Виновен, но влюблен

      Медный ключ ловко проскользнул в замочную скважину после того как альфа, пошатываясь, сосредоточено целился в "мишень". Было бы безусловно легче, если второй рукой Кейтан не сдерживал бы за плечи, крепко прижав к себе, молодого омегу, который, как бы он не старался вырваться, уже находился "в заключении". - Помогите! Кто-нибудь! - во все горло кричал Севин, за раннее зная, что это ничем не поможет. Но он продолжал кричать, кричал во всю мощь, пускай голос его обычно был тихим. Это было естественным поведением: когда человеку угрожают, когда человека - как в нашем случае - похищают, каждый, зная, что сам не справится с опасностью, изо всех сил будет звать помощь, звать и звать, покуда не будет возможности. - На помощь!!! КТО-НИБУДЬ!!! - не умолкал омега, делая еще одну попытку вырваться. Сев нырнул вниз, надеясь, что рука альфы соскользнет, и хватка расслабится. После же светловолосый принял полусидящее положение и начал продвигаться назад, норовя вырваться. В это время Кейтан собирался опустить ручку двери его дома, но, почувствовав, как "добыча" уползает, бросил все дела и уже раз в десятый успокаивал омегу. Первым делом Кей двумя сильными руками "обнял" Севина поперек груди, прижимая к туловищу и руки, дабы тот ничего не предпринял. Это было легко, так как омега не был наделен мощью и крепким телосложением. Напротив, он хрупкий и сходил на куколку: женственную и девственную. Именно это так привлекло нетрезвого альфу, который, как и планировал, решил оторваться этой ночью по полной. - Дорогой, да куда ты так спешишь? - с азартом спрашивал зеленоглазый, по-доброму улыбаясь, - сейчас глубокая ночь, спешить некуда. Останься со мной, нам будет весело, - не переставал свои изречения он, в очередной раз давая знать: - милый, тебе все равно не уйти. Эту ночь ты будешь со мной, и нам будет весело! - Кейтан все говорил и говорил о веселье, пускай речь его не была сильно внятной. Он настойчиво об этом повторял после каждой фразы. Конечно, им будет очень весело! Севину ничего не оставалось, как в очередной раз прокричать мольбу о помощи. Но в следующие мгновения, когда пальцы альфы крепко, даже до боли сжимали плечи омеги, они оба, покачиваясь, уже переступали порог. Без всякой жалости Кейтан с разворота, отпуская омегу, рывком кинул того на пол, и не думая о том, что он мог что-нибудь разбить, сломать или пораниться сам. Пигментно-зеленые глаза альфы искрились азартом, беспрепятственной уверенностью, желанием власти и преждевременным возбуждением. Зрачки бегали туда-сюда, но взгляд мог сфокусироваться. Ходьба была немного пошатывающейся, нетвердой, хотя Кей уверенно ступал вперед, на ходу пытаясь расстегнуть пуговицы на черном строгом пиджаке. Худо-бедно у него это вышло, и одежда полетела куда-то в сторону. По-хорошему, необходимо было повесить вещь на крючок, а еще лучше - на плечики и в шкаф. Но кому какая разница, когда перед тобой на полу распластался беззащитный, привлекательный омега? Севин не успел подставить руки, поэтому от резкого толчка повалился прямо на пол, перед небольшой тумбой. Еще чуть-чуть бы, и он шибанулся бы головой об деревянный угол. К счастью, сего не случилось, но светловолосый упал на бедро, получая быстро развивающийся ушиб. Омега громко взвыл от такой неудачи, мысленно проклиная обидчика. В светло-лазурных глаза сверкнул страх, сопровождаемый болью и сильнейшим волнением. Тело трясло, и Сев по-настоящему боялся. Он уже знал, что с ним собираются делать. Но боялся он другого. Он боялся смерти. Боялся, что его убьют после всех "развлечений". Омега хотел жить, радоваться жизни и продолжать свой путь. Поэтому плавно, по инстинкту, он начал ползти в сторону, протирая на коленях джинсы. Из-за такого переживающего состояния омега смутно разглядел окно в небольшой гостиной, но все-таки уверенно пополз к нему, немного кривясь от неприятного ощущения в правом бедре. Но кто сказал, что такое жалкое поведение упасет его от альфы? Кейтан не желал тянуть дорогое время, направляясь в гостиную, к тому самому окну. - Нам не сюда, милый, - протянуто, с широкой и доброй улыбкой сказал брюнет, подходя к омеге. Того передернуло, по спине пошли мурашки. Его кинуло в холод - хотелось запрятаться куда-нибудь в угол и обороняться всем, что имеется. - Наше веселье ждет нас в спальне! - невнятно, с задором выговорил альфа, пошатнувшись в сторону стены. Благодаря руке, которая вовремя уперлась в светлое пятно на обоях, он не упал и не скатился вниз. Но даже не обратив на такую погрешность внимания, зеленоглазый немного опустился и рукой схватился за шиворот свитера омеги, настойчиво потянув на себя. Севин поначалу не поддался, всеми силами прижимаясь к полу. Но с его-то весом и силенками..куда уж там? Даже в пьяном состоянии Кей, приложив совсем капельку усилий, все-таки вытянул светловолосого, ставя его на ноги. С усмешкой взглянув в перепуганные глаза, Кейтан одним резким движением повернул омегу к себе лицом и сильным толчком буквально вжал в стену. Ладонь твердо упиралась в грудь, а под нею брюнет ощущал напряжение - оно еще сильнее разожгло желание поиметь этого малого. Кончики длинных пальцев крепко вцепились в кожу сквозь свитер. Взгляд зеленых глаз, излучавших доброту, мягкость направлен прямиком на Сева. Тот, в свою очередь, стоял недвижим, отвернув свою голову в сторону и прижимаясь щекой с стене. Веки плотно сомкнулись: синеглазый не желал видеть этого...не хотел видеть и чувствовать пьянство альфы. Его воротило только от присутствия незнакомца. А что уж молвить о том, что будет в постели.. Но они оба знали, что их ожидает в мягкой постели. Кейтан грубо схватил лицо омеги за челюсть, отчего тот поморщился и постарался сдержать свою боль, чтобы не казаться еще более беззащитным. Так оно или нет, он все равно был беззащитен. Альфа не сводил своего затуманенного, но твердого взгляда. Пить он больше не собирался, и, вроде бы, медленно начинал трезветь. Но разум никак не мог пробраться сквозь алкоголь в крови и мозгу: поганец завладел всем. Голова брюнета извернулась в бок. Все мысли были занятия омегой - он внимательно изучал сие чудо перед ним. Мягкие, женственные и бескрайние красивые черта лица сейчас раскрывали все отвращение, всю неприязнь светловолосого. Но какой у него аромат! А какое у него должно быть податливое тело... Кей вздернул губу, после осклабился и мягко проговорил: - Такой милый омега..еще никогда таких не встречал. - большой палец заботливо провел линию вдоль губ, оттягиваю нижнюю. Изо рта вырвался поток перегара. По своему существу Сев бы начал просить о пощаде, просить, чтобы его отпустили и обещать своей же жалкой душонкой, что никто не узнает о случившемся. Начал бы реветь, содрогаться, моля о том, чтобы его оставили в покое. Делал бы все, чтобы избежать участи судьбы. Но, даже неожиданно для себя, сейчас омега стал самоуверенным, наглым, плюющим на все "жертвой". А все почему? А потому, что он знал, что уже ничего не обратить вспять. Это - его судьба. И на данный момент ее не изменишь никакими силами. Главное, чтобы эта судьба не привела его к летальному исходу. - Иди на хуй, ублюдок, - достаточно грубо, язвительно отрезал Севин, сверля взглядом зеленоглазого. - Какой наглый мальчик, - с довольной ухмылкой на лице ответил альфа. Его сильная рука приложила еще немного усилий, крепче сдавливая челюсть, тем самым давя на кость. Омега тут же болезненно простонал, закрывая глаза. - Так-то лучше. Будешь послушным, и я, возможно, сжалюсь. Слова вновь начали сплетаться, а голова накренилась немного на бок. Вот тут у Севина хватил инфаркт. Сжалится насчет чего? Насчет его жизни? Подумает, оставит ли его в живых, или же...Нет! Пусть делает, что хочет, но только не убивает...Омега сам не допустит этого. А разве есть выбор? В углу гостиной тускло светил небольшой торшер. Свет падал на широкий, серый диван - мягкий и комфортабельный; низкий прямоугольный стол с белым, матовым стеклом; книжную полку, подсвечивая светлые страницы, придавая им желтизну; картину на стене, море на которой из иссиня-черного становилось огненным; темный пиджак в стороне, словно тот мог вот-вот вспыхнуть; и на пару парней, стоявших возле окна и пристально смотревших друг на друга. Прямо, твердо, ни на секунду не отводя взгляда. Кейтан мгновенно захватил губы Севина, со страстью их целуя, подчиняя себе. А упрямый омега не сопротивлялся на сей раз. Он поддавался, даже не подозревая об этом. Так легко, неосознанно. Он просто делал это: проскальзывал языком в рот альфы, сливаясь в дуэтный танец; кусал губу того, оттягивая на себя. Брюнет отпустил хватку, нежно касаясь щеки, придерживая лицо. По телу плыло тепло: тягучее, оно доставало до кончиков пальцев, заставляя задыхаться от недостатка воздуха. У обоих сбилось дыхание, поэтому они поочередно выдыхали друг другу прямо в рот, после хватая как можно больше кислорода. Кей хотел ощущать этого беззащитного и прекрасного омегу - его плоть, его тепло, его дрожь. Всего его.