Истории из жизни

      — Я хочу выпить, — категорично заявила Хаора, хотя желудок предательски свело от одного упоминания о еде.       Любимый столик в таверне был занят, но девушке пришла в голову идея взять всё с собой и отправиться в воздушный порт, где можно было обойти барьер и слететь к холодному озеру. Бодрящий свежий воздух был сейчас как нельзя кстати.       Рыжий был совершенно не против холода. Его беспокоило только то, что Хаора могла замёрзнуть. Потому убийца едва не силком вручил девушке свой тёплый плащ.       Бутылка бренди и горячие бутерброды с сыром и мясом стали поздним завтраком для пары асмодиан. Корунд запоздало пожалел о том, что в суете совсем не позаботился о наполнении портсигара. Они с целительницей с утра скурили все его остатки.       После алкоголя на едва забитый желудок Хаору потянуло на разговоры. Чуть тронутые хмельным дурманом глаза упёрлись в следопыта.       — Скажи, почему ты такой говнюк? Я имею в виду, вот какого хера я страдала, мучилась с тобой, лечила… потом помогала Юсу тебя спасать… А стоило тебе оклематься, как ты пошел по бабам… мудак ты, понял? Му-да-чи-на. Бесишь вообще… Ты же мне ничего хорошего не сделал. С тех пор, как мы познакомились… Ну, заново… Ты же мне ничего хорошего не сделал! Одни проблемы…так хули я за тебя парюсь?       Рыжий округлил глаза. Подобного прямо в лоб он совсем не ожидал.       — Я исправляюсь, — он примирительно улыбнулся и, протянув руку, поправил на жрице плащ. — Вот, на каникулы тебя везу. А потом… хмф…       Корунд прервался на глоток бренди. Губы едва не прилипли к стакану.       — Потом ещё что-нибудь придумаю! Вот ув… увидишь.       — Хуикулы, — отозвалась девушка, цапнув бутылку с бренди и отхлебывая прямо из горла. — Думаешь, я тебе верю? Ни-ху-я. 400 лет блядовал и в один миг исправишься? Не смеши мою булаву. И похуй, что она дома валяется, ей даже оттуда смешно.       Целительница закусила губу, взбалтывая остатки бренди и веско произнесла:       — Я тебе не дам. Не хочу себе букет заболеваний потом лечить.       — Мне кажется, тебе уже хватит, — следопыт забрал бутылку из рук пьяной жрицы. — Давай-ка домой собираться. Пока зад не отморозила.       Он хмуро глянул на Хаору и сделал глубокий вдох. «Не рычи на неё, спокойствие», — мысленные мантры помогали плохо.       — И к твоему сведению, — едва не сквозь зубы начал Рыжий, — нет у меня никаких заболеваний.       — Пока нет, — пожала плечами жрица, провожая взглядом бутылку. — Почаще шлюх трахай и будут. А за мой зад не беспокойся, тебе до него не должно быть дела. И ваще, я с…ик!.. сама могу домой, понял? Нечего мне тут указывать, ты мне никто.       Хаора гордо задрала нос и фыркнула, выражая свое презрение и самодостаточность.       — Вот и славно. Тогда… — но готовые сорваться с губ гневные реплики так и не стали озвучены. «Рыжий, загляни-ка ко мне, есть разговор», — разума убийцы коснулся голос Берка. Интонация была какой-то слишком уж ехидной. Из-за этого вдоль гривы побежали мурашки. Корунд зябко поёжился и тряхнул головой.       — Прости, котёнок, дела нарисовались, — торопливо произнёс он, словно и не было только что едких реплик от Хаоры. — Мне нужно отлучиться. Займись сборами пока?.. Я быстро.       Убийца вернул целительнице бутылку с остатками бренди и сунул руку в карман, чтобы найти свиток перемещения. Спустя несколько мгновений эфирный ветер унёс его обратно в Фернон. В душе поселилось нехорошее предчувствие.       — Ну конечно, — жрица показала спине исчезающего следопыта средний палец. Грустно окинув взглядом опустевшую полянку, Хаора поняла, что в одиночку сидеть здесь ей абсолютно не хочется. В воздухе повис косой портал возвращения.       Дома девушку разморило окончательно. Нет, как и просил Корунд, она достала сумку и бросила туда даже парочку вещей. Венчали эту горку черные кружевные трусики, хотя спроси кто жрицу, зачем они ей там, она бы не ответила.       Диван, оказавшийся в поле зрения, оказался донельзя притягательным. Хаора, пообещав себе, что это только на пять минут, рухнула поверх покрывала, заснув наконец-то крепким сном без сновидений.       Берк встретил подчинённого кривой ухмылкой.       — Прикрой дверь, — кивнул он Рыжему. Тот закрыл дверь и шагнул ближе к легату.       — Я немного занят был, надеюсь, это действительно что-то важное, — хмыкнул Корунд.       — Важное, — отозвался Берк и медленно встал из-за стола. — Теперь ты будешь являться на малейший мой зов, сразу же, без вопросов.       — Чего?.. — недоуменно переспросил Рыжий и вопросительно изогнул бровь.       — Если не хочешь, чтобы твою асмоэлийку прибрал к рукам Храм Правосудия, — продолжил Берк, — ты будешь подчиняться и служить. Если я скажу умереть, ты возьмёшь и сдохнешь. Не спрашивая зачем.       Пока гладиатор говорил, его глаза загорались алым. От чувства собственного превосходства он как будто увеличился в размерах, едва не загородив собой всё окно. Корунд смотрел на него, раскрыв рот, и не мог подобрать слов. Берк шагнул к нему почти в упор и посмотрел сверху вниз. Он прекрасно знал, насколько Рыжий ненавидел это. Убийца стиснул кулаки до скрипа кожаных перчаток и опустил взгляд.       — Любой приказ исполняешь без возражений и обсуждений. Любой. Ты понял? — вкрадчиво поинтересовался Берк.       — Угу… — процедил Корунд, постаравшись, чтобы голос не дрогнул. Внутри что-то больно стукнуло и как будто разлетелось на сотню осколков, а на шее возникло ощущение затягивающейся петли.       — Как ты разговариваешь со старшим по званию, легионер? — фыркнул Берк. Злорадство и власть, которую он наконец-то обрёл над рыжеволосым следопытом, едва не пьянили его. Корунд вскинул на воина полный бессильной злости взгляд.       — Да, легат, я всё понял, — чеканя слова, поправился он. Мысленно Рыжий уже изрезал Берка на ленты. Тонкие губы гладиатора растянулись в нехорошей улыбке.       — На колено, как положено, — скомандовал он. Зрачки Корунда обратились в крохотные точки, теперь оба глаза были чистым воплощением дремлющего глубоко в груди огня. Но даже эта стихия была бессильна против сложившейся ситуации. В итоге убийца опустился на колено перед Берком и низко склонил голову.       — Я понял. Готов… служить, — глухо проговорил он.       — Вот и славно, — с довольным видом протянул Берк. — Вставай и выметайся. Ты мне пока не нужен.       Дважды просить не пришлось. Рыжего буквально сдуло из кабинета. Проводившие его взглядом легионеры тихо зашушукались. Кажется, с этим рыжеволосым снова что-то происходило.       Но Хаора, безмятежно дремлющая на диванчике в гостиной, и представить себе не могла, во что вылилось посещение «проверенного» целителя. Жрица безотчетно ухватила краешек одеяла и что-то тихо бормотала во сне. Извечная насмешка пропала с губ, разгладилась чёрточка между бровями. На скулах прочно поселился алкогольный румянец. В таком виде целительница выглядела донельзя милой и беззащитной.       Корунд решил дать время Хаоре на сборы, а себе — чтобы остыть. Он провёл почти три часа на арене, кромсая попадавшихся соперников и давая выход гневу. Только когда кончились проходные билеты, по уши заляпанный кровью убийца тяжело привалился спиной к стене и медленно сполз на пол.       «Да будь ты проклят», — вытянув ноги, от души пожелал он. Так он просидел ещё с полчаса, ловя прохожих и предлагая им дуэли. Только когда клинки начали едва не выпадать из уставших рук, Корунд почувствовал себя лучше. Просто не осталось сил на другие мысли. Хотелось только одного — отдыха. А он как раз задолжал одной строптивой жрице каникулы. Но для начала следовало привести себя в порядок.       Вопреки обыкновению, Корунд отправился не в таверну, а домой, в Келькмарос. Пыльный дом встретил его тишиной и прохладой воды в душе.       Посреди гостиной мешком валялась выигранная палатка. Отмывшись и отчистив дублет, Рыжий мысленно спросил у целительницы: «Хаора, ты готова?» и стал собирать вещи сам. К палатке добавились купальные шорты, большой полосатый плед и два спальных мешка, один из которых Корунд захватил в Пандемониуме после арены. Бедная бакалейщица смотрела дикими глазами на окровавленного следопыта, пытавшегося расплатиться.       Лёд в морозильном ящике растаял пару часов назад. Всё заготовленное и охлаждённое спиртное безнадёжно нагрелось. Рыжий мысленно порадовался, что не стал покупать еду, решив добыть её там охотой. Иначе сейчас весь дом бы пах несвежими продуктами.       Жрица не отозвалась. То ли была слишком занята, то ли снова что-то случилось. На деле же она дрыхла самым беспробудным сном. Кольчуга давным давно оставила след на коже, больно впиваясь в тело, но уставшая и опьяненная целительница даже не реагировала на это, таким сильным было истощение. Голос Корунда звучал каким-то далёким эхом. Хаора поморщилась и перекатилась, разметав волосы по подлокотнику, на котором спала.       Взламывать её замки начало постепенно превращаться в традицию. «Почему ты такой говнюк?» — вдруг вспомнился вопрос, и Рыжий невольно провёл ладонью по оставленным на двери царапинам. Он бесшумно скользнул через порог, снова прихватив с собой немного снега и морозного ветра.       Когда Хаора отыскалась спящей на диване в гостиной, убийца не сдержал облегчённого вздоха. Он подошёл ближе и пару мгновений смотрел на девушку. Во власти сна она выглядела такой безмятежной… и милой.       Рыжий наклонился и осторожно поднял её на руки, чтобы отнести в спальню. Даже несмотря на тяжесть кольчуги, ему показалось, что Хаора ничего не весит. Следопыт донёс её до кровати и устроил там на матрасе и подушке.       «Вот тебе и каникулы», — мысленно фыркнул он и стащил с неё сапожки и перчатки. А поразмыслив немного, ослабил несколько застёжек на доспехе. Раздевать целительницу Корунд не рискнул. Укрыв девушку одеялом, он бесшумно покинул её спальню.       Жрица проспала ещё три часа. От похмелья было сухо в горле, да и тело ныло после кольчуги, но в целом Хаора чувствовала себя значительно бодрее. Несколько мгновений девушка лежала, глядя в потолок и вспоминая, что наговорила Корунду накануне.       «Ой бля… Ну всё, плакали нормальные каникулы…ужас, Хаора, как можно так нажраться всего с половины бутылки виски?»       Мысленно укоряя себя, девушка вышла из спальни, пытаясь вспомнить, каким образом там очутилась. Вроде бы она засыпала на диване…       На столике в гостиной лежало несколько сигарет. Таких, как они курили с Рыжим утром. С кухни доносился едва уловимый аромат уже остывшего кофе и какой-то сладкой выпечки.       Пока Хаора спала, Корунд подсуетился на счёт её ужина и вредных привычек. В ушах убийцы эхом звенели укоры целительницы. Периодически они сменялись на ехидные реплики Берка.       Маясь бездельем, он побоялся натворить глупостей и смотался в Пандемониум… чтобы заказать новую дверь вместо поцарапанной. И с замками посложнее.       «Рыжий? — Хаора осторожно потянулась к следопыту мысленным импульсом. — Доброе утро… то есть, день. Или вечер уже? Извини за тот разговор, я… переборщила».       Признаваться и расписываться в собственной глупости было крайне неприятно, но совесть требовала и скреблась на душе.       «И спасибо за кофе… И сигареты. И ту странную булку тоже, она вкусная. Ты придёшь?»       Зов застал следопыта за беседой с торговцами. Те сокрушённо качали головой и разводили руками. Корунд сломал с десяток замков, придирчиво выбирая новую дверь для Хаоры. А вот с последним он возился уже целую минуту. Убийца расплылся в широкой улыбке. Даже после всех колкостей, что накануне наговорила целительница, влюблённый идиот был балаурски рад её слышать.       «Вечер, котёнок, — ухмыльнулся Рыжий, кивая и показывая торговцам на выбранную дверь. — Я не в обиде и… да, жди в гости с… эхм… подарком».       По указанию Корунда дверь пришлось перекрасить. Теперь она отличалась от старой только узором на древесине, отсутствием царапин и сложностью замка. Минут 20 спустя следопыт с парой шиго-рабочих был на крыльце дома Хаоры. Мохнатые дельцы удерживали его покупку, пока Корунд стучался в многострадальную дверь.       Хаора открыла почти мгновенно. За это время девушка уже успела собрать остаток вещей и ждала следопыта в гостиной. Хотя она не знала, отправятся ли они в Герху на ночь глядя или же подождут утра. Но в любом случае, жрица уже была готова ко всему. Кроме, пожалуй…       — Рыжий, нахуй здесь эта дверь? — изумлённо спросила у Корунда Хаора, глядя на шедевр плотников.       — Ну… — многозначительно протянул Корунд и одарил целительницу широкой улыбкой. — Я тебе столько раз ломал замок, что он уже почти не работает… да и вон царапин сколько оставил.       Убийца развёл руками, демонстрируя когтистые пальцы, и уставился на Хаору, мешая во взгляде преданность, толику волнения и лукавство.       — Исправляюсь, в общем, — заявил он, — нравится?       — Нам за ожидание не платят, карун, — вмешался один из шиго. — Даэвы хотят, чтобы мы поставили дверь?       — Нравится, — машинально кивнула девушка, — Корунд, ну она же дорогая, а ты только недавно на службу вернулся…       Хаора вышла на порог и провела ладонью по отшлифованной поверхности. Подарок был странным, но, безусловно, крайне полезным и жрица это прекрасно осознавала.       — Спасибо, — растерянно выдохнула девушка. — Ты прямо мистер оригинальность. Двери мне ещё не дарили.       При упоминании о службе Корунд на миг помрачнел. Ехидная физиономия Берка снова всплыла из глубин памяти. Но Рыжий быстро затолкал её обратно и улыбнулся Хаоре.       — Не дорогая, это ведь не резиденция, — пожал плечами он. — А традиционный веник будет в Герхе, — пообещал Корунд и, кивнув мохнатым, шагнул к Хаоре. Приобняв девушку за плечо, он вместе с ней зашёл в дом, чтобы та не замёрзла, да и не стоило мешать шиго делать свою работу.       — Мы же летим в Герху, м? А то там у меня палатка без дела пылится вместе с парочкой спальников…       Следопыт лукаво ухмыльнулся, а за спинами даэвов зашумели проворные работники, начав замену двери.       — Летим, конечно, — согласно кивнула девушка и указала на собранную сумку. — Я уже готова. Сейчас тут будет очень шумно, так что лучше убраться поскорее.       Хаора тепло улыбнулась, окончательно сменив гнев на милость. По крайней мере до следующего серьёзного проступка.       Привратник Герхи долго смотрел в спину двум ненормальным, которые решили отправиться на прогулку поздней ночью. Но Хаоре было всё равно, запрокинув голову, она рассматривала звезды, восхищенно вздыхая и периодически хватая Корунда за руку, чтоб обратить его внимание на что-нибудь.       Каждому такому прикосновению убийца радовался как мальчишка. Как будто и не было обременённого даэвской службой 400-летнего офицера. Ночь была просто сказочной. Практически безветренной, с чистым высоким небом и сотнями ярких звёзд.       Они ушли подальше от площадки полётов. Ноги вязли в мелком песке, но это было даже приятно, потому что можно было просто спокойно идти, а не гнаться за кем-то или убегать. Море шумело совсем рядом и дышало прохладой.       Парочка асмодиан миновала несколько пещер, прежде чем Рыжий предложил устроить лагерь. Это была широкая песчаная отмель, с обеих сторон отгороженная скалами и высокими старыми пальмами. Впереди было море, а позади — густые тропические заросли. Это место было настолько удалено от охотничьих троп, что сюда обычно никто не забредал.       — Ставим палатку? — Корунд окинул взглядом их новые «владения». — Можно ещё пройтись, но следующая отмель далековато отсюда.       — Пускай здесь, — согласилась целительница. По большому счёту, ей было всё равно, где они остановятся на ночлег.       На песок упала рубашка и брюки. Хаора осталась в чёрном раздельном купальнике, который подчёркивал гораздо больше, чем скрывал. Судя по всему, девушка решила искупаться прямо сейчас.       — Может сначала хоть немного освежимся, а потом палатку? — предложила жрица, глянув на следопыта.       Больших усилий стоило Корунду перестать пялиться. А ещё он порадовался тесноте своих кожаных штанов. Целительница выглядела просто сногсшибательно в полуголом виде.       — Да, — лаконично ответил он, едва не облизываясь. Но потом опомнился. — В смысле купаться, я за! Сейчас только найду, куда плавки бросил…       Ему в много раз контуженную голову и не пришло надеть купальные шорты сразу. Распотрошив содержимое сумки, Корунд возликовал и принялся скидывать с себя части доспеха. Только коснувшись застёжек и шнуровки штанов он скосил взгляд на Хаору.       — Я быстро, — пообещал он и скрылся в кустах. Это было отчасти странным. Чего могла не видеть целительница, собиравшая его тело после боя с пилотом едва не по кускам. Но как бы то ни было, уже полностью переодетый следопыт показался на берегу буквально спустя минуту. Хаора тихо хихикнула, втайне умиляясь такому поведению.       — Знаешь, целым и не в потёках крови ты нравишься мне гораздо больше, — хмыкнула девушка, хватая следопыта за руку и потащив к воде.       За день море успевало нагреться и теперь постепенно отдавало тепло, радуя внезапных визитёров мягкими волнами и приятным контрастом с прохладным воздухом. Не хотелось даже выныривать, настолько хорошо было в воде. А серебристые блики от луны на чёрной глади добавляли романтики. Хаора мерно двигалась, стараясь рассчитывать силы и не заплывать слишком далеко.       Рыжий оказался удивительно хорошим пловцом для уроженца Белуслана. Пару раз он довольно сильно удалялся от берега, но потом быстро возвращался и, раскинув конечности в стороны, дрейфовал неподалёку от Хаоры.       Волны лениво покачивали расслабленное тело. Тёплая вода приносила облегчение вымотанным на арене мышцам. «Только бы Берк не дёрнул», — единственная мысль, которая омрачала ситуацию. Но и то ненадолго. Стоило скосить взгляд на плавно двигавшуюся по волнам целительницу, сердце билось сильнее, а губы сами собой начинали улыбаться.       Почувствовав усталость, Хаора стала двигаться к берегу. Выскочив из воды, девушка стала торопливо искать полотенце, так как ночной ветерок ощутимо стегнул по мокрой коже, вызывая мурашки и заставляя ёжиться.       — Отличное начало! — улыбаясь, крикнула жрица. — Мне тут нравится!       Было нечто упоительное в осознании того, что они тут вдвоём, и вокруг больше ни души. Одиночество на двоих было чем-то новым и приятным. Выудив наконец полотенце, девушка стала вытираться, надеясь поскорее избавиться от холода.       Рыжий вышел из воды следом. Пушистая грива теперь мокрой тонкой полосой липла к спине и ноге.       — Фу, вот хоть стричь после этого, — вздохнул следопыт, оцепляя от бедра «хвост» и легонько выжимая его. Налетевший ветерок пробежался по коже волной мурашек. Убийца попрыгал на месте, стряхивая с себя воду и согреваясь одновременно.       После чего он решил взяться за установку палатки. Как Корунд и говорил, она действительно была просторной, что в длину, что в ширину. Эдакий шатёр для двоих. Внутрь были уложены оба спальника. О разделительной линии Рыжий предусмотрительно упоминать не стал.       Недолго думая, он вернулся в те же заросли, где переодевался, и притащил оттуда охапку хвороста. За поленьями потолще пришлось сходить ещё раз. Но зато теперь импровизированный лагерь обзавёлся ещё и костерком.       — Прошу, — Корунд шутливо поклонился Хаоре, обеими руками указав на расстеленный у костра плед.       — Красота, — искренне восхитилась девушка, вычесывая свои волосы. Пока Корунд ходил за дровами, жрица успела переодеться в просторное платье, а купальник забросить сушиться на крышу палатки. Усевшись на плед, Хаора ещё несколько минут занималась своими волосами, а потом замерла, хитро глянув на убийцу.       — Садись сюда, я тебя вычешу тоже.       Рыжий удивлённо округлил глаза. Но от предложения отказываться не стал. Захватив из палатки одну из припасённых бутылок ягодного сока, он подошёл к пледу и плюхнулся рядом с Хаорой. Оттуда открывался вид на море и чувствовалось тепло, шедшее от костра.       — И правда красота, — убийца сладко потянулся. В отличие от девушки, он пренебрёг одеждой и не стал переодеваться после купания. Теперь сидящая рядом целительница могла детально рассмотреть, во что превратился стонавший на её диване мешок с ломанными костями.       Пальцы целительницы пробежались по плечам следопыта, коснулись тренированных мышц на руках, а потом и вовсе нырнули вперёд, ощупывая кубики пресса. Присвистнув, Хаора наконец взяла в руки расческу, принимаясь за дело. Работа предстояла сложная, а с учётом того, что о своей гриве асмодианин, судя по всему, особо не заботился, то это грозило затянуться надолго.       — Надеюсь, ты же не боишься щекотки, да? — ляпнула Хаора первое, что пришло ей в голову, лишь бы разбавить тишину.       — Нет, — качнул головой Рыжий. Исследовательские прикосновения Хаоры пробудили в его разуме неуместные желания, осуществление которых целительница точно не одобрит.       — Но можешь попробовать, вдруг вру, — задумчиво продолжил убийца, чувствуя себя как-то странно. Ему ещё не доводилось давать свою гриву на такие процедуры. Как и ко многому в своей внешности, он относился к ней как к чему-то самому собой разумеющемуся. Тоску вызывал только обломанный почти под корень коготь на безымянном пальце правой руки.       — А ты знатный врунишка, я помню, — хмыкнула девушка.       Помогая себе пальцами, Хаора распутала основные пряди и теперь прохаживалась расческой по каждой. Вот щётка коснулась загривка, потом ниже, между лопаток, и наконец в самый низ, до кончика хвоста.       — У тебя очень густая грива, — заметила жрица, едва удерживаясь от того, чтоб начать заплетать косички. Взамен этого она отложила расческу и стала просто пропускать пряди между пальцами, массируя кожу кончиками. Короткие ноготки порой скребли по телу, но вряд ли могли причинить вред.       Корунд шумно вздохнул, стоило ловким пальцам жрицы закопаться в шерсть на его загривке. Давно его так никто не трогал там. Эти ощущения были будто из прошлой, почти забывшейся жизни. Убийца невольно вытянул ноги и закопал их в песок, без труда взрыв рыхлую поверхность.       — Потому что… жил… в Белуслане, с самого рождения и… до… долго, — как ни старался взять себя в руки, а устроенный Хаорой «массаж» участил дыхание и зажёг в глазах оранжевые огоньки. Прикосновения будто электризовали кожу и будоражили кровь адреналином.       А Хаора, ведомая инстинктом или интуицией, невольно продолжила «экзекуцию», потрепав рыжего за загривок, а потом спустившись туда, где появлялись крылья и концентрировался эфир.       Ей нравилось изучать тело асмодианина, ощущать, как колотится его сердце. Жрица понимала, что в прямом смысле играет с огнём, но удержаться уже не могла. Корунд стиснул когтями край пледа, на котором сидел. Краем сознания, тонущего в барабанном бое собственного сердца, убийца пристыжено понимал, что ещё чуть — и начнёт стонать. Он уже не мог усидеть спокойно и ёрзал, хватая воздух ртом мелкими порциями, чтобы не было так слышно его сопения.       Но ещё пара мгновений такой пытки, и Рыжий не выдержал. Он внезапно развернулся и, ухватив жрицу за плечи, отклонил её на плед, сам нависнув сверху. Во взгляде следопыта был настоящий пожар. Хаоре удалось завести его таким незамысловатым образом.       — Что ты… делаешь со мной, а? Играешься? — слегка хрипло спросил Корунд, склонившись совсем низко к лицу девушки.       — Рыжий, я… — девушка растерянно пискнула, оказавшись прижатой к земле. Во взгляде скользнуло недоумение. — Ты чего? Разве я сделала что-то плохое? Не нависай надо мной так!       Хаора вновь начала хмуриться, глядя на Корунда снизу вверх. Зелёные глаза встретились с оранжевыми. Девушке не нравилось такое беспомощное положение, а ещё она искренне недоумевала, что произошло и почему следопыт так себя ведёт. О том, что невинный массаж может привести к некоторым последствиям, жрица не задумывалась.       А в сознании убийцы здравый смысл боролся со вспыхнувшим желанием. Несколько мучительно долгих мгновений он не менял позу. Рыжему хотелось зацеловать губы Хаоры, украв у неё возможность спокойно дышать и разговаривать. И кроме этого, пробудилось звериное желание укусить её за кончик видневшегося из-под мокрых волос уха или за шею. Корунд наклонился ещё ниже, ткнувшись носом и сгиб между плечом и шеей.       — Такие прикосновения… они… — с жаром зашептал он, щекоча светлую кожу целительницы своим дыханием. — Заводят меня. Так что если ты не хочешь… последствий, не делай так.       Под конец фразы маленькому участку кожи девушки достался горячий, но совсем короткий поцелуй. Теперь Хаора смогла ощутить, насколько взлетела температура убийцы. После чего Рыжий отстранился.       — Прости за это, — пристыжено пробормотал он, — совсем крышу сорвало. Хаора вспыхнула. Румянец на щеках был заметен даже в отсветах костра. Девушка села, потирая то место, куда пришелся поцелуй, и не зная, куда спрятать глаза.       — Рыжий… я не понимаю, что со мной происходит, — честно призналась Хаора, — с одной стороны ты мне нравишься, очень… И благодаря памяти о прошлой жизни возникает ощущение, что мы знакомы так давно и всё правильно. Ну, настолько, насколько вообще могли быть правильными такие отношения. А с другой стороны, я понимаю, что в этой жизни мы знакомы всего ничего, толком не знаем друг друга… и я не очень готова морально к близости. Хотя моё подсознание провоцирует меня делать всё так, чтоб раздразнить тебя…       Под конец тирады девушка всё же подняла взгляд.       — Это ты меня извини, я… не буду больше.       Рыжий глубоко вздохнул и, подтянув колени к груди, запустил когти обеих рук себе в волосы, ероша их. После чего он скосил взгляд на Хаору. Какова бы ни была выдержка следопыта, а возбуждение не могло схлынуть во щелчку пальцев.       — Мне нужно искупаться после такого, — девушке досталась едва заметная улыбка. — Остыть. Составишь компанию?       — Мой купальник мокрый… — жрица оглянулась на палатку, но потом всё же согласно кивнула, — искупаюсь в платье, а потом надену что-нибудь другое.       Хаора поднялась первой, всё ещё смущённая от произошедшего.       «А ведь начиналось всё так невинно…», — мысленно укорила себя девушка.       — Я тебе потом ещё сухое полотенце дам, — кивнул Корунд, — ты ступай первая, я сейчас догоню.       Сконфуженный следопыт так и остался сидеть на пледе. Почему-то ему не хотелось, чтобы Хаора видела результат своих игр. Только когда целительница удалилась к кромке воды, убийца встал с пледа. Мысленно ругая себя на чём свет стоит, он поспешил в море за ней. Прохладная вода окутала разгорячённое тело и не получившую разрядки плоть. Рыжий едва не застонал. «А у неё входит в привычку обламывать меня», — между делом подумал он. По мере плавания определённо становилось легче. Правда на этот раз расчёсывать свою гриву Хаоре он не даст.       Только очутившись в воде, Хаора осознала, что не самой умной идеей было лезть в воду в платье. Тонкая ткань облепила тело, подчеркивая отсутствие под ней всякого белья. Пока жрица находилась в воде, все было в порядке, но стоило выйти на берег, как очевидный «недостаток» купального костюма стал заметен не только жрице, но и Корунду.       «Кажется, я сделала только хуже… Не надо было идти…», — Хаора закусила губу, стараясь отлепить платье хотя бы от ног.       Жрица стояла лицом к палатке и спиной к морю. С такого ракурса Рыжему открывался просто прекрасный вид на страдалицу. Тонкая ткань платья тотчас приклеивалась обратно к телу, стоило отпустить одну её часть и подцепить новую.       Убийца закусил губу и с головой ушёл под воду. Теперь его не спасало и купание. Пользуясь тем, что Хаора стоит к нему спиной, Корунд вышел из воды.       — Вот тут полотенце, — тем же хрипловатым тоном проговорил он и, наклонившись, выудил из приоткрытой палатки полотенце. При этом он умудрялся оставаться за спиной целительницы, голодным взглядом очерчивая каждый её видимый изгиб. Когда следопыт выпрямился, чтобы вручить вещь девушке, он неловко подался вперёд, задев её бедро отвердевшим членом.       — П-прости, — больших усилий Рыжему стоило не отшатнуться, уходя в маскировку, а просто вручить Хаоре полотенце и мужественно отвернуться.       «Снег… холодный душ… злой Юстиэль… кубики льда за шкирку…» — мысленно успокаивал себя следопыт.       — Это я палку притащил, — вдруг нашёлся он, ногой подцепив прутик с песка. — Чтобы ты могла начертить линию… ну ту, между спальниками.       — Спасибо… — жрица принялась быстро вытираться, а потом плюнула и замоталась в полотенце прямо поверх платья. — О, точно, а я даже забыла…за всем этим…ну…не важно. Хорошо, что ты напомнил.       Жрица взяла прутик и стараясь на оборачиваться к следопыту, подошла к палатке. По песку пролегла широкая линия.       — Будем ложиться? — тихо спросила целительница, по-прежнему не отпуская прутик.       — Да, давай выспимся, — закивал Корунд, хотя сна не было ни в одном глазу.       Пользуясь тем, что Хаора на него не смотрит, он торопливо переоделся в сухое.       Благо в палатке было достаточно темно, чтобы взрослые даэвы перестали смущаться друг друга как малые дети. Они забрались в свои спальники и пожелали друг другу спокойной ночи.       Но как ни старался, Корунд не мог заснуть. Тонкие пальчики даже в полудрёме касались его загривка, перебирали шерсть и исследовали тело. А стоило с досадой повернуться на другой бок, убийца увидел изящный девичий силуэт, скрытый мокрым платьем. Каждый изгиб соблазнительно выделялся. Следопыт распахнул глаза, чувствуя горячий ком ниже пояса. Сил терпеть больше не было. Тихо выскользнув из палатки, Корунд был застукан рассветом. Костёр давно погас. Оказалось, что Рыжий всю ночь маялся своими фантазиями и проснулся возбуждённым.       — Ну охуеть, — тихо выдохнул убийца и направился к зарослям, где накануне брал дрова. Спрятавшись поглубже, он привалился спиной к толстой пальме и расстегнул штаны.       — Зараза, — сквозь зубы сдавленно застонал он. При возможности купить половину борделя Пандемониума, Корунд был вынужден заниматься самоудовлетворением.       Пролетавшие наверху птицы стали свидетелями быстрому, но слабому оргазму, впечатавшему убийцу спиной в шершавую кору.