Сказка для Хотару

- Любовное зелье? – переспросила Харука. – Мне нужно снять заклятье! - Если Мичиру вспомнит тебя, она снимет его сама… Другого выхода нет. В настоящей жизни она была сильной духом и чистой сердцем – теперь она стала могучей ведьмой… Харука опрометью бросилась из комнаты. - Эй! Мичиру гораздо сильнее Галаксии! – прокричала вслед Мичиру с портрета. Тено шла вверх по винтовой лестнице, освещенной тысячами свечей. Она не знала дороги, но помнила, что во всех сказках принцессы жили на самой вершине… У Харуки не было плана в голове – она надеялась на сказочное чудо и на сердце Мичиру. Шестое чувство не обмануло Харуку - через несколько сотен ступеней она добралась до верха, толкнула тяжелую дверь и оказалась в уютной девичьей спальне, светлой и приятной, несмотря на ремесло хозяйки. В углу у трельяжа стояла огромная белоснежная кровать под пологом. Харука подошла ближе и откинула полупрозрачную ткань. Мичиру сладко спала. Ее волосы разметались по подушке, длинные ресницы лежали на щеках, и она казалась совсем юной, как в тот год, когда они впервые познакомились и полюбили друг друга. Харука улыбнулась, бережно подвинула девушку и улеглась рядом. Мичиру вздохнула, повернулась к ней и прижалась, не просыпаясь. Харука нежно погладила ее по щеке. - Мичи… Мичиру открыла заспанные глаза. - А? – спросила она еще в полудреме. – Что-то случилось? - Я вернулась,- ответила Харука, как всегда говорила, возвращаясь домой за полночь и заставая жену почти спящей. – Спи, милая. Я только хотела сказать – ты помнишь нашу первую встречу? - Нашла, о чем спрашивать,- Мичиру зевнула. – Неужели я могу забыть того нахала-гонщика, который не захотел сделать одолжения маленькой девочке? – она окончательно проснулась и воззрилась на Харуку не слишком ласково. – Опять ты… Неужели у всех мужчин полагается пробираться в кровать к красивой женщине? - Но я же твой будущий муж,- напомнила Харука миролюбиво, еле сдерживая смех. – Тебе не мешало бы познакомиться со мной до свадьбы. Вдруг ты еще передумаешь… - Вряд ли,- ответила Мичиру честно. – Я совсем не знаю мужчин. Тебя выбрала для меня матушка Галаксия, она – разбирается… Нельзя сказать, что Харуке не польстило, что даже в сказке ее Мичиру должна была принадлежать только ей. - А ты хотя бы знаешь, что люди делают после свадьбы? – спросила она с внезапным любопытством, почти забывая про серьезность положения. - Подарки раскрывают,- предположила Мичи с искренней серьезностью. – Что, нет? Я бы занялась именно этим... - Да, только главным подарком становится молодая девушка… - Харука обняла Мичиру за талию. – Я никогда не забуду день, когда ты стала моей женой… - она закрыла глаза. – Сецуна была свидетельницей… Ты запустила букет прямиком в Усаги Цукино, и та зарумянилась, как яблочко… А потом мы под шумок сбежали с собственной свадьбы, и улетели на вертолете к морю… Мичиру не перебивала, и лишь в глазах ее появилась задумчивость, напоминающая прежнюю Мичи Тено. - Мы были счастливы. И наша жизнь стала только лучше – свадьба оказалась чудесным началом… Официальным началом нашей совместной жизни. Сначала я была уверена, что соблазнила саму невинность, а потом выяснилось, что ты – лучшая жена, потому что, оставаясь скромной в глазах всех, для меня ты была настоящей чертовкой. Мичиру молчала, словно пытаясь вспомнить что-то забытое. - Все время я думала, как же мне повезло встретить тебя… Нам многие завидовали – кто сильно, а кто слегка. Ты никогда не злилась, если я немного флиртовала с той же Усаги… да, признаю, этим я грешна до сих пор… Но ты всегда ужасно ревновала меня, и было так приятно увидеть это в твоих глазах… Правда, твоя месть была жестока – если ты могла промолчать, глядя, как я флиртую с девушкой, стоило мне увидеть около тебя подозрительного мужчину, как мне хотелось выписать ему некролог… Помнишь свою самую кошмарную выходку? Ты знала, что я с минуты на минуту явлюсь, и попросила какого-то хвостатого парня, с которым ты выступала, помочь тебе переодеться. Помочь. Тебе. Переодеться. Если бы я задержалась на пять минут, ты носила бы мне передачки в Сугамо* за жестокое убийство… Мичиру вздохнула и устроилась на Харуке удобнее. - А еще я никогда не смогу забыть тот первый раз, когда ты осталась у меня ночевать… Покорная, горячая, гибкая Мичиру – я уже тогда решила, что ты станешь моей женой. Это была долгая ночь. Мы заснули только под утро… Я помню твои исступленные поцелуи, сиреневое кружево белья и запах твоих духов… Харука помолчала и поцеловала Мичиру в макушку. - Нам тяжело было расставаться надолго… Любая разлука ощущалась, как боль. Ты – моя морская принцесса, повелительница моего сердца, и предводитель всех баночек и бутылочек, которые стоят по всей ванной. Я постоянно роняю их, ты обзываешь меня слонопотамом, а потом мы обычно проверяем, какая из них дает самую ароматную пену… Опытным путем проверяем. Белоснежная пена очень идет тебе, моя богиня Венера… А еще я люблю мешать, когда ты готовишь обед или моешь посуду – потом, конечно, приходится отмывать пол, но это того стоит,- Харука облизнулась. – Ты стоишь любой испорченной вещи, любимая. Продавщицы краснеют, когда я прошу подобрать мне лифчик твоего размера, и уточняю, что он должен побыстрее сниматься… - Синий лифчик мне.. особенно жаль,- внезапно заявила Мичиру, чуть запинаясь. – И ты… сказала, что оставишь его на память… как трофей! – она встряхнула головой. Глаза Мичи снова потемнели. - Мичиру… прошу тебя, приди в себя,- Харука поцеловала любимую в носик. – А помнишь, как я собралась делать тебе предложение и забыла кольцо в машине? Пришлось переносить момент из ресторана в автомобиль… До ресторана мы тогда не доехали. И… знаешь, я люблю смотреть, как ты спишь, часто просыпаюсь и подолгу смотрю на тебя… Во сне ты такая нежная, такая родная мне… И ты никогда не носишь ночные рубашки до пят,- шепнула Харука на ушко Мичиру и провела рукой по тонкому полотну. – Но мне нравится… Очень нравится… - Иди ко мне,- шепнула Мичиру, обнимая Харуку. – Я люблю тебя… Нас никто не услышит… Будь со мной… - Ты вспомнила? – Харука прильнула губами к ее плечу. – Мичи… Мичиру горячо прижалась к ней и бросила взгляд на окно... Из-за горизонта вставало солнце, и один из ярких лучей осветил лицо Харуки.