Family don't end with blood / Семья не заканчивается на крови

      В тот вечер Люцифер поговорил с Дином по поводу планируемого переезда в Покипси, и Винчестер поначалу резко воспринял эту идею. Он столько лет переезжал с места на место и жил в отелях, что впервые за долгое время обретя свой угол, он не хотел его покидать. Однако всерьез обеспокоенный Люц, упомянув фамилию своих братьев, заставил Дина вспомнить о том, чем чревата встреча с упомянутым семейством. Страх за своего будущего ребенка вынудил парня перестать упираться и послушаться Люцифера, да и здравый смысл говорил о том, что в прошлый раз ему просто повезло, что он остался жив. Ширли не хотел тянуть, он решил вплотную заняться опекой над Касом, но не знал как сказать Дину о том, что переехать ему пока придется одному, ведь Винчестер и слышать не захочет о том, чтобы оставить мальчика с ним, несмотря на то, что Кас в последнее время, слушаясь Дина, начал более открыто и доверительно вести себя с Люцем. Дин просто очень сильно любил мальчика, пережив с ним за эти месяцы немало всего, и поэтому не смог бы расстаться с ним. Да и Ширли не хотелось оставлять Винчестера в его положении в одиночестве.       Люцифер решил пока напомнить Дину о сделанном ранее предложении, отложив переезд до тех пор, пока они не поженятся. В конце концов, Винчестер был уже на седьмом месяце, и тянуть с этим тоже больше не стоило, иначе потом еще и собственного ребенка придется усыновлять. Деньги позволили Ширли в считанные дни организовать скромное венчание в маленькой церквушке на окраине города, пригласив на него лишь Сэма, Амелию и Бенни со стороны Дина, со стороны самого Люца же не было никого. Парни по взаимному согласию устроили скромную церемонию, в конце концов, им не требовалось никаких подтверждений в любви другого, и все это делалось именно для будущего ребенка и Кастиэля. Винчестер долго ворчал по поводу того, что он ужасно выглядит в его положении в смокинге, уговаривая себя, что все это нужно для дела, и хихикающий Сэм, который в качестве единственного родственника должен был вести его к алтарю, совсем не помогал, заставляя Дина гневно шипеть, угрожая брату всеми известными карами. Однако, когда Винчестер-старший увидел Люца у алтаря, забыл про все сомнения: Ширли выглядел великолепно в светло-сером смокинге, улыбаясь совершенно счастливой улыбкой, рядом с ним стоял Кас, наряженный в светло-бежевый костюмчик и глядящий на Дина удивленным и восхищенным взглядом огромных голубых глаз. В этот момент Дин понял, что единственная настоящая причина, почему он это делает — это то, что он любит Люцифера Ширли и готов провести с ним всю свою жизнь. Они не произносили клятв, ведь это лишь слова. Гораздо больше им говорили взгляды друг друга, прикосновения рук к рукам, улыбки. Влюбленные обменялись кольцами и скрепили свой союз поцелуем, после чего Амелия, заговорщически подмигивая, забрала Каса к ним с Сэмом в гости, обещая вернуть завтра. Новоиспеченная чета Ширли-Винчестер (несмотря ни на что, Дин категорически отказался брать фамилию Люца, мотивируя это тем, что это его ненастоящая фамилия, а настоящую он брать не стал бы тем более) отправилась в их еще недолго остававшуюся первой общей квартиру, всю ночь даря друг другу тепло и любовь.       На следующий день Люц встал раньше Дина, и, пока тот спал, позвонил Сэму, договорившись о том, что Кас побудет у них еще пару деньков, не забыв попросить передать трубку ребенку и сказать ему лично об этом же. Ширли решил, что если они заедут и будут прощаться с ним очно, то никто в итоге никуда не уедет. Приготовив Дину завтрак, он осторожно разбудил своего теперь уже мужа, выслушав кучу ворчаний по поводу того, что приходится вставать в такую рань. Однако, почувствовав запах еды и увидев на подносе, приготовленном Люцем, дымящийся разогретый пирог, Винчестер, нахваливая внезапно ставшее чудесным утро, оторвался от подушки и сел, забирая у Ширли поднос. После завтрака он поблагодарил Люца коротким поцелуем в губы, и Люцифер, извиняясь, напомнил о том, что они должны ехать в его дом, а также рассказал, что по его просьбе Кас пока останется у Сэма и Амелии, которые позаботятся о нем должным образом. Дин был расстроен тем, что приходится переезжать, что с Касом он не попрощался, досадуя, что придется пока жить одному, однако муж напомнил ему, что все это делается ради Кастиэля, и скоро они к нему присоединятся. Вздохнув, однако не перестав бубнить, Дин оторвался от кровати и направился собирать свои немногочисленные вещи. Когда с приготовлением было покончено, Люц забрал у него сумку, они быстро погрузили ее в машину, и, несмотря на возражения Винчестера, Ширли сам сел за руль и повел машину в свой старый, а теперь уже их новый дом, выслушивая от Дина обвинения в том, что он деспот и тиран, а не муж, на что Люц в ответ усмехался. В этих пикировках, за которыми оба пытались скрыть тоску по предстоящему расставанию, прошла вся трехчасовая поездка в Покипси. Парни заехали в магазин, чтобы затарить холодильник продуктами для Дина, после чего наконец-то приехали в их будущее семейное гнездо. Дину дом понравился. Небольшой двухэтажный коттедж, светлые и просторные комнаты, четыре спальни, гараж для его детки, от соседей все закрыто забором и живой изгородью, однако при желании можно зайти и навестить кого-нибудь из них. Люцифер отвел его в их комнату, чтобы Дин смог распаковать вещи, сам же направился вычистить холодильник от испортившихся продуктов. В конце концов, он не ожидал, что его что-то задержит в Понтиаке надолго. Дин отправился присматривать комнату для Каса, облюбовав в этих целях угловую комнату с небольшим балкончиком, а также выбирать комнату для малыша. Когда с уборкой было покончено, Ширли, замявшись, начал раздумывать, как бы менее болезненно попрощаться с Дином и отправиться в путь, но Винчестер все понял и попросил Люца остаться на одну ночь и ехать на следующий день, ему просто необходимо почувствовать, что это их дом, а не оставаться здесь в чужом пока доме в одиночестве. Уступив мужу, Люц остался. Ему и самому не хотелось уезжать вот так вот, оставляя Дина одного, лишаясь возможности видеть его, наблюдать, как день за днем увеличивается его живот, в котором растет их малыш, говорить с ним, ласкать… Утром Ширли собрался, и они с Дином долго простояли на пороге, обнявшись и боясь расстаться. Винчестер взял слово с мужа звонить как можно чаще, после чего, нацепив на лицо гордое и независимое выражение, отправил его в дорогу. Со вздохом он отправился готовить детские комнаты к будущим жильцам, напевая под нос песню Металлики.