Dead man's Casket.

Спустя еще одну неделю Джерард не может встать с кровати. Его жабры то и дело раскрываются, а сам он сливается цветом с моей выстиранной в отбеливателе простыне. -Джерард, тебе нужно в море, - шепчу я, протирая его руки хлопковой салфеткой, смоченной морской водой, которую я донес сюда в ведре. Вместо ответа Джерард издает протестующий хрип. К обеду Джерард теряет сознание, и пользуюсь этим моментом. Добравшись на причал с белым и чертовски похожим на трупа парнем на машине отца, я стараюсь незаметно перенести Джерарда в самую маленькую яхту, но Боб замечает меня. Он кивает на Джерарда на моих руках, а я тихо говорю ему, что парень уснул, а я хочу устроить ему сюрприз. Боб помогает мне с отплытием, а я пытаюсь управлять яхтой, не потопив нас к чертям. - Фрэнк, - Джерард выбирается из каюты, его шатает, и он держится за стену. – Какого хуя?! – рычит он, придерживая свою голову свободной рукой так, будто она вот-вот упадет и разобьется, как тыква на хэллоуин. -Мы в заливе Аппер, Джерард. Ты собираешься немного поплавать, - отвечаю я без эмоций, смотря точно вперед. - Здесь живут другие, Фрэнк! Я не знаю, что они сделают со мной, - Джерард держит руками расходящиеся жабры на ребрах. - Ты умираешь, Джерард, - говорю я грубо. Мне страшно. Снова так чертовски страшно. – Они окажут тебе услугу, если убьют тебя быстро. - То есть ты собираешься, вроде как, бросить меня? – он говорит дрожащим голосом, даже не пытаясь держать себя в руках. - Я спасаю тебя, кретин, - рычу я, выключая двигатель. Мы молча идем к концу яхты, садимся на корму и ждем наступления ночи. Джерард злится все время до вечера, но после захода солнца он переплетает наши пальцы, и я понимаю, что это, своего рода, перемирие, если таковое вообще может быть в данной ситуации. Брюнет начинает петь, сначала тихо, все усиливая громкость, хватая воздух ртом, будто просит помощи, и я понимаю, что он зовет своих сородичей. Мурашки бегают по моему телу, потому что голос Джерарда, произносящий слова на неизвестном миру языке, умоляющий, просящий, и я хочу помочь ему больше всего в жизни. Внезапно из-под воды появляется фигура. Меня охватывает страх, но Джерард сжимает мою кисть до побеления, и я продолжаю смотреть на свои кеды. Мне снова страшно. Страшно. Страшно. Страх топит меня, я дышу часто и неровно, а Джерард продолжает петь. Из воды появляется второе тело. Затем третье. После – еще трое. И еще. Вокруг нашей яхты около пятнадцати русалок, смотрящих невидящим взглядом на Джерарда. Он продолжает петь, с трудом снимая с себя одежду, погружая ноги в воду, и вода начинает шипеть. Его голос преломляется стонами боли, но я крепко обнимаю его, а он – меня, и его песня заканчивается. - Он – твой избранник? – спрашивает одна из русалок, склонив голову. Сияние под водой, должно быть, из-за медуз, освещает ее длинный зеленый хвост под водой, и я чувствую тошноту. На нем висят водоросли, и он помогает ей без труда зависать в воде с телом на поверхности. Джерард молча кивает. - Мы слышали о том, что сделали с тобой, - говорит она, и ее голос чертовски низкий. Я позволяю себе поднять взгляд выше. Ее грудь закрыта своеобразным лифчиком из водорослей и каких-то наростов вроде чешуи, ее волосы волнами лежат на ее плечах, заканчиваясь где-то в воде. Ее скулы острые, губы сжаты, и сама она является олицетворением враждебности и воинственности. - Мы можем помочь тебе, - говорит другая, выплывая из-за ее спины. Ее волосы короткие и имеют темно-синий цвет. Она широко улыбается мне и подплывает ближе всех, ложась на бортик нашей яхты. – Как вас зовут? – спрашивает она, улыбаясь. - Фрэнк, - отвечаю я, моргая несколько раз. - Джерард, - хрипит брюнет, крепче обнимая меня. - Ты любишь Джерарда, Фрэнк? – спрашивает девушка серьезно. Все русалки будто замирают в ожидании. Я прижимаю Джерарда ближе к себе, касаюсь его лица, и на наших глазах слезы. Я провожу большим пальцем по его щеке, смотря на него, запоминая, вытатуировывая в памяти. Мой палец касается его нижней губы прежде, чем я сам целую его, а он крепко сжимает мою футболку на моей спине. - Мы принимаем тебя в семью, Джерард, - говорит воинственная русалка. – И даем вам время. Мы будем ждать тебя на дне, - говорит она, и я вижу, что из всех русалок на поверхности только она. Джерард благодарно кивает, и брюнетка исчезает под водой, взмахнув острым хвостом. Внезапно осознание находит на меня сокрушительным штормом. Джерард не может больше приплывать ко мне на причал. Я не смогу больше увидеть его, потому что в заливе Аппер нет портов. Брюнет осознает это следом за мной. - Нет, Джерард. Ты пойдешь с ними, - сказал я тут же, не принимая возражений, и он сжал губы. Он крепко обнимает меня и погружается в воду по шею. - Ты всегда будешь моим моряком? – кокетливо говорит он, но его голос дрожит, и я вижу серебряный блеск морских слез на его щеках. - Всегда, - отвечаю я, склоняясь к воде, вплетая пальцы в красные волосы и целуя Джерарда. В последний раз. Его язык медленно изучает мой рот, его рука сжимается на моей шее, и я не могу его отпустить. - Я люблю тебя, - шепчет он, касаясь моей руки и исчезая под водой.