Бутылка портвейна

Генки чувствовал себя неловко, впервые посещая дом Рёги. Он понятия не имел, зачем его пригласили, ведь хозяин квартиры на вопрос о том, почему нельзя выпить пива в баре, как обычно, подозрительно отмалчивался. Но спорить Генки не стал, предчувствуя, что на вечер припасен грандиозный сюрприз, способный раз и навсегда изменить их жизни. В какой момент чувства Генки из дружеских переросли в более глубокие и прекрасные по своему проявлению – он не заметил, однако результат этого перехода не давал ему покоя уже достаточно давно. Он немного смущался своих мыслей, касающихся Рёги, однако не печалился о внезапно возникшей странной влюбленности. Действия друга, его забота и подозрительные задумчивые взгляды подталкивали Генки на мысли, что в случае признания у него есть все шансы не услышать отказа. Что он и решил проверить этим вечером. Если Рёга не рискнет, он сам сделает первый шаг – вот что решил парень, прежде чем постучать в дверь. Однако стоило взглянуть в глаза открывшему ему человеку, вся уверенность куда-то улетучилась, сменяясь неконтролируемым волнением и смущением. И так вышло, что единственными шагами, которые Генки хватило смелости сделать, являлись шаги, вдоль и поперек пересекающие гостиную комнату чужого дома, в которой Рёга оставил друга ждать, пока сам отправился за выпивкой и закусками на кухню. Квартирка у музыканта была уютной, и любопытность гостя пересилила его смущенность, подталкивая изучить все предметы в комнате поподробнее. Ходя от полки к полке, крутя в руках те или иные вещицы, Генки периодически задавал вопросы Рёге, находящемуся за тонкой стеной, а тот не ленился пересказать «биографию» каждой безделушки, да так детально, что гость невольно начал восхищаться объемом памяти друга. - Ух ты! У тебя тут пыльная, нетронутая бутылка портвейна. Ты меня пугаешь, - хохотнул Генки, случайно заметив на одной из верхних полок вышеупомянутую вещицу. Он осторожно достал бутылку и провел по ней пальцем, выведя на слое пыли глуповатый смайлик. - О, эта бутылка неприкасаема. Ее подарили мне фанаты на нашем дебютном концерте, когда группа, так сказать, переродилась. Глупо, наверное, но этот портвейн стал символом начала новой жизни для Born, - объяснил Рёга, вплывая в комнату с двумя бутылками и несколькими упаковками чипсов в руках. - Вот как… - пробормотал Генки, растерявшись то ли из-за возвращения в поле зрение друга, то ли из-за того, что посмеялся над важной для Рёги вещью. Развернувшись в сторону вошедшего, он виновато улыбнулся и, не глядя на полку, поставил бутылку на свое место, тут же сделав шаг в сторону дивана, на который его жестом пригласили. Но не успел Генки отойти от злосчастного шкафа, как за его спиной послышался звонкий хлопок и треск разбивающегося стекла. Уже через мгновение босые ступни парня обволокла алая жидкость, и в нос ударил аромат вина. Генки испуганно посмотрел на пол, где стремительно расползалась лужица из портвейна, и лишь с опозданием понял, что произошло. Он несмело поднял глаза на Рёгу, будучи уверенным, что того перекосило от злобы и разочарования, ведь растяпа гость уничтожил то, чем он очень дорожил. Однако злиться хозяин квартиры не стал. Он выглядел расстроенным и искренне при этом обеспокоенным. Состоянием Генки. - Ты в порядке? – встревожено спросил он, бросая закуски на журнальный столик и тут же подскакивая к замершему на месте другу. - Да… Прости, я не хотел… Мне очень жаль, - пробормотал гость, опуская голову и спешно усаживаясь на корточки, чтобы собрать осколки. – Я приберу… - Ты испачкался… - вздохнул Рёга, придерживая за плечи парня, который уже было рванул с грязными ногами в сторону, где по его предположению находилась ванная. Из-за того, что Генки совершил резкий рывок вперед, но его так внезапно остановили, он не удержал равновесия и чудом не грохнулся пятой точкой в лужу, в последний момент оперевшись в пол рукой. И тут же айкнул. Когда Рёга помог другу встать, они сразу обратили внимание на испачканную руку Генки. Даже несмотря на то, что она была вся красной из-за напитка, хозяин квартиры быстро определил, что к портвейну примешана кровь. - И поранился, - прошептал он, поднимая взгляд к глазам друга, и, учитывая, как Рёга изменился в лице, Генки понял, что выдал своим видом все свои чувства и эмоции. Не стоило блистать проницательностью, чтобы определить, что значит прикушенная от предвкушения губа и сияющие надеждой безумный глаза. Просто друг подошел слишком близко и слишком нежно прикасался к Генки, слишком трогательно при этом переживая. И Рёга, к счастью, не оттолкнул парня, сбегая от греха подальше. Мягко улыбнувшись, он прикоснулся губами к мягкой коже раненной ладони Генки. Последний тут же зашипел из-за болезненных ощущений на месте пореза, однако уже через секунду эта боль испарилась и стало даже немного щекотно из-за того, что Рёга принялся наглаживать ранку языком. Покрасневший с ног до головы Генки не сдержал широкой улыбки, забывая обо всем на свете, и хозяин квартиры заметил это, подняв на него глаза и взглядом спрашивая, что так развеселило его в этой печальной ситуации. Вместо ответа гость ухватился за воротник кофты Рёги и притянул его к себе, вплетая его уста в настоящий поцелуй. Долгую минуту они целовались, позабыв о том, что стоят посреди лужи. А затем еще две, пока убирали ее, а после этого и вовсе весь вечер, так как фильм, который они решили посмотреть, оказался неимоверно скучным. Покидать квартиру некогда друга, а теперь уже кого-то более близкого, Генки очень не хотелось, однако оставаться на ночь он еще не был готов. Поцеловав на прощание Рёгу, он с тоской осмотрел стены, которые за несколько часов, проведенных в них, стали ему почти что родными, пока Рёга с не меньшей тоской глядел на своего любимого. От былой неловкости, испытываемой Генки, не осталось ни следа, и он искренне не понимал, как мог так глупо себя вести в начале вечера. Вечера, который действительно стал роковым, изменившим их судьбы. Действительно счастливого, ничем не омраченного вечера. Ну или почти не омраченного… Лишь оказавшись на улице, Генки вспомнил наконец, какой урон нанес имуществу Рёги, лишив его едва ли не самой важной в доме вещи, немало значащей как для вокалиста Born, так и для всей его группы. «…этот портвейн стал символом начала новой жизни для Born», - всплыли в памяти парня слова Рёги, и он печально вздохнул. Только сейчас, остудившись вечерней прохладой и освободившись от нежных прикосновений любимого, он смог здраво рассуждать о всем происходящем и пришел к выводу, что не таким уж хорошим вышел этот вечер. Может, ему самому и не было дела до разбитой бутылки – одной больше, одной меньше, – но Рёга, остыв от новых восхитительных эмоций, наверняка сейчас сидел в пустой квартире и грустил, печально глядя на полку, где несколько лет стояла важная вещица. Взглянув в окно квартиры любимого, где все еще горел свет, Генки пришел к выводу, что больше всего не хочет, чтобы дорогой ему человек грустил в такой замечательный вечер. Он был готов даже вернуться обратно и обнимать Рёгу до самого утра, не позволяя ему тосковать. - А почему бы и нет, собственно? – одними губами прошептал он, внезапно понимая, что абсолютно не против провести эту ночь в гостях, где ему всегда рады. Неизвестно откуда взявшийся страх быстро отступил, когда Генки рассудил, что не обязательно заниматься любовью, ночуя у возлюбленного дома. Да и не станет Рёга принуждать, если тот откажет. Наверняка, и самому вокалисту Born больше нравилось сжимать в объятьях хрупкое тельце Генки и шептать ему на ухо ласковые слова, убеждая, что не злится. А секс… Со временем они дойдут до этого, не все сразу, ведь они лишь в начале своих отношений, в начале любовного пути. «Точно!» - с трудом сдержался, чтобы не воскликнуть вслух Генки, когда его посетила гениальная, на его взгляд, идея, как можно возместить потерю Рёги, вручив ему кое-что, что по значимости не будет уступать подарку фаната с первого лайва. Оценив свою идею наивысшим баллом, Генки довольно улыбнулся и принялся скрупулезно вспоминать, где находится ближайший магазин, в котором можно купить такой же портвейн, какой стоял у Рёги дома. Очередная темная бутылка с обожаемым многими напитком должна была стать символом начала новых отношений для двух влюбленных вокалистов. А еще Генки подумал о том, что лично проследит за тем, чтобы ее никто нечаянно или специально не разбил…