Любить по-разному

Солёные волны разбивались о берег, точно хотели выбраться на сушу и потопить её, похоронив под своей массой всё, что живёт на ней. Если попробовать морскую воду, то она будет солёной, но и... Горькой. Горькой, как слезы отчаявшегося человека. Дети, плавая в море, хныкали, когда в глаза попадала эта вода. Больно, жжет... Горькие слезы маленькой неосторожной ребятни. Такеру сидел на песчаном берегу, подперев голову рукой. Волосы, цвета морской волны, были распущены. Прохладный ветер играл с волосами бога морей, будто пытаясь пробиться сквозь толщу мыслей и вытащить его оттуда. Каждый раз, когда Тоцука ощущал холод, забравшийся под одежду, то вздрагивал от мысли, что за спиной стоит Кусанаги. Глупая смертная девчонка, искренне верующая в чудеса, сказки и легенды о счастье. Глупая... Его глупая смертная. Закрыв глаза, бог глубоко выдохнул, сдерживая всю боль в себе. Нельзя. Если он сорвется, то снова пострадают невинные люди: маленькие дети, плещущиеся в морских волнах, женщины и мужчины. Они в чем виноваты? В смерти Юи? А не он сам? Не уследил... Не успел... Потерял... Кареглазая девушка была ближе к нему по духу: школа богов помогла ему найти эту девчушку, которая исправно молилась в семейном храме и собиралась принять дело отца. Зевс был прав, что связь людей и богов была нарушена, но теперь... Когда тот счастливый год позади, он понимал, что это и было Золотым временем, где можно было откинуть все свои обязанности и проблемы и побыть... Человеком. Без всяких обязанностей о мире и прочей чепухе. И почему он раньше это ненавидел? Правильно говорят люди: "Чтобы что-то найти - надо что-то потерять", или "Когда есть - не ценим. Потеряем - пожалеем". Правильно! До ужаса, до боли в сердце - ПРАВИЛЬНО! Не ценил, не уберег... И потерял. Теперь он был не просто в отчаянье... Он не знал, как дальше жить, что ему делать. Зачем ему жить без нее, его смертной богини? Богини, которая до безумия любила свободу, скалы и ветер. Такеру помнил, как он стоял на берегу, а Кусанаги, забравшись на невысокую скалу, раскинув руки и распустив волосы, подставляла себя ветру и... Счастливо улыбалась. Бог моря видел ее страхи, помнил с академии и тайно радовался, когда она, шаг за шагом, преодолевала себя, оставляя страх позади. Идиот... Надо было что-то оставить... Он, по своей невнимательности и погубил ее, привив ей бесстрашие. Цукито предупреждал его однажды, что подобное давление на Юи добром не кончится, но он не слушал брата, считая, что поступает правильно... Порыв ветра ударил бога по лицу, как пощечина. Вздрогнув снова, парень наклонил голову, стараясь укрыть ее от ветра и чтобы солёное, горькое море не видело его отчаянных слёз. В голове проносились разные моменты их общей жизни. Как он, когда вернулся домой, отправился к людям - искать девушку. Прикинулся смертным, нашёл в том храме, где когда-то слышал молитвы её матери. Круговорот жизни. Ностальгия и... Юи на том месте, где когда-то сидела её мать. Как они потом долго болтали, спрятавшись в саду за храмом, как маленькие дети. Обоим казалось, что из кустов высунется голова Локи с его хитрой улыбкой и фирменным "Вот ты где, Котёночек!". И Такеру обязательно бы нагнал гада и отделал его, чтобы не лез, куда не просят. Или его остановила бы Кусанаги... Снова порыв ветра - холоднее прежнего. Бог мог в любой момент уйти под воду, чтобы больше не видеть родное место, однако, ставшее ему вместо Ада. Принимая удары ветра, Тоцука хотел одного, чтобы это его так била кулачками Юи, требуя от него поднять голову и показать всем проблемам улыбку или язык. Но язык он только ей показывал, зная, что потом она его повалит на землю, и долго-долго будет отчитывать за такой жест. А он будет отбиваться от нее, бурча в шутку, что она - маленькая вредина. - Такеру-кун! Вздрогнув от такого, бог зажмурился. Похоже, он напоминал принца из сказки Андерсона - Русалочка. Именно её Юи любила и плакала от концовки, поэтому часто смотрела Диснеевскую версию, чтобы успокоить себя, твердя, что Ариэль останется жива, выйдет замуж за принца, у них родится дочь Мелоди и всё-всё будет прекрасно! Такеру часто фыркал от подобной концовки, но сейчас... Сейчас он хотел, чтобы его бесстрашная русалочка вернулась к нему... Холодные прикосновения к спине вызвали табун мурашек. Повернув голову, бог сначала не поверил, а после глаза протер. Рядом стояла Кусанаги, а за ее спиной Цукито. Девушка стояла в голубом летнем кимоно, будто совсем недавно вернулась с фестиваля. Волосы были заколоты заколкой с веточкой искусственной цветущей вишни. Совсем, как недавно, когда она повела его смотреть какое-то там цветение... Вишни. - Ю-юи? - поверить в то, что она жива и присела рядом - было невозможно, так как он видел, что она разбилась, упав со скалы. А если мертвая, то её дух? Теперь ясно, почему прикосновения так холодны. Мертва, значит. Подняв голову, Тоцука не увидел бога луны - исчез. Или ему показалось сначала? - Хватить горчить море, - улыбнувшись, девушка протянула ладонь к лицу бога и смахнула горькие слёзы. Миндалевые глаза расширились от шока, но пошевелиться и перехватить ладонь не успел - убрала. - Детям больно глаза. Полезно, конечно, но в меру. - Юи... - отмерев и придя немного в себя, парень порывисто обнял девушку, закрыв глаза на холод тела. Всё равно. Она рядом. Тут. С ним. Остальное не имеет значение. - Но как же так? Ты же... - не успев договорить, бог замер. Кусанаги приложила пальчики в его губам и смущенно улыбнулась. - Всякое бывает. Помнишь книжную концовки сказки "Русалочка"? Такеру нахмурился. Причем здесь сказки? О чем она? Но раз спрашивает, значит, надо. Сорняк никогда не говорит большие глупости, от которых хочется глаза закатить и сказать: "О, Ками-сама!". Нет, Такеру просто по себе знает - чтобы понять ход мыслей Кусанаги, даже если это глупости, надо углубиться в них, тогда и поймешь. - Ну... Помню. Русалочка не смогла убить принца, спрыгнула с борта корабля, превратилась в пену, а её душу забрал к себе Ветер, сделав ее своей дочерью. Но причем тут ты? Или... Вместо этого девушка зачерпнула в ладонь песка и положила в ладонь морского бога. Некрепко сжав ладони, она начала поднимать свою. За ладонью Юи начал тянуться маленький торнадо из песка. Отдернув руку, девушка позволила маленькому торнадо рассыпаться. Такеру сидел в шоке и с непониманием смотрел на девушку. Лишь через минуту до него стало доходить, что произошло: с ней, с ним, с ними. - Юи... То есть ты - ветер? - Я воплощение Ветра, как и ты Моря, Сусанно, - улыбнувшись, девушка втянула в легкие воздух, понимая, что разговор будет долгим. - Как мне объяснил Цукито-куна, то раз в сто лет среди смертных рождается воплощение Ветра. Так как Ветер - один из буйных элементов (спокойным не назовешь во время шторма и других бедствий), то воплощения, либо не выживали, либо перерождались, но умирали спустя несколько дней, не вынеся нагрузки. Перед смертью любое из воплощений тянет к своей стихии, она подводит на грань Смерти. Скалы и стали моей кончиной, но и перерождением. Цукито-кун и Акира-сан прятали меня месяц, давая возможность выжить и освоиться. - И ничего мне не сказали... - выдохнул он, понимая, что дома родные получат по самое не хочу... Скрывать от него, что Юи жива? Смотреть, как он убивается и страдает? Специально? Убьет! Вернется и убьет! Но сначала Юи... Могла бы весточку отправить? - Ты... - Извини. Мне первые три недели было очень трудно. Вчера только легче стало и скорее к тебе, - виновато улыбнувшись, Кусанаги опустила голову, но после вздрогнула, когда бог моря обнял её. - И ты извини... Что вспылил. Не подумал... И всё же я пересмотрю свое отношение к сказке Русалочка, Юи. Особенно к концовке, - поцеловав её мягко в губы, парень встал, беря девушку на руки. И тут вспомнил: только вчера легче стало... Цукито с ума сошёл, отпускать её сейчас в мир людей? Похоже, домашний потом будет и обещан в скором времени. Обняв Такеру, Юи улыбнулась. Она свободна только с ним, каким бы Ветер не был сильным, а свою богиню он не сможет забрать из рук и сердца морского бога. Слишком поздно, чтобы что-то менять. Буйным стихиям пора смириться с этим...