Love story

      Я открыла глаза и потянулась. Доброе утро, Джессика, третье утро новой жизни. Ее глаза уже привыкли к яркому свету, а поэтому они стала различать отчетливые цвета стен комнаты, мебель. Серые стены, черная обшарпанная мебель, звук воды, черт возьми, она же не у себя. Она подскочила в кровати, схватив первые вещи, что попались под руку, наспех одевшись и накинув кофту, даже не обратив внимания, что кофта явно не ее размерчика, пулей вылетела из комнаты. Черт возьми, что вчера было? Она явно опаздывала на тренировку, тем более пропустила завтрак. Сколько сейчас времени?       Голова раскалывалась. Пульсирующая боль отдавалась в голове с каждым шагом. Она вчера явно перебрала со спиртным. Если бы не Эрик, не известно, где бы она ночевала. Хотя может быть, было бы лучше, если бы она ночевала на улице, но точно не у лидера фракции. Джессика, тем более ты позорно сбежала. А что, как будто она должна была его ждать, лежать покорно и смирно, как собачка ждать его. Сейчас не дождется. Не этому учил ее отец.       Под размышлениями она даже не заметила, как дошла до ямы. Тренировка была уже в самом разгаре, казалось, ее никто не потерял и даже не ждал. Оглядев большую яму в поисках Трис, она направилась в середину, где спиной к ней стоял Четыре. Встав рядом с ним, он, казалось, даже не обращал внимания на нее, пока вдруг громко не вскрикнул о том, чтобы все прекратили задание. Развернувшись всем телом к ней, его глаза выражали злость и раздражение. — Ты в своем уме? Мне кажется, тебе не стоило даже приходить сюда, спустя три часа опозданий! Ты же умная, Джесс! Тебе явно пора к изгоям. Эрик не допустит, чтобы кто-то опаздывал на тренировки на три часа! — глаза Четыре узкими щелочками смотрели на нее, не выражая абсолютно никаких эмоций. Три часа, ты опоздала на три часа, Джессика. И где ты была? У лидера. У какого? У самого Эрика. Это даже не фора — это верная смерть. Он наверняка знает, что ты опоздала на тренировку, а он просто так не спустит это с рук. Фор, как будто прочитав ее мысли, произнес тихо:  — Ты была у него, Джессика? — его холодный шепот был хуже криков. Он не осуждал, не был презрителен. Он был безразличным. А с чего ты взяла, что вдруг Четыре есть какое-то дело до тебя? Никому нет до тебя дела. Слезы появились на ее глазах неожиданно, даже сама того не понимая, вытирая рукавом слезы, она развернулась и бросилась бежать вон из ямы. Подальше от разочарованного взгляда Четыре. Почему меня задевает его взгляд. Почему беспокоит, что он думает. Уже у выхода она с кем-то столкнулась. Грубо оттолкнув кого-то, она пролетела мимо, даже не обернувшись. Все равно кто это, плевать ей. Ей нет дела ни до него, ни до всех чертовых бесстрашных. Какое ей дело о том, что могут подумать другие? Когда ты сам не знаешь, что твориться с твоей жизнью. Когда как будто кто-то свыше решает твою жизнь за тебя? Какое может быть дело до чертовых мыслей других. Она не заметила, как оказалась на крыше. Там, где впервые стала собой. Где, прыгнув в пустоту, почувствовала себя свободной. Она надеялась, что сделала правильный выбор.       Присев на край крыши здания и свесив ноги, Джессика явно была мыслями далеко от ямы и тренировок. Ее мысли были вместе с Эриком, который сейчас стоял в проеме ямы и не понимал, что с ней случилось. Он сам не разбудил девчонку на тренировку, выключил будильник, а еще и, прижав к себе, успокоил, и она снова заснула. Он вырубился следом, прижимая ее хрупкое тело к своей разгоряченной плоти. Он впервые спал с девушкой и не занимался с ней сексом. Он впервые за долгое время почувствовал себя спокойным. Эрик боялся признаться самому себе, что эта девчонка явно на него как-то влияет, он даже сам не знал как.       Оглядев яму быстрым взглядом, всего на миг остановив его на ошеломленно стоящем Четыре и развернувшись на 180 градусов, Эрик зашагал прочь. Сегодня у него тренировка с этой чертовой девчонкой. А она смеет выбрасывать такие фокусы, да он порвет ее целиком, если она не притормозит. Он искал ее по всей фракции, ее нигде не было. Прошло уже 4 часа с момента, как она вылетела с ямы. А она так и не появилась. Эрик уже думал, что у девки вдруг появились мозги, и она отправилась к изгоям, поняв, что бесстрашие не ее место, но в душе, где-то глубоко, он надеялся, что она где-то на территории Бесстрашия. Он сам не понимал, почему так беспокоился о ней, что случилось между ними за неделю, что он вдруг начинает переживать о ком-то?       Джессика просидела на крыше уже много времени и сидела бы дальше, если бы не дождь с градом. Встав на ноги, она направилась в комнату, намереваясь хорошо выспаться перед завтрашним днем, даже не вспомнив о сегодняшней тренировке с Эриком. Ох, будет плохо кому-то...... Но она даже не подозревала, что не дойдет до комнаты, а окажется совсем в другом месте.