Шоковая терапия

Северус Тобиас Снейп, кавалер ордена Мерлина второй степени, умирал. Физически с ним все было в порядке – яд Нагини колдомедикам вполне успешно удалось вывести из организма, раны затянулись. Но профессор просто не хотел жить. Он и раньше не был красавцем, а за полгода в госпитале превратился в скелет, обтянутый пергаментной кожей, но жалостливые шепотки возле постели уже не раздражали. Заговорил он только один раз, когда сказал хриплым от долгого молчания голосом: – Дайте умереть спокойно! В тот момент рядом оказался вездесущий Поттер, а с ним не менее вездесущая Грейнджер, ну и Уизли, куда же без него. Визг стоял целую неделю. Пытались переубедить, заставить захотеть жить. Наивные. Поттер притащил даже какого-то маггловского доктора. Больше таких ошибок Снейп не совершал. Молчал, полностью закрыв сознание, обманув даже хитрые приборы давешнего доктора. – Простите, медицина здесь бессильна. Мозг умер. – Окклюменция, – со знанием дела сказала Грейнджер. Не зря, ох, не зря он всегда терпеть не мог эту заучку. Но доктор распрощался, колдомедики особо не донимали, уж они-то как раз уважали волю пациентов. Особенно, если эта воля – последняя. Потом какое-то время было тихо. Поток посетителей иссяк. Надоедливые гриффиндорцы нашли себе какое-то другое развлечение, и он наслаждался покоем. Тем, чего ему так не хватало в прежней жизни. Сознание иногда уплывало от слабости, он чувствовал, как тихо угасает, и смиренно ждал встречи с Госпожой. Лежать на неровной поверхности было неудобно. Жестко. Холодно. Больно, в конце концов! В спину впивались какие-то колючки. Ноги, скованные неудобной обувью, совсем застыли. Голоса, звучащие рядом, раздражали надрывом и пафосностью. Что там говорит этот недоумок Лонгботтом? «Спите спокойно, дорогой учитель», – большего издевательства и придумать нельзя! – Мы собрались здесь, чтобы проводить в последний путь… Снейп напрягся от звуков знакомого голоса, исполненного трагической муки, и с трудом приоткрыл глаза – рядом собралась небольшая толпа, человек десять от силы, в траурных одеждах и с цветами в руках. «Кладбище, – подумал Снейп, а затем новая мысль пришла в голову: – Я же еще жив!» Он попытался донести это до похоронной команды, но голос не повиновался. Пошевелиться тоже было нельзя, кто-то постарался и наложил качественные чары… Северус проснулся с бешено колотящимся сердцем, как и всегда, когда повторялся этот сон. Рядом тихо сопел теплый Поттер, инициатор давнишней шокотерапии. «Да, – с усмешкой подумал Снейп, – ничто так не пробуждает жажду жизни, как желание убить Поттера».