5 миллионов за жизнь. Книга первая.

Ночь в начале золотого октября в этот раз начала давать о себе знать грозовыми тучами, что не были видны тому, кто находился в лесу или другом темном месте. Лишь быстрые вспышки молнии и запоздалые звуки грома сулили ночи мощный дождь по всей округе. В округе, в которой находился особняк. Тот самый особняк, в котором проживали братья Сакамаки, был в ночи загадочен и напоминал дом с призраками, в который не стоит заходить обычным смертным. Окна снаружи не излучали света, так что, если встать напротив ворот, никто бы и не заметил, что внутри территории особняка одно окно все же горело. Это было окно в комнату Рейдзи, где он занимался различными вещами. Огромная комната, которую можно было разделить на две части. Первой частью было место для уединения и сна, в котором можно было отметить мебель из темного дерева в виде двух кресел с круглым столиком, на который Рейдзи ставил чай для себя; шкафная стенка, внутри которой были собраны разные сорта бодрящего напитка, односпальная кровать с роскошно заправленным покрывалом и удобным матрасом, и старинным ковром, что задавал весьма утонченный тон комнате. Второй же частью была небольшая химическая лаборатория со столиком для опытов, шкафчиком с растениями и веществами. Так что, помимо питья разнообразных сортов чая во время чтения трудов о ядах, второй по старшинству вампир занимался химическими опытами, смешивая вещества в пробирках, будто бы в поисках чего-то. В поисках какого-то вещества, что ему так необходимо. Все свободное время он этим и занимался, поскольку был очень заинтересован вопросами о воскрешении мертвых. Однако, для кого или для чего это самое зелье было никто из братьев его себя не спрашивал. Ни его родной брат Шу, которому было по большей части все равно, ни близнецы, которым было не до этого, и уж тем более самый младший вампир из них, Субару. Им было абсолютно равнодушно на его исследования, которые Рейдзи проводил в выходные и после выполнение домашнего задания перед сном. Ему же это было только на руку, ведь меньше глупых вопросов и встревания в его деятельность. Однако в этот раз все было иначе. На столе были уже не вещества в колбах и склянках, а Аято. Вернее, то, что от него осталось после обезглавливания серебряным клинком. Голова и тело рыжего вампира были разделены друг от друга. Серебро смогло предотвратить скорый процесс восстановления тканей тела вампира, так что вместо того, чтобы кровоточить, место разреза выглядело так, словно его прижгли и иссушили до такой степени, можно было не понять, что голова Аято слетела с плеч буквально несколько часов назад. Лицо мертвеца было застывшим. Застывшим от ужаса и шока, а также непонимания, как такое возможно, чтобы смертный смог одолеть вампира. Тело лежало рядом с головой, с колющей раной в груди и неслабым порезом на правой руке. Рейдзи стоял и смотрел на этот труп не без интереса, но без восторга, словно понимал, что человечишка, жалкий воришка, проникший в их дом, оказался не по зубам тому, кто был определенно более опытным среди братьев в плане сражений. Это и поражало, и вводило Рейдзи в неподдельную злобу, скрытую за очками. Помимо него в комнате были еще и оставшиеся близнецы. Канато вместе с Тедди смотрел в окно на предстоящий дождь, любуясь грозой, наслаждаясь вспышками молний и раскатами грома. Райто же стоял рядом с Рейдзи, который, насмотревшись на мертвого брата, повернулся к нему с непониманием и спросил: - Как можно было так сильно пасть? - Рейдзи, я понимаю твой нарастающий гнев, но позволь… - Пытался объяснить Райто проблему, которая произошла при неудачной попытке забрать Юи у Макиру, но старший вампир с черными волосами и алыми глазами холодно отвергнул попытку, повторив вопрос с паузами между ними: - Я тебя спрашиваю: как можно было так низко пасть? Почему вампир стал жертвой какого-то смертного, который, ко всему прочему, не являлся полноценным охотником на нечисть? Райто же молчал, пытаясь придумать вескую причину смерти своего братца, однако понимал, что у него это не получается, посему сказал, как есть: - Мы не полагали, что он НАСТОЛЬКО силен. От получения не очень-то и полезной информации о том, что этого человека недооценили, Рейдзи взялся большим и указательным пальцем за переносицу, зажмурив свои глаза. Он в глубине понимал, что этот смертный не простой малый, учитывая то, что невеста смогла сбежать и из лап «Новых Янки». - Меня даже не это волнует больше всего. – сказал он, при этом все еще держа свои глаза закрытыми, после чего открыл их, когда ладонь его дрожала от все тех же непонимания и злости, - как вы умудрились найти жертвенную невесту и не смогли совладать с Субару, учитывая ваше преимущество в числе? - Ну, мы… - замялся было Райто, не зная, что ответить на этот вопрос. Тут же вступился совершенно внезапно отвернувшийся от окна Канато со словами: - Тедди говорит, что следовало нам с Райто с ним разобраться. Но Аято сам вызвался. Рейдзи обратил свой взор на инфантильного фиолетововолосого вампира с больными глазами, услышав эти слова. Вздохнув, он сказал со сдерживаемой злостью и яростью: - Вы могли разобраться со смертным вместе. Таким образом вы бы и с ним покончили, и Субару на свое место смогли поставить, и вернули невесту. В этот момент Райто хотел что-то сказать, но затем задумался. Подумать только, это было хоть и более медленное решение, но оно могло им принести победу над Макиру. Столь неловкое молчание длилось будто бы вечность, так что Рейдзи, решив подытожить разговор между братьями: - Таким образом, вы не просто ничего не смогли сделать, а понесли значительные потери. Непростительная ошибка, я даже бы мог вас наказать, но, полагаю, большим наказанием для вас будет находиться здесь, пока смертный уходит. Вам бы следовало придумать другой план, который сработает, иначе, вам придется объясниться, по какой еще причине вы не смогли поймать Юи и избавиться от её спасителя. А теперь извините, я прошу выйти из моей комнаты. Я буду очень занят в эту дождливую ночь. Близнецы сами хотели покинуть это место, так что подобный предлог их устроил. Выйдя из комнаты Рейдзи, оба брата были в скверном расположении духа. Наиболее ярко из них в подобном состоянии выглядел Канато, на чьем лице читалась ярость и свирепый оскал. Он хотел крушить и метать все, что попадется под руку. Райто же больше сдерживал свою злость, понимая, что не сможет разбить Макиру в честной схватке. Рукопашный бой и фехтование – не его сильные стороны, а его почившего брата, которому вздумалось не взять с собой рапиру. Вот и погубила того излишняя самоуверенность и гордыня. Тишина недолго наполняла этот коридор собой, обволакивая темное помещение с роскошными обоями и длинным красным ковром, шедшим до лестницы. Из уст Канато вылетело громкое и злое: - Этот идиот поплатится!! Его брат же молчал. Никогда не мог себе представить, что в этот раз придется продумывать более сложный план, чем обычно. Он в тот момент понимал, что в открытую драку со смертным лезть лучше не надо, поскольку рядом с ним или рядом с Юи появится Субару и весь план полетит по швам куда-то далеко в царство демонов. И тут его лицо возвращается к тому, каким оно было не так давно: злорадно довольным, с игривой, но жуткой улыбкой. Он повернулся к обозлившемуся Канато, чьи глаза все еще выказывали неиссякаемую ярость. Тот обратил внимание на радостного братца и злобно спросил: - Что смотришь, болван?! - Ты ведь можешь контролировать своих фамильяров, не так ли? – Спокойно спросил Райто, словно не спрашивал, а утверждал. Ведь он знал, что они способны использовать фамильяров для своих целей. Неких духов слуг, которые подчиняются вампирам. Именно они способны вселяться в неодушевленные предметы и вдыхать в них жизнь. Канато не сразу понял, к чему клонил его брат, так что тот ответил: - А тебе-то что?! Иначе, как я разговариваю с Тедди? – После этой фразы он обратил свой взор на своего плюшевого медведя с повязкой на глазу, и уже отметил спокойным и счастливым тоном, - Тедди, кажется, у Райто начались провалы в памяти… - Я не об этом братец. – Сказал Райто, обняв его за плечо, - У меня есть план, у тебя есть фамильяры. Понимаешь, к чему я веду? Канато наконец-то осознал, что собирался делать его незадачливый братец. Посему обратил внимание уже не злобно, а с заинтересованным видом, ожидая деталей плана… Не только в той области был дождь. По шоссе ночному ехал сизый ниссан-купе, чьи дворники работали не переставая, не говоря уже о фарах дальнего вида. Та самая машина, которую водил Макиру, и та самая машина, внутри которой спала на своем месте, пристегнувшись, Юи. Вряд ли водитель знал, что ей снится, особенно в столь дождливую ночь, когда вероятность грома и молнии достаточно высока. Но снилось ей не то, чтобы кошмар, скорее, ей снился тот самый день, когда она в последний раз видела своего отца. Она хорошо помнила этот день. Хоть начало дня не было чем-то впечатляющим и богатым на события, стандартные процедуры юной монахини, однако именно вторая половина дня, когда она зашла в комнату своего, она весьма удивилась тому, как её «отец» в спешке собирал свой чемодан, суматошно идя из стороны в сторону, собирая свои вещи. Он волосы каштанового цвета, достаточно высокий рост и был по лицу похож на европейца, даже имел усы средней густоты. На лице уже виднелись морщины, которые говорили о нем, как о человеке за сорок с опытом и грузом на своих плечах. Он был так занят собранием, что даже не заметил, как его дочь вошла, так что, когда её «отец» повернулся к ней, на его лице было какое-то смятение. Будто бы он не ожидал её увидеть здесь и сейчас, потому прошло несколько секунд молчания и встречи взглядов прежде чем он произнес: - А, Юи! Что случилось, моя дорогая? - Отец? Что ты делаешь? - для девушки довольно необычно видеть "отца" в таком состоянии. Обычно он был спокоен, порой строг в плане воспитания, но чаще всего относился к ней и другим с почтением и пониманием, присущим священнику. Глаза у него сейчас же бегали, пытаясь то ли отыскать вещь для чемодана, то ли показывая то, что он думает над ответом. - Что я делаю? - Повторил её "отец", пока глазами выискивал свою рубашку, - извини, я тороплюсь, я завтра улетаю за границу. Кстати, подай вот ту... - Хотел было сказать спешивший и взволнованный мужчина, но он не знал, какую реакцию эта фраза вызовет... В ту же секунду ошарашенная Юи с явным неприятным удивлением, неким шоком для себя и волнением вскрикнула: - Что?! Ты улетаешь за границу, ничего не сказав? - Юи была не в восторге от этой новости, узнала бы она это куда раньше, возможно, не была бы так взволнована. Однако все произошло так внезапно, что ей хотелось знать подробности, потому она продолжила с таким же повышенным тоном, - но по какой причине? Мужчина немного опешил. Он не предполагал, что реакция на его отъезд будет настолько мощной. То есть, священник понимал, что она может не особо обрадуется тому, что он, единственный человек, который взрастил её в одиночку, покинет так внезапно и скоропостижно, потому и говорил, пытаясь её успокоить довольно тихо и растерянно: - Пожалуйста, Юи, успокойся. Не кричи. - Успокоиться? – сказала названная дочь священника на попытки её отца успокоить её, - Любой человек бы так отреагировал на это. В этот момент он сам довольно быстро согласился с словами своей «дочери». Так что ему пришлось рассказать, почему не рассказал ей об этом, например, вчера вечером, чтобы был меньше резонанс: - Прости, Юи, мне следовало тебе это еще вчера сказать, но я не хотел тебя будить. К тому же, об этой поездке я сам узнал буквально вчера вечером, я сам был немного шокирован этим. Обычно время на составление перелета составляет большее количество времени. Теперь ей была ясна причина подобного ухода, но её мучало все еще целое множество вопросов по поводу неожиданной поездки, первый из которых вылетел сам собой из её уст, когда она уже немного успокоилась: - И куда тебе придётся уехать? - Скорее всего... В Восточную Европу. - Восточную Европу? – Юи удивилась. Восточная Европа была весьма далеко от Японии и от той церквушки, где большую часть своей жизни провела Юи. По священнику было видно, что он недолго ностальгировал по этому месту. - Да, я там часто бывал в молодости. Красивые места... - Говорил он, собирая вещи в чемодан, пытаясь впихнуть все вещи. Она могла видеть, как её «отец» кладет какую-то деревянную небольшую коробку внутрь чемодана. К тому времени, у неё возник вопрос по поводу этой церкви. Она помнила, что священник всегда был главным в церкви. Всегда выполнял роль опекуна не только для неё, но и для других немногочисленных жителей церкви. Так что соответствующий вопрос появился на языке Юи сам собой: - Но на кого тогда ляжет ответственность за церковь? - Не стоит волноваться, - отвечая на второй вопрос, священник сказал, - скоро приедет новый преемник и возьмет все в свои руки. Юи к тому окончательно успокоилась. Она все еще имела вопросы по поводу времени этой командировки, но полагала, что поедет с ним. Не мог же её отец оставить её дома? Однако одной фразой священник оборвал все её надежды: - К тому же... ты останешься в Японии, если что-то случится. - Что? – Она не могла поверить в то, что слышала от своего «отца». - Я останусь одна? - Да. Я ... Я планировал поехать один. Я ... Я не могу взять тебя с собой... - он пытался сдерживать эмоции и слезы, как мог. Однако по лицу можно было увидеть, как больно для него говорить эти слова напрямую своей дочери, посему её реакции он так опасался сильнее всего: - Что значит "не могу взять тебя с собой", отец? Я хочу поехать вместе с тобой... Эмоции выплеснулись наружу, когда она произнесла, что хочет поехать, потому ответом священника было громкое и быстрое: - Нельзя! - Он резко повернулся к ней, и выглядел не то напугано, не то сердито, хотя струйки скупых слез выдавали первое. Юи сначала испугалась подобной реакции, отойдя от своего отца на шаг. Однако вскоре испуг сменился на сожаление и фразу: - О-Отец? Всё хорошо? - Прости меня... – выдавил из себя он, очень сильно пытаясь не расплакаться на глазах своей «дочери», - Расставание с тобой... Мучительно для меня. Но пойми... это ради твоего же блага. - Моего б-блага? Из - за этого ты оставляешь свою единственную дочь одну в Японии? Подобный факт лишь расстраивал её отца, так что, когда он расстроенный вопль, он сел на стул около своего рабочего стола и закрыл лицо своими ладонями, наклонив голову вниз. Юи почувствовала, что задела "отца" своим нешуточным любопытством. Видеть близкого человека таким отчаявшимся никому не хочется. - Прости меня, отец... Я не хотела... - Все нормально, Юи... Прости, я ... Мне правда тяжело осознавать то, что я не могу взять тебя с собой. Поверь, я всю ночь не спал, думая об этом, но... Только я могу справиться с ... подобной работой. - ... Но кто со мной будет рядом? - Не волнуйся, - сказал «отец» ей, сглатывая комок в горле, который образовался в тот самый момент, после чего, он встал и открыл шкафчик внутри столика и говорил спокойно, но грустно, - я позаботился об этом, так что… Проблем с жильем у тебя не будет. Я завтра вечером уезжаю, ты тоже собирайся. И, пожалуйста, доверься тем людям, которые живут по этому адресу. Священник отдал ей бумажку со стола, на котором был написан адрес её нового места проживания. Для Юи это было неожиданно услышать, что у священника есть знакомые, которые могут её приютить, пока тот будет далеко от неё. Ей хотелось узнать об этих людях, так что она спросила: - А кто они? - Мои дальние родственники, - Сказал довольно спокойно, при этом дополнив, - я поэтому о них не рассказывал... Они понимают наши обстоятельства, к тому же... У одного из них есть связи с церковью. У неё все еще оставались не отвеченные вопросы, однако их Юи решила все же не задавать. Вряд ли он бы смог ответить ей в таком состоянии, потому она и согласилась со словами своего «отца», произнеся: - Хорошо, я поняла... - Они не причинят тебе вреда... Просто доверяй им и считай их моей заменой... Вдруг раскат грома разбудил девушку ото сна. Макиру продолжал вести машину, не смыкая глаз, по дождливой дороге. Увидев, как она резко проснулась от грома, он спросил: - Кошмар приснился? - Нет, Нахаси-сан. Просто проснулась от шума. - А ... ну да. Ночка обещает быть мокрой и громкой... Вид у него был действительно какой-то подавленный не то от недосыпа, не то от банального понимания того, что в Аохикикаве, где их поймали новые янки, незадолго после их спасения умер их лидер, причем очень жестоко. Он же смотрел на дорогу, не желая обращать внимание на такие мысли. Юи эта довольно быстро заметила, посему и захотела узнать самочувствие своего спасителя: - Вы в порядке? Вы выглядите меланхолично. - А? – отреагировал как-то растерянно на этот вопрос, но довольно быстро как-то сонно ответил, - Нет, нет, я просто... Хочу спать... Да, мне нужен отдых... Но мне нельзя. Если вампиры действительно могли добраться до города, где мы ушли от хулиганов, буквально через несколько часов после того, как мы были в середине пути, после чего мгновенно найти твой запах... Если бы только ты могла водить машину, я бы лег на задние сидения и немного подремал... - Не волнуйтесь. – Доброжелательно сказала Юи, с улыбкой смотря на него, - Мы скоро приедем и сможем отдохнуть. - Ох, надеюсь на это. Макиру потряс головой и продолжал ехать по дождливому шоссе, спрятанному в лесистой местности. Вскоре, через полчаса, когда дождь начал успокаиваться, когда леса стали редеть, машина выехала на дорогу через поля деревенские. Дождь спустя час перестал капать, а грузные тучи ушли на север, где и встретили юношу с монашкой. Небо открылось в некоторых местах. В прояснениях можно было увидеть сверкающие звезды, освещающие черный холст своим светом, и белую убывающую луну, которая сияет в черном ночном небе, окруженная звездами. Тишина потихоньку начинала выводить водителя из нормального состояния, заставляя его буквально засыпать на дороге, так что он с длинным зевом протянул: - Мда, что-то здесь тухловато... Музыку, что ли, поставить...? Макиру открыл средний бардачок, в котором находились диски с разной музыкой, около десятка. Это были самые любимые диски с музыкой, некоторые из которых он слушал еще в свои университетские годы, вроде альбомов Pearl Jam и AC/DC, и в те времена, когда еще мог называть себя обычным офисным рабочим в престижной фирме, как например Coldplay. Можно было сказать, что на последнюю группу у Макиру особое отношение, иначе здесь не было бы целых трех альбомов этой группы. - Юи, - Сказал Макиру, не отрываясь от дороги, - возьми диски покажи мне, чтобы я не съехал с дороги, выбирая нам музыку - Да. - с этим она достала диски разных исполнителей, но она могла сразу понять, что он очень любит рок-музыку. Парень не хотел отрываться от дороги, поэтому сказал: - Выбери теперь любой диск и покажи его мне. - Сейчас, - девушка выбрала один из дисков группы "Coldplay", - вот. Этим диском оказался альбом группы под названием "X&Y". Наверное, это был второй любимый альбом этой группы после “A rush of blood to the head”, однако Макиру знал, что не все песни способны его удержать в бодром состоянии, потому он и сказал: - Нет, это только меня затянет в сон. - Тогда... Может вот этот? - Юи показала диск группы AC/DC. Посмотрев на диск, Макиру немного замешкался с ответом. Это был диск с компиляцией лучших хитов австралийской рок-группы, которую в свое время парень очень любил заслушивать до дыр. Однако сейчас, после тюрьмы, он как-то охладел к этой группе, к тому же, была причина, по которой он не хотел включать этот альбом: - Не, не подойдет. К третьему треку я уже начну засыпать, настолько у них большинство песен похоже друг на друга. -... Может быть "the Killers"? – с подобной фразой она показала диск под названием “Hot Fuss”. Этого диска в своей коллекции Макиру не помнил, поскольку тот ему не принадлежал. Этот альбом американской рок-группы принадлежал его другу, Гацумаси. Не то, чтобы парень этих гайдзинов не любил, это просто была не его музыка, которую часто включал во время путешествий в другой город. Потому, увидев этот диск, Макиру рявкнул: - Блин, я же просил Гацу забрать свой диск из моей машины! - Но это ведь, - Отмечала Юи вопросом его недовольство, - не помешает его включить? Макиру мог отказаться, но перед тем вспомнил, что это, пожалуй, лучший выбор из всех. В конце концов, этот альбом поможет парню не заснуть во время поездки, так что он, сквозь зубы, но сказал: - Ну... Хорошо, ладно... Только все равно я верну его. - А как же иначе? - девушка вряд ли бы не стала оставлять у себя чужое. Девушка вставила диск в CD-проигрыватель, после чего музыка жанра рок полилась из колонок на салон, не давая парню заснуть на дороге. Машина ехала по звездной дороге сквозь чарующие поля, на которые можно было залюбоваться до смерти, было бы солнце на небе. Музыка позволяла ему не уснуть, так как она была довольно зажигательной, так что, Макиру не смыкал глаз с дороги. И так один за другим сменялись треки, как сменялся фон то на поля, то на бескрайние лесные просторы. Уже десяток километров был проеден, и половина альбома уже подходила к концу со своей композицией “Andy, You’re a star”, а машина свернула с основного шоссе на лесную проселочную дорогу. Последующие несколько десятков минут поездочка была не из приятных, ведь из-за того, что это был не асфальт машину неплохо так трясло. Фары дергано освещали дорогу внутрь леса, из-за чего порой могло показаться, что в любую минуту выскочит олень или страшная призрачная девушка в белом, чего Макиру не желал ни в ком случае. Но слава богу, все обошлось без особых проблем, и фары осветили дорогу к одинокой церквушке на опушке леса. Совершенно обычная небольшая католическая церковь из камня, с крестом на крыше, который возвышался под звездным небом и луной. Парень остановил свой сизый ниссан и вышел из него, посмотрев на здание. У входа горели фонари, словно приглашавшие внутрь заплутавших путников. Он посмотрел на Юи, которая также вышла из машины: - Это то самое место? Юи быстро кивнула. Вновь обратив внимание на церковь, он закрыл машину, после чего подошел к двери. Недолго постояв перед двойными дверями, он постучался в них, в надежде на то, что их впустят. Прошел не один десяток секунд. Дверь не открывается. Макиру постучался еще раз. Ответа не слышно около половины минуты, пока глухие звуки шагов не отозвались через деревянные двери. Макиру выдохнул. Понимал, что ему теперь не придется ночевать в машине посреди леса. Двери открылись… Макиру внутри дверного проема увидел перед собой настоятеля, довольно молодого человека в одеяниях священника, коротко стриженный с серыми глазами, гладко выбритый с тоненьким, длинным, с опущенным кончиком носом, не сочетавшимся с его низостью в росте и серыми глазами. Он, несмотря на свой статус католического священника, использовал обыкновенный небольшой фонарик, напоминающий керосиновую лампу, который стоит всего две тысячи йен в каком-нибудь супермаркете принадлежностей. По росту тот был ниже Макиру на голову, если и не на полторы, из-за чего могло показаться, что он совсем мальчик, который только-только окончил второй класс средней школы. - Доброй ночи, настоятель... – Начал Макиру, поприветствовав священника, чье имя тот не знал. Благо пауза долгой не была, поскольку хрипловатый, но высокий голос стоявшего в проеме священника сказал: - Кейичи Харада. Можете называть меня так. - Настоятель Харада. Я проделал слишком долгий путь сюда, и ... – Макиру от усталости на дороге и в попытках скрыть на некоторое время наличие Юи делал паузы, - Мне и ... моей попутчице нужен отдых. Вы не будете против, если мы переночуем у вас? Кейичи осмотрел ночного гостя. Глядя на Макиру и не скажешь, что тот имеет что-то весомое и страшное за плечами. К тому же, с ним была дама, которая также нуждалась в ночлеге, так что он лишь улыбнулся и отметил: - Хм... Вы выглядите, как будто долгое время пробыли без сна. Можете здесь остановиться на ночлег. А где же ваша попутчица? - Сейчас. - После этого Макиру повернулся в сторону и сказал, - Юи, подойди сюда. Юи? На лице священника появились первые подозрения. То есть, девушек с именем Юи в Японии очень много, так что нельзя быть уверенным, что это была именно та самая. Однако после обращения Макиру и его входа в здание церквушки, внутрь зашла девушка, которую он не ожидал здесь увидеть. Кого угодно, но только не дочь Комори Сейджи, который в это время был в восточной Европе, а Юи была отправлена в дом Сакамаки под предлогом отправки к дальним родственникам. Лицо Кейичи исказилось ужасом от неожиданности. Он был уверен, что она не вернется сюда. Так что, единственное, что мог из себя выдавить священник, это слова: - Госпожа Юи Комори? Как вы здесь оказались? - Это отличный вопрос, настоятель Харада, - Сказал стоявший сзади Макиру, положив свою ладонь на плечо настоятеля, смотря на него с серьезным видом, - поскольку, у меня целый вагон и маленькая тележка вопросов, и я хочу знать ответы хотя бы к той маленькой тележке. Настоятель почувствовал некий страх, что дочь священника вернулась, но не должна была. Он уже был в курсе всего, и Юи должны были держать у себя вампиры. Но и от внезапного приезда радоваться нечему. Только сплошь недоумения. Но Сейджи Комори здесь нет, а противится нет смысла. Так что страх сменился на такую же серьезность и немного погодя он сказал: -...Задавайте свои вопросы. Я слушаю. - Отлично. - Сказал Макиру, отпустив плечо Харады, после чего стал ходить из стороны в сторону рядом с настоятелем, - Первый вопрос: По какой причине Юи отправили в особняк к вампирам? - Вам очень нужно это знать? – Спрашивал Харада, пытаясь понять, действительно ли ему не все равно насчет всех перипетий отношений между вампирами и церковью. Тот лишь кивнул, после чего священник продолжил, - Я отвечу. Она на самом деле и должна там быть. Отец госпожи Комори говорил, что она имеет особую роль в жизни этих вампиров, поэтому, нам надо было отправить её в подходящий срок. Юи не понимала ничего о том, что говорит Кейичи. Хоть она и знала, что имеет особую кровь, по словам вампиров, но не могла понять, для чего это было сделано. Больше её не понимал Макиру, который продолжил цепочку вопросов следующим: - Особая роль? Что это значит? С ответом на этот вопрос Харада выглядел так, словно хотел что-то скрыть, будто бы была информация, которую даже перед лицом опасности, потому вместо того, чтобы ответить на этот вопрос, он сказал то, что могло шокировать Юи: - ...На самом деле она могла родиться мёртвой, если бы не одна личность... Эта фраза её и шокировала. Лицо девушки можно было сравнить с лицом подростка, который узнал, что он приемный сын, даже не замечая отсутствия сходств со своими приемными родителями. Вопрос на её губах проявился, словно она пыталась сказать «что», но не могла. Макиру же это было тоже неприятно слышать, но лишь оттого, что эта кошмарная история с получением денег для откупа жизни обрастает новыми лицами и персонажами, лишь усложняя и не давая покою парню, который хотел провернуть все как можно быстрее. А если учитывать накрутку, о которой он узнал не так давно, ему требуется торопиться. Учитывая то, что до пункта назначения ему еще четыре дня езды на машине. От осознания этого его рука самопроизвольно оказалась на лице, прикрывая глаза и нос. - О нет, еще больше лиц для мороки... - Прошептал незаметно Макиру, после чего убрал руку с лица и продолжил, - Личность? Кто-то больший стоит за этим? - Да. – Коротко ответил Харада, серьезно смотря на остановившегося Макиру. От одного только понимания того, что не только одни братья Сакамаки идут по его душу, парень тяжело вздохнул, уже чувствуя своим обонянием, во что он вляпался. И лучше бы это было что-то липкое, вонючее и цвета древесины. Он хотел бы не слышать ответа на этот вопрос, но тот факт, что кто-то стоит за всем этим, заставил его спросить: - Кто эта личность? Ответ, что так не хотел слышать парень от священника, прозвучал довольно быстро: - Рихтер. На лице Юи вновь возникло какое-то подозрение и не сходивший на нет шок, словно она уже слышала это имя раньше, только не помнит от кого именно это имя было произнесено. Макиру же можно было застать с лицом, с которым типичный студент внимает законы теоретической механики, просто при этом молча и тупя. - Кто? - Этого имени Макиру не знал, потому и решил, что оно не так важно, так что, продолжил, - Ладно, проехали. Вы умеете бороться с вампирами? - Знаете ли, Господин Комори - охотник на вампиров, поэтому у него должны быть оружия для борьбы с вампирами. Эта новость немного успокоила Макиру, однако еще и удивила. Он не предполагал, что отец Юи окажется не только священником, замаливающим грехи человеческие, но еще и настоящим избавителем мира от нечисти. "Все же, польза от её отца есть..." - подумал он. Подобная информация заставила парня повернуться к девушке и спросить её: - Ты это знала, Юи? - Н-Нет... Мне об этом не сообщали... Макиру хотел было что-то сказать, даже открыл рот, но потом он вспомнил, что если она не обладает никакими навыками борьбы с нечистью, то можно было легко понять, что её «отец» ей ничего не рассказывал о себе. - Ну да, чего я ожидал? Того, что тебя отправили к ним с целью от отца зачистить особняк, подобно безумной русской сибирячке? - Отметил Макиру, когда ему взбрела в голову такая вот странная идея. Тут же он повернулся к Кейичи и спросил, вспомнив про пунктик с оружием: - Говорите, у него должны быть оружия? Они здесь? - Да. Они здесь. – Ответил Кейичи, продолжая смотреть на Макиру. Тот же, в свою очередь, после этой информации выдохнул, причем довольно громко. В кои-то веки он мог взять нечто другое, нежели обычный серебряный клинок, который был у него за пазухой. Парень воскликнул: - Ну наконец-то! После чего вытащил свой серебряный клинок, который увидел Харада. В какой-то момент, его душа потихоньку начала уходить в пятки. Ему хотелось знать, откуда у него подобный инструмент для убийства вампиров. Макиру же добавил: - Хотя бы, будет еще чем отбиться от оставшихся... В этот самый момент Кейичи вздрогнул и посмотрел на гостей с небывалым ужасом на своих глазах, словно только что стал свидетелем жесточайшего убийства и перед собой видит уродливого и угрожающего маньяка. Потому следующая фраза вылетела из уст священника незамедлительно: - То есть, они скоро будут здесь?! - А разве это было не понятно сразу, как вы увидели Юи? – Отметил Макиру, смотря на Хараду, словно тот сказал что-то тупое и очевидное. Настоятель промолчал. В этом парень был прав. Сбежавшую жертвенную невесту просто так не оставят. Поэтому он просто смотрел на неожиданного гостя с каким-то странным видом и ничего не говорил. Видом, будто бы постыдился за то, что не сразу догадался до того, что вампиры придут сюда, если Юи окажется в родной церкви. В прочем, молчание недолго продлилось в этом месте. - Я хотел бы посмотреть на оружие, которое у вас доступно, прежде чем задать свой последний вопрос на сегодня. – нарушил тишину Макиру, на что Кейичи как-то спокойно отреагировал и покорно сказал с поклоном: - Идите за мной. Я вам сейчас покажу. - Класс. – Отметил парень, после чего шел за священником, рассматривая интерьер церкви вокруг себя. Он ничем не отличался от любого другого интерьера католической церкви, который Макиру смутно помнил по учебнику истории, где на распечатанных гравюрах и рисунках можно было увидеть людей, предметы обихода и почитать описания терминов, которых уже не помнит парень. Местом, в котором хранилось оружие против вампиров, являлась небольшая каморка с огромным платяным шкафом, освещаемая небольшой лампочкой на потолке. Когда они пришли в нужное место, настоятель открыл шкаф, который оказался пустым изначально, взял ключи и отворил замок внутри шкафа, после чего отворилось отделение внутри, освещенное мелкими светодиодами, что для Макиру было непривычно видеть. Он не предполагал, что в храме христианства окажется так много электрических приборов, так что удивленный взгляд можно было легко объяснить. Тут же Кейичи сказал: - Вот эти самые оружия. Выбор внутри небольшого отделения внутри шкафа, к сильному сожалению Макиру, был сравнительно небогат. Учитывая то, что из оружия было несколько кинжалов, синий кругловатый флакончик с какой-то непрозрачной жидкостью и Полуторный меч, красовавшийся на стенке внутри отделения, Макиру вздохнул. Он ожидал гораздо большего ассортимента, чем есть на данный момент, например, арбалета, ружья, пистолетов, различных плюшек против кровососов. - Я так полагаю, - говорил Макиру, видя пустующие места внутри этого отделения, - ассортимент был побольше? - Да, Вы правы. Господин Комори взял с собой несколько вещей, находящихся здесь. - Что именно он забрал в дорогу? – Хотел поинтересоваться Макиру у Харады, на что тот незамедлительно ответил, посмотрев на пустующие места: - Кинжалы, пистолеты с серебряными пулями, и несколько ядов от вампиров. От осознания того, что у него нет всего запаса оружия, которое могло бы пригодиться, Макиру лишь закатил глаза, хоть и понимал, что от огнестрела в его руках мало проку, после чего сказал: - Ладно, все равно лучше, чем ничего. Взяв в руки тот самый полуторный меч, что висел на стенке отделения, он осмотрел его со всех сторон. По своей длине он напоминал среднестатистическую катану, однако лезвие было более широким и заточенным c обеих сторон, как и подобает мечам европейского типа. Гарда, отделанная под католический крест внутри небольшого круга, говорило о священности оружия, а серебристый блеск говорил о тяжести орудия, которое держал в руке Макиру. Насмотревшись на него, Парень вернул священное оружие обратно на крючки, что его держали в отсеке, и сказал: - Ладно. Последний вопрос: где у вас можно поспать? - В комнате господина или госпожи Комори. – Безо всяких промедлений ответил на столь простой вопрос Харада. Макиру же хлопнул в ладоши и, идя к двери, сказал: - Тогда доброй ночи. После этой фразы Макиру со звучным зевом отправился к Юи. Кейичи провожал его довольно прохладным взглядом, словно не доверял внезапному гостю в этом месте. И его можно было понять. Тебя верхи католического общества в Японии приставляют к церкви далеко от родного Хоккайдо, в теплое место, где тебя уверяют в том, что девушка, которая жила в этом месте, отправится по адресу, который важен для них. А тут мало того, что она вернулась, так и оказалось, что её спас какой-то случайный человек. Нетрудно догадаться, что священник не может доверять столь неприятным сюрпризам, а учитывая то, что сюда направляются Вампиры, он точно знал, что им не поздоровится. Юи же сидела на скамейке, где прихожане могли прийти и послушать молитвы, не говоря о том, что и самим помолиться. Вид её был довольно запутавшийся и смятенный. Буквально в один за один разговор она узнала слишком много информации о себе, и предпочла бы она эту информацию не то что забыть, а вообще никогда не знать. Подумать только, она все это время жила не со своим сердцем, а чужим, так еще и имя некого Рихтера, который пересадил ей сердце, кажется ей знакомым, вот только она все еще не может вспомнить, где она могла услышать это. В прочем, недолго она сидела, опустив свою светлую головушку в пол. Макиру с довольно усталым видом подошел к ней и сказал: - Что же, можешь идти спать. - Она оторвалась от пола и посмотрела на него. Девушка поняла, что он говорил про сон, так что она лишь кивнула, а он продолжил, - Свою комнату знаешь где найти. - Конечно, Нахаси-сан... – Тихо ответила Юи, мягко улыбнувшись. - И да, последнее, - Макиру вспомнил одно дело, которое хотел сделать не так давно, посему вытащил серебряный клинок Субару из кармана и протянул его Юи, - Я знаю, что ты им не воспользуешься. Однако на всякий случай пусть он будет у тебя. Мне он не понадобится больше. Девушка посмотрела на это оружие, вспоминая то, каким был Макиру, когда вернулся после победы над Аято. На её лице на минуту пропала улыбка, она лишь продолжала смотреть на клинок, который чудом спас их жизнь. Однако после Юи решительно взяла оружие, ведь никогда не узнаешь, что будет с тобой. Хоть она и не искусный убийца и вряд ли использует его, ведь понимала, что не способна на подобное. Посмотрев в глаза Макиру, Юи произнесла: - Хорошо. Я постараюсь его сохранить у себя. Макиру улыбнулся впервые за несколько часов, и казался ей более теплым человеком, когда так делал. Она не понимала, в чем дело. Может, в том, что ему хватило смелости и отваги безо всякого умысла спасти её в тот роковой вечер, когда она сбежала от Райто после школы, надеясь, что у неё получится связаться с отцом, учитывая сломанный мобильный телефон. Парень же ответил ей: - Спокойной ночи, Юи. После этого он ушел в комнату её "отца". Небольшая комнатушка с каменными стенами и небольшим окошком над столиком для писания, одноместной кроватью и молитвенным уголком, где священник молился в подходящее время. Также был и шкаф, в котором было пусто, так что, он снял с себя свою кожаную куртку, джинсовую рубашку, оранжевую футболку с принтом, после чего снял свои джинсы, повесив их на стул у письменного стола и улегся в постель. Не сразу он, конечно насладился сном, ибо матрас был довольно жестким, да и подушка слишком мягкая. Через несколько минут он уже был на ты с Морфеем… Юи же вернулась в свою небольшую комнатку, которая ничем не отличалась от комнаты своего опекуна. Так что, так же сняв с себя одежду и надев висевшую в шкафу ночную рубашку до пят, она легла в свою постель и также пыталась уснуть. Хоть и по ней можно было заметить некое беспокойство. Хоть и ничего не изменилось в её комнате, но спится ей уже не так спокойно, как до этого. Потому она поднялась с кровати и пошла в зал, чтобы помолиться перед алтарем. Недолго постояв там с закрытыми глазами, произнося молитвы про себя, она услышала голос Кейичи в его комнате, в которой горел свет, а деревянная дверь была немного приоткрыта. То, что она услышала, было: - Плохие новости. Госпожа Комори вернулась в церковь. По его реакции в голосе она понимала одно, и это одно отозвалось у неё в голове небольшим сигналом, говорящим отчетливо и четко: «Он не станет меня держать здесь…» Следующей фразой, что прозвучала от священника была ответом, судя по всему, на возмущение: - Я знаю, так не должно было произойти, но так и есть. Я сам её видел пару минут назад. - Очередное молчание на несколько секунд перед тем, как он продолжил, - Она не одна. С ней человек, примерно младше тридцати… Судя по всему, он её спас. К тому же, у него откуда-то серебряный клинок… Вряд ли, по нему не скажешь, что он охотник. К тому же, я не знаю ни оного охотника с фамилией Нахаси. Есть только Нацуки, но он на задании в Окинаве, да и староват, тому на вид лет тридцать… Что? Дождаться указаний и не высовываться? Хорошо… Я вас понял. Он повесил трубку, после чего заметил, что дверь была приоткрыта, после чего послышались спешные шаги. Юи очень испугалась, ведь, возможно, она подслушала что-то, чего ей знать не следовало, потому и откланялась к себе в комнату довольно быстро. Кейичи открыл дверь и с подозрительным видом оглядел ближайшую местность. Никого не было. Он хмыкнул и закрыл дверь на замок. Юи же к тому моменту уже лежала на кровати в своей комнате, пытаясь заснуть. Долго, конечно, ей ждать не пришлось, так что заслуженный сон её настиг…