"Белоснежка."

Как я определил, что мимо нас проезжала карета Его Величества (по совместительству начальство рыжика и его приятелей)? Ну, наверное, этому способствовало несколько факторов: Во-первых, по гнетущей тишине, возникшей на определенном отрезке дороги. Во-вторых, по вытянувшемуся лицу глашатая. Хотя, вполне возможно, что испуг герольда был вызван вовсе не моей распальцовкой, а вставшим на дыбы конем: все же не стоило дяденьке так резко дергать за поводья. В-третьих же, по тяжелым взглядам спутников (аж мурашки побежали), сверлящих мою спину. Ну, а главной причиной моей догадки послужила остановившаяся перед нами карета, на дверце которой недвусмысленно красовался королевский герб: круг до боли напоминающий знак инь-янь, только в золотом с пурпурным исполнении, да изображение короны, судя по блеску, выложенной настоящими самоцветами. *Блин, попали, так попали! – оглушительно рыдало альтер эго, усиливая мое и без того паническое состояние. – Что делать будем, хозяин, а? Что-что, - окрысился я, - молиться, чтобы в свите короля не оказалось палача! Впрочем, - оптимистическая натура взяла верх, - ребята не дадут меня в обиду! – пауза. Поразмыслив, нерешительно добавил,- Наверное. Перед мысленным взором всплыли события той неполной недели, что я провел в их компании, а также все те злоключения и неприятности, появившиеся следом за мной. Все, мне точно каюк! – кисло решил я, глядя, как затрепыхалась плотная занавеска в окошке кареты. – Парни, особенно некоторые брюнетисто- и коротышкообразные не то что «подсобют» в поисках палача, а сами, если что, встанут у дыбы… Размышлению о бренности мира в целом и о моем существовании в нем, в частности, помешала чуть отодвинутая бархатная ткань, точнее, показавшаяся мужская ладонь. Глаза непроизвольно остановились на высунутой конечности царственной особы. Нет, боязнь возможного наказания никуда не исчезла, но… пресловутое «авось» и некая неопределенность будущего (кто его знает, может все образуется само собой, например, король окочуриться через пару минут от естественных причин) заставили тревогу слегка отступить, выдвинув на первый план жгучее любопытство: все же не каждый день выпадет шанс лицезреть королевскую особу. Уставился на заинтересовавшую меня конечность. Точнее, буквально въелся взглядом в ладонь, пытаясь выявить неясные и самому себе особенности, которые должны быть присущи великим мира сего. Увы, конечность никаких отличительных особенностей не имела, исключая, разве что огромный перстень на безымянном пальце. Да только вот массивными украшениями особо никого не удивишь. Один из соседей, например, обладатель пентхауса, а проще говоря, владелец чердака, носил ТАКУЮ цепь на шее, что кот Пушкина (тот самый, шастающий по дубу круглосуточно, без перерыва на обед и вынужденных отлучек в близлежащие кустики) позавидовал бы самой черной завистью. С губ сорвался разочарованный возглас. Рука, начавшая было строгое размеренное движение, внезапно дернулась, смазывая все впечатление от величественного жеста, и окончательно замерла в воздухе. Спустя мгновение пальцы сложились в знакомый жест. Нет, не в кукиш. Рука сжалась в кулак, оставив прямым лишь один палец, - нет, и не в тот жест. Я сказал: «НЕ В ТОТ ЖЕСТ»! Палец был указательным! В общем, глядя на подзывающий жест Его Величества, меня вновь переклинило. Ступор прошел лишь тогда, когда сзади раздался отчетливый скрип седла, да легкий стук сапог о землю. Мимо меня проскользнула чья-то тень. Шаг. И вот уже рыжик стоит у кареты и, чуть согнувшись, вслушивается в слова своего сюзерена. Тихий краткий ответ. Легкий поклон, поворот в нашу сторону и сухое: - Его Величество, Курим Третий, будет рад видеть Вас, Алиэль, сын Священного Леса, и всех ваших спутников без исключения на званом вечере в честь именитых гостей. Приглашение на бал пришлют завтра утром. Успел заметить напряженное лицо Таша, прежде чем пыль, поднятая отъезжающей каретой, скрыла фигуру воина. *** Кхе-кхе-кхе. Стоило только улечься дорожной пыли, как я начал прокашливаться, попутно избавляясь от песка во рту (а ее, в смысле дорожной грязи, было немало: как-никак, Его Величество путешествовать изволили не одни-с, а со свитой). Взгляд скользнул вначале по собственным рукам, покрытым золотистым «загаром», потом упал на все еще стоящего у самого края дороги воина. С губ сорвался тихий истеричный смешок, больше похожий на похрюкивание (организм непроизвольно начал избавляться от последствий стресса). Заинтересованно оглянулся назад, проверяя состояние спутников. Начавшийся было хохот, сошел на нет моментально, стоило мне увидеть сощуренные глаза волосатика, точнее, его зрачки, принявшие вертикальную форму. М-да, яростный взгляд темного, вкупе со вздыбленными волосами, напоминающими встопорщенные иглы дикобраза, (а учитывая, что прическа дроу состояла исключительно из косичек…) и нездоровым, я бы сказал, земляным цветом кожи – придало Рею вид стопроцентного упыря. Отсвет закатного солнца, да злобный оскал волосатика лишь завершили образ киношной нечисти. Непроизвольно скрутил кукиш. Рык, сорвавшийся с губ Ко, окончательно избавил нас от нечаянных свидетелей, оставляя дорогу, ведущую в город, абсолютно безлюдной - по крайне мере, на ближайшие несколько километров. - Убью! – прошипел дроу, продолжая скалиться во все свои клыки. - Нет, – тихий усталый голос Таша вызвал было в моей душе ликование, если бы не последующие слова рыжика, - Хватит и порки. Я даже мяукнуть не успел, как оказался снятым с Васьки. Секунда, и я, удерживая капюшон обеими руками, был заброшен на плечо воина, а после, стоило рыжику найти достаточно большой придорожный валун и усесться на него, очутился уже на коленях Таша. Надо ли уточнять, какова была моя поза?!! Правильно: попой кверху. *Берет на слабо! – решительно промолвил мой внутренний голос, стоило мне расположиться на коленях воина в крайне смущающей позе. – Таш никогда не сможет поднять на меня, то есть, на нас руку! *А-й-яй-яй! – пронзительно взвизгнуло альтер эго, стоило мужской ладони опуститься на мою филейную часть. - За что? – пискнул я, получая очередной звонкий - не то чтобы болезненный, но весьма обидный - шлепок. Вместо занятого мною Ташира, ответил Аль, остроухий предатель: - Ты ведь помнишь, зачем мы планировали посетить человеческое поселение? Шлепок. Подтверждающе качнул головой. - Правильно: спешно и незаметно пополнить запасы (как продовольственного, так и магического толка), а после как можно быстрее добраться до обители Оракула для решения одной весьма существенной, я бы даже сказал, глобальной проблемы… Небольшая пауза, возникшая в речи перворожденного, без слов дала понять, КОГО он имел в виду под словом «проблема». На ягодицы вновь пала карающая длань. Ойкнул. - Теперь же, - продолжил Алиэль как ни в чем не бывало, – мы будем вынуждены нанести визит в местную ратушу. И все из-за одного не в меру неуемного ребенка, привлекшего внимание соседа-монарха! - И что? – глотая слезы, взревел я. Нет, больно почти не было (только, гм, ощущался жар от шлепков), и слезы текли исключительно от чувства унижения и непонимания. Над ухом послышался тихий вздох. Ладонь рыжика вновь опустилась на мой зад. Ягодицы непроизвольно напряглись. Легкое поглаживание заставило меня тихо охнуть (исключительно от неожиданности, честное слово) и позабыть о слезах. - А то, малыш, - чувство вины накатило на меня, стоило только услышать голос рыжика, полный сожаления, - что ты, особенно твои поступки, невольно привлекут внимание окружающих. Впрочем, - ладонь воина замерла неподвижно, не давая слезть с колен Ташира. Мое тело задеревенело. В лицо бросилась кровь. Как же, - думал я, пользуясь паузой в речи мучителя, - по-другому и быть не может: я все же висну (или висю?), в общем, вишу вниз головой. Гм, что-то я отвлекся на посторонние ощущения. - … не самое главное. Явка на бал обязательна. А учитывая, что при официальном представлении Его Величеству все без исключения должны обнажить голову, то... – меня таки подняли с колен и осторожно поставили на ноги. Неловко качнулся и ухватился за воина (используя Таша, как опору). Осознание того факта, что мое поведение вызвало страшный переполох и возможные неприятности в будущем, заставило в очередной раз почувствовать себя неблагодарной свинкой. В самом деле, парни возятся со мной, как с писаной торбой, а я… Черт, надо было вспомнить про здравый смысл пораньше: глядишь, и избежали бы некоторой части проблем. Покосился на Ташира. Заметив хмурую складку, залегшую меж бровей рыжика, прикусил губу. Отчего-то эта морщинка (наверняка Таш казнит себя за недавнюю исполненную процедуру наказания) вызвала непонятную боль в груди. Дернул воина за рукав, привлекая его внимание. Несмело улыбнулся и прошептал: - Я все понимаю и не сержусь. Честно! Уголки губ, на секунду дрогнувшие в улыбке, заставили сердце замереть, а потом зайтись галопом. Я было задумался над тем, что за странную реакцию вызывает теплый шоколадный взгляд Ташира, как… - А что это за боязнь обнажить голову? – откровенное любопытство, прозвучавшее в голосе Пави (черт, совсем забыл, что они тоже тут), заставило меня вскинуть голову. Заметив явно плотоядный взгляд синеглазого брюнета (ему точно придется впору фингал: замечательно подчеркнет цвет глаз), припомнил все его домогательства и «нечаянные» - ага, как же, - прикосновения к рыжику. Верхняя губа приподнялась, обнажая клычки. - Не вампир, но все же… Пальцы сомкнулись стальным браслетом на запястье воина (почти сомкнулись: все же мои пальцы не настолько длинные), не давая мужчине сбежать, задумай он подобный финт. - Никакая это не боязнь! Просто я – «ищущий», а Ташик - мой основной кандидат в супруги! - добавил как можно больше ласковых нот в голос для правдоподобия. Странно, но воин отчего-то ощутимо вздрогнул; со стороны ушастых же послышались весьма странные звуки, как будто кто-то поперхнулся. – Оказывается, рыжик весьма ревнивый тип и прячет меня, отваживая возможных соперников… Так, милый? – в медовых интонациях воин наверняка ощутил угрозу, так как, не задумываясь, качнул головой, подтверждая мои слова. - Не верю! – просипел бледный синеглазик. Ах, так? Дернул рыжика за рукав. Тот, все еще находясь в шоковом состоянии, послушно наклонился. Чуть косясь на свидетелей разворачиваемого действа, обвил шею рыжика руками и… Звучно чмокнул воина в губы. В голове что-то щелкнуло. На миг замер, прислушиваясь к собственным ощущениям. Видимо показалось. Игнорируя звуки падающих челюстей, гордо прошествовал мимо остолбеневших спутников (слава Богу, что их реакция оправдала мои ожидания, иначе кто-нибудь точно заметил бы мои трясущиеся коленки) и взгромоздился на Ваську. - Чего стоим? Кого ждем? – кивнул в сторону заходящего солнца. – Ночь уж скоро. Нам бы успеть в город попасть!