «банкет»? Может, случилось что? С девушкой поругался? — сочувственно пробормотал Искандер. Дима как-то странно глянул на него, но только хмыкнул и пожал плечами: — Да вот сам спроси, я пока ничего толком и не понял, что у него там такого стряслось, что он вискарем давится — вторую порцию уже пьет! Без закуси. — Эй, привет! — окликнул его Искандер. — Ты чего в запой решил уйти? Что стряслось-то? — Да вот… Ребенок мой сегодня отчудил! Говорит, мол, педофил я и развратник! — с тоской в уже соловых глазах жалостно произнес парень. — Кто?! Ребенок?! Твой?! — ужаснулся Искандер, думая, кто из них сошел с ума. — Ага… А потом его папаша приперся к директору и заяву накатал, что я, мол, педофил и развратник, раз письки старых голых мужиков его ребенку показываю, — всхлипнул парень, хватаясь за стойку, чтобы не упасть. — Подожди… Какой папаша? Какой ребенок? Какой директор? И зачем ты этому ребенку письки голых старых мужиков показывал? — ужаснулся Искандер, уже жалея, что вообще пришел в бар этим вечером. — А что я ему должен был показывать? — возмутился парень. — Если мы на уроках истории Древнюю Грецию проходим? Нет, ну куда мир катится? Ты еще скажи, что статуя Давида — это порнография, — гневно воскликнул он, тыкая пальцем в грудь Искандеру. — Да ничего я не скажу! Откуда ж я знал, что ты про уроки истории? А ты учитель, да? — уточнил Искандер, уже успокаиваясь и переглядываясь с откровенно хрюкающим от смеха барменом. — Ага, он самый… Нет, ну всё им не так — и кличку эту придумали — даже эти мелкие пятиклашки меня соболем зовут! А некоторые вообще «пушистиком» - мол, пушной же зверек, но не песец, так что не страшно. Теперь еще и эксгибиционистом-извращенцем-геронтофилом меня решили сделать… Эх… Не любят меня. Никто меня не любит, ик… Наливай, что ли, еще пятьдесят, — приуныл он, протягивая пустой стакан за добавкой. — Что, совсем-совсем никто? — аккуратно решил разузнать Искандер, присматриваясь к мальчику повнимательнее. — Никто, — шмыгнул носом парень, пытаясь сфокусироваться на стакане с виски, который уже стоял на стойке, но почему-то никак не давался в руки. — А кличка-то у тебя почему такая странная? — перевел тему Искандер, наблюдая за тем, как тот безуспешно пытается хотя бы дотронуться до вожделенного стакана. — Дык из-за фамилии! — выкрикнул парень, явно отчаявшись и подперев руками подбородок, гипнотизируя разбегающимися в стороны глазами непослушную емкость, которая ну ни в какую не поддавалась. — Соболев я. Вениамин. — Искандер, — представился мужчина. — Можно просто Саша, — добавил он, видя округлившиеся серые глаза собеседника. — А с фамилией мне особо «повезло» — такую и по трезваку выговорит не каждый, а уж по пьяни такие метаморфозы случаются с ней, что… А, забей. — Нет уж, позвольте! Колись давай, что у тебя там за фамилия! — встрепенулся Вениамин. — Интересно же! — Выбоинов, — представился Искандер. — Выбо… Выебо… Выбое… Тьфу ты, черт, и точно язык сломаешь, — согласился Вениамин, хватая стакан с виски и предлагая тост: - Ну, Искан… Иска… Саша, давай за нас, таких, блин, уникальных, что усраться можно, — чокнулся с пивным бокалом Искандера и осушил все пятьдесят граммов залпом. — Ага, взаимно, — улыбнулся мужчина и пригубил свой эль. Через десять минут Вениамин попытался слезть с табурета. С третьей попытки ему это удалось, и, слегка покачиваясь, он направился в комнату для мальчиков. Проводив его взглядом, Искандер решил, что парень справится, и решил на свой страх и риск заказать ему кофе. — Слушай, а он как, до дома-то доберется? — с опаской поинтересовался Саша у бармена. — А то ведь совсем никакой! — Да не боись, я его давно знаю, учились вместе. Он сейчас посидит немного и пойдет потихонечку, заодно протрезвеет на свежем воздухе, — улыбнулся Дима, протягивая маленькую чашку эспрессо. — Нет, знаешь ли, я так не могу, где он живет-то? Дай хоть провожу его до дома, а то свалится еще где-нибудь, — заволновался Искандер, глядя, как его мальчик, все так же шатаясь, подходит к стойке. — Ну, попробуй предложи, может, согласится, — скептически хмыкнул Дима, глядя на эту живописную парочку. — Эй, Вениамин! Я тебе кофе заказал, — сообщил парню Искандер, двигая к нему чашечку. — Давай-ка, пей — и я такси вызываю, поздно уже! — Кофе? А что, всё, банкет закончен? — грустно икнул Веня, утыкаясь носом в чашку. — У-у… И никаких тебе приклю…чений… ик… И ника…кой любви… чистой и светлой… — Так, искатель чистого и светлого, сейчас такси подъедет, давай, собирайся, на сегодня достаточно — а завтра посмотрим, что да как! — пресек Искандер все попытки этого начинающего алкоголика задержаться в баре «до лучших времен» и стащил его со стула, попутно запаковывая парня в куртку и проверяя, на месте ли его кошелек и телефон. — Вот моя визитка, созвонимся! — Вот моя визитка, вот мой дом… родной… — продекламировал Венька, устраиваясь в такси. — Ты адрес-то свой помнишь? Давай-ка, двигайся, я тебя хоть до дома провожу… — ворчал Искандер, пытаясь сесть рядом с парнем в такси. — Вот еще, я не девка какая, чтоб меня провожать, я мужик! — гордо пробормотал Веня, захлопывая дверцу машины. — Эх, мужик, — буркнул себе под нос Искандер. — Вот и ищи-свищи его теперь! Ладно, будем надеяться, все же, доедет он до дома… Когда такси скрылось за углом дома, мужчина вернулся в бар, сел на свое место и сделал пару глотков из бокала с элем. Но то ли тот уже нагрелся, то ли выдохся, то ли настроение испортилось, а может, компания была не та… Как бы то ни было, Искандер расплатился по счету, оделся и отправился домой, к любимому коту и ноутбуку. И уже засыпая, он подумал, что на всякий случай надо будет зайти в тот бар еще раз в Димину смену и попытаться разузнать по максимуму об этом славном мальчике Вениамине с такими чудесными большими серыми глазами…