Bring back the joy to my life

Эн. Мне почему-то не страшно, или страх стал нормой, не знаю, но после того, как меня надраили и вычистили снаружи и изнутри, волна паники спала тупым безразличием. Всё происходило быстро под заунывное чтение молитв, а может быть, под простое завывание монахов, я в этом не разбираюсь. Моё тело натёрли какими-то маслами, скажу для справки, запах не очень приятный, даже раздражающий, но разве с ними поспоришь, они всё равно меня не понимают. Как не странно, через несколько минут после впитывания масла в кожу, запах стал менее резким, а смешавшись с моим собственным ароматом, даже приятным. После всей процедуры чувствовал себя разбитым, вялым, что-то было в этом масле, то, что делает движение скованными, как в замедленной киносъёмке. Я настолько слаб, что не вижу смысла в том, чтобы руки привязывали к спинке кровати, но и на споры сил нет. Вечерняя прохлада остужает разгорячённое тело, но это не приносит облегчения, жар поднимается внутри меня. Монахи, сделав свое дело, удались, им на смену пришли другие, они остались стоять рядом с дверью, по внешнему виду – это охранники. Стараюсь себя отвлечь, но только одна мысль бьётся в виске: «выжить». Внутри всё сжалось, неприятная дрожь, как студень, растекается в животе, чувствую, что мой родной статуй, не стал бы рисковать, если бы мне не угрожала опасность. Не знаю, как его зовут, кем он мне приходится, но с таким выражением лица не лгут. У него есть тайна – сын омега. Помню с уроков воскресной школы, что монахи не создают семьи, но если встретят пару, то обязаны завести детей. Обычно их дети идут по стопам отцов, значит, есть причина скрывать, что у него есть сын, у которого кроме отца и меня нет родственников. Мне всё хуже и хуже, я толком не могу объяснить, в чём мой дискомфорт, состояние меняется с каждой минутой. Да, что там, с каждой секундой. Наконец дверь распахнулась, и в комнату вошли несколько монахов, судя по одежде, это представители высшего сана. Один, самый круто навороченный, подошёл ко мне вплотную, и что-то спросил на своём певучем языке. - Я не понимаю, - говорю я, с трудом поворачивая языком. - Тебя спросили, когда была последняя течка, - рядом с этим клоуном появился мой отец. - Недавно, - на большее не остаётся сил, может быть, они отстанут от меня? Но нет, этот странно одетый монах стал водить руками надомной, что мне говорил статуя, не сопротивляться шаману, так вот кто он, вряд ли с кем-то другим, мой отец был бы так вежлив. Я чувствую импульсы, исходящие от его ладоней, стараюсь держать себя в руках, не паниковать, но становится страшно, от его решения зависит моя жизнь. Вот его ладонь сканирует мой шрам, он долго водит вокруг, что-то говорит отцу, альфа хмурится, а шаман продолжает водить руками и не затыкается ни на секунду. Бесит! Как они меня бесят! Шаман прекратил свои манипуляции, взял стакан, с мутной жидкостью, и обливает меня, с ног до головы. Холодный раствор заставляет мышцы сгруппироваться, что доставляет неудобство и мою кожу слегка пощипывает. Как же меня злит, что я не могу прекратить всё это! Шаман тем временем обращается к монахам, те вышли из комнаты, он вытер меня насухо, чтобы начать размазывать какую-то геле образную массу, усердно втирая её в моё тело. Он снова задержался около шрама, но вот я почувствовал, как он кружит густо смазанными пальцами вокруг моего ануса, я задрожал от злости, куда? Блядь! А он уже орудует пальцем внутри. - Зачем? – В это момент шаман прошёлся по простате, меня выгнуло, чувство скорее неприятное, чем возбуждающее. Но на мой вопрос никто не дал ответа. Я взглянул на своего ката, а он нахмурился, продолжая что-то ощупывать внутри меня, обратился к отцу, тот его внимательно выслушал и спросил: - Когда ты в последний раз спал с альфой? Не знаю сегодняшнего числа, поэтому говорю наугад: - Два месяца назад. Он перевёл монаху мой ответ, тот нахмурился ещё больше, и опять что-то пролепетал. - Это вызвало течку? – Отец смотрел на меня с пустым безразличием. - Да. – Я подумал и добавил, - в тот день меня прооперировали. Отец перевёл мой ответ, выслушал шамана, который продолжал что-то ощупывать у меня внутри, мне показалось, альфа начинает злиться, вопрос задал сухо и жёстко: - Сколько у тебя было альф? Вот тут, моя память на цифры сослужила мне плохую услугу. - За последние пять – шесть лет, было около трехсот человек, это с омегами, думаю, что альф было процентов на тридцать меньше. Мой отец побелел, сжал кулаки, и так зло посмотрел на меня, что внутри всё сжалось. Он что-то сказал шаману, тот разозлился, покинул моё тело, но от этого мне не стало легче, лёгкое жжение, неприятной щекоткой разливалось во мне, поднимаясь жаркой волной к горлу, мне очень плохо, я как на грани, между явью и навью. Но это было только начало моих испытаний, монах вернулся очень быстро, опять войдя в меня пальцами, что-то размазывал внутри, а потом, резкая, даже острая боль пронзила моё тело. Выгнувшись над кроватью, я закричал во всю силу своих лёгких, сознание помутилось, проваливаясь в темноту, успел позвать: «Колин». *** Ник. Пробуждение было резким, просто открыл глаза и на меня, как лавиной снизошло осознание пустоты. Было непонятно, это у меня болело сердце или беспокоило ранение. На улице ещё темно, но уже чувствуется приближение утра, жаль, что ещё одолевает слабость, так хочется пройтись, посмотреть на восход солнца, а ещё встретить рассвет рядом с Антонио. Я сумею наладить отношения, сделаю всё возможное для этого, самой большой глупостью было отказаться от него. Мальчик мой, как же я тебя люблю, хочу прижать к себе, вдохнуть твой запах, ощутить твой вкус. Прости, что повёл себя, как неразумный подросток, что лелеял непонятные обиды и взрастил в себе страхи. Меня беспокоил сон, мне снился Энжел, он был молчалив и печален, я хотел подойти к нему, но он не позволил мне приблизиться. Мы были на пустой рыночной площади нашего города, он бродил среди прилавков, гладил рукой большие, мраморные столы в рыбных рядах. Спросил его, что он делает в таком странном месте, он посмотрел на меня и сказал, что ждёт друга, который мне помогает. Не успел уточнить у него, что он имел в виду, как вдруг оказался в комнате, где всё было белым, с трудом выделял стены и потолок, боялся сделать лишний шаг. В эту комнату вошёл Смит, он взглянул на меня и сказал: - Не опоздай. К чему это всё снится, куда я не должен опоздать, голова тяжёлая, слабость такая, будто меня вымачивали несколько дней в рассоле, а потом повесили сушиться. Постараюсь заснуть, говорят, что сон - лучшее лекарство. Проверю. В следующий раз проснулся, когда в окно светило яркое солнце. Сказать, что стал себя лучше чувствовать, не могу, всё та же слабость и побаливает в области сердца. Ранение серьёзное, так сказал Конар, и мне повезло, что мой организм оказался таким крепким. Я потерял много крови, возможно в этом кроется моё недомогание, уж очень я себя странно чувствую, сон не принёс облегчения, есть я не хочу, пить не желаю, но боль всё больше и больше проявляла себя, неприятным зудом растекаясь в области груди. Сердце болело всё сильнее, я понял, что-то не так, мне ужасно плохо, я слабею, из последних сил потянулся к кнопке вызова персонала, и нажал на неё. Сознание покидало меня медленно, я видел, как сквозь туман, вбегающего медбрата, потом услышал тревожный писк приборов, а боль всё нарастала, становилась осязаемой и тёмная пелена поглотила меня всего без остатка. *** Автор. Первые лучи солнца осветили стены большого, каменного дома. Трудно судить, какому стилю принадлежит это старое строение, но фундаментальное здание стояло твёрдым монолитом посередине просторного двора. За домом, ближе к забору, виднелись хозяйственные постройки. Забор был высоким, но ниже, чем на охраняемых объектах, возможно, хозяин не хотел привлекать внимания к дому, а может быть, такая высота была изначально. Об этом думал Фил, он со Страйзом сидели не далеко от дома, в кустах, сменив двух наблюдателей, которые последовали за монахами в городок. Просидев так несколько часов, они обратили внимание, что на территории хутора нет никакого движения, где делись монахи? - Фил, у тебя жужжит, - тихо сказал Максвелл, - возьми трубку. Фил потянулся за сумкой и извлёк телефон, поставленный на вибро режим, звонил Эд. - Да, - практически шёпотом сказал омега. - Почему шепчешь, не можешь говорить? - Угу, - промычал он. - Мы уже долетели, сейчас отправлю Мэйсона домой, а сам еду к вам, есть новости? - Нет, никакого движа на территории, такое впечатление, что все спят. - На время посмотри, чего им бодрствовать? Их мессы ночью проходят, они раньше трех дня обычно делами не занимаются. - Блин, сколько нам тут торчать? Он как сглазил, из-за поворота выехал автомобиль, марка и цвет совпадали с авто Невила. - Эд, тут вернулись монахи, я тебе перезвоню, а лучше, приезжай скорее. Из автомобиля вышли двое, один лысый, высокий, атлетически сложенный альфа, он внимательно осмотрел округу и что-то сказал второму. Фил замер, он старался не дышать, но альфы ничего не заподозрили, второй, снял кепку, закинув её в открытое окошко, пригладил волосы, обернулся, огляделся и открыл багажник. Омега обмер, это был Невил, он его узнал. Страйз пожал ему руку, Фил обернулся к альфе и прочёл по губам. - Невил. Кивнув в знак согласия, он продолжил наблюдать, и каково было его удивление, когда из багажника альфы вынули связанного по рукам и ногам юношу. На мальчике была форменная одежда, он был без сознания, так как не подавал признаки жизни. Лысый, взял парня на руки и понёс не во двор к дому, а минуя калитку, они пошли вдоль забора, огибая хутор с западной стороны. Филу с самого начала было непонятно, почему они не въехали во двор, но увидев мальчика, он понял, вот он, девственник, жертва богу смерти. Омега выразительно посмотрел в глаза полковника и кивнул в сторону Невила, тот, уже наслышанный о ритуале понял намёк, глаза его расширились, когда до него дошло - это жертва. Приблизившись вплотную к Филу, Страйз прошептал в самое ухо: - Они пошли на запад, там храм. – Фил кивнул, что согласен, - я попробую проследить за ними, а ты, бегом к Люту, сообщи ребятам: «готовность номер один». Мне Конар должен звонить, вдруг тебе позвонит, выслушай его, потом мне передашь, буду на связи, если не смогу ответить, напишу смс, но постарайтесь меня меньше дёргать. - Где бойцы, что следили за ними? - Вот этого не знаю, мне не звонили, возможно, потеряли их из вида, ты и это выясни, скажи всё капралу, он парень толковый разберётся. Альфа отполз, но вдруг Фил взял его за руку, тот оглянулся, омега улыбнулся и сказал: - Удачи, зря не рискуй, если что сразу сообщай и не волнуйся, Эд уже в дороге, он что-то задумал, я по голосу понял, будь осторожен. Фил отпустил руку, но альфа не выпускал его ладонь, глядя в глаза парню, это длилось всего несколько секунд. - Спасибо, - Максвелл отполз ещё дальше, а потом приподнялся и, стараясь слиться с ландшафтом, последовал за похитителями. *** Фил бежал со всех ног, пазлы, что всё это время в свободном полёте роились в голове, сложились. Мэйсон говорил, что жезл – это ключ, ключ от храма, некогда самого большого и величественного, а сейчас спрятанного от посторонних глаз. Жезл, последние годы, находился в музее, самый лучший способ спрятать нужную вещь, убедились, что реликвия на месте в нужный момент просто забрали его, удобно. «Спрячь на виду…». Это уже становится девизом. Омега добежал до места, где оставил велосипед, второй, на котором приехал Страйз, он замаскировал ещё тщательнее, и со всей возможной скоростью рванул к дому почтальона. Капрал был на месте, рассказал, что ребята, которые следили за машиной, вернулись, они не рискнули преследовать авто к самому дому. - Где они? – Спросил Фил, он, бросив сумку в угол, предварительно достал телефон, сел за стол и стал листать номера, нашёл нужный, набрал. - Алло, доктора Конара позовите, пожалуйста, - ему что-то ответили, он спросил, - это надолго? Понятно, спасибо! В комнату вошли двое парней, омега понял, что это наблюдатели. - Где монахи похитили мальчика? - Какого мальчика? – Спросил тот, что выше. - Они из багажника достали мальчика, подростка, где они его похитили. Оба бойца переглянулись, тот, что выше сказал: - Мы долго их преследовали, они останавливались дважды. Первый раз, на заправке, второй у закусочной. - А в городке? Что они делали в городке? - Парад смотрели, потом, буквально минут на десять мы их упустили из вида, но сразу заметили отъезжающее авто и поехали назад. К хутору не стали их провожать, знали, что полковник там, а мальчика мы не видели. - Какой парад? – Спросил Баз. - Ежегодный парад оркестров, его всегда с утра начинают, чтобы потом пикник к обеду устроить, - ответил Лют, протягивая полицейскому газету, - каждый день объявление печатают, в этом году благотворительный аукцион должен быть. - Разреши, - попросил Фил газету, он просмотрел объявление, вернул издание, и сказал, - вот почему мальчик был в форме. - В какой форме, - спросил Лют, - я пару лет подряд смотрел парад по телевизору, всегда болел за лицей сельскохозяйственников. Баз усмехнулся: - Хотел агронома присмотреть, или зоотехника? – Подколол он друга. - Да хоть кого, всё равно вырваться с работы на парад не удавалось, так хоть по телику посмотреть, помечтать. - Форма синяя, строгая, узкие брюки, классический пиджак. – Фил задумался, припоминая одежду парнишки, - рукав! Рукав был жёлтым, правый! - Школа адептов ордена Посвящённых, - просто ответил Лют. - Макс, ты не ошибаешься? – Фил понимал, что это начало страшной, кровопролитной войны между орденами, которую объявил Невил. - Так в инете посмотреть можно, - почтальон подошёл к компьютеру, Баз неохотно освободил место. - Вот такая? - спросил Лют, указывая Филу на экран монитора. – Взгляни. - Да, - ответил омега, - такая, а это очень плохо, от слова «хуёво». - Да, - согласился с ним капрал, - деды из ордена это так не оставят, репрессии начнутся однозначно, надо шерифа предупредить, это его владения. - Но монастырь нам не подчиняется, - заступился Баз за отца, - мы даже на территорию ни разу попасть толком не смогли. А что будет с этим мальчиком? Фил и капрал переглянулись, омега пожал плечами, чего уж тут скрытничать. - Он предназначен, как жертва для бога Синигами. По ритуалу, ему должны перерезать горло в тот момент, когда Невил сольётся с Тони. Их обольют жертвенной кровью, нарисую символы на теле, а из остатков приготовят священный напиток, чтобы будущий великий жрец, правитель мира, правильно был зачат. Дикость, конечно, но парня спасать надо, интересно, Страйз сумел проследить за Невилом? - Значит, сразу убивать мальчика не станут? – Уточнил помощник шерифа. - Не должны, но надо написать смс Максвеллу и узнать, как его дела, займитесь этим капрал, - отдав распоряжение, Фил попытался дозвониться Конару, но безуспешно. - Не нравятся мне такие не состыковки, всё наперекосяк, - омега заметно нервничал, он боялся, что они опоздают, и оборвётся чья-то жизнь. - В детстве, когда мне было лет шесть, - начал говорить Баз, его голос в наступившей тишине звучал чётко, было слышно каждое слово, хотя говорил он практически шёпотом, - я заблудился в лесу, обиделся на папу и сбежал из дома. Когда стемнело, набрёл на овраг, он перекрывал мне путь, обходить его было далеко, а спускаться на дно небезопасно, но я выбрал второе. Но спустившись, я понял, что подняться наверх уже не смогу, стемнело окончательно, я побрёл вдоль оврага, надеясь, что где-то будет выход, но пройдя буквально несколько метров, нарвался на пещерку. У меня осталась отцовская зажигалка, из-за неё случилась ссора с папой, я собрал разный сор, ветки и разжёг огонь. Так и грелся всю ночь, меня искали, но огня не было видно, поэтому до утра я оставался в этой пещере. Согревшись, я уснул, а проснулся от яркого света, с первыми лучами солнца, которое своим светом осветило дно оврага, моё укрытие было полностью освещено. Когда внимательно рассмотрел, где мне пришлось ночевать, увидел каменную кладку, а в одном месте, какие-то надписи, на не знакомом мне языке и рисунок глаза. Фил, ты говорил, что храм бога смерти должен быть на западе? - Совершенно верно. - Солнце встаёт на востоке, освещая вход в храм, овраг, теперь я знаю точно, сделан искусственно, но самое интересное, что утром я легко нашёл место, где поднялся наверх и вышел прямо к Хутору Пастыря, оттуда бегом домой, где, конечно, был наказан. И вот, что странно, когда мне было лет двенадцать, я захотел отыскать тот овраг, облазил всё по близости с хутором, но так и не нашёл своё укрытие. Потом ещё было несколько попыток отыскать овраг с пещеркой, но результат был нулевой. А до сегодняшнего дня, я не вспоминал эту историю, а когда ты начал говорить о ритуале, у меня все события той ночи и утра встали перед глазами. Видно из-за этого, подсознательно, я изучал местность вокруг хутора. В дверь постучали, Фил вздрогнул, после рассказа База стало неуютно, Лют, на правах хозяина, пригласил войти молодого альфу. - Могу я видеть полковника Страйза? – Спросил с порога альфа. - Я за него, - ответил Фил, - Филипп Харт, чем могу служить? - Мистер Конар предупреждал полковника о нашем приезде. - Да, очень хорошо, что вы так быстро приехали. С полковником сейчас пробуют связаться. Скажите, как к вам обращаться. - Алан Кинг, капитан, - представился альфа. - Мистер Кинг, вы, как старший по званию, принимайте командование. - Мистер Харт, - вошедший в комнату капрал был очень обеспокоен, - полковник пишет, что ему нужна помощь, Невил и монах оставили парня в какой-то пещере вот, кстати, её координаты, а сами вернулись на хутор, полковник проследил за ними. - Капрал, познакомьтесь, Алан Кинг, капитан, - представил он альфу капралу, - теперь вы переходите под его командование. Баз подошёл и представился капитану, а потом сказал: - Я думаю, что знаю, как подойти к оврагу так, чтобы нас не заметили с главной дороги, - он смотрел на координаты присланные Максвелом. – Надеюсь, координаты точные. - Надо списаться с полковником, спросить конкретно, какая помощь ему нужна, нам надо вернуться к хутору, там сейчас кроме Страйза никого нет, - сказал Филипп, было видно, омега очень устал, приезд капитана принёс небольшое послабление, но тревога за Тони не прошла, наоборот, с появлением адепта стало всё ещё хуже. - Господин Конар сказал, что времени у нас не так много, как кажется на первый взгляд, - капитан рассматривал карту местности, - время ритуала колеблется в пределах двух-трех часов. Грубо говоря, с шестнадцати до девятнадцати вечера, точнее неизвестно. - Сколько всего бойцов в вашем отряде? – Лют подошёл к карте. Капитан удивился, но ответил: - Двадцать восемь. - Я проведу вас дорогой, по которой доставляю почту, этой тропкой я пользуюсь только в летнее, сухое время, но ведёт она к тыльной стороне монастыря, где есть заброшенные ворота, их лет сто точно никто не открывал, и забор там не заменили, как с фасада. - Тогда сделаем так, капрал вы идёте с Базом, определитесь, сколько человек взять с собой. – Фил внимательно смотрел карту, но ничего нового не видел. - Капитан, вы с нашим почтальоном, монастырь списывать со счетов нельзя. А я попробую найти Страйза, возьму тех парней, что уже наблюдали за хутором, они всё вокруг обошли, будут нам в помощь. Пользоваться радио нельзя, возможно они прослушивают полицейскую волну, общаемся только эсэмэсками. Будьте предельно осторожны, любой промах может дорого нам обойтись. Филу было страшно подумать, что в данный момент жизнь двух парней зависит от правильно принятого решения. Разбившись на два небольших отряда, они разошлись в разные стороны, а Фил с двумя наблюдателями и тремя бойцами двинулись к хутору дорогой, по которой он недавно возвращался в дом почтальона. «Всё будет хорошо, у нас всё получится», как заклинание шептал омега, пробираясь, лесной дорогой к ставшему ненавистным хутору. *** - Как он? – Спросил Невил шамана. - Трудно сказать что-то определённое, - ответил служитель культа, - он, то приходит в себя, то теряет сознание. Вы должны понимать, та жизнь, которую вёл ваш отпрыск, не способствует удаче в ритуале. - Чушь, он мой! – Невил злился, - однажды я вызвал у него течку, думаю, в этот благословенный день у нас всё получится. Вы достаточно часто меняете «игрушки»? - Да, но нужно ваше присутствие, он должен почувствовать своего альфу. - Понятно, - Невил был хмур, но спокоен, - я скоро присоединюсь к нему, а пока, делайте всё, что может вызвать течку, сегодня у нас должно получиться, от этого зависит не только наша жизнь, а жизнь каждого моего подданного, помните об этом. Невил вышел из комнаты, оставив шамана наедине со своими мыслями, его мало интересовали проблемы служителей культа, он думал за весь свой народ. Он нашёл монаха отвечающего за безопасность и секретность, монастырём серьёзно никто не интересуется, но всё же их ищут по всей стране, и застраховаться от непредвиденных ситуаций они просто обязаны. - Как дела, всё ли спокойно? – Спросил монаха князь. - На полицейской волне всё спокойно, никаких происшествий, впрочем, как всегда, в округе тоже тихо. - Когда приносят почту? – Невил ждал послание от Юма. - Обычно во второй половине дня. - Следите за местностью, о любом происшествии докладывать мне лично, примечайте всё, что выходит за рамки вашей привычной жизни. - Слушаюсь, - монах поклонился и отправился выполнять распоряжение своего правителя. - Господин, - Невил обернулся, его верный слуга стоял на пороге, не решаясь войти в апартаменты правителя. - Входи, что-то случилось? - Тот парень, что мы привезли, омега. – Он протянул картонную карточку, на которой было фото адепта. - Главное, что он девственник, не думаю, что мы оба могли ошибиться. - Нет, мы не ошиблись, но вот тут написано, что он не адепт, а преподаватель музыки, омега, двадцати трех лет. - Тем лучше, адепта стали бы искать сразу, в отличие от учителя. - Ваша правда, - успокоился монах, - он ещё долго будет под действием препарата? - Думаю, ещё часа два. - Тогда двух охранников будет достаточно. Какие дальнейшие наши действия? - Готовьтесь к ритуалу, повторите всё от начала до конца, чтобы ничего не упустить. Монах поклонился и хотел покинуть господина, но тот его задержал: - Когда привезут почту немедленно доставить мне всю корреспонденцию. - Слушаюсь. Оставшись один, Невил присел в кресло, солнце ещё не дошло до середины небосклона, а он устал, он хотел, чтобы этот день закончился как можно быстрее, чтобы ритуал прошёл, как положено, и его мечта, наконец, исполнилась.