7 ночей в Аду, или как выжить с аниматрониками.

С какой стороны поглядеть, хех. Представляю, что будет у директора, если мы начнём играть в бутылочку на желания... Из раздумий меня вывел шёпот Бон-Бон. -Псс. Псс. -Чего тебе? -Мы тут с ребятами планируем в бутылочку сыграть. Не против присоединится? Даже ждать долго не пришлось. Походу, это единственная игра, в которую никогда не надоест играть. -Нет, не против. Хотя есть одно но... -И что же это? -А ты представь, что будет с директором, если он увидит, как кто-то из нас исполняет какое-то желание? -А, ты об этом. Я уверена, что он никак на это не отреагирует. -А мне остаётся только надеяться... -Почему ты так за него волнуешься? -Потому что если он умрёт, это будет скандал на весь город: два директора подряд умерли в пиццерии от "чего-то неизвестного". Уже представляю подобные заголовки в газетах. -Ясно. То есть ты идёшь? -Да. Но только с обычными. -Какими? -Теми, которых вы заменяете. -А, ты о них... Понятно. Не думаю, что они будут рады нас видеть... -Вот уж не знаю. Ты забыла что ли, что теперь никто не пылится на складе, а выполняет свою работу? С кухни раздался какой-то грохот. -Я же говорил. -Точно, а я уже успела забыть, хех. -Бывает. -Это точно. Собравшись, мы начали. Бутылка теперь пореже на меня указывала, но всё же довольно часто. Вот желания, которые мне пришлось исполнить: крепко обнять Бон-Бон, и не слезать с неё, пока не наступит конец ночи. Она сидела вся красная, как рак, а я просто рад был обнимать её. Чуть не уснул, кстати! Напугать директора, но не сильно. По моему я немного переборщил, раз он таким потоком мата начал говорить. И это я только приближался к офису. Причём мне пришлось с Бон-Бон в обнимку идти. Желание есть желание. А я уж думал он добрый... Вернёмся к желаниям: изобразить из себя какого-нибудь нудного человека, что у меня отлично получалось, рассказать анекдот, подкрастся к Спрингу и напугать его. Он как всегда спал. Вылив на него двухлитровую бутылку колы, и громко заорав, мне пришлось спасаться в офисе охранника. Слава богу, он вовремя одел маску. Я для себя начал отмечать время, во время которого охранник должен одеть. Это было примерно... Секунда, иногда две. Как всегда, c крольчихой в обнимку пришлось бежать. Наконец, когда ему надоело преследовать меня, он ушёл обратно и лёг спать. Ещё желание: издать какой-нибудь милый звук. С моим хрипловатым голосом мне пришлось минут десять откашливаться, чтобы получилось более-менее мило, забить один из термосов пиццей, лизнуть камеру. Блин, мерзость! Также было: выйти на улицу и что-нибудь очень громко крикнуть, попытатся изобразить милую обиду, и в конце подвиг: сходить за газетой. Это было "просто невыполнимо для меня" и "я еле-еле дошёл до пиццеррии". Директор посмотрел на нас, прежде чем открывать дверь детишкам-ребятишкам. Хотя он и видел, что мы играли, он всё равно в это не поверил. И хорошо. Пиццы уже вовсю готовились, я развлекал вместе с Фокси детей, Мангл же нам помогала. Очень хорошо помогала, к тому же. Мне кажется что Бонни тогда ревновал, когда я заключил в свои обятия его же замену. Может он влюбился? Чего не знаю, того не знаю. Спрашивать дохлый номер: соврёт мол, "с чего ты взял? Да не люблю я её, ты что?" и прочие враки с трёх коробов. Хм. Пока был перерыв, я решил прогуляться по зданию. Сколько по пиццерии не ходи, а всё равно каждый угол интересный. О, фиолетовый. Он-то что тут делает? Лучше не подходить, а то вырубит ещё... -Подходи, подходи. Не вырублю. -А откуда мне это знать? -Ну посчитай, когда ты был охранником, сколько раз ты терял сознание? -Не помню... -И не надо. Подходи, не обижу, хех. Я аккуратно подошёл к нему, и заглянул за спину. Он понял, что я хочу, поэтому отодвинулся, и моему взору предстала карта этого "чистилища". Я не вру, так и было написано: "карта чистилища", хотя это была всего лишь карта пиццеррии. -И почему ты это называешь чистилищем? -Отсюда ночью не уйдёшь. Днём, от страха наверняка отключишься, а проснёшься уже вечером. Выходит, что ты вообще никогда отсюда не выйдешь. -Понятно. А что ты тут вообще делаешь? -Охранником устроился. -... -Наслышан я ваших ужасов, и прекрасно знаю, что вам просто нравится убивать. -... -Да, я знаю, что ты и Фредди - самые агрессивные тут. Плюс, знаю, что Спрингтрап умеет создавать фантомов. -А он разве умеет? -Умеет, и ещё как! Ты у него на досуге как-нибудь спроси. -Ясно. То есть, тебя вообще не волнует тот факт, что меня вообще ничем не отпугнуть? -Я знаю один приём, позволяющий подолгу держать вас на одной и той же камере. -Это воспроизведение звуков Билли? -Кого? -Ну, Баллун Боя. Я его для краткости называю Билли. -Понятно. Да, ты угадал. Но не думаю, что на тебя это подействует... -Да ладно тебе. Кто знает, может нам уже надоело убивать? -А об этом я не подумал... -Кто знает, может мы вообще своими делами будем заниматься, м? -А ведь правда... Слушай, а может попробовать наладить с вами контакт? -Чтобы гулять по пиццеррии, как царь, зная, что мы тебя не тронем, а если нужно, защитим? -А вдруг мне прямо посреди смены приспичит? -Даже не знаю... Я попробую поговорить... А ты кстати, когда начинаешь работать? -С послезавтрешнего дня, если мне не изменяет память. -Понятно. Ну, я попробую договориться, не факт, что именно ВСЕ не будут тебя трогать. Обязательно найдётся кто-то, кто захочет тебя убить. Хотя, может и не быть. -Это всё? -Нет. Два вопроса. -Задавай. -Первый: как тебя зовут? Второй: это ты там был на камере, перед тем, как аниматроники стали людьми? -Зовут меня Винсент. Он показал на свой бейджик. Про какую камеру ты говоришь? Перед тем как аниматроники стали людьми? -Да. -Дай вспомнить... Да это был я. -А что ты сделал, от чего вот это вот произошло? -Сам не знаю. Посмотрел в камеру, помню. -Так. -Улыбнулся, помню. -А что дальше? -Вспышка, и я пришёл в себя только на кровати своего дома. Сам честно не знаю, что произошло. -Понятно. -Это точно всё? -Нет. Вот. Я протянул ему вырезки из газет, которые нашёл тогда. Тебе что-то об этом известно? -Хммм... Что-то помню, да не помню что... -Он твой брат? -С чего ты взял? -Хотя бы тот факт, что у вас у обоих цвет кожи не бежевый, как у нормальных людей. А фиолетовый и розовый. А эти цвета чем-то похожи. -Чем-то. Но напрямую же не связаны? -Нет. -Вот то-то. А! -Что? -Вспомнил! У меня был тогда классный самодельный костюм... -... -Чего? Я тогда работал в одном парке развлечений, а костюмы там были в дефиците, поэтому пришлось свой собственный делать. -Допустим. И у тебя его украли? -Нет. Попросил один человек, из высших органов полиции, я ему чисто по старой дружбе дал. Денег он отвалил прилично, не торговался даже. На прямой вопрос он мне ответил: "Не моё мол дело" и ушёл. Только в костюме был жучок, позволяющий следить за тем, куда этот костюм "пошёл". Оказалось, что в старую пиццерию, из которой ты самолично ушёл... -Ты даже это знаешь?! -Почему нет? Не перебивай меня. -Извини. -Да ничего. Ммм... А! На следующий день жучок с костюма куда-то пропал, хотя он там был незаметно устроен. А вечером в газете было написано, что убили мол пятерых детей, все дела... Я думаю, тебе не надо пояcнять про этот инцидент, да? В общем, в суде судья оказался неподкупным и справедливым, и приговорил его к расстрелу. Об этом ты узнал из вырезок, как мне думается. Вот мы и подошли к нашим дням. -Мда. То есть, убийца думал, что эта шишка откупит его за такие злодеяния? Он же безумец! -Так он уже лет шесть как в учёте в психиатрической больнице состоит. Конечно он псих. -Ну всё. Вопросы у меня иссякли. Жду тебя в пиццерии Фредди Фазбера послезавтра! Тьфу ты. Стандартные фразы выговариваются. Извини если что. -Да ладно, бывает. Хочешь сказать одно, а говоришь другое. Как сейчас: ты, наверное хотел сказать "Ещё увидимся!" или что-то подобное, а сказал стандартную фразу. -Да. Порой это раздражает, но только на них я и живу. Не будет их: не будет меня. -Ладно, бывай. -Да, прощай. Я пошёл обратно, так как перерыв скоро закончится. Да уж. Разговорился. Не успел я опомнится, меня сразу прижала к стене Той Чика. -Уф. Что... Те... б-бе... Н-надо о-от... меня? -Зачем ты с ним разговаривал? -От-тпуст-ти м-меня... пожал-луйста... Она наконец позволила вдохнуть мне немного воздуха. Я же всё-таки был человеком, мог и задохнутся! -Так зачем ты с ним разговаривал? -А почему мне нельзя? -Это ведь настоящий убийца! -Ты что, рехнулась? Розовый настоящий убийца, а не фиолетовый. -Бело-золотой. На этот раз прощается, но смотри, чтоб больше такого не было. Фух, блин. Она чокнулась, что ли? Чтож, моё дальнейшее общение с Винсентом сильно ущемлено остальными аниматрониками. Не получится словами - получится записками! Надеюсь... Сев, я написал записку : "Винсент извини, не могу больше с тобой с глазу на глаз разговаривать. Аниматроники сильно ущемили меня в этом. Нам теперь придётся общаться записками. Чтобы другие не заподозрили, что я общаюсь с тобой, буду называть тебя Томом, ладно? Вот, что я хотел сказать: оставляй записки в столе (обязательно(!)), а то другие заметят ещё... Они думают, что ты убийца, поэтому берегись всех аниматроников! Я думаю, ты понял, что никакого контакта наладить с ними не удасться. Удачи тебе на твоей первой ночи. Подпись: Пушистик"...