Asylum

Дэниэль проснулся рано, и, по привычке не открывая глаз, попытался принять сидячее положение. Попытка успехом не увенчалась, что немало удивило сонного юношу. Он медленно открыл глаза и дернул было рукой, чтобы протереть заспанный правый глаз, но и это у него не вышло. В голове начали судорожно мелькать картинки прошлой ночи: новый знакомый, скорая помощь и последнее, что он вспомнил, был тот страшный человек в очках в серебристой оправе. Вспомнив, наконец, о своем неутешительном положении, Дэни начал крутиться из стороны в сторону, выгибая поясницу и дергая руками в надежде сорвать крепления, но и это у него не вышло, поэтому юноша, недовольно фыркнув, упал обратно на продавленную койку и устало прикрыл глаза. Ноги и руки нещадно ныли от долгого нахождения в одной позе и казалось, что по кистям бегают маленькие насекомые с колючими лапками. Сколько ему еще так лежать? И придет ли вообще кто-нибудь? Что с ним сделают? Ответов на эти вопросы Дэниэль не знал, но узнать отчаянно хотел. В конце концов, сейчас это были первостепенные вопросы. Спустя какое-то, мучительное долгое время, которое Дэниэль провел, разглядывая идеально белый потолок, дверь со скрипом отворилась, и в проходе появилась светловолосая голова вечно улыбающегося Гарриэта. Он медленно, даже лениво подошел к Дэни, и ловкими, отточенными движениями отстегнул его от кровати. - Доброе утро, рыжик,- ласково сказал мужчина и взъерошил рукой яркие волосы парня.- Надеюсь, ты выспался? Потому что неизвестно, когда ты выспишься снова. - Почему?- глупо спросил Дэниэль, аккуратно принимая сидячее положение. Не привыкшее спать на спине тело отозвалось неприятной, тянущей болью, которая вскоре затихла, оставив от себя небольшой дискомфорт в области шеи и плеч. - Прости, солнышко, но этого я тебе рассказать не могу,- пожал плечами Гарриэт, снисходительно глядя на парня. Дэниэль обиженно и разве что совсем чуть-чуть напугано окинул взглядом мужчину, и только сейчас заметил в его руках небольшой сверток из плотной бежевой бумаги. - Что там?- настороженно спросил юноша, указывая на пакет. Гарриэт, словно не сразу поняв, о чем идет речь, перевел недоуменный взгляд на руки. - Ах, это!- спохватился он и положил сверток на кровать рядом с юношей,- вот, держи. Сегодня у меня совсем нет времени, работы невпроворот. Так что до вечера ты принадлежишь сам себе. Пойди погуляй, или в игровую сходи. В общем, я уверен, ты найдешь, чем себя занять, малыш. До вечера! С этими словами Гарриэт скрылся в коридоре, не заперев за собой дверь. В свертке оказалась пара потертых мягких кед без шнуровки. Дэниэль подумал, что это для того, чтобы больные не задушили себя этими самыми шнурками. Натянув их на ноги, благо они пришлись точно впору, юноша несмело выскользнул в коридор. Его немного смущало то, что кроме смирительной рубашки, не доходящей ему даже до колена, и нижнего белья, на нем больше ничего не было. Но, здраво расценив, что выбора у него все равно нет, решил на этом не зацикливаться. Оглядевшись по сторонам, Дэниэль заметил, что камеры на всем протяжении коридора начали открываться, и из них, покачиваясь и нервно передергивая плечами, вышла нестройная толпа из пятнадцати-двадцати человек. Вдруг, откуда-то из-за поворота послышался громкий металлический звон, заставивший Дэни вздрогнуть. Люди, которые шли как раз в этом направлении даже не шелохнулись, и только одна женщина, коротко взвизгнув, врезалась в абсолютно безразличного ко всему парня с выцветшими, рыжими, спутанными волосами, среди которых можно было высмотреть седеющие пряди. Толпа, практически никак не отреагировав на инцидент, продолжила путь. Поскольку идти было все равно некуда, Дэниэль, пожав плечами, двинулся вслед за людьми. Толпа привела его в помещение, на первый взгляд очень похожее на столовую в колледже Дэни. Только здесь не было стойки, у которой обычно толпились студенты, а вместо суровой поварихи были снующие между столами санитары и медсестры, ставящие перед больными их порции. И вместо привычного веселого гомона, Дэниэля встретила давящая тишина, прерываемая стуком приборов о металлические тарелки. Откуда-то сбоку к юноше подошла пожилая медсестра и, тепло улыбаясь, предложила ему присесть на свободное место за длинным столом. Дэниэль послушно опустился на скамью, и перед ним тут же оказалась тарелка с неприятной на вид липкой субстанцией. Присмотревшись, Дэни смог опознать в ней геркулесовую кашу. Он несмело ткнул в нее ложкой, которая была по непонятным юноше причинам прикреплена цепочкой к столешнице. Субстанция быстро вернулась к прежнему состоянию, странно булькнув. В другой ситуации Дэни даже посмеялся бы над этим, но сейчас настроение стало только хуже. Поняв, что есть это он просто не сможет, Дэниэль начал с интересом осматривать сидящих вокруг людей. Напротив него сидела женщина неопределенного возраста, всклоченные волосы закрывали почти все ее лицо. Видимо она была здесь уже довольно давно, об этом Дэни говорили ее выступающие ключицы и костлявые пальцы. Она быстро орудовала ложкой, пронося половину липкой жижи мимо рта, пачкая волосы и майку. Дэниэль брезгливо поморщился, глядя на нее, и перевел взгляд дальше. Некоторых больных кормили с ложечки. Они с трудом открывали рот, глядя куда-то в пространство и ни на что не реагировали. Один из таких людей привлек внимание Дэни – на вид парню было не больше двадцати пяти, его волосы, спутанные и грязные отливали рыжим в свете искусственных ламп, а глаза, мутные и померкшие, когда-то наверняка были синими. Подобная схожесть с самим собой немного удивила и напугала Дэниэля одновременно. Развернувшись к соседнему столу, Дэни заметил еще двух молодых людей со странно схожими выгоревшими волосами. Они сидели поодаль друг от друга, один из них задумчиво глядел вперед, стуча ложкой по столу, а второй нервно заламывал руки, оглядываясь вокруг. Ни один из них даже не притронулся к тарелке. После странного завтрака, Дэниэль, как и многие другие, отправился в игровую. Это была просторная комната, с большими зарешеченными окнами, по всему периметру стояли столы и стулья. На полках покоились настольные игры и игрушки, которые все обитатели больницы явно переросли. Тем не менее, Дэни заметил, что многие взрослые люди с огромным восторгом хватают с полок паровозики, кубики и плюшевые игрушки, садятся в кресла, стоящие в произвольном порядке по всей комнате и с увлечением начинают играть в них. Это пугало и вызывало у юноши жалость одновременно. Осмотревшись, Дэниэль заметил, что в одном из углов комнаты за одним из столов, прижав колени к груди сидел еще один молодой рыжий парень. Он слегка раскачивался вперед-назад, а приблизившись ближе, Дэни услышал, как он что-то бубнит себе под нос. Он подошел совсем близко и, поставив стул напротив сумасшедшего, попытался поймать взгляд блеклых глаз. - Эй, ты меня слышишь?- тихо позвал он, коснувшись плеча больного. Это подействовало на парня словно удар током. Он с ужасом во взгляде шарахнулся назад, вжимаясь в спинку стула и закрывая голову руками. Прислушавшись, Дэниэль смог различить слова в его тихом и быстром шепоте: - Нет… пожалуйста, оставьте меня в покое, пожалуйста… не надо больше, умоляю, не трогайте меня…- в тихом голосе слышались слезы. - Да ты чего? Я же ничего не сделал,- озадаченно произнес Дэниэль, аккуратно встряхнув парня. Тот только сильнее сжался, глотая подступающие к горлу рыдания и судорожно за что-то извиняясь. Абсолютно сбитый с толку, Дэни предпочел просто оставить парня в покое. Разочаровавшись в практически всех книгах и играх, которые он обнаружил в игровой, Дэниэль решил выйти на улицу. При свете солнца узкая дорожка, ведущая вглубь тополиной рощи, казалась гораздо менее пугающей и мертвой. На скамеечках, кто раскачиваясь, кто разговаривая сам с собой, сидели умалишенные. Они же бродили по дорожкам, словно неупокоенные души, причем Дэни совсем не удивился бы, если бы они таковыми себя и считали. Юноша не спеша побрел по дорожке, заметив уже знакомого чуть поседевшего молодого человека. Он сидел под деревом, откинув голову назад и, кажется, считал листья в кроне. Или может что-то причитал, как тот парень из игровой. Дэниэль не был точно уверен. На этот раз Дэни решил, что будет гораздо разумней просто пройти мимо, и углубился внутрь рощи. Он шел по дорожке, пиная впереди маленький камушек, и вскоре вышел на небольшую аллею. В центре стояла большая чаша, в которой угадывался неработающий фонтан. Заглянув внутрь, Дэниэль ужаснулся: посреди перегноя из прошлогодних листьев лежал маленький трупик бедной птички. Кажется, это был воробей. Юношу замутило, он отшатнулся назад и, не удержавшись, едва не упал спиной на асфальт, но чьи-то крепкие руки подхватили его сзади. Дэни повернул голову и увидел улыбающееся лицо Гарриэта, который аккуратно вернул его в вертикальное положение и с любопытством заглянул в чашу. - Фу, жуть какая,- скривившись, сказал он,- надо сказать санитарам, чтобы вычистили, да? Дэниэль неуверенно кивнул в ответ, не очень понимая, почему вообще мужчина такой веселый. Он похитил человека и держит черт знает где, против воли. И самое главное, что юноша осознавал очень четко, было то, что даже если Дэни удастся сбежать, если он сможет добежать до отделения полиции города раньше, чем его пропажу заметят, ему ведь никто не поверит. Кто вообще поверит человеку в смирительной рубашке? Пока Дэни думал о том, как же несправедлива к нему судьба, Гарриэт подошел к юноше, снова поглаживая его мягкие рыжие волосы. Дэниэлю начинало казаться, что они ему нравятся гораздо больше, чем что бы то ни было еще в его теле. - Послушай, рыжик, с бумажками я почти управился, так что если совсем скучно, можешь зайти ко мне, как нагуляешься,- улыбнулся он, опустив руку в карман своего халата,- поболтаем. И, дождавшись робкого кивка, быстрым шагом направился в сторону здания. Дэни некоторое время тупо смотрел ему вслед, думая о том, что может быть Уэйн и не виноват вовсе? Может он просто выполняет приказ того страшного человека, который встретил их ночью? Может он так же, как и Дэни, боится его до дрожи в коленях? Дэниэль возвращаться в больницу не спешил. Погода была теплая, к тому же внутри, где-то в лабиринтах коридоров, он мог наткнуться на вчерашнего знакомого, а этого ему совсем не хотелось. Уже смеркалось, когда большинство больных, нервно вздрагивая от каждого шороха, шли в сторону здания, под надежную защиту белых стен. Туда же нехотя проследовал и Дэниэль. Он не был уверен, куда идет, но надеялся, что если пойти прямо по коридору первого этажа, то куда-нибудь, да выйдет. Как выяснилось, на первом этаже располагалось что-то вроде администрации. Здесь же была прачечная, что немного удивило юношу, ведь обычно прачечная находится в подвале. Большинство дверей были закрыты, и на них висели блеклые пожелтевшие таблички вроде «процедурный кабинет», «операционная» или просто «№12». Дэниэль так бы и слонялся по этажу, если бы не заметил на одной из дверей знакомую фамилию. Подойдя ближе, он прочитал: «Главврач. У.М. Гарриэт». Юноша негромко постучал и, дождавшись разрешения войти, робко заглянул в кабинет. Здесь было относительно просторно. Стеллажи с книгами по психиатрии стояли вдоль стены напротив двери, рядом с ними расположился черный кожаный диван, а со стороны окна стоял заваленный бумагами стол и два кресла перед ним. За столом, складывая в аккуратные стопки документацию, сидел сам доктор Гарриэт. Он бодро улыбнулся застывшему на пороге юноше и вышел из-за стола, опираясь на него поясницей. - А, рыжик, заходи, я как раз закончил. Ну, рассказывай, как день прошел? Подружился с кем-нибудь?- участливо спросил он. Дэниэль прошел внутрь кабинета, тихо прикрыв за собой дверь. Услышав последний вопрос, он невесело ухмыльнулся. В его голове всплыли образы тех, кого он видел сегодня. Злость, которую юноша отложил куда-то в дальний угол сознания, снова всплыла на поверхность и затопила разум парня. - Как же, подружишься тут,- сквозь зубы ответил он,- я же вообще-то всегда мечтал подружиться с психопатом! Или нет, лучше с несколькими сразу! - Говори немного потише, я прекрасно тебя слышу, малыш,- все так же весело ответил ему Гарриэт. - Неужели?- с сарказмом спросил Дэниэль, упирая руки, закрытые длинными рукавами, в столешницу,- ну тогда послушай меня! Я вам не подопытная зверушка и даже не психопат! Я нормальный, здоровый человек, лечить меня не нужно! Я хочу домой! Юноша глубоко дышал, чувствуя резкую нехватку кислорода и сверкая пронзительно-синими глазами. Гарриэт уже открыл было рот, чтобы что-то ответить, положив руку на волосы парня, как вдруг дверь его кабинета, со стуком ударившись о стену, отворилась, и на пороге появился тот самый мужчина, который так пугал Дэниэля. Он быстро окинул комнату взглядом, оценивая обстановку, и, коротко ухмыльнувшись, бросил: - Ко мне его. Немедленно,- и ушел, не дав Дэни даже сообразить, что произошло.