Истории из жизни

       Сольвейг залезла в палатку, надеясь, что Шисей ещё не успел одеться. Так и было. Не привыкший жаловаться воин скинул плащ на пол и хмуро смотрел на алые метки, расползавшиеся по всему телу. Там след от впившегося в бок сучка, тут синяк на запястье из-за подвёрнутой лапы. Полоска света, скользнувшая в шатер, обрисовала его спину, частично прикрытую спутанной длиннющей гривой.       — Нельзя мне курить, — мотнул головой он, не поворачиваясь к девушке. — Совсем дурной становлюсь. И вроде пёс меня слышит… но не слушает.       Договорив, страж отхлебнул из взятой из рюкзака склянки с зельем. Сольвейг умилённо улыбнулась, садясь рядом и со спины обнимая латника.       — Волк, а не пёс… мне и так нравится, — девушка ласково коснулась губами шеи стража. — Но учтём на будущее…       Закончив с мелкими повреждениями, Хаора внимательно осмотрела снайпера. Всё-таки жреческий долг был в ней неискореним.       — Больше ничего не болит? — наконец спросила она у Джейса.       «Сердце болит», — застонал трезвеющий от наркотика разум снайпера. Теперь благодаря усилиям целительницы он просто выглядел чумазым и взлохмаченным. Джейс постарался смотреть прямо на Хаору, а не косить взгляд на Аскольда.       — Порядок, — улыбнулся мальчишка и попрыгал для верности. Теперь об укусе напоминали только дыры в штанине. А на запястье не осталось и следа.       Алое зелье из флакона так же бесследно убрало все следы «прогулки» с тела Шисея.        — Волк, — согласно кивнул он и повернулся к Сольвейг. — А вот тебя он почти всегда слушается… дрессировщица, — улыбнувшись, страж потянулся к девушке, чтобы поцеловать её.        — Просто знает, что получит по ушам, — в ответ усмехнулась Сольвейг. Сделав усилие, бардесса уронила и себя, и Шисея вниз, продолжая целовать его уже лежа. «Устала…», — честно сообщила девушка воину.       — Раз сеанс окончен, мы пойдём тоже, — решил Аскольд, хватая снайпера за руку и таща в палатку. Что взбрело в голову убийце на этот раз, было неясно.       — Останемся у костра или тоже пойдём? — спросила Хаора у Корунда, растерянно глянув вслед ушедшим. Солнце уже давно склонилось к горизонту, и вокруг царили сумерки.       — Давай посидим немного, погреемся и побудем вдвоём у огня, — предложил Рыжий. — Подожди только.       Убийца сбегал в палатку за толстым пледом. Его он расстелил на бревне у остатков костра, чтобы сидеть было мягче. После чего накидал поленьев и запалил их с такой же лёгкостью, как самокрутку до этого. И наконец обвив талию Хаоры рукой, он стал увлекать её к организованному месту.       Пока асмодиане оставались сидеть, парочка элийцев в палатке заняла горизонтальное положение. Шисей гладил Сольвейг по спине, периодически спускаясь к ягодицам. Все его прикосновения несли только нежность, как будто зверь выплеснул всю агрессивность на асмодианина. «Совсем я тебя загонял…» Страж с головой ушёл в поцелуй.       Тем временем Джейс ликовал, сжимая руку убийцы, тащившего его в палатку. Возможность не ощущать на себе презрительный отцовский взгляд и побыть наедине с генералом несомненно радовала. А если тот решит причинить боль, что ж, так тому и быть.       — Раздевайся, — стоило оказаться за пологом палатки, Аскольд отпустил руку Джейса и принялся стягивать с себя рубашку. — И ложись.       Сольвейг улыбнулась прямо в губы стража.        «Есть такое дело, — мысленно произнесла девушка, — но это не страшно, зато будет что вспомнить…»       Хаора залюбовалась организованным костром и забралась на колени к Корунду. Так было уютнее.       — Всё-таки отпуск — это здорово… — тихо произнесла девушка. — Даже вот такой внезапный и со странной компанией. Старших белокрылых будем искать?       — Будем, — Корунд коснулся губами шеи девушки и умолк, одна его рука покоилась на бедре Хаоры, а вторая обнимала её поясницу. Убийца затих, наслаждаясь умиротворением. — Ночью лучше всем быть тут, в лагере, наконец очнулся убийца, — это же не Элиан. Плед только захватим, — целующие губы ухмыльнулись. — Зуб даю, найдём их без одежды.       Именно без неё в этот момент оставался Джейс. Даже не возразив и не задав нелепого вопроса «зачем?» Снайпер оказался на диво сговорчивым. Хотя причиной тому были вспыхнувшие в пошатнувшейся психике чувства. В тишине палатки было слышно, как часто он дышал, когда остался совсем голым.       — Ложись давай, — Аскольд, неторопливо стянувший штаны, похлопал по месту рядом с собой. Он загадочно смотрел на Джейса снизу вверх. Что задумал светловолосый убийца, было непонятно.       — Почему ты так решил? — удивлённо покосилась на Корунда Хаора. До этого девушка смотрела на палатку, где скрылись Шисей с Сольвейг. Там было подозрительно тихо, тогда как в палатке Аскольда и Джейса постоянно раздавалось шуршание.       — Потому что они те ещё извращуги, — ответил Рыжий, коротко глянув на шуршащую палатку. Фраза получилась адресованной будто не только супружеской паре, но и снайперу с убийцей.        Полумрак палатки удачно скрыл их от посторонних глаз, но не гарантировал отсутствие риска быть услышанными.        — Что ты задумал? — одними губами спросил Джейс и лёг рядом с Аскольдом, чувствуя покалывание внизу живота. Волнение постепенно вытесняло остальные эмоции. Аскольд тихо хмыкнул, обнимая Джейса на манер мягкой игрушки.       — А ничего, — заявил убийца. — Ты думал, что я тебя сейчас трахать буду? Наивно. Спокойной ночи, и не рыпайся, а то выгоню.        Наконец палатка тоже затихла и наблюдать стало не за чем.       — Ты так говоришь, будто завидуешь им, — хихикнула Хаора. — Тогда идём их искать? А то ещё замёрзнут там напрочь, жопы отморозят.       — Ничего я не завидую… — пробубнил Корунд, крепче обняв бедро и поясницу жрицы. — У нас с моей деточкой всё чинно-благородно.       Посмеиваясь, убийца аккуратно ссадил Хаору со своих коленей, а потом встал сам и снял с бревна тот плед, на котором они сидели.        — Так, — он повертел головой по сторонам. — Вроде бы они уходили туда…       — Эй, — Хаора шутливо толкнула Корунда локтем в бок. — Господин офицер, что Вы себе позволяете? Я пока ещё не Ваша деточка!        Девушка глянула в ту же сторону, что и следопыт.       — Они что-то там про ручей говорили… наверное есть смысл прогуляться туда? А там уж если не найдём, то будем вокруг по кустам искать.        Следопыт расцвёл в широкой ухмылке от первого заявления Хаоры. Он обнял девушку за плечо и вместе с ней направился в сторону зарослей, отделявших путь до ручья от лагеря. Уже там объятия пришлось разорвать: колючие ветки позволяли проходить только по одному.       — Сейчас найдём наших водолазов, — хмыкнул Рыжий и поудобнее перехватил скрученный плед.       — Будем накидывать на них плед и силой волочь в лагерь? — спросила девушка, то и дело оглядываясь.       Впрочем, долго искать не пришлось. Стоило выйти на берег ручья, как чуть в стороне обнаружилась парочка из целителя и бардессы. Без одежды, как и предсказывал Корунд. Алетейя и Юстиэль самозабвенно обнимались и сладко дрыхли, не обращая внимания на холод.       Рыжий развёл руками и вскинул брови, мол я же говорил. «Надо было псину позвать, чтоб рыкнул на них и отбил желание дрыхнуть где попало», — мысленно хмыкнул убийца, расправил плед и укрыл им пару элийцев так, чтобы было видно только головы.       — А ну извращенцы, подъём! — всё ещё наклоняясь к ним, гаркнул Корунд. — А то медведь задницу откусит.       Торопливо распрямившись, он успел отстраниться от спавшей парочки и избежать удара по лицу. Выдернутый из сна Юстиэль махнул рукой наобум, намереваясь отогнать убийцу.       — Зачем же так орать? — хрипло спросонья простонал целитель.        — Корунд, чтоб тебя балаур в задницу отодрал, — резко поднявшаяся Алетейя закашлялась, гневно глядя на рыжеволосого убийцу. Потом до бардессы дошло, в каком она виде пребывает, и на место гнева пришел стыд, равномерно выкрасивший лицо в пунцовый цвет.       Рядом загибалась от смеха Хаора.       — Ой бля, вы бы видели свои рожи, я не могу…       — Конечно, можно было бы вас оставить спать тут, — с наигранной обидой начал Рыжий. — Но только ночью в Келькмаросе бывает холодно, а с утра может полить дождь.       — Не нуди, — Юстиэль плавно сел, едва не стащив с супруги плед. — Подумаешь чутка искупались и уснули.       Целитель облизал пересохшие губы.       — Зверски пить хочется…       — И есть, — со вздохом добавила Алетейя, а потом глянула в сторону Хаоры. — Кинь в нас шмотками? Они вон валяются…и отвернитесь!       Хотя требование было несколько запоздалое, парочка асмодиан увидела уже всё, что только можно, но Тея испытывала жгучее смущение и не могла вот так с каменным лицом сбросить плед и пойти одеваться.       Рыжий не сдержался и засмеялся. Но укоризненного взгляда от Хаоры ему было достаточно, чтобы затихнуть. Подсохшие на камнях вещи перекочевали в руки супружеской пары. Корунд демонстративно отвернулся.        — У нас, по-моему, был самый безобидный приход, — хмыкнул он. Хотя сок от ягод на его физиономии смотрелся так, будто убийца кого-то загрыз.       — Пожалуй, — согласилась с Корундом Хаора и стала рядом, не глядя в сторону элийцев. А те постарались одеться как можно быстрее в высохшую одежду и отряхнуться.       — Мы готовы, можно поворачиваться, — наконец произнесла Алетейя, смахивая с подола туники последние песчинки. Юстиэль стряхнул с волос налипшие листья и потянулся, сладко зевая.       — Хорошо поспали, — жизнерадостно выдохнул целитель и уставился на асмодиан. — Осталось в лагере что пожрать?       У него в животе забулькало. Рыжий виновато развёл руками и отрицательно замотал головой.       — Прости, светлый, — ухмыльнулся убийца и взял Хаору за руку. — Но укурки всё уже съели… но можно ещё пожарить.        — Пойдём, — закивал Юстиэль и последовал примеру Корунда, взяв супругу за руку.        — Козлы, — пробурчала Алетейя. — Не могли что ли нам оставить? Бесят…       Наконец-то четверка даэвов вернулась в общий лагерь. Из палатки Джейса и Аскольда доносилось мерное посапывание, видимо они уснули. От Сольвейг и Шисея не было слышно ни звука, и эта тишина удивляла.       — Давайте жарить мясо! — с энтузиазмом произнесла бардесса, как только взгляд наткнулся на остатки костра.       — Только тихо, чтобы не разбудить… эээ… детишек, — Юстиэль хихикнул. Рыжий понимающе кивнул. Ему совсем не хотелось созерцать мечтательную физиономию сына. Или его поцелуи с Аскольдом. Пока целитель насаживал на шампуры часть мяса, тонущего в маринаде, убийца накидал в костер ещё пару поленьев и поджёг их. Ему определённо нравилось играться с огнём. В итоге все четверо смогли усесться на бревно у костра в ожидании углей.       — Странное такое ощущение, — задумчиво произнесла Хаора, усаживаясь на бревно. — Я все никак не могу до конца принять мысль, что я примерно ваша ровесница, если судить по мозгам. Мне 18, вам за 200, а ощущается всё наравне… хотя на самом деле меня тоже можно отнести к категории «детишек».        Алетейя понимающе кивнула.       — Не забивай себе сильно голову этим… жизнь вообще сложная штука. Ты это ты, такая, какой ты сама себя чувствуешь.       — Ну чего ты делаешь! — всплеснул руками Рыжий. Пока девушки были заняты философскими беседами, мужчины пытались пожарить шашлык. Притом Корунд планировал большой костёр с последующим его прогоранием в угли. А Юстиэлю явно не терпелось. То ли целителя до сих пор не отпустило, то ли он и впрямь зверски хотел есть. Ждать полного прогорания дров он не хотел и вытаскивал самые крупные головешки в сторону. Над образовавшейся кучкой углей можно было запросто пожарить несколько шампуров шашлыка.       — Поспорь ещё со мной как шашлык жарить, неуч, — буркнул он, настолько заинтересованный процессом, что даже не повернул головы в сторону убийцы.        — Глупый жрец, — поморщился Корунд и громко фыркнул, ощупывая свои карманы в поисках портсигара. И если с Аскольдом и тем же Джейсом можно было решить вопрос дракой, то ссориться со «старшим» поколением он совсем не хотел.       — Пф! — хмыкнул Юстиэль, пристраивая шашлык над огнём. — Кто бы говорил, у самого интеллекта как у глада.        Довольная ухмылка досталась Корунду.       — Тея, — простонал он и прикурил себе папиросу, — угомони своего мужа.       — Эээ… — Алетейя повернула голову в сторону мужчин, — ну вообще-то я тоже побыстрее есть хочу, так что всё правильно Юс сделал.       Бардесса не поленилась подняться, подойти к целителю и ласково поцеловать того в макушку.        — Ты ж мой умница…только не дразни асмодиан больше, а то они видишь, нервные… ещё кусаться начнут… — Алетейя бросила на Корунда насмешливый взгляд.        — Ага, — подала голос Хаора, — и укусим вас за жопы.       Убийца расплылся в ухмылке и выпустил струйку дыма. Почему-то подколы со стороны бардессы он воспринимал не так сильно и серьёзно.       — Да, — задумчиво отозвался Корунд. — Элийское филе, говорят, полезно для здоровья.       Больших усилий ему стоило не засмеяться в голос при виде шокированной физиономии Юстиэля. Притом изначально целитель был весьма горд собой и доволен реакцией любимой супруги.       — Я столько… гадостей употреблял, что отравитесь, — невзирая на предостережение Теи, целитель шутливо поморщился.        — Я думаю, у Рыжего на тебя иммунитет, — с каменным лицом произнесла Алетейя, — после всех единорогов-то.       Хаора прыснула со смеху. Инцидент в Герхе уже забылся, и ко всем байкам из прошлого целительница относилась с юмором, как и положено. Юстиэль прикусил язык и отвёл взгляд. Ему на трезвую голову вспоминать свои прошлые приключения было стыдно. Протянув руку, он принялся машинально вертеть шашлык. Корунд кашлянул.       — А что, татуировка ещё жива? — с невинной физиономией поинтересовался он. И ветер донёс аромат только начавшего покрываться корочкой мяса. Убийца невольно облизнулся.       — Хаора, — шёпотом позвал целитель, — дай ему затрещину. Тебе ближе.       — Стоять! — гаркнул Рыжий, вскинув руку в защитном жесте. — Итак интеллекта мало, не надо затрещину.        — Мне лень, — вздохнула Хаора, — Рыжий, наклонись? А то вставать совсем не охота…        — Жива, жива, — Юстиэля сдала с потрохами Алетейя, стоящая позади него. Девушка алчно косилась на мясо, дожидаясь, когда оно будет готово. Желудок уже выводил громкие рулады, требуя запоздалого ужина.        — Поцелуешь, тогда подумаю, — с ленцой отозвался Корунд и коротко глянул на жрицу. Настрой у него был непривычно спокойный и добродушный. То ли тому виной была компания, то ли скуренная накануне травка.        — Если я проснусь без куска задницы, — укоризненно начал Юстиэль и повернулся к Тее, — это твоя вина, так и знай.        Тем временем шашлык истекал соком и подрумянивался, обретая золотисто-коричневую корочку. К дыму от костра примешался просто восхитительный аромат мяса.       — Вот ещё, целовать… — фыркнула целительница. — Обойдёшься, не заслужил! И вообще, будешь со мной пререкаться, очутишься ночью за пределами палатки!        Тея хмыкнула на заранее озвученное обвинение.       — Ничего не знаю, это же ты собираешься свои татухи кому попало показывать…        Юстиэль умолк и снова уставился в огонь. Отблески равномерно подсветили его лицо, которое из наигранно-укоризненного вдруг стало хитрым.       — Рыжий, — он вдруг позвал убийцу, — пойдём чего покажу.        Для верности целитель ещё раз перевернул шампуры и поймал на себе недоуменный взгляд убийцы. Упрямый элиец шагнул ближе и протянул ему руку.       — Пойдём, кому говорю!       Трудно сказать, что взбрело в голову Юстиэлю, но вид у него был немного ехидным, как у заговорщика, вдруг придумавшего коварный план. Корунд пожал плечами и ухватился за протянутую руку.       — Но твои наколки меня не интересуют, светлый, — фыркнул убийца.       — Не, — мотнул головой Юстиэль, освободил свою руку и ухватил убийцу за плечо. — Мы быстро.        Последняя фраза относилась к Тее и Хаоре. Целитель потянул убийцу куда-то в сторону от лагеря, ближе к зарослям, в которых так или иначе побывали все участники похода. А учитывая наступающую темноту, трудно было разглядеть хоть что-то.       — А я думала только девочки ходят ссать попарно! — вслед мужчинам крикнула озадаченная Хаора. Жрица посмотрела на Алетейю, но та тоже недоуменно покачала головой.       — Не спрашивай, я понятия не имею, что могло взбрести в голову моему мужу… он иногда непредсказуемый, как подбитый дерадикон в падении…       — Ну куда тебя несёт… А, балаур! Колючки же, Юс!        Но постепенно и рассерженное шипение Корунда стихло. Оба даэва скрылись в темноте зарослей. Невзирая на обещание, их не было минут десять.        И наконец, целитель с убийцей вывалились из кустов с противоположной стороны. Оба загадочно ухмылялись и прятали руки за спиной. На одежде и волосах красовались листья, колючки и маленькие веточки. Переглянувшись, каждый направился к своей возлюбленной.        — У жителя Асмодеи плохо с памятью и свой край он толком не знает. Пришлось проявить инициативу, — начал Юстиэль. Корунд раздражённо дёрнул плечом. — Ну, в общем… Кхм…       Убийца кашлянул, обрывая неловкую тираду своего подельника.       — Это тебе, — в унисон выдохнули оба и вытащили из-за спин по букету. На коротких тонких стеблях покачивались золотистые крохотные колокольчики. Тычинки сыпали золотистой пыльцой, а сами бутоны будто слегка светились в полумраке лагеря. Эти цветы распускались только ночью.       Девушки синхронно вскрикнули. Отражения друг друга, они были удивительно похожи в некоторых реакциях. Каждая устремилась к своему возлюбленному, выхватывая букет и любуясь необыкновенными цветами.       — Потрясающе, — выдохнула Хаора, переводя восторженный взгляд с букета на Корунда, а потом хитро улыбнулась. — Ладно, так и быть, заслужил поцелуй…       — Юс, они великолепны, — Алетейя была впечатлена не меньше. Бардесса привстала на носочки и нежно поцеловала супруга.       Не успев переглянуться и обменяться довольными ухмылками, каждый крепко обнял свою половину и прижал к себе, наслаждаясь поцелуем. Двойное свидание окрасилось в милые романтичные тона. А Юстиэль заодно увёл тему в сторону от своих татуировок и прочих шалостей.       «Люблю тебя».       Тлевшие в сторонке головешки с громким треском пульнули искрами вверх, напоминая и о себе, и о могущем сгореть шашлыке.       — Мы сейчас останемся без ужина, — разорвав поцелуй, с улыбкой произнесла Алетейя. — Радость моя, будь добр, покорми нас?       Хаора, млеющая в объятиях Корунда, только вздохнула.       — Ох уж эти светлые, такая романтика, а им лишь бы пожрать…       Юстиэль кивнул. Он и сам был обеими руками за ужин, пусть и такой поздний.       — Да не говори, рабы желудка, — поддакнул Корунд с лисьей ухмылкой. Он явно намеревался урвать ещё поцелуй. А целитель выпустил супругу из объятий и стал снимать шампуры с огня.       — Ага, сами сожрали остаток шашлыка, а на нас бочку катят, — фыркнула Алетейя. — Юс, давай не будем с ними делиться, раз они у нас такие возвышенные и способны питаться романтикой…       — Эй, эй, — торопливо вклинилась Хаора. — Что это за заговоры, мы так не договаривались!        — С-с-с… горячий, — зашипел Юстиэль, пытавшийся голыми руками снять мясо с шампуров. Корунд хмыкнул.       — И у кого ещё интеллекта не хватает? — качнул головой убийца и подошёл к целителю. На бедре были маленькие ножны с запасным кинжалом. Чуть изогнутое лезвие навевало воспоминания.        — Давай помогу, — с помощью ножа удалось очень быстро и легко отправить мясо в большую плошку.       — Налетай, — заулыбался Юстиэль и поставил миску на стол перед остатками костра. Обжигаясь и дуя на мясо, девушки похватали куски, один за другим отправляя их в рот.       — Вкушнотища, — произнесла Алетейя, даже толком не прожевав. Наконец-то голодный желудок получил столь желаемую еду.       — Шоглашна, — кивнула Хаора, которая пару минут назад обвиняла элийцев в низменном желании. — Ошень!        Юстиэль последовал их примеру. Горячий шашлык расходился моментально. Корунд тоже урвал себе пару кусков.       — А поиск блудных элийцев пробуждает аппетит, — довольно хмыкнул убийца, прожевав мясо.       Скакавшие по сумрачной поляне тени придавали происходящему некую атмосферу таинственности.       — Что у вас тут происходит? — из палатки на запах мяса выбрался сонный Аскольд. Юноша кутался в рубашку, которую накинул на плечи, поленившись одеваться. Увидев сосредоточенно жующую четвёрку, убийца хмыкнул:       — Ааа, ночной дожор… понятно всё с вами. А можно чавкать потише, а то даже из палатки слышно.        — Штараемша, — отозвался Юстиэль. В процессе готовки мяса его аппетит разыгрался ещё сильнее, так что теперь целитель походил на голодного оборотня.       — Прости, что разбудили, — дожевав, извинился он.       — Ещё пять минут и тут будет тишина, — заявил Рыжий, заглянув в пустеющую миску. — Ну, или почти тишина… тут такие заросли лесных ягод, — заговорщическим шёпотом поведал убийца, скосив взгляд на Юстиэля. У того постепенно начали загораться глаза. Корунд расплылся в ухмылке и добавил:       — Ночью, говорят, они ещё вкуснее.        — Ага, а змеи под ногами — вообще загляденье… — пробормотала Хаора, которая успела заметить парочку гадюк за прошлый поход за ягодами.       — Ядовитые? — побледнев, уточнил Аскольд. Он вспомнил о дневном развлечении и том, как беспечно стоял со спущенными штанами.        — Ну, а какие же ещё, — пожала плечами целительница.        — Может не пойдём? — обеспокоенно глянула на супруга Тея. Сейчас, без дурмана в голове, творить безрассудства не хотелось.        — Трусиха, — ухмыльнулся Юстиэль. Ему, чтобы творить безрассудства, не нужны были ни травка, ни алкоголь. В голове целителя даже ко второй сотне лет гулял ветер. — Кстати, из змей можно сделать отличный суп…и ремень.       — Ага, — закивал Корунд. Он с трудом мог припомнить случаи, когда пробовал змею. Просто внутренний бесёнок велел ему всячески подначивать элийца. Однако донёсшийся из палатки голос Джейса заставил асмодианина помрачнеть.       — Аскольд… холодно, — снайпер проснулся и, не открывая глаз, попытался нащупать источник тепла. Судя по всему, спать без одежды, да ещё поверх спальника, ему было непривычно. Кожа покрывалась мурашками, а тело требовало хотя бы одеяло. А в идеале тёплого элийца под бок, в обнимку с которым они и засыпали.       — Потом лечиться будешь сам, — сердито заявила Алетейя, отворачиваясь от целителя.       — И ты тоже, — на всякий случай предупредила Корунда Хаора. И если у Юстиэля ещё были шансы, так как целителем был он сам, то асмодианскому убийце явно не стоило ссориться со своей жрицей. Мужчины переглянулись.       — Ну их, эти ягоды, — буркнул Корунд. Его навыки в исцелении ограничивались аделлой, бинтами и целебными зельями.       Юстиэль со вздохом закатил глаза. Душа отчаянно требовала приключений. Ночью. На асмодианской земле. Но никто его порыв не поддержал, потому целитель тоскливо вздохнул и проговорил:       — Ладно-ладно. Никаких змей и ягод.        Девушки довольно переглянулись между собой.        — И вообще, пора спать! — заявила Алетейя, цепляя супруга за руку и с улыбкой глядя на него, — правда же, милый?        Аскольд, успевший украдкой съесть пару кусочков из миски, облизал пальцы и махнул рукой.       — Очень здравая идея, всем пока, — юноша потопал обратно к себе, где его уже ждал Джейс.       — Мастер, я только один кусочек… от мяса фессилота не жиреют, — сонно пробормотал мальчишка, так и не проснувшись. Судя по всему, в ожидании Аскольда он успел снова уснуть, и теперь явь смешалась с дрёмой и запахом шашлыка. Джейс не открывая глаз обнял элийца и ткнулся носом ему в шею, зарываясь в прикрывавшие её пряди светлых волос. Глубоко вздохнув, снайпер затих.       — Идиот, — почти ласково произнес Аскольд, укладываясь поудобнее и закрывая глаза. — Интересно, кого это ты мастером называл?..       Снаружи обстановка тоже настраивалась на сонный лад. Даже Корунд уже позёвывал.       — Да, пожалуй, — его ответ опередил Юстиэля. — Спать уже хочется.       Целитель кивнул. В конце концов, они прилетели туда не на один день, и приключения ещё успеют найтись. Хаора, не удержавшись, ткнула пальцем в рёбра следопыта, обрывая зевок. А потом торопливо спряталась за Алетейю, дабы избежать кары.       — Заберите меня с собой, а то этот троглодит меня сожрёт ночью, вон как пасть раскрывает, — состроив жалобную мордашку, попросила целительница. Корунд едва не икнул от прерванного зевка. Он вздрогнул и неловко махнул руками, пытаясь сцапать юркую жрицу, но не тут-то было: она уже нашла себе укрытие.        — Я не питаюсь маленькими девочками, не боись, — плотоядно оскалился Рыжий. В отблесках догорающего костра было видно его клыки. — Могу только надкусить чуть-чуть.       Юстиэль не без труда сдержал рвавшийся наружу поток острот по поводу надкусывания и укусов в целом. Целитель сдавленно хрюкнул от смеха и принялся кивать с серьёзной миной:        — Взять-то мы тебя можем, но где гарантии, что не попытаемся сожрать?        Озвучив вопрос, элиец задумчиво-мечтательно уставился в пустую миску из-под шашлыка.        — Никому нельзя верить, — трагически произнесла Хаора, выходя из своего укрытия. — Ладно, пусть тогда уж соотечественник сожрёт…, а то в Асмодее с едой проблемы.        Алетейя захихикала и покачала головой.        — Ничего, ничего, мы подождём, пока он тебя съест, а потом сами съедим его…       — Я не стану есть такое жирное мясо, — безапелляционно заявил Юстиэль и, ухватив супругу под локоть, стал торопливо увлекать её к их палатке.       За спинами элийцев доносилось сердитое сопение и возмущения Корунда.       — Да кто тут жирный?! Сам толстяк! Хаора, разве я жирный? Ну-ка погляди, — убийца, до сих пор пребывавший без рубашки, попытался обеими руками ухватить себя за бок. Под когтистыми пальцами собралась складка кожи. — О, Айон… и правда.       Целительница успокаивающе погладила Корунда по руке.        — Ты не жирный, ты просто…упитанный… в меру! — Хаора пыталась держаться и не смеяться слишком уж явно. Но вся эта тема жутко её забавляла. — Ладно, булочка моя, хватит буянить, пошли спать…       — Булочка… — до Теи долетел голос жрицы, и она тихо хмыкнула, обращаясь к Юстиэлю. — Эй, целитель, у вас на боках булочки не найдётся?       Парочка уже скрылась в палатке и принялась раскладывать подобие постели.        — Конечно найдётся, — в отличие от Рыжего Юстиэль нисколько не беспокоился при подобных шутках. Стащив рубашку через голову, он бросил её в угол палатки и растянулся на спальном месте, которое они с Теей только что обустроили. — Одна вот тут, а ещё одна — здесь!       С этими словами целитель широко ухмыльнулся и похлопал себя по бокам.       Корунд к тому моменту прекратил себя ощупывать, но решил, что стоит усилить тренировки. Потому что при его профессии лишний вес мог сулить проблемы.       — Булочка, — хмыкнул он и отвесил Хаоре лёгкий шлепок по заднице. — Айда спать.        Асмодиане стали последними, кто скрылся в своём «шатре», как Рыжий гордо именовал их палатку.       — Отлично, — Алетейя улеглась рядом и легонько укусила целителя за плечо. — Вкусная булка, свежая. Ты из какого теста?       На поляне остались догорать угли. Их отблески были видны даже через стенки палатки. Хаора улеглась на своё место, поленившись полностью раздеваться, и сладко зевнула.       — Спокойной ночи?.. — почему-то фраза прозвучала вопросительно.       — Спокойной ночи, деточка, — тихо проговорил Рыжий и подполз поближе к жрице. В темноте палатки вместе с шорохом его шёпот звучал несколько зловеще. Дополнили картину острые зубы, сомкнувшиеся на ухе Хаоры.       — Если конечно тебе удастся поспать в одной палатке с троглодитом, — мурлыкнул убийца, запечатлев целомудренный поцелуй на шее девушки и почти сразу уже прикусив кожу там.       Пока Рыжий в буквальном смысле пробовал на вкус Хаору, Юстиэль сам рисковал быть покусанным.       — Из сдобного конечно, — заявил он и повернул голову вбок, чтобы смотреть на супругу. — Но тут сверху не самые вкусные куски, знаешь ли.        Зелёные глаза наполнились лукавством. Он протянул руку и, погладив Тею по бедру, обнял её.        — Хм… — в глазах бардессы мгновенно вспыхнуло лукавство. — Тогда придётся исследовать мой пирожок дальше…        Девушка нависла над целителем и укусила его за ключицу, одновременно глядя в глаза исподлобья.       — Может, здесь? Или… — цепь лёгких укусов легла на грудь и живот, до самой выдающей косточки у бедра, — здесь…       Тихо звякнула пряжка ремня, когда Тея принялась стягивать с Юстиэля брюки и белье.        Зато Хаора держалась лучше, всячески изгибаясь, хихикая и толком не даваясь в руки Корунда.       — Дядя Корунд, ты же говорил, что не ешь маленьких девочек…       — Я врал, — честно признался убийца и переместился так, чтобы нависнуть над девушкой сверху. — И чем сильнее они сопротивляются, тем сильнее я хочу их… съесть.        Несколько попыток поймать хихикающие губы оказались тщетными. Затеянная игра только сильнее распаляла Рыжего, учащая и пульс, и дыхание.        В соседней палатке тоже становилось жарко. От последнего укуса Юстиэль едва сдержал стон, обратив его порывистым выдохом. Целитель заёрзал, помогая супруге раздевать себя.        — Не… не кусай только там… — с жаром зашептал он. — Я тебе ещё пригожусь, честное жрецовское.        — Ладно, — развратно мурлыкнула Тея, — там я просто оближу…       Оставив Юстиэля без одежды, бардесса наклонилась и медленно провела языком по его члену.        — Ммм… пожалуй, ты был прав, — отвлекаясь, произнесла Алетейя, — снизу гораздо вкуснее…       Теперь девушка уже не разговаривала. Мягкие губы обхватили головку, а проворный язык дразнил нежную плоть. Тея не торопилась, растягивая удовольствие.       Удивительно солидарной с ней была Хаора. Целительница великодушно позволила Корунду только один поцелуй и тот разорвала очень быстро.        — И не стыдно малышей обманывать? — укоризненно спросила жрица.        — Нет… то есть да! Аххр… выбери ответ себе по душе, — хмыкнул Корунд и склонил голову, ухватив зубами тесёмку её верхней блузы. Тонкая ленточка грозила порваться при неаккуратном обращении. Но Корунд старался не делать резких движений. Хотя нетерпение подстёгивало его рвануть к балаурам все преграды, стоявшие на пути к телу ехидной целительницы. В итоге бант развязался, а краешки ткани чуть разошлись в стороны, чем Рыжий и воспользовался. Его губы принялись исследовать каждый открывшийся сантиметр кожи. Чтобы удерживать себя на весу, одной рукой убийца упёрся в мягкий спальник.        Юстиэлевские пальцы тоже стиснули скользкий материал мешка. Целитель шумно выдохнул и едва не изогнулся дугой, чуть приподняв бёдра.       — Тея… — на грани слышимости застонал он. Уголки губ дёрнулись вверх, рисуя неуверенную улыбку. — Издеваешься?       Вместо ответа Алетейя нежно провела кончиком языка по всей длине, а потом принялась выписывать им причудливые узоры. Бардесса делала всё очень медленно, но ритмично, не давая супругу сбиться с темпа. Тонкие ладони придерживали целителя за бёдра, чтобы тот не дёргался.        Хаора замерла в очень похожей позе. Детские игры закончились, но началось нечто гораздо интереснее.        — Рыж…рыжий, ну что ты делаешь, — тихо забормотала девушка.        — Беспредел творю, — прямо в грудь Хаоре выдохнул Корунд. Особого сопротивления он не встретил, потому стал помогать себе свободной рукой оголять целительницу. А потом и вовсе сел на колени возле неё и удивительно проворно справился с пуговицами, крючочками и остатком ленты. Подтянув девушку в сидячее положение, убийца жадными губами припал к её шее, плавно спускаясь к плечу. Тонкая лямка её лифа попалась в зубы. Как вещица не лопнула, оставалось загадкой, но её Рыжий плавно спустил с плеча девушки.        — А что, ты разве против? — будто опомнившись, поинтересовался он и выпрямился, заглядывая Хаоре в глаза. В этой яркой зелени убийца мог утопать вечно, каждый раз поражаясь эффекту, который производили глаза целительницы. Рыжий старался выглядеть спокойным и отчасти любопытным, но собственное дыхание выдавало его с потрохами.       Почти так же часто дышал и Юстиэль. Распалённый издевательскими ласками супруги, он метался на спальнике, выдыхая сдавленные стоны и крепко стискивая ткань в пальцах. Градус стремительно повышался, но для разрядки требовалось нечто большее, чем позволяла себе Тея, умело доводившая целителя.       Довольная результатом бардесса ещё некоторое время издевалась над Юстиэлем, но потом и собственное тело девушки отчаянно запросило продолжения. Алетейя отстранилась на мгновение, только для того, чтобы оседлать бедра целителя, и почти сразу же начала двигаться в быстром отрывистом ритме.        Зато в соседней палатке пока что царило бездействие. Хаора молчала, изучая взглядом неугомонного асмодианина. Наконец на губах девушки расцвела улыбка и жрица отрицательно мотнула головой.       — Как я могу быть против такого?       Этот вопрос будто нажал некую кнопку. Корунд ухмыльнулся в предвкушении и торопливо избавил девушку от блузки, за ней в угол палатки полетел ловко расстёгнутый лиф. В определённые моменты поведение рыжего убийцы заставляло задумываться, а скольких уже он раздевал, что научился так быстро справляться с одеждой?       Но следопыт не оставлял времени на раздумья. Он снова уложил Хаору обратно на спальник. Теперь все поцелуи доставались её груди и частично — животу. Горячие губы иногда находили такие точки, в которых удовольствие граничило со щекоткой.       Такой двусмысленности не было места в соседней палатке. Юстиэль поглаживал талию своей «всадницы» и приподнимал бёдра, двигаясь ей навстречу. Распалённое прелюдией тело ощущало всё в разы острее, реагируя на каждое движение Алетейи.       Им, прожившим бок о бок друг с другом так долго, были прекрасно знакомы тела друг друга и все чувственные точки. Парочка элийцев знала, как доставить друг другу удовольствие, растянуть его или, наоборот, ускорить. Что и старалась сделать Алетейя, ощущавшая, что надолго целителя не хватит после того, что она с ним делала.       — Люблю… тебя… — сдавленно выдохнула бардесса, ощущая накрывающую её эйфорию. Некоторое время она ещё двигалась, доводя до оргазма Юстиэля, а потом замерла.        Хаора же вела себя на диво подвижно. Девушка извивалась змейкой, пытаясь отстраниться от щекотки и тихо хихикала.       — Рыжий, ну… щекотно же! Ай, и тут тоже!        — А ты у меня оказывается ревнивица, да? — прошептал Рыжий. Добавляла «ощущений» его вечная щетина, покалывавшая нежную кожу. Убийца приподнялся и поцеловал Хаору в подбородок, прекратив мучить её щекотными ласками.        При этом одной рукой он нащупывал ремешки и пуговицу её брюк. Корунд не отказал себе в удовольствии отвлечься, чтобы погладить и крепко сжать бедро девушки. И только потом продолжил. Постепенно Хаора оставалась совсем без одежды, что не могло не радовать бывшего с ней наедине следопыта. Происходящее перестало походить на игру, но до сих пор носило задорный характер. В воздухе будто витали искорки.        А в элийской палатке, напротив, воцарились покой и умиротворение. Юстиэль плавно выдохнул и прикрыл глаза.       — Булка любит тебя, — сквозь улыбку выдохнул он.       — Давай спать, булка, — тихо ответила Тея, укладываясь рядом. После оргазма бардессу неуловимо потянуло в сон.       Которого было пока что не видать Хаоре и Корунду. Целительница чувственно закусила губу, глядя на следопыта.        — Уж-ж-жасная ревнивица, будешь изменять — откушу голову! — пригрозила девушка.       — Конкуренту, я надеюсь, а не мне, — фыркнул от смеха Корунд. Теперь он разделся сам, так что в углу палатки скопилась целая горка их с Хаорой вещей.       Но помня о том, что его возлюбленная ещё не так опытна, как была Маору в прошлой жизни, Рыжий не спешил приступать к главному процессу. Хотя от возбуждения уже стучало в ушах и крутило тугой ком внизу живота.       Убийца положил ладони Хаоре на колени и развел их пошире, а сам опустился в самый низ, осторожно и нежно касаясь губами источавших жар девичьих складок. Первые поцелуи и движения языка были скорее исследовательскими, выжидающими реакцию.        — И тебе тоже, — только и успела произнести Хаора, прежде чем дыхание перехватило от ощущений. В памяти мгновенно всплыл отпуск в Герхе и удивительно стыдное пробуждение, за которое, по-хорошему, следовало бы отчитать Рыжего и заявить, что так нельзя, но… это было слишком приятно, чтобы отказываться. Теперь целительница затрепетала, чувствуя губы следопыта в самом сокровенном месте.       — Корунд… — тихо выдохнула жрица, когда обрела дар речи. — Так… Хорошо…       Рыжий улыбнулся. Говорить и отшучиваться ему стало некогда. Придерживая девушку за бёдра, но при этом не раня её когтями, он продолжил ласкать её. Язык то проникал глубже, то снова возвращался к поверхности, дразняще очерчивая нужную точку. За ним неизменно следовали губы. Такие же горячие, как и сам убийца, они отпечатывали чувственные поцелуи на нежной плоти.       Возбуждение захватывало, заставляя дышать резче и быстрее. Пару раз Хаора неосознанно пыталась податься бедрами навстречу, но цепкие пальцы следопыта не позволяли этого сделать, удерживая на месте. Наконец целительница, доведённая до предела ласками Корунда, тихо всхлипнула.       — Хочу тебя… — Хаоре нестерпимо хотелось ощутить его внутри себя, хотя и простые ласки сводили её с ума.       Рыжий отстранился не сразу. Ему определённо нравилось то, как дрожала и постанывала Хаора. А когда выпрямился, убийца медленно облизнулся. Смотрелось до невероятия пошло, учитывая его обычный пафос и высокомерие.        — Разбудим соседей? — нависнув над девушкой, шёпотом спросил он и свободной рукой направил себя в распалённое ласками тело жрицы. Первое движение было неторопливым и плавным. Корунд тихо выдохнул и закрыл глаза.       — Не думаю, что они скажут утром спасибо… — в противовес своим словам Хаора тихонько вскрикнула от внезапно-ожидаемого вторжения. Жрица подняла руки, зарываясь пальцами в гриву асмодианина, и попыталась совладать с собой. По крайней мере, не так громко стонать.       Убийца слегка отстранился и снова толкнулся вперёд. Выбранный им темп был неторопливым на грани издевательства, но в то же время будоражил кровь. Почти так же, как и прикосновения девичьих пальцев к загривку. Они вынуждали едва не порыкивать вслух. Было в этом нечто укрощённое и первобытное. Но Рыжий ничего не мог с собой поделать.       — Жестоко так со мной поступать, Рыжий… — Хаора просяще изогнула брови, хотя закрывший глаза следопыт не мог видеть её эмоций. Зато отлично слышал голос — дрожащий от нетерпения и сдобренный хрипотцей. Жрица сильнее ухватила за гриву, оттягивая волоски. Ей нравилось то, как Корунд на это реагировал и нравилось привносить толику боли в весь процесс. Рыжий шумно втянул воздух, а выдохнул его уже сдавленным стоном.        — А, по-моему, вполне честно, — ухмыльнулся Корунд и вслепую ткнулся губами в шею жрицы. Поцелуи ложились так же неторопливо, каким получился чувственный глубокий темп. Корунд с трудом держал себя в руках, норовя сорваться и двигаться быстрее. Из-за этого среди всех его движений иногда проскакивал слишком быстрый и грубоватый толчок.        Каждый раз Хаора вскрикивала от него, как будто он задевал какую-то чувствительную точку внутри. Целительница пыталась податься навстречу Корунду бёдрами, стараясь ускорить темп.       — Что же тут честного, — запыхтела девушка, — я хочу быстрее…       Озвученное Хаорой требование совпадало с желанием Корунда. Но до чего приятно было и впрямь растянуть удовольствие, ощутив за плавностью своих движений всё то нетерпение, что испытывала целительница.       — Будь по-твоему, — великодушно прошептал Рыжий и двинул бёдрами сильнее и резче, чем делал до этого. Чтобы поддерживать быстрый темп, ему пришлось выпрямиться и ухватить жрицу за бёдра, лишая её возможности ёрзать и отстраняться. Вся палатка заполнилась шумным дыханием и обволакивающим жаром.       Не имея больше возможности терзать гриву следопыта, Хаора закинула руки наверх, сжимая в пальцах ткань спальника и закрывая глаза. Так ощущения были значительно ярче. Жрица закусывала губы и отчаянно-резко выдыхала. От попыток сдержаться и не разбудить весь лагерь напряжение росло гораздо быстрее, приближая оргазм.       Было в этом нечто даже забавное — вот так сдерживаться и скрывать происходящее в палатке от посторонних. Как будто убийца и впрямь против воли утащил к себе неопытную малолетнюю даэву. «А разве не так?» — ухмыльнулся его внутренний голос. Рыжий запоздало улыбнулся уголками губ.       Он чуть изменил темп, выпустив ноги Хаоры и уперевшись ладонями в спальник. Так движения стали ритмичнее, к ним было проще приспособиться и привыкнуть. На коже маленькими каплями заблестел пот.        В такие моменты Хаора жалела, что рождена в тёплых землях и лишена когтей. Сейчас бы хорошенько расцарапать спину этому несносному следопыту, чтоб до крови и полос, чтоб запомнил… но тонкие пальцы с аккуратным маникюром хоть и были способны оставить царапинки, но совсем не такие, как могли сделать более старшие асмодианские женщины.       Хаора тихонько застонала от удовольствия и собственного бессилия, неспособности повлиять на ситуацию. Девушка чувствовала, что ещё немного и её накроет с головой. Потому она стала пытаться проявить активность, подаваясь бёдрами навстречу, хоть и не слишком умело.       Сердце, казалось, было готово выскочить из груди. А виной тому были попытки сдерживаться и не шуметь слишком уж сильно. Корунд наклонился, поддавшись внезапному порыву, и стал целовать шею Хаоры — страстно, прикусывая зубами. На утро наверняка останется след, но на тот момент убийца хотел именно этого — добавить ещё ощущений в происходящее.       Это стало последней каплей. Хаора выгнулась, хватая ртом воздух. Снизу всё пульсировало, разгоняя по телу захвативший девушку жар. Целительница не сдержалась от стона, утыкаясь лбом в плечо следопыта и вздыхая.       — Рыжий…        — Кошка… — и это стало почти ритуалом, восстановленным из прошлой жизни. Не имена, а прозвища. Убийца осыпал место оставленной метки невесомыми поцелуями и снова выпрямился. Ему уже зверски хотелось разрядки, учитывая, что маячила она совсем близко, заставляя тело слегка подрагивать.       Несколько торопливых, рваных движений, и под купол палатки улетел порывистый вздох Корунда. Следы его оргазма остались где-то в стороне от спальника. «Пачкать» Хаору без возможности принять душ следопыт не стал и с протяжным «м-м-м» завалился на бок рядом с ней.       — Ты просто чудо, — беззвучно выдохнули губы Рыжего и коснулись плеча девушки. После произошедшего он ещё тяжело дышал, а в глазах искрился лихорадочный блеск. Сердцебиение приходило в норму очень медленно.       — Ты просто невозможный… — ласково произнесла целительница, поворачиваясь на бок и теснее прижимаясь к Корунду. Забросив на него ногу, Хаора довольно вздохнула. — Мне с тобой так хорошо.       В зелёных глазах девушки был лёгкий туман пережитого, а на истерзанных поцелуями губах блуждала мечтательная улыбка. Рыжий поднял руку и ласково погладил жрицу по щеке, а потом обнял её и прикрыл глаза. Сам он выглядел невероятно довольным. Теперь по телу разливалась приятная лень. Сонливость брала верх.       — А вот теперь точно спокойной ночи… деточка, — ухмыльнувшись, убийца легонько поцеловал Хаору и вздохнул, чуть поёрзав и устроившись удобнее.       Костёр снаружи почти погас, став свидетелем происходившему в разбросанных по поляне палатках.