Кровавая молния или Узумаки Кэтсуми, перепишем историю!

- Кэти?.. Кэт! Фуккацуми! Шинья! - Итачи бестолково метался в темноте, совершенно ничего не видя. Ненадолго он подумал, что ослеп, но выпущенный Огненный Шар заставил Учиху зажмуриться, едва не ослепив. - Где они?.. - Итачи? - гений клана резко обернулся, выхватив кунай. Этот голос был ему знаком, но слишком смутно, чтобы узнать его обладателя. - Итачи, это и вправду ты? - Ка..Кагами-сан? - Итачи плохо помнил отца Шисуи, ему было всего 4 года, когда тот погиб. Но траурную фотографию в доме Шисуи он видел довольно часто. И хотя там Кагами выглядел лет на 5 моложе, не узнать его было довольно сложно. - Я не понимаю... - Столько лет прошло... Ты так повзрослел... А как Шисуи? С ним всё хорошо? - Кагами опустил фонарь, который держал в руках, пониже, что бы обоих Учих не слепил его свет. Фонарь был старым, порядком побитым и поцарапанным, и работал не от чакры. Свет давал небольшой, пропитанный маслом и подожжённый фитиль. - Да, с Шисуи всё в порядке. Гордый ходит, наставник команды... О! - Итачи только тут спохватился, что до сих про держит в руках кунай и поспешил его убрать. - Кагами-сан, где мы? - Это Небытие, Итачи. Половина пути в Чистый Мир. Сам не знаю, почему я остался здесь... Итачи, расскажешь мне, что у вас произошло? - Кагами-сан, я был здесь не один! Со мной были моя невеста и её брат с сестрой! - Ты не сможешь найти их... Итачи, если они никого не встретят, то навечно останутся здесь, - младший Учиха подпрыгнул на месте и был готов броситься на поиски. Итачи потом почти клялся, что в тот момент заработал несколько первых седых волос. - Сядь. Да, теперь я вижу, что эта девушка тебе не безразлична. Твой отец вел себя точно так же, когда влюбился в твою маму. Расскажешь мне об этой девушке? И о моём сыне... Ты сказал, он стал наставником команды? Его что, разжаловали из АНБУ? - Нет. Просто у команды джинчурики должен был быть наставник, который бы безоговорочно подчинялся Хокаге. А перебодать Какаши-сенпая, который хотел сам учить Кэти, было непросто. - Стой, стой, стой. А сын Сакумо-то тут причём? И Итачи рассказал ему всё, что помнил с того самого дня, когда Хатаке Какаши привёл в деревню найденного в лесу ребёнка. - Вот как... Я подозревал, что Третий не так прост, как всегда казалось. Итачи, послушай. Отец наверняка рассказывал тебе о "Проклятье клана Учиха"? - Ненависть клана Учиха... Да. Отец говорил: "Лишенные того, что нам дорого, мы лишаемся разума и теряем свою истинную цель." Так он сказал, но я до сих пор не слишком понял. - И он был прав. Кэт дорога тебе. Если ты однажды потеряешь её... Помнишь старика Сотэро? Он не просто так стал безумцем. Его жена и не рождённый ребёнок погибли, и вот, что с ним произошло, - даже хладнокровные Учихи не могли без содрогания вспомнить безумного старика, жившего на окраине квартала. Малышня боялась его, как огня, хотя старик не был злым. Просто сумасшедший старик, в силу поехавшего разума, не верил в смерть своего ребёнка и в детях, маленьких мальчиках и девочках, видел своего погибшего ребёнка и пытался забрать его. - Учихам нужен "якорь", что бы оставаться в своём уме. Семья не может полноценно помочь в этом... Ну да ладно. Тебе пора идти. Смотри, - он указал куда-то в сторону, где появилось небольшое пятнышко света. - Иди туда и выберешься. Передай Шисуи, что я горжусь им и... Сожалею, что покинул его так рано. Я верю, он скоро найдёт своё счастье. Прощай, Итачи, будь счастлив вместе с Кэтсуми. - Прощайте, Кагами-сан, - Итачи побежал к свету, надеясь, что выбравшись, увидит Кэт целой и невредимой. Кагами смотрел ему вслед, пока наследник клана не исчез, слившись с пятном света, которое в тот же миг пропало. Кагами погасил свой фонарь и, коротко размахнувшись, бросил его куда-то в чернильную темноту. Фонарь поможет кому-то другому, ему он уже не нужен. Конечно, Кагами умолчал о многом. Но для некоторых тайн время придёт не скоро. Он обязательно поговорит с Шисуи, когда они встретятся. А пока его ждёт нагоняй от любимой женщины. За то, что так надолго задержался. Шутка ли, почти 60 лет после её смерти землю топтал, а теперь и тут больше чем на 15 лет задержался... Да, на самом деле Кагами был прадедом Шисуи. Как и Наруто, Шисуи потерял родителей в день своего рождения. Только не от когтей Девятихвостого. Ночью в одной из комнат опрокинулась горящая свеча, и дом выгорел дотла, в огне погибли все его обитатели. Мать Шисуи, с ребёнком на руках, выпрыгнула из окна второго этажа. Малыш почти не пострадал, только немного надышался дымом, а женщина умерла в больнице от многочисленных ожогов. Кагами тогда по случайности задержался на миссии и опоздал ко Дню Рождения правнука. Так они и остались вдвоём. Мать Кагами была Узумаки, так что прожитые 100 с лишним лет не были пределом, да и выглядел он довольно молодо. Дружный клан Учиха понял и принял желание Кагами стать отцом для маленького Шисуи... Конечно, Шисуи узнает об этом и познакомится со своими родителями. Когда придёт время. Итачи вывалился на свет и, ослепнув на несколько мгновений, неловко и очень больно вписался плечом в камень, едва устояв на ногах. *** - Оне-сан? Оне-сан!!! - Фуккацуми было страшно. Страшно, как никогда в жизни. Даже когда она в одиночестве осталась на Острове Узумаки, как его окрестила Кэт, и своими руками, ещё слабыми и неловкими после лихорадки, хоронила всех остальных жителей, ей было не так страшно. - Фуккацуми? Что ты здесь делаешь? - девочка обернулась. - Мама... Мааам!!! - с отчаянным криком Фуккацуми бросилась к матери, стоявшей в небольшом освещённом кругу, над её головой поскрипывал, качаясь под порывами неощутимого ветра, старый фонарь. Родной брат того, с которым ходил Кагами, только подвешенный на специальный крюк на столбе, нижняя часть которого почему-то терялась в темноте. - Мама... Мама... - Как ты сюда попала... Ты ведь... Ты ведь пережила ту лихорадку... Фуккацуми? - Да, мам. Всё хорошо. Я жива... - Фуккацуми помнила, что её мать умерла, но не допустила мысли, что перед ней иллюзия. Это мама. Её мама. Узумаки Хару. - Мам, где мы? - Там, где тебе пока нет места. Фуккацуми, идём, я выведу тебя отсюда. А пока расскажи мне, что с тобой случилось? - взявшись за руки, они медленно пошли, а фонарь всё время плыл у них над головами. - Ну... Я больше не живу на том острове. Там случайно оказались люди, и они забрали меня с собой. Мам, всё хорошо, одна из них - Узумаки. Узумаки Кэтсуми... Кэт-не. Теперь и моя оне-сан. Она хочет возродить клан Узумаки и... Мам, всё в порядке? - по лицу женщины текли слёзы. - Мам? - Доверяй ей, милая. Я... Я верю, что она вернёт нашему клану былую силу. Тебе пора. Я люблю тебя, помни об этом. Прощай. - Мама! - Хару наклонилась и поцеловала дочь в лоб, а потом с силой толкнула куда-то спиной вперёд. - Мама!!! Но Хару уже исчезла. Исчезли и непроглядная чернота вокруг, и фонарь над её головой, который продолжал раскачиваться, словно махал на прощание. Прямо в глаза упавшей на спину Фуккацуми ярко светило полуденное солнце. - Цуми-чан! - разделось где-то совсем рядом. *** - Оне-сан? Где все? Оне-сан! - Шинья перекинулся в человека и быстро обернулся. Никого и ничего. Темнота и пустота. Небытие. Порой драконы попадали сюда по своей воле, разыскивая людей, и то, что Шинья потерял остальных - было очень и очень плохо. Ведь Шинья был единственным, кто мог найти выход. - Что это?.. Шинья медленно поднял руку и ему на ладонь опустился светлячок. Дракончику невольно стало жутко. - Пливет, - перед ним, в окружении светлячков, стояла девочка. Шинья невольно пару раз моргнул и потер глаза кулаком. Ему показалось, что... Нет, ему не показалось! Девочка, стоящая перед ним, была копией его оне-сан! Только ей было от силы лет пять, а ещё не очень длинные алые волосы были собраны в два забавных хвостика. Девочка заметно нервничала, сминая маленькими ладошками подол своего платьица. - Кэт-не?.. - неуверенно произнёс он, на всякий случай ещё ущипнув себя. Девочка не исчезала и не менялась. - Меня зовут Узумаки Кэтсуми, папа зовёт меня малышкой Кэти. Но я не маленькая! - девочка на секунду смешно надулась. - Ликудо-сэнин сказал, что ты отведёшь меня домой, к маме, папе и блатикам. А как тебя зовут? - Шинья, - машинально ответил дракончик. Конечно, он знал историю своей сестры(разумеется, только общеизвестную часть), в детстве потерявшую память и едва не утратившую жизнь. Рикудо спас ребёнка, стоявшего одной ногой в могиле. И теперь Шинья понимает, зачем они пришли в Небытие. За этой маленькой девочкой. Которая не знает, что её родители мертвы, которая ещё не встретила своего старшего брата Какаши и младшего брата Наруто, не собрала во всех Пяти странах клан Узумаки, не вырастила его, Шинью, и не полюбила Итачи... Но она помнит своих родителей. Она - часть души и памяти, утраченной Кэтсуми. - Идём, Кэт, - он протянул малышке руку. - Я отведу тебя домой. Куда это полетели твои светлячки? Светлячки... - Шинья вспомнил тех светлячков, которых они видели на болоте. Были ли это те же самые насекомые или нет, однозначно мог сказать только представитель клана Абураме, которого поблизости что-то не наблюдалось, поэтому этот вопрос дракончик отложил в дальний угол. - Идём за светлячками. Они выведут нас. - Шинья-нии-чан, - малышка несмело потеребила его руку. - А мама не злится? Она сказал мне не убегать далеко, а я ушла... И тут заблудилась. - Нет, она не злится, - Шинья смог выдавить из себя улыбку. Этой малышке будет больно, когда она всё узнает... Но когда память вернётся к Кэт, Итачи, Фуккацуми и сам Шинья будут рядом. - Осторожно! Шинье показалось, что всё светлячки одновременно оказались перед его лицом, так что он невольно зажмурился. - Кэт! - он почувствовал, как маленькая ладошка исчезает из его руки. Быстро открыв глаза, Шинья понял, что прямо перед ним возвышается огромная скала, без малейшего признака зелени, а в руке он крепко держит небольшой, будто наполненный туманом или дымом, шар. Внимательно вглядевшись в его глубь, он разглядел внутри лицо спящей маленькой Кэтсуми. Малышка явно видела счастливые сны. - Это же... Моя Жемчужина... Каждый дракон Долины Рю обладал свой собственной Жемчужиной, проводником силы дракона. Но каждый обретал её по-разному. Кто-то, как Субараши, рождался с Жемчужиной в лапах, а кто-то, как Шинья, обретал через некоторое время, совершив некий поступок. - Шинья! Шинья! - голоса его спутников раздавался где-то совсем рядом. Дракончик проворно взобрался вверх по довольно крутому склону и увидел их. - Оне-сан! Я здесь! - Шинья, с тобой всё в порядке? Что это? Откуда это у тебя? - Кэт несмело потянулась к Жемчужине. - Оне-сан, это принадлежит тебе, - Шинья уже знал, что ему делать, хотя ему придётся ещё долго овладевать искусством обращения с Жемчужиной. Мысленно представив перед собой маленькую Кэт, спавшую внутри его Жемчужины, он "объединил" её со взрослой Кэт-не, стоявшей перед ним на коленях. Потом он не мог понять, кто больше испугался произошедшему, он или Итачи. Кэт, коснувшаяся Жемчужины кончиками пальцами, сдавленно вскрикнула, словно получив неожиданный удар, выгнулась и, будто марионетка с обрезанными ниточками, рухнула на траву. Её широко открытые глаза заволокло мутной дымкой. - Кэт! - Итачи рванулся к ней, но Шинья остановил его. - Не дотрагивайся до неё! Иначе тебя затянет в её воспоминания. Она справится. Это её память. То, что она забыла тогда. Она справится. Я знаю. Я верю в Кэт-не. Итачи с силой выдохнул, пытаясь успокоиться. Теперь он понял, о чем говорили ему отец и Кагами.