Чёрное и белое

      Принц Алмаз ушёл по своим делам, пообещав подумать над предложением Усаги. Он обещал вернуться очень скоро, но его всё не было, и Усаги, смертельно уставшая от событий последних дней, уснула крепким сном. На Немезиде она совсем потеряла счёт времени, не различала день и ночь, а часы видела только в той небольшой комнате, где встречалась с девочками.       Она проснулась от тихого шёпота. Усаги резко вскочила, когда поняла, что голосов несколько.       Сфокусировав взгляд, увидела рядом с собой дорогих подруг.       — Вы здесь! — обрадовалась она.       Девочки вскочили со своих мест и поспешили к ней, усевшись рядом с обеих сторон. Они были странно молчаливы, только поприветствовали её и заверили, что с ними всё в порядке. Принц Алмаз сидел в кресле позади них. Усаги не понравилось его лицо. Что-то случилось. Она обернулась к подругам. Их лица тоже выглядели странно.       — Что случилось? — обеспокоенно спросила Усаги.       Рей прокашлялась. Мако отвела взгляд. Ами выглядела несчастной. Тогда Усаги перевела взгляд на принца. Он сначала переводил взгляд с одной воительницы на другую, а потом, усмехнувшись, поднялся с кресла.       — Что ж, похоже, говорить придётся мне.       Как только он это сказал, девочки как по команде вцепились в неё. Усаги с каждой секундой всё меньше и меньше понимала происходящее.       — Случилось что-то очень плохое? Я ведь чувствовала! Мамору? Это с ним что-то случилось?       Она снова начала плакать, а хуже всего было то, что никто не попытался развеять её подозрения. Значит, с ним и правда что-то случилось!       — Не бойся, он жив, и даже... здоров.       — Тогда что с ним? — спросила Усаги, не пытаясь сдержать слёз.       — Не с ним. Мудрец поймал крольчишку и наградил силой Чёрного кристалла.       Усаги в ужасе распахнула глаза.       — Хорошая новость: она жива и здорова. — Алмаз поднял руки в успокаивающем жесте. — Плохая новость: она оказалась столь сильно восприимчива к тьме, что стала весьма могущественной. Она стала взрослой и называет себя Чёрной Леди, королевой Немезиды.       Усаги продолжала смотреть на Алмаза, не веря тому, что слышит.       — Нейтральная новость: Серебряный кристалл будущего, который крольчишка носила с собой, теперь у Мудреца. Но, после того, как ты рассказала мне, что нужно, чтобы высвободить силу кристалла, можно быть спокойными — ни она, ни тем более Мудрец не могут его использовать.       — К счастью для нас, — тихо сказала Рей, — Серебряный кристалл будущего принадлежит Нео королеве Серенити, и только она может им управлять. Пока она жива, Мудрец не сможет ничего сделать.       Мако добавила:       — Маленькая Усаги могла бы им управлять, но...       — Не будучи такой, как сейчас, — тихо закончила за неё Ами.       — Вообще-то она не может им управлять, — сказал Алмаз, и взгляды четверых девочек обратились к нему, — никогда не могла.       — Я рассказывала им, — едва слышно проговорила Усаги.       Алмаз кивнул.       — Что ж. Думаю, сейчас самое время рассказать ещё кое-что о крольчишке. В тот день, когда мы разрушили Хрустальный Токио... До этого Немезида очень долго кружила у Земли в ожидании удачного момента, когда можно было бы напасть на город, но Серебряный кристалл необычайно могущественен, и он всегда создавал для нас непреодолимый барьер. Мы просто не могли подступиться. Но однажды барьер просто исчез, в один момент. Конечно, мы воспользовались этим. Мы ожидали, что Нео королева Серенити выступит против нас, как она выступила против диктатора, но этого не произошло. Все жители погибли, кристалл спас королеву, короля, воительниц и их волшебных кошек, но погрузил всех в сон. И только королевская дочь не уснула, и, более того, на ней не было ни царапины. Мы сразу поняли, в чём дело. Она взяла Серебряный кристалл, и мы пытались поймать её, чтобы его отнять. Но крольчишка обратилась за помощью к Стражу времени и смогла укрыться от нас в прошлом. Так мы и попали в прошлое, и тогда родился мой план.       — Получается, она забрала Серебряный кристалл, лишив Землю защиты? — неуверенно проговорила Ами.       — Так и есть, — кивнул Алмаз, — так как во дворец не может пройти никто, кроме королевского семейства, воительниц и кошек королевы, а в зал, где хранится Серебряный кристалл, может войти только королева и её наследница.       — Но Чиби Уса не могла сделать такого! — Усаги не могла поверить в то, что слышала. — Если она — моя дочь, как она могла так поступить?       — Жители Хрустального Токио говорили, что король с королевой не уделяли Юной Леди достаточно внимания, только баловали дочь, она трудный ребёнок. Они были очень заняты. Земля — большая планета, на ней живёт несколько миллиардов людей, и королю с королевой постоянно приходилось заниматься разными делами. Кроме того, она — ребёнок, рождённый от союза богини Луны и человека с Земли, а подобное на всём протяжении истории человечества никогда не предвещало ничего хорошего. И этот город...       — Ты был в Хрустальном Токио? — перебила его Макото, а затем нахмурилась. — Как он выглядел? До того, как ты его уничтожил.       — Да, я бывал там очень много раз. Я рассказывал Усаги о том, что изучал библиотеку короля Эндимиона.       — Библиотеку? Она большая? — не удержалась Ами.       — Огромная, — ответил Алмаз, — но меня интересовала только одна-единственная тема.       — Так что с Хрустальным Токио? — хмуро спросила Рей.       — Хрустальный Токио был прекрасен. Внешне. Очень красивое место. Много садов, фонтанов, солнечного света. В библиотеке я читал, что в прошлом в Токио часто были землетрясения, тайфуны. А иногда цунами, но в Хрустальном Токио не было ничего подобного — Серебряный кристалл предотвращал любые природные катаклизмы. Были странными только люди.       — Люди? Что с ними было не так? — непонимающе посмотрела на него Рей.       — Они были слишком счастливые. Как роботы. Как будто они ненастоящие. Все должны были принимать концепцию долгожительства и проходить очищение Серебряным кристаллом. Я не знаю, как бы объяснить получше. — Он потёр виски, взлохматив волосы. — Здесь, на Немезиде, мы спорим, злимся, смеёмся... Я вижу, что у вас, — он обвёл взглядом всех четверых, — тоже много эмоций. А в Хрустальном Токио все были счастливы, как будто они... Не люди. Это странно, но это эффект Серебряного кристалла. Всеобщее счастье, долгая жизнь и отсутствие болезней. Человечество остановилось в развитии, ослеплённое величием Нео королевы Серенити и её чудес, история перестала вершиться, это неестественно, это против природы.       — Как глупо. Ты говоришь так только потому, что хочешь уничтожить Серебряный кристалл. Ты что угодно про него скажешь.       Рей враждебно смотрела на Алмаза из-под чёлки.       — Почему ты так считаешь, принц Алмаз? — спросила Ами. — Твоё мнение основано на чём-то?       — Разумеется, — Алмаз кивнул Ами и холодно и зло посмотрел на Рей, — я ничего не говорю просто так. Например, мы, братство Чёрной Луны, из-за Чёрного кристалла стали жестокими и жадными до власти. Я не считаю, что это плохо, но признаю это. Однако мы не можем испытывать искреннюю радость и... любовь. — Он бросил быстрый взгляд на Усаги. Она подняла глаза, услышав его слова, и на какое-то мгновение их взгляды встретились, и в обоих этих взглядах что-то промелькнуло. — А Серебряный кристалл, в свою очередь, сделал людей слишком восторженными. Они не могли, например, испытывать такие чувства, как меланхолия, ностальгия, грусть. Лично мне было довольно жутко среди этих людей.       Выслушав его, Усаги высвободилась из объятий подруг и поднялась.       — Я хочу знать, что случилось с Мамору.       Девочки посмотрели на неё с сожалением. Алмаз скрестил руки на груди и заговорил:       — Он попал под влияние Чёрной Леди и находится в её власти.       Сердце Усаги заколотилось как бешеное.       — Нет, — простонала она, — только не снова.       — Как я и говорил, он очень восприимчив к тьме, — жестоко и злорадно добавил принц, — а это говорит о чём-то.       — Как же я тебя ненавижу, — сказала Усаги, но её голос звучал безжизненно, и никакой ненависти в нём не было. Она не умела ненавидеть слишком долго.       Алмаз только тихо посмеялся.       — Я не знаю жалости, надеюсь, ты простишь меня за это. Хотя постой... Мне всё равно!       — Ты ужасен, — процедила сквозь зубы Рей, — ты говоришь, что любишь её, а сам...       — Я никогда не говорил такого, — оборвал её Алмаз на полуслове, — как мы с Усаги выяснили в ходе наших бесед, я совсем не умею любить.       Усаги даже не подняла на него взгляда. Она была так подавлена, так расстроена, что у неё совсем не было сил. Она так давно не была дома. Она потеряла Мамору и маленькую Усаги, а ведь малышка просила спасти её маму, спасти Токио тридцатого века. Венера где-то среди руин и разлагающихся тел, совсем одна... Сейлор Мун всех подвела, она не смогла защитить тех, кого любит.       — Зачем я вообще нужна? — тихо спросила она.       Все вокруг замерли.       — Если я не могу защитить тех, кто мне дорог, зачем я нужна? Я слаба, мой кристалл здесь бессилен, я постоянно чувствую слабость и головокружение, от меня никакого толку!       Усаги почувствовала подступающую истерику. Слишком много всего произошло. Слишком многие надеялись на неё, а она всех подвела. И Мамору...       — Он так близко, но судьба каждый раз пытается нас разлучить! Почему?       — Я говорил тебе, почему, — издевательски протянул принц.       Услышав это, Усаги подняла на него яростный взгляд.       — Ты! Почему ты такой? Зачем тебе всегда надо задеть побольнее? Ты такой злой! И жестокий! И хуже тебя нет никого!       Алмаз вспылил.       — Потому что мне надоело слышать от тебя «Мамору! Мамору! Мамору!» Ты только и делаешь, что льёшь слёзы из-за него! Неужели он — это всё, о чём ты способна думать? Ты воин или сопливая девчонка? Ты позволяешь себе слишком много слабостей! Знаешь, — он подступил к ней ближе и посмотрел прямо в глаза, — моя ненависть к твоему Мамору прямо пропорциональна твоей любви к нему. Я ненавижу его. За то, что ты слишком много думаешь о нём, за то, что он сам не может позаботиться о себе! И превращает тебя в беспомощное жалкое существо!       — Неправда! Не смей так говорить, — Усаги чувствовала, как буря нарастает внутри, — его любовь и поддержка всегда делают меня сильнее! Ты не имеешь права ни слова плохого о нём сказать!       Внезапно Усаги почувствовала силу, нарастающую внутри неё. И на долю мгновения вспыхнула брошь, оставленная на диване рядом с девочками. Это сразу же остановило перепалку. Алмаз нахмурился.       — Ссоры со мной делают тебя куда сильнее, чем его любовь и поддержка, — процедил он, — ты снова это сделала. Снова заставила кристалл высвободить силу.       — Да, — Усаги медленно кивнула.       — А может, — Алмаз задумчиво смотрел на брошь, — дело вовсе не в эмоциях?       Усаги непонимающе уставилась на него.       — А в чём же?       — Ты здесь уже двое суток. Ты привыкаешь. К воздействию Чёрного кристалла. Постепенно любой привыкнет к этому. Это работает как прививка. В прививке содержится маленькое количество вируса, иммунитет побеждает этот вирус, вырабатывает антитела, и в другой раз этот вирус, уже настоящий, становится не страшен. Организм побеждает его.       — То есть... Через какое-то время я смогу перевоплотиться?       — Я полагаю, что так.       Было видно, что Алмаз не хотел этого говорить. Но он сказал.       — Значит, и мы сможем? — спросила Мако.       Принц Алмаз кивнул.       — Тогда я смогу спасти маленькую Усаги и Мамору! — сжала кулаки Усаги.       — Ты собралась пробыть здесь целую вечность? — невинно поинтересовался Алмаз.       — Ещё чего! Как только Серебряный кристалл станет сильным...       — Этого не будет, — отрезал принц Алмаз, — потому что твой кристалл из прошлого, он не будет действовать здесь. А если ты и сможешь каким-то чудом перевоплотиться в тридцатом веке, то уж точно не на Немезиде!       — Что же делать? Я не хочу уходить отсюда без Мамору и Чиби Усы.       У Усаги снова опустились руки.       — Придётся уйти, — жёстко сказал Алмаз, — или оставить тебя здесь?       Девочки молча слушали их диалог, не понимая, о чём они.       — Уйти? — недоверчиво переспросила Мако. — Я не ослышалась? Ты собираешься отпустить нас?       — Не просто так, — ответил Алмаз, — но, в общем, да. За этим я вас сюда и привёл.       Девочки переглянулись.       — Усаги? Ты это слышала? Он отпустит нас, — Рей похлопала Усаги по плечу.       — Я знаю, — отозвалась Усаги, — план таков, что он тоже отправится в прошлое вместе с нами.       Последовала немая пауза, после чего Ами недоверчиво переспросила:       — Он... Что?       Алмаз расхохотался.       — Ты же не думала, что я просто так отпущу своих врагов? Я рассчитываю на то, что теперь мы что-то вроде союзников.       — Значит ли это, что ты понял всю опасность власти Мудреца над тобой? — спросила Мако.       — Возможно, это так, — ответил Алмаз, — ваша принцесса может быть весьма убедительной.       Он подошёл к дивану, придвинул кресло и сел. Рассказав воительницам об их плане, он добавил:       — Я хочу внести дополнение в наш план. В свете последнего события. — Алмаз кивком указал на брошь, которую Усаги сжимала в руке. — Когда мы прибудем на Землю прошлого, ты должна будешь забрать мои серьги из Чёрного кристалла и носить их. По силе воздействия это будет легко для тебя, но так ты привыкнешь, и в дальнейшем у тебя будет гораздо больше шансов против Мудреца.       Усаги ненадолго задумалась, а потом кивнула, принимая условия.       — Это разумно, — одобрила Ами, — это действительно даст дополнительный шанс.       — Тогда не вижу смысла тянуть. Пора идти, — Алмаз поднялся.       Усаги не шевельнулась, и Рей потрепала её по волосам.       — Нам и правда лучше уйти. Мы обязательно придумаем, как спасти маленькую Усаги и Мамору, но сейчас мы бессильны. Пойдём.       — Ты права, — Усаги тихо всхлипнула, — давайте вернёмся домой!