Приставания к принцу

      — Коэн, душа моя! — Если бы окно в кабинете принца было бы закрыто, Джудар бы его непременно выломал вместе с рамой, столь эмоционально он влетел в окно.       Однако, как отпор такой радости, его встретило безразличие, Коэн даже на секунду не скользнул по нему взглядом. Так что Джудар нахмурился и сложил руки на груди, подлетая к столу.       — Эй, обрати на меня внимание!       — Я занят, — сухо ответил мужчина, отодвигая Джудара в сторону. Самого же юношу это не устроило, и он по новой полез к Коэну.       — Почему ты всегда такой хмурый? Я даже не знаю, идёт ли тебе улыбка! — возмутился Джудар и взял его за щёки, собираясь слегка потянуть их в сторону.       Но этого юноша не сделал, напоровшись на слишком укорительный взгляд, которым его удостоили.       — Ну ладно, ладно. Что так злиться-то сразу!       Джудар отстранился от Коэна и вылетел из кабинета, оставляя его наедине с его бумагами и делами. А мужчина уже подумывал, что можно было сделать с ним в качестве наказания, если Джудара вообще можно было как-либо наказать, кроме как физически. Но мысли были только о физическом наказании, потому как за весь день Джудар сумел вывести Коэна из себя настолько, что тот огрызался даже на Комея. Хотя тот сумел несколько охладить пыл брата, сказав ледяным тоном, что срываться стоило на виновнике гнева, а не на всех остальных. Поэтому Джудару должно было перепасть ещё больше.       Так что решено было дожидаться юношу в своих покоях, потому как он и там достанет. Что, собственно, и произошло, когда Коэн почувствовал присутствие в комнате ещё одного человека.       — Коэн, ты тут? О, тут!       Джудар радостно вбежал в покои и вскочил на постель, поближе к Коэну. Тот скользнул взглядом по его телу и тихо хмыкнул.       — А ты предсказуемый.       — В смысле? — Юноша даже опешил, забыв, что хотел сделать и сказать. Коэн смотрел совершенно не добро, и это немного пугало.       — Я знал, что ты придёшь, и ты пришёл. А теперь — не смей выходить. Это приказ.       Джудар застыл, одними только глазами глянув на двери, и медленно кивнул.       — Хороший мальчик. — Усмехнувшись, Коэн обхватил пальцами лицо юноши.       — Коэн, прекращай меня пугать, тебе это не идёт. — Джудар мягко отстранился от мужчины, но за это его схватили за руки.       — Не идёт? — тихо переспросил Коэн. — А знаешь, что идёт тебе? Покорность и смирение, которые ты не желаешь проявлять. Но для меня ты постараешься, верно?       — Я подумаю.       Даже в таком положении Джудар не желал подчиняться, хоть и понимал, чем ему это грозило. И он даже начал осознавать, что его ждало в качестве наказания. Но разве мог столь серьёзный мужчина сделать такое с ним? Скорее всего, мог, так как через несколько мгновений Коэн провёл ладонью по животу Джудара, остановившись на низу. Видимо, взгляд Джудара слишком сильно его выдавал, потому как Коэн довольно ухмыльнулся и повалил юношу на кровать, придерживая его руки ладонью.       — Коэн, ты серьёзно? — с нервным смешком спросил Джудар и слегка подёргал руками. — Тебе так хочется потереться о мои кости?       — Кто же виноват, что ты такой тощий. Умолкни.       — И что же ты такой грубый, а?       — Ещё хоть одно слово — и ты не сможешь встать с кровати с месяц по разным причинам. — Коэн окончательно разозлился, ведь ему не подчинялись, а это не нравилось ему совершенно.       — Не думаю, что у тебя хватит сил меня утомить, — неожиданно уверенно парировал Джудар и дерзко усмехнулся. — В конце концов, ты не такой сильный, как, скажем… Король Семи морей.       На секунду Джудару показалось, что его задушат или просто убьют голыми руками. Но то, с какой силой Коэн сжал его бедро, произвело свой эффект на слова.       — Неужели ревнуешь? — продолжил юноша, хотя знал, что очень сильно рисковал. — Ах, у него такие сильные руки, но держит мои ноги он так мягко, что я прямо таю…       — Кажется, я сказал тебе молчать, не так ли? — Шёпот был слишком зловещим, да и юноша не ожидал, что его резко перевернут на живот, вжимая весом тела в кровать.       — Иногда я могу позволить себе ослушаться, — так же прошептал он, слегка прогнувшись, чтобы прижаться спиной к Коэну. — Что ж, сейчас узнаем, кто более умел.       — Не сомневайся, что узнаем.       Джудар довольно заурчал, как огромный кот, и вновь прогнулся, чувствуя, как напряжён и возбуждён был мужчина. По правде говоря, сравнивать-то ему и не с чем было. Но Джудар был рад, что сумел так раззадорить принца лживыми словами и напускной развратностью, ведь теперь он мог чувствовать горячие поцелуи и покусывания, крепкие и жестковатые ладони на бёдрах.       От каждого прикосновения юноша прогибался навстречу Коэну, но, если тому не нравилось подобное, он силой держал Джудара за бёдра, не давая шевельнуться. И мужчина понимал, какие синяки останутся на бледной коже юноши после всего. Главное, что эти синяки будут от него, как и засосы на непривычно открытой шее Джудара. Та же мысль была и у юноши, из-за чего он соблазнительно качал бёдрами, когда Коэн ослаблял хватку, и всячески дёргался, чтобы ещё больше раззадорить его.       — Думаю, ты будешь послушным хоть раз. Верно, Джудар? — ухмыльнулся Коэн, когда сидел на краю кровати, а юноша довольно устраивался на его бёдрах, ёрзая и дразня мужчину.       — Зачем, мне и так хорошо. Хотя у Синдбада я сговорчивее. — Джудар довольно улыбнулся и склонился к лицу Коэна, проводя ладонями по его щекам. — Опять хмуришься.       — Мне не нравится упоминание этой личности в моём присутствии. — Коэн ухмыльнулся и провёл ладонью по ноге юноши, который явно не ожидал такого аккуратного прикосновения.       Поэтому он улыбнулся и кивнул, прижавшись лбом ко лбу Коэна.       — Хорошо, не буду больше. Гораздо сильнее меня интересует принц, который оставил на мне столько следов, что это о чём-то говорит.       — Вот и славно, раз ты такой послушный. Может, теперь ты сделаешь то, что понравится нам обоим?       Джудар довольно оскалился и слегка приподнялся, опираясь на плечи мужчины. Наверное, именно сейчас Коэн и должен был узнать, что ему солгали. И он догадался, когда Джудар опустился и, закусив губу, начал двигать бёдрами медленно, неумело и как будто осторожно, чтобы не причинить себе сильную боль. Такое явно не могло быть после Синдбада. Но мужчина промолчал, только усмехнулся и решил преподать урок ещё и за ложь, пусть и очевидную. А потому положил ладони на бёдра юноши и сильно надавил на них, заставляя опуститься резко и до конца. Джудар вскрикнул от неожиданности и крепко прижался к Коэну, чтобы не выдать своего ужаса. Привыкнуть к сильному и болезненному ощущению было не очень легко, да ещё и двигаться нужно было.       — Нет более прекрасного способа понять, что у тебя не было ничего с Синдбадом.       — Ты монстр… — прошипел Джудар, вцепляясь ногтями в спину мужчины.       — Зато ты больше не будешь мне лгать, мерзкий мальчишка. Продолжай.       Джудар тихо фыркнул и ткнулся лицом в шею Коэна, осторожно двинув бёдрами. Больно было настолько, что хотелось вцепиться в плечо Коэна зубами, но он стойко терпел, а потому вскоре был вознаграждён поцелуем. Этого он ожидал меньше всего, но тем приятнее был поцелуй. Джудар возбудился от него настолько, что резко подался вперёд и гораздо увереннее принялся двигать бёдрами, стараясь как можно сильнее прижаться к Коэну. Поцелуй длился слишком долго, давая лишь короткие передышки на вдохи и выдохи. Всё это придало Джудару уверенности в том, что он делал всё верно, и подарило уже приятные ощущения, от которых хотелось стонать.       И он застонал — так громко и развратно, что Коэн несколько удивился. Всё же крики от этого юноши были более ожидаемы, чем стоны, но тем сильнее было желание схватить его за бёдра и продолжить всё самому, показать свой опыт. Поэтому Джудар вскоре был уложен на кровать, ведь так было удобнее, да и Коэн мог наслаждаться таким непривычным видом юноши, который краснел от прикосновений и движений, стараясь схватиться за что-то руками. Под руки попадались только простыни, хоть как Джудару хотелось вцепиться в руки Коэна на его пояснице. Но он даже не успевал думать, что хотел сделать, как каждую мысль сметало очередное движение внутри, которое отдавалось во всём теле болезненно горячим удовольствием.       — Что, нравится? — пробормотал Коэн, проводя ладонью по животу юноши, чуть замедляясь.       — Больно… но так хорошо… — тихо ответил Джудар и быстро двинул бёдрами навстречу движениям. — Быстрее!       — Сам будешь виноват, если спина будет болеть.       Вот только после всего у Джудара болела не только спина. По этой причине он ныл и высказывал свои претензии Коэну, который только ухмылялся и хвалил какую-то часть его тела за каждое возмущение.       — Всё, замолчи, старый извращенец, и просто пожалей меня! — воскликнул Джудар, стуча рукой по ноге Коэна.       — Если я тебя пожалею, то можно будет смело ставить крест на твоей гибкости.       — Ой господи боже, обними меня и погладь по волосам! Ты мне столько теперь должен за то, что я чувствую!       — А сколько ты мне должен за свою ложь, мм. Я же тебя всё ещё не простил.       Джудар на это заявление взвыл, но всё же получил свои объятия, тепло и даже поцелуи. И зарёкся не лгать, по крайней мере, пока что…