Любовь без правил

Выныриваю из сна от резкого толчка. Сердце колотится как бешеное. Меня всю трясет, но я не понимаю почему. Глядя в окно иллюминатора, вижу вдалеке небоскребы Нью-Йорка. Какое- то странное чувство прочно закрадывается в мое сердце. Мне как-то неспокойно. Черт, Эви, перестань. Наверное, это все из-за дурацкого утра. Приземляюсь в аэропорту Нью-Йорка и сразу же еду в квартиру оставить вещи. По дороге пытаюсь позвонить домой, но в телефоне закончилась зарядка. Черт! Ладно, позвоню с работы. Нахожу под ковриком ключ и открываю дверь в свое новое жилище. Боже, а здесь просто чудесно. Небольшая гостиная с мягким белым диваном. Здесь так уютно, что я не могу насмотреться, но надо бежать на работу. Быстро оглядываю спальню и с довольной физиономией уезжаю в офис. Миссис Кингсли снова ввела меня в курс дела, поэтому я тут же приступаю к работе. Несколько раз звоню домой, но никто не поднимает трубку. Наверное, все ушли на работу. День летит незаметно, и я до сих пор не могу осознать, что снова буду жить в Нью-Йорке. Надо устроить ужин Джин и Маркусу за то, что они нашли для меня такую чудесную квартиру. Ближе к семи часам возвращаюсь домой. Первым делом ставлю телефон на зарядку и жду, пока он включится. Мое сердце падает, когда я вижу больше пятидесяти пропущенных от мамы, Мартина, Джин и Райана. Черт! Быстро набираю мамин номер и жду несколько мучительных гудков. -Эви! Боже! Где ты пропадала? – говорит мама шепотом. Ее голос невероятно монотонный, и мне это не нравится. Я чувствовала, что что-то не так целый день. -Мама, прости, я не могла позвонить, - виновато говорю я. – Мой телефон выключился, а я только что добралась до квартиры. Все в порядке? Слышу пугающее молчание на том конце провода. Почему она ничего не отвечает? -Мама? – настороженно говорю я. – Что такое? -Эви, - говорит она, всхлипывая. – Твой отец…он..он попал в аварию… Несколько слов, которые выбивают почву у меня из-под ног. Вся картинка перед глазами застыла. Что она сказала? -Ч-что? – спрашиваю я, совершенно не дыша. Ноги меня не держат, и я буквально падаю на кровать. Пелена слез быстро загораживает мне обзор, но сейчас это неважно. Папа…боже мой…что с ним? -Он возвращался из аэропорта, - тихо шепчет мама, - когда все произошло. Сейчас он в реанимации…Боже, я думала ты была вместе с ним...твой телефон не отвечал, и я... Закрываю рот рукой, чтобы сдержать слезы. В голове беспорядочно бегают мысли, сердце бьется ужасно быстро…Единственная мысль, которая меня успокаивает, что он жив… -Что говорят врачи? – говорю я трясущимся голосом. -Они настаивают на операции… -Нужно ее делать, как можно скорее, - быстро говорю я. -Его знакомые врачи сделают ее бесплатно, но они не исключают, что может потребоваться еще одна, - говорит мама печальным голосом. -Пусть делают, сколько нужно. Главное, чтобы он поправился, - говорю я, сильно выдохнув. -Эви…Они не дают никаких прогнозов..., - говорит мама, снова всхлипывая. От ее слов я сама готова разрыдаться, но я держусь из последних сил. -Все..все будет хорошо. Слышишь? Не вздумай себя накручивать! – строго говорю я. -Эви, я боюсь… -Я вылетаю первым же рейсом. -Но твоя работа… -Она подождет. Я выезжаю в аэропорт… Все будет хорошо, мама. Дни тянутся один за одним, но я не теряю надежды. Первая операция не помогла…На очереди вторая. Врачи по-прежнему не говорят ничего конкретного, но я верю в лучшее. Папа не может так просто сдаться. Миссис Кингсли с пониманием отнеслась к этой ситуации, но я стараюсь работать из Чикаго. Нам нужны деньги на вторую операцию и лекарства, а это все слишком дорого. Все наши сбережения почти закончились, поэтому Райан, Мартин, Джин и Маркус тоже постоянно помогают. Наши долги растут с каждым днем, но это неважно…Это все ради папы. Я смотрю на него каждый день и все больше понимаю, что это я во всем виновата. Если бы я не поехала в Нью-Йорк…этого бы не случилось. Прости меня, папа…. Прилетаю на два дня в Нью-Йорк, чтобы отдать документы, над которыми я работала всю неделю. Не помню, сколько спала последние несколько дней, но чувствую себя ужасно разбитой. Хочется упасть на кровать и забыть обо всем этом кошмаре. Иду до офиса пешком, чтобы хоть как-то освежить мысли. В душе уже прочно засело беспокойство, которое никак меня не покидает. -Эви! – окликает меня чей-то голос. Резко разворачиваюсь и замечаю Сару. Боже, я так давно ее не видела. -Привет, - говорю я усталым голосом. Она быстро подбегает ко мне и крепко обнимает. -Как же я рада тебя видеть! – восклицает она. -Я тоже рада тебя видеть, Сара, - тихо шепчу я, хотя чувствую, как к глазам подступают слезы. Сара резко отстраняется и внимательно изучает меня глазами. -Почему ты такая грустная? – резко спрашивает она, а я сильно сглатываю. – С тобой все хорошо? Несколько секунд смотрю на нее поникшим взглядом. Наверное, она единственная, кому я могла бы излить душу. -Я..я в порядке, - тихо отвечаю я. – А ты как? -Адам потащил меня в кафе, но мне здесь не понравилось. -Адам? – удивленно говорю я. Черт, я не хочу, чтобы он меня увидел. -Да, он оплачивает счет, - говорит она. -Мне нужно идти, Сара. Будь умницей! -Эви, подожди! – кричит она мне вслед. Быстро разворачиваюсь и стараюсь скорее скрыться за углом. Боже, меньше всего мне сейчас хочется разбираться именно с Адамом. Если он снова будет надо мной издеваться, это меня добьет. У меня, итак, сейчас все наперекосяк. Боже, мне кажется, я никогда не была такой слабой. Несколько дней спустя нам с мамой сообщают, что вторая операция тоже не принесла никаких результатов. Мне кажется, мама все больше теряет надежду, но я прошу ее не сдаваться. Мы сделаем все возможное, только бы все наладилось. -Доктор Джеймс, может быть, есть что-нибудь еще? – говорю я устало. -Третья операция, Эвелин, - говорит он. – Других вариантов нет. -Сколько она стоит? – спрашиваю я, уже прокручивая в голове, где достать деньги. Доктор Джеймс опускает голову и ничего не отвечает. -Доктор, прошу вас, скажите, сколько, - говорю я строго. – Мы найдем эту сумму. -Сто тысяч долларов, - тихо говорит он. Глотаю ртом воздух и сильно сглатываю. Боже, сто тысяч… -Х-хорошо, - выдыхаю я. -Операцию нужно сделать, как можно скорее. Не стоит это оттягивать. -Я все поняла, - говорю я, пытаясь сдержать слезы. – Я все сделаю. Выхожу из кабинета и прислоняюсь к холодной стене. Боже, что делать? Трясущимися руками набираю номер Джин. Господи, надеюсь, она поможет мне. -Эви, - тихо говорит она. – Какие новости? -Не очень хорошие, - тихо отвечаю я. – Они настаивают на еще одной операции. -Сколько? – спрашивает Джин, а я не знаю, как ей сказать об этом. -Сто тысяч, - выдыхаю я. -Оу, я …я поговорю с Маркусом. Думаю, за пару недель мы соберем. -У нас нет пары недель, Джин, - говорю я, всхлипывая. -Черт, - говорит она. -У тебя или у Маркуса нет знакомых, кто мог бы помочь? -Я спрошу у него, хотя…постой… -Что такое? -Почему бы тебе не поговорить с Адамом? – говорит она. Боже, я совсем о нем забыла, но нет. Я не стану просить у него денег. -Нет, это исключено, - резко говорю я. -Эви, но он точно сможет тебе помочь, - говорит Джин. – Поговори с ним. -Я найду кого-нибудь другого. Попроси Маркуса поговорить с друзьями. Ты же знаешь…я верну все, только пусть они помогут. -Хорошо, - выдыхает она. – Я поговорю я с ним. -Спасибо тебе, подружка, - шепчу я. -Держись, Эви. Все будет хорошо. Поговорив с Джин, иду в палату к папе. Равномерный писк приборов немного успокаивает мое сердце. Он без сознания уже вторую неделю. Слегка провожу рукой по его лицу. Чувствую, как слезы медленно катятся по лицу. Чувство вины снова накрывает меня с головой. Это невыносимо, ужасно невыносимо. -Ты поправишься, папа, - тихо шепчу я, смахивая с лица слезы. – Ты у нас сильный….. В памяти всплывают слова Джин. Адам действительно мог бы мне помочь, но я не желаю его видеть, после всего того, что он сделал. Глядя на папу, эти мысли уходят на второй план. Во мне борется упрямство и обида… Но я должна ему помочь. Ласково целую его в лоб и подхожу к двери. -Я сделаю это, папа…Ради тебя…. Следующим утром прилетаю в Нью-Йорк. Такси останавливается возле здания компании, но я силой заставляю себя выйти на улицу. Делаю несколько шагов и поднимаю голову вверх. Ну, вот я здесь. Большие буквы «Эдд Корпорэйшн» напоминают о том, с кем мне предстоит встретиться. Делаю глубокий вдох и захожу в здание, в котором мне хочется быть сейчас меньше всего. В душе до сих пор бушуют сомнения, но мысли об отце заставляют меня забыть обо всех обидах...пусть и на некоторое время...