Пила

— Вот так. Вовремя. — Это я его вовремя за бензопилой послал, — Рома улыбается, когда Лисицын касается его губ своими. — Как твоя нога, после той прогулки по лесу? — Я о ней и забыл, пока до тебя шёл, — Костя стоит на коленях и ножом пытается разрезать веревку. — Как он тебя спеленал-то… Даже развязывать не хочется, — Лисицын улыбается. — Костя, — Аристов награждает его своим фирменным взглядом. — Не дури! У меня задница замерзла уже на сырой земле сидеть. — Так может согреемся, — Лис тянет свои ладони к его куртке, начиная расстегивать молнию. — На свежевскопанной земле, рядом с трупом… По-быстрому, Рома, и домой, — тихо смеется, когда Аристов пихает его кулаком под ребра. — Ладно-ладно. Дома развлечемся. Веревочку я себе оставлю. — Это улика, Костя, — Аристов наконец разгибается во весь рост и притягивает мужчину к себе. — Спасибо тебе, что ты так вовремя подоспел, — целует его в висок. — Это ты у нас сообразительный очень. И Холодов очень быстрый. Но мне ты дома спасибо скажешь, а Холодову на словах завтра. — Рогозина нас отпустила, что ли? — Конечно, — Лисицын набирает Андрея и сообщает о трупе. — Сейчас подождем труповозку и поедем. Аристов усмехается и толкает Костю к стволу дерева. — Но пока их нет, мы можем и пошалить, — с этими словами он присаживается на колени перед любовником, и дальше обоим уже не до разговоров.