I will just get lost with you

- Люмос, - шепчет блондин, прижимая палочку ближе к груди и пробираясь через теплицу так, чтобы не задеть горшок с мандрагорой, которая наверняка выдаст его с потрохами. И уж тогда парню точно несдобровать. В ближайшие полчаса он и так нарушил добрый ряд школьных правил, сбежав ночью из своей комнаты и пробравшись сюда во внеучебное время. «Черт, черт, черт», - эхом разносится в голове Найла, пока он пытается отыскать майоран среди других растений. На самом деле, он хороший парень и не часто совершает подобные вещи - только когда в этом действительно возникает острая необходимость, например такая, как сейчас. Он готов поклясться, что больше никогда не сделает ничего подобного, ведь, как и все остальные студенты Пуффендуя, парень честен и трудолюбив. Только вот, когда Луи в голову взбредет очередная дурацкая идея, этот факт запихивается куда подальше, и так каждый раз. Сегодня Найл тоже собирался позвать лучшего друга с собой, но не стал рисковать еще и его репутацией. Тем более тот уже и так находился под надзором директора из-за своих старых вылазок. Схватив несколько пучков растения, он бросается прочь со своего места преступления, засовывая палочку поглубже в карман. Голубоглазому кажется, что длинные коридоры никогда не закончатся, в горле пересыхает и появляется отдышка, но он продолжает бежать со всех ног до тех пор, пока не врезается в появившуюся из ниоткуда фигуру, и оба студента с грохотом летят на пол. Вот и все – попался. Блондин зажмуривает глаза в ожидании нравоучений, но вместо этого слышит только пыхтение. - Куда ты несешься? – от этого голоса все внутри обрывается, и парень распахивает глаза, сталкиваясь с осуждающим взглядом. - А ты? – быстро выпаливает он, поднимаясь на ноги, продолжая глазеть на растянувшегося на полу Гарри. - Я – староста, - слишком гордо произносит кудрявый. Слишком гордо для парня, развалившегося на полу. Иногда Найл понимает, почему его соседи по комнате называют Стайлса зазнавшимся придурком. - Но это не дает тебе права расхаживать по коридорам в любое время, - парень усмехается, протягивая руку. - Какая тебе... - зеленоглазого обрывает мяуканье, и они синхронно поворачивают голову. Сквозь темноту на них смотрит пара красных глаз. - Миссис Норрис, - полушепотом произнес блондин, после чего ощутил крепкую хватку на своем запястье и едва не запнулся о собственные ноги, когда староста Гриффиндора потащил его в непонятном направлении. Слишком много приключений за одну ночь. Сначала украл травы из теплицы, а теперь опять бежит куда-то, перепрыгивая через несколько ступенек за раз. Они бегут приблизительно 5 минут, после чего Гарри запихивает его в узкий чулан, запирая дверь. - Что ты... - собирается сказать Найл, но парень зажимает его рот ладонью, мешая не только говорить, но и дышать. В коридоре слышатся торопливые шаги и ворчание Филча: «Ученики не в постелях. Грязные бездельники. Идем, Миссис Норрис, проучим их». Когда все стихает, кудрявый убирает руку, наконец дав блондину возможность нормально вздохнуть. Они оба обнаруживают, что стоят слишком близко друг к другу. - И часто ты бродишь по коридорам ночью? – Гарри хихикает, словно ребенок, морща нос. Кудри спадают на его лицо, и он выглядит таким счастливым сейчас. - Ага, - кивает. – Это мое хобби. А ты откуда бежал? – он продолжает широко улыбается, смущая пуффендуйца своей близостью и очаровательностью. - Я... - Найл замялся, чувствуя, как капельки пота концентрируются между лопаток. – Не твое дело, - бормочет он себе под нос. - Ну, как скажешь, - староста снова улыбнулся, приоткрыв дверь, и выскользнул в коридор. Он исчез так же быстро, как и появился, позволяя голубоглазому прислониться к полкам и вздохнуть полной грудью. Почему он каждый раз ведет себя как дурак, оказываясь рядом с предметом своего воздыхания? Ответа на этот вопрос не знал даже сам парень. Найл вышел из коморки, бесшумно преодолевая оставшуюся часть пути. Достигнув комнаты, блондин быстро закинул пучки растения в толстую книжку и стянул с себя одежду, ныряя под одеяло. Достаточно приключений на сегодня.

***

- Я говорю тебе, он что-то задумал, и я выясню, что именно, - воодушевленно говорит гриффиндорец, закидывая в рот кусочек сливочного пудинга. - Это не твое дело, Гарри, - Лиам поджимает губы, переводя серьезный глаз со страниц учебника на своего друга. - Нет, Лиам, ты не понимаешь, - он стонет, прижимая ладонь к щеке. – Может он хочет сделать что-то противозаконное, и я, как староста, обязан это выяснить! – кудрявый произносит это слишком громко, от чего несколько студентов поворачиваются в их сторону. - Порой меня вообще поражает тот факт, что ты стал старостой, - Пейн разводит руками, закрывая книгу. – Он не может сделать ничего противозаконного. Он всего лишь студент, как и мы с тобой, - Гарри закатывает глаза. - Я это чувствую, - он перегибается через стол, шепча прямо в лицо своего друга. – Мое седьмое чувство никогда не подводит меня, - шатен пытается сдержаться, но все-таки прыскает от смеха, наблюдая за взмывающей вверх бровью парня. - Прости, но если бы мы всегда прислушивались к твоему седьмому чувству, то уже давно бы загремели в Азкабан, - все еще хохоча, говорит кареглазый. Кудрявый плюхается на свое место, скрещивая руки на груди. - Больно надо, сам справлюсь, - он собирает свои вещи и спешит выйти из столовой, завидев светлую макушку в компании других пуффендуйцев. – Найл! – кричит он, заставляя всех четверых обернуться. Двое сразу спешат уйти. Гарри честно не понимает, почему другие ученики к нему так относятся. Он вроде-бы не зазнайка и не такой задира, как бойфренд Лиама, но большинство все равно сторонятся его. - Увидимся вечером, - блондин крепко обнимает девушку с густыми каштановыми волосами, отчего гриффиндорец чувствует какой-то горький осадок. – Привет, - он улыбается уголками губ, когда парень подходит ближе. Стайлс берет его под руку и ведет на задний двор. - Так куда ты ходил вчера ночью? – парень прислоняется к широкому дереву, внимательно глядя в голубые глаза. Голубые, словно фиалки, которые так любит Гарри. Хоран поджимает губы, отводя взгляд в сторону и ковыряя землю ботинком. «Черт, черт, черт» - снова разносится у него в подсознании. Он надеялся, что они больше не будут поднимать этот вопрос. И с чего вообще Гарри подошел к нему? - Я же уже сказал, что это не твое дело, - тихо произносит он. - Тогда я буду вынужден рассказать об этом происшествии директору, - лицо пуффендуйца окрашивается в пурпурный цвет, словно флаг факультета Гарри. - Но тогда тебе придется сказать, что и ты не спал ночью, - заикаясь, произносит голубоглазый. - Не переживай за меня, - улыбается кудрявый. И, когда он улыбается, Найл уже не хочет врезать ему так сильно, как пару секунд назад. Хоть он сейчас и ведет себя, как засранец, но Найлу совсем не хочется делать этого. Напротив – он хочет поцеловать его розовые губы. Очень хочет. «Вот Дерьмо». – Так что? – он возвращает блондина в реальный мир. - Отстань, - резко произносит пуффендуец и спешит вернуться в замок. Гарри готов поклясться, что Найл замышляет что-то не очень хорошее, и он собирается выяснить это.

***

Блондин сидит на холодном полу, поджав под себя ноги и кусая губу; его переполняют непонятные чувства: волнение, страх, предчувствие чего-то опасного и не очень хорошего. Его считают самым талантливым на курсе зельеварения, его не раз хвалили и говорили, что он добьется в этом больших успехов, но сейчас Найл полон сомнений. Он чувствует всю неправильность поступка, отчего органы неприятно скручивает, но уже поздно отступать, потому что вода в котле кипит. «Любовь невозможно ни создать, ни сымитировать». - Три капли жабьей желчи, 20 грамм майорана, 10 грамм тысячелистника, - вслух повторяет парень, оглядываясь и убеждаясь в том, что у него есть все необходимое для зелья. Вдыхает полной грудью и капает первый ингредиент в котел, наблюдая за пузырьками, появившимися на поверхности. Он тщательно перемешивает все, добавляя майоран. Дверь позади него тихо скрипнула и отворилась, парень вскочил на ноги, выставляя волшебную палочку перед собой. - Какого хрена ты тут делаешь, Найл? – злобно шепчет его лучший друг, выхватывая предмет самообороны. – Среди дня варишь зелье? Ты издеваешься? - стонет он. - Тебе пора собирать вещи, я уже везде обыскался! - Заткнись, Луи, - пуффендуец вновь опускается на колени перед котлом, чувствуя сверлящий взгляд на своем затылке, он добавляет тысячелистник. Содержимое котла бурлит сильнее, и пар спиралями начинает подниматься вверх. Парень восхищенно смотрит на свои труды. - Это что? – шепчет Луи, присаживаясь рядом, с ужасом глядя на зеленое варево. Он чувствует, как в нос ударил запах росы и зеленых яблок, и покосился на друга, приоткрыв рот. - Амортенция, - со странным восхищением произносит блондин, не отрывая взгляд от своего дебюта. Ему с большим трудом удалось добыть все ингредиенты для зелья, а теперь оно готово, и он может, наконец, завершить свой план. - Идиот, - выдыхает шатен. Голубоглазый только рассмеялся, переливая готовое зелье в колбу. Он точно знает, что сделает с этим.

***

Пасхальные каникулы для Гарри выдались слишком уж скучными. Лиам и Зейн улетели куда-то отдыхать, тем самым оставив парня в Лондоне абсолютно одного. Ну, ладно, не совсем одного, еще была надоедливая старшая сестра. Джемма Стайлс была драконологом и редко появлялась дома, временами парень даже начинал скучать по ней, но когда они оказывались в одном доме, это значило только одно – катастрофа. Сестра начинала слишком напористо расспрашивать об успехах в учебе, о девушках, о друзьях и увлечениях Гарри, что ему не очень нравилось. Поэтому почти все время он проводил в своей комнате, разбирая старые коробки, выполняя домашнее задание и размышляя об очаровательном блондине. На самом деле были времена, когда Гарри и Найл даже сидели вместе на трансфигурации, но потом все полетело к чертям. Все разрушилось, когда они были на четвертом курсе. В рождественскую ночь блондин решил сбежать из замка и прогуляться по Хогсмиду, позвав с собой и гриффиндорца. Он хоть и был умным и терпеливым, но усидчивостью никогда не отличался. В общем-то, закончилось все тем, что голубоглазого поймали и наказали. После этого они перестали общаться, так как Найл решил, что это лучший друг рассказал о его вылазке учителям, хотя это было совсем не так. Немного грустная история, особенно учитывая то, что Гарри был влюблен в него два года назад, и возможно, что даже сейчас не до конца избавился от чувств, так приятно щемящих грудь. Это было неправильно, глупо и безнадежно. Он наверняка не ответил бы взаимностью. - Эй, тебе тут посылка! - сестра забежала в комнату, размахивая в воздухе коробкой, обернутой красивой бумагой. - От кого это, Гарри, а? - она уселась на кровать, спрятав все за спину, ее глаза горели. - Я понятия не имею, - кудрявый парень уселся на кровати, протягивая руку, чтобы забрать вещи, которые были адресованы ему. - Ну же, скажи мне, - настаивала девушка, хихикая, словно подросток. - Джемма, я не знаю! - Гарри выхватил вещи из рук сестры, разрывая упаковку. Под яркой оберткой скрывалась полная коробка его любимых леденцов, он нахмурился, пытаясь понять, кто мог прислать ему это. Зеленоглазый легко открыл упаковку, ощущая запах приближающейся грозы, шоколадного кекса и... Его запах. - Какая прелесть, - сестра похлопала в ладоши, выуживая одну конфетку для себя и быстро снимая обертку. - Нет! - закричал парень, вскакивая на ноги и выхватывая леденец. - Не ешь это! - он плотно закрыл коробку, вернув конфету на место. - Ну, ты и жадина, - девушка скрестила руки на груди, исподлобья глядя на брата. - Нет, просто ты не должна это есть, - он уселся обратно, пряча открытку под одеяло. - Там амортенция, - выдохнул Гарри, проводя ладонью по кудрям. - Что? Амортенция? - она прикрыла рот ладонью, а глаза расширились от интереса. - Джемма, я не знаю, но когда узнаю, то обязательно скажу, - гриффиндорец вытолкнул сестру из комнаты, опускаясь на пол и глупо улыбаясь, на самом деле он точно знал, кто прислал ему эту посылку, и точно знал, что произойдет завтра. "Встретимся завтра в Дырявом котле. Доброй ночи, Гарри. N. х"

***

Стены сырого Лондона никогда не привлекали Гарри так сильно, как косой переулок с его россыпью всевозможных магазинчиков. Чего только стоят «Твилфитт и Таттинг» и «Чайный пакетик Розы Ли»; веселые возгласы учеников, снующих вверх-вниз по узкой улочке, и сама атмосфера магии, царящая вокруг. Его всегда поражало, что маглы вообще не замечают, что на улице между большим книжным магазином и магазином компакт-дисков есть что-то ещё. Нет, Гарри не считал их глупыми, на его курсе даже училась одна девочка, которая своим умом могла бы сравниться с самим Лиамом. Просто как можно не видеть этого? Старая дверь со скрипом отворилась, когда он шагнул внутрь, а тяжелый колокольчик весело звякнул, оповещая хозяев заведения о новом посетителе. Пара человек у бара обернулось, окидывая парня оценивающим взглядом, однако они тут же вернулись обратно к своему разговору, вероятно, обсуждая, что он здесь делает. На самом деле, Гарри сам был удивлен не меньше, чем другие, ведь обычно они с друзьями предпочитали кафе-мороженое доброго дядюшки Флориана Фортескью, а не обшарпанные стены этого места. Он медленно уселся за один из столиков, разглядывая объявление на одном из столбов. Гарри не был уверен в том, как он должен вести себя и что вообще говорить. Это казалось ему странным – то, что Найл приготовил для него амортенцию. Неужели он тоже влюблен в него? Если да, то тогда его поведение больше не кажется для гриффиндорца странным: его розовые щеки, заикание и бегающие глаза – все это складывается в общую картинку. Но, черт возьми, неужели получается, что Гарри просто так страдал по нему, неужели у них уже давно могло что-то получиться? В один момент все это начинает казаться ему таким неправильным, что он хочет встать и уйти, но… - Привет, - по спине пробегают мурашки, когда Найл присаживается напротив него. Брюнет видит, как он закусывает губу. Может быть, он тоже чувствует неправильность своего поступка и волнуется? - Привет, - Гарри улыбается. Как вообще ведут себя под амортенцией? Ох, если бы он только знал. - Ну… Как дела? – блондин неуверенно берет его за руку и слегка улыбается, спустя пару секунд, потому что зеленоглазый совсем не против чувствовать свою ладонь в чьей-то руке. Точнее, в руке Найла. - Все замечательно, - он тянется через стол, для того, чтобы прошептать ему на ухо, - Неужели ты пришел сюда спросить, как у меня дела? Пуффендуец издает тихий вздох и поднимается с места, увлекая Гарри вверх по лестнице – туда, где расположены номера. Иногда его уверенность в себе очень помогала, особенно в этой ситуации. Хотя, о какой уверенности вообще идет речь? Он до сих пор пытается понять, что здесь делает. Когда они достигают нужного номера, Найл пытается дрожащими руками вставить ключ в замочную скважину, но ничего не получается. - Я помогу, - шепчет Стайлс, приобнимая его за талию и проворачивая ключ. Дверь в комнату отворяется, и они оказываются в помещении, залитым золотым светом. Солнечные лучи танцуют вокруг, покрывая бликами резную спинку дубовой кровати, сундук у окна и старый кувшин. Руки кудрявого сильнее сжимают бока голубоглазого, когда он поворачивается к нему лицом. Его глаза блестят. Гарри подается вперед, неуверенно касаясь губами щеки, едва тронутой щетиной, оставляет на ней нежный поцелуй, медленно очерчивая дорожку до губ. Он чувствует, как рука парня, немного подрагивая, ложится на его шею, притягивает еще ближе. Когда их губы соприкасаются, это похоже на фейерверк: каждая клеточка тела пронизывается невероятным теплом и светится изнутри, а сердце ускоряет свой темп. Поцелуй получается неаккуратным и обрывистым, они оба изначально пугаются этого, потому что ждали слишком долго. - Гарри, - шепчет Найл, чуть отодвигаясь назад, вглядываясь в зелень глаз. - Замолчи, - обрывает его гриффиндорец, увлекая обратно. Его губы холодные и немного шершавые – такие приятные, когда он пробегает по ним кончиком языка, такие желанные, когда тот начинает отвечать на поцелуй, немного засасывая верхнюю губу. - Гарри, - Хоран буквально отскакивает от него, опуская взгляд и обнимая себя руками, его щеки горят. - Что? – выдыхает брюнет, кладя ладони на его плечи, оглаживая едва проступающие мышцы. - Это неправильно. Пожалуйста, - он начинает хныкать. – Мы не должны, ты не понимаешь. Я опоил тебя зельем, я не должен был, прости меня, - парень действительно начинает плакать и отпускается на пол, закрывая лицо ладонями. Гарри действительно в растерянности сейчас. - Хэй, - он опускается на пол рядом с блондином, который, кажется, может в любой момент взорваться от рыданий, беззвучно сотрясающих его. – Найл, Найл, - тихо повторяет он, обхватывая ладонями лицо и целует дорожки от слез. – Я не ел леденцы, тише. Не плачь, пожалуйста, - внутри него все сжимается. - Как не ел? – лицо Найла приобретает непонятное выражение: ужас вперемешку с удивлением, он смотрит не моргая. – Тогда что ты тут делаешь? - Я не мог не прийти, - Гарри говорит спокойно, оглаживая большими пальцами щеки. Он сам не понимает, почему так спокоен сейчас, просто чувствует, как тепло разливается внутри его тела, прогоняя липкий страх. – Ты ведь нравишься мне, - замолкает на минуту. – Уже очень долгое время, с тех самых пор, как мы вместе сидели на трансфигурации. – «что-то не то». – Нет, не нравишься. Я не так выразился, - глубже вздыхает. – Я влюблен в тебя. Блондин молчит. И кажется, словно между его молчанием и словами Гарри целая пропасть в миллиарды лет. Но когда он, наконец, моргает и притягивает парня к своим губам, то земля вновь начинает вращаться. - Я тоже влюблен в тебя. Теперь все в порядке, все так, как и должно быть. Поцелуй сладкий, с привкусом горечи прошлых лет и имбирного печенья. Их языки соприкасаются в причудливом танце, а голова медленно кружится. Гарри ощущает его руки на своей шее, запах тела, который проникает под его кожу, и время замирает. Они целуются, наверное, целую вечность, прежде чем брюнет решает взять инициативу в свои руки. Он опаляет кожу шеи горячим дыханием, оставляя едва видимые отметины «мой», язык очерчивает адамово яблоко парня, отчего тот глубоко вдыхает, запрокидывая голову. Гарри целует нежно, но требовательно, отчаянно желая большего, чувствуя, как в животе завязывается тугой узел. Длинными пальцами он расстегивает пуговицы рубашки, немного путаясь в них, но все же избавляясь от ненужного предмета одежды. Приподнимается, чтобы осмотреть. - Какой ты красивый, - выдыхает он, поднимаясь на ноги и протягивая парню руку, щеки того в один момент становятся розовыми. - Не такой красивый, как ты, - тихо говорит он, пока они, целуясь, двигаются к кровати, и зеленоглазый избавляется от своей футболки. - Ты считаешь это красивым? – тихо смеется он, падая на кровать и утягивая второго парня за собой. Найл присаживается, оглядывая тело. Он еще никогда раньше не видел Гарри так близко, и у него спирает дыхание прямо сейчас. - Откуда они? – тихо спрашивает он, проводя по глубоким шрамам на груди и животе, ощущая, как кожа брюнета покрывается мелкими мурашками. - Когда я был ребенком, - гриффиндорец переплетает их пальцы, пока другой рукой парень продолжает выводить узоры по его коже. – Моя сестра изучает драконов, однажды я отправился с ней в заповедник, и одна из Виверн напала на меня. А это то, что осталось мне с той встречи. - Главное, что ты остался жив, - тихо говорит голубоглазый, наклоняясь к груди и целуя шрамы. – Ты счастливчик. Он продолжает целовать, опаляя кожу дыханием, проводя руками по бокам, заставляя кудрявого уронить голову на подушку и закрыть глаза. - Ты прекрасен, - шепчет он, проводя дорожку влажных поцелуев от торса до низа живота, поднимая взгляд, чтобы полюбоваться широкой грудью. – Я докажу тебе это, - Найл кладет руку на пах, поглаживая его. - Ты не обязан, - тихо стонет Стайлс. - Но я хочу, - пуффендуец стягивает с парня штаны вместе с боксерами, нервно вздыхая. Член Гарри оказался даже больше, чем он мог подумать. – Такой большой, - произносит он себе под нос, обхватывая его двумя пальцами, немного дергая запястьем, заставляя Гарри застонать. Смазка блестит на розовой головке, и он не может удержать себя от того, чтобы лизнуть ее, продолжая двигать по длине. Гарри слегка подрагивает, в то время, как Найл устраивается между его ног, чтобы обхватить член губами, втягивая щеки. Зеленоглазый протяжно стонет, откидывая голову назад, его лицо становится бледным. Блондин поднимается, двигая рукой, и опускается вновь, проводя языком по длине, заглатывая глубже. Он легко движется, плотно обхватывая, чувствуя языком пульсирующие венки и проталкивает его еще глубже, пока член не упирается в заднюю стенку его горла, и парень может почувствовать солоноватый вкус на своем небе, пока пытается взять еще глубже, не отрывая взгляд от Гарри. Бисеренки пота концентрируются между лопаток, когда он поднимается, чтобы поглубже вздохнуть, а потом вновь берет его максимально глубоко, чувствуя, как нос упирается в низ живота парня. - Найл, - стонет брюнет. – Пожалуйста, я ведь сейчас... Он продолжает медленно двигать губами по всей длине, влажно облизывая головку, прежде чем заставить себя подняться, переводя взгляд от все еще твердого члена к лицу парня, который сжимает простыни и выглядит таким разбитым. - Я хочу, чтобы мы с тобой сделали это вместе, - хрипит он, усаживая блондина на свой живот, и едва не кончает от того, как блестят его губы и от того, как потемнели его глаза. – Ты согласен? – они избавляются от оставшейся одежды Найла, и их губы вновь соединяются. Гарри поглаживает большими пальцами челюсть парня, нежно поглаживая талию и живот, опуская руки ниже, чтобы сжать зад парня. Найл вновь начинает хныкать, потому что Гарри то грубо, то мягко сжимает чувствительную кожу, и Гарри осторожно проводит указательным пальцем по расселине, пока тот не затрагивает тугое колечко мышц. Голубоглазый выгибает спину, дергая бедрами, и их губы разъединяются, поскольку он задирает голову, судорожно втягивая в легкие воздух, позволяя свету упасть на волосы, предавая им пшеничный оттенок, вырисовывая узоры на груди. - Ты хочешь? – шепчет Гарри, припадая губами к шее, целуя ее, чувствуя, как Найл кивает головой, не в силах сказать ничего больше. - У нас ведь нет... - бормочет блондин, пытаясь потереться своей промежностью о горячий член парня. - Но у нас есть вот это, - он приподнимается для того, чтобы дотянуться до своей волшебной палочки, слегка взмахивая ей, и парень чувствует какое-то невероятное облегчение, которое наступает практически сразу. - Г-где, - заикается он. – Где ты научился этому? - Я расскажу тебе позже, - брюнет оставляет поцелуй на плече, проталкивая сразу два пальца. Из груди блондина вырывается стон-вздох. Он аккуратно двигает ими, иногда увеличивая темп, сгибая пальцы, разрабатывая дырочку до тех пор, пока один из этих пальцев не задевает ту самую точку, от чего голубоглазый начинает задыхаться, насаживаясь глубже, желая ощутить это вновь. Гарри снова двигает пальцами, на этот раз постоянно задевая простату, и Найл безудержно стонет, кусая свои губы. После еще нескольких движений, Гарри вынимает пальцы из горячей дырочки, заставляя Найла сжаться от неприятного, прохладного воздуха, с желанием почувствовать в себе что-то теплое и твердое. - Пожалуйста. - Все хорошо, я с тобой, - шепчет кудрявый куда-то в сгиб его шеи, приставляя головку члена к тугому входу, и сжимает бедра. Когда неожиданно блондин отпускается до самого основания, то дыхание спирает. Потому что он такой узкий и горячий, что это даже больно, но затем грудь заполняет наслаждение, и у обоих вырывается стон. Он начинает двигаться по члену Гарри, вызывая стоны наслаждения, он задыхается с каждым медленным толчком Гарри в нем. Парень выгибается, его пресс упирается в ребра блондина. Их кожа липкая и блестящая. И, Боже, они уже даже не помнят, что привело их к этому. - Я не могу, Гарри, ты должен, - этого хватает для того, чтобы схватить голубоглазого за бедра, ускоряя движения, вколачиваясь в него его глубже, каждым движением члена затрагивая простату. Он задыхается, его тело дрожит от каждого толчка, от каждого сантиметра члена Гарри. Это так горячо, тугое удовольствие медленно проходит через его тело, из-за чего пальчики ног поджимаются, пока он сидит на коленях Гарри. Найл громко дышит, дрожа, пока брюнет продолжает двигаться, и потоки тепла заполняют его тело, когда он с громким стоном кончает на живот Гарри, утыкаясь лицом в его плечо, пока тот продолжает рвано двигаться, кончая буквально в следующую секунду и заполняя парня липкой жидкостью. Его мышцы еще продолжают сладостно сжиматься вокруг горячего члена Гарри. - Все в порядке, я здесь, я с тобой, - шепчет кудрявый, ощущая отчаянные поцелуи на своем лице. - Ты не оставишь меня? - Ни за что, - их губы вновь соединяются. Потому что в чудесном мире чудеса случаются, но так же, как и в реальном мире для этого необходимо преодолеть немало испытаний.