Они

После всего сказанного в сторону Мао Эмилии просто жизненно необходимо было побыть одной и обо всём подумать. Она даже после этого неприятного для неё разговора всё равно хорошо относилась к своим родителям и совсем не хотела портить с ними отношения в один день. Девушка инстинктивно пыталась понять мать и отца, чтобы их потом можно было оправдать. В первую очередь в её собственных глазах. Из-за привычки видеть в Норде и Лейле только хорошее Юстина хотела немного успокоиться и во всём разобраться. Избавиться от своих прежних мыслей было не так-то просто, посему девушка не могла полностью стать ни на сторону родителей, ни на сторону Мао. Она же знает, какие они все хорошие, и предать ни своего друга, ни мать с отцом она не могла. Для Эмилии было просто непостижимым то, как в один прекрасный день можно отказаться от того человека, который был ей дорог. И не важно, кто это: Садао, Лейла или Норд. Ведь девушка прекрасно знала, насколько каждый из них был прекрасным. И разорвать отношения хотя бы из них было равносильно тому, что она самолично отрежет себе руку или ногу. А разве нормальные люди так поступают? И именно поэтому Юстина блуждала по городу, желая развеяться и успокоиться. Она прекрасно помнила слова матери о том, что нельзя принимать важные советы на горячую голову, поэтому сейчас девушка хотела немного побыть одна. Так ей будет проще разобраться в том, что ей действительно нужно, а от чего вполне можно отказаться и со спокойной душой забыть об этом. Эмилия никак не могла позволить себе сорваться ни на родителях, ни на Мао. Никто из них в этом не виноват. Только она, и никто другой. Ведь именно из-за неё мать с отцом стали так волноваться и нервничать по поводу Садао, а сам молодой человек оказался на линии огня из-за дружбы со своей одноклассницей. И именно девушка должна сама со всем разобраться, чтобы сохранить привычную и такую родную атмосферу взаимопонимания в её маленьком мире. Поэтому Юстина блуждала по улицам родного города, позволяя пока ещё тёплому ветру трепать её длинные волосы и неспеша запутывать их. Сейчас девушка в глубине души радовалась тому, что сейчас на улице не зима, и она может позволить себе подобное. При низкой температуре это было бы весьма проблематично. И пока у неё есть такая возможность, ею нужно пользоваться. В сложившейся ситуации, школьнице было плевать на то, куда она может забрести в своём состоянии. Её не особо волновало, на каких людей она может выйти и что они могут сделать с ней. Если захотят поприставать, то пусть делают; если захотят ограбить, то и фиг с ними; если же они решат её изнасиловать, то Бог им судья. Мать всегда говорила, что Господь всегда наказывает тех, кто поступает плохо. И девушка верила ей даже сейчас. Уж слишком долго родители ей вбивали это в голову, чтобы она могла просто так отказаться от давно ставших привычными убеждений. Чтобы изменить своё мировоззрение требуется намного больше времени. А неоднократные слова Мао о том, что Бог — это всего лишь выдумка какого-то идиота, жившего чёрт знает когда, не помогали Юстине так быстро стать атеисткой. Всё дело в привычке и нежелании расстраивать родителей, которые были верующими. И быстро шагая по улице, Эмилия никак не могла справиться с желанием смотреть на серый асфальт, не отводя от него глаз. Она бы с радостью сейчас начала про себя молиться Господу, но всё время одёргивала себя. Садао не раз говорил ей, что Бог ни за что ей не поможет, и что девушке необходимо всё взять всё в свои руки. Только в таком случае она сможет добиться желаемого. Девушка считала, что в этом молодой человек был прав. Даже если на небе и есть кто-нибудь, он просто не сможет помочь каждому на этой земле. Всё же наблюдать за семью миллиардами людей наверняка довольно напряжно, вот поэтому сейчас многое лежит на плечах «смертных». А Садао это прекрасно понимал и буквально заставил свою одноклассницу принять эту истину. В голове мелькает мысль, что родители сейчас наверняка очень волнуются. Ведь Эмилия поступила так не рассудительно, накричав на мать с отцом, после чего ушла из дому, при этом хлопнув дверью. Раньше ведь девушка никогда так не поступала, вот Норд с Лейлой были просто обязаны начать волноваться и изводить себя мыслями о том, что сейчас происходит с их дочерью. Они же всегда так заботились о ней, пытались дать ей как можно больше, а Юстина-младшая поступила так нехорошо по отношению к ним. И из-за этого девушка начинала чувствовать неприятное щемящей чувство в районе сердца, которое до этого дня ни разу не появлялось в грудной клетке. И это долбанное чувство вины ни капельки не нравилось школьнице, ведь никому не хочется быть неправильным. Абсолютной каждый человек хочет быть хорошим, а вина заставляет его убеждаться в обратном. И от этого Эмилии хотелось расплакаться. Не разрыдаться, а именно расплакаться. Сил держать себя в руках оставалось всё меньше и меньше, поэтому девушке хотелось дать хоть немного воли своим эмоциям. Уж лучше выплеснуть их наружу сейчас, чем потом страдать из-за того, что слишком много всего скопилось внутри. Но в то же время девушке не очень-то хотелось, чтобы случайные прохожие увидели её состояние и начали расспрашивать, что случилось. Юстина привыкла открываться только малому количеству людей, и она к тому же не хотела, чтобы другие считали её слабой, поэтому ей приходилось держать себя в руках и опять и опять думала о том, как ей следует правильно поступить, чтобы не обидеть ни Норда, ни Лейлу, ни Рику, ни Мао, ни кого-то ещё. Ведь все они так хорошо к ней относились, поэтому девушка не имеет права хоть кого-нибудь предать. Никто из них не заслужил подобного отношения к себе. Сейчас бы девушка совсем не отказалась бы от чей-нибудь помощи. Решать подобные проблемы было достаточно сложно, и поэтому девушке был нужен совет близкого ей человека. Девушке хотелось кому-нибудь выговориться, позволить своим эмоциям выйти наружу, что непременно бы принесло ей такие желанные успокоение и лёгкость. Ей сейчас просто жизненно необходимо было понимание и подтверждение того, что она права и делает всё правильно. Но Юстина набрала номер Рики только тогда, когда смогла немного успокоиться и прийти в себя. Ей раньше было просто не до этого. Она слишком зациклилась на своих проблемах и чувствах, что совсем забыла про мобильный, который всё это время лежал в кармане её джинс. Только тогда, когда всё немного нормализовалось, школьница смогла опять начать полностью думать головой, а не своими эмоциями. Всё же она живой человек, а не робот какой-то. — Алло? — послышался в трубке такой родной голос Сузуки. — Рика, — непривычно дрожащим от волнения голосом начала девушка, сильнее сжимая в руке мобильный, — я из дома ушла. Эмилия не знала, как ещё можно объяснить подруге всё случившееся. Нужных и точных слов для этого никак не находилось, посему староста делала это так, как могла в сложившейся ситуации, при этом прекрасно понимая, что её собеседница всё поймёт. Она всегда понимала и никогда не осуждала. — Что? — удивилась Рика. – Как? Этот вопрос был вполне ожидаем. Ведь Сузуки пока ещё не знает, что произошло с её подругой, вот так и реагирует. Да и ещё она никогда не видела, чтобы Эмилия поступала подобным образом. Такое заявление должно было стать шоком абсолютно для каждого, вот староста отнеслась к этому, как к должному. — Мама с папой стали говорить, что Мао слишком плохой, чтобы я могла с ним общаться, — продолжила Юстина. — А я слегка психанула, вот и получилось… Рика-а, что мне делать? Я не хочу сейчас возвращаться домой. Желания сейчас видеться с родителями у Эмилии не было и в помине! Она, конечно же, очень дорожила Нордом и Лейлой, но всё равно неприятный осадок после всего сказанного у неё остался. Поэтому староста хотела сперва успокоиться и разобраться в себе, и только потом возвращаться в родительский дом. Ни раньше, ни позже. — А они как отреагировали на то, что ты убежала? — взволнованно поинтересовалась Сузуки. Сейчас Юстина прекрасно понимала свою подругу. Она хотела всё выяснить, и только потом давать советы. Эмилия сама довольно часто так делала, поэтому она не стала спорить с Рикой. Ведь последняя совсем не хочет дать такой совет, который может навредить её собеседнице. — Они пытались меня остановить, — пояснила школьница, — но я смогла оторваться. Рик, что мне делать, а? Сейчас страх и неприятное волнение овладевали телом Юстины, не позволяя ей мыслить разумно. Она прекрасно понимала, что родители могли начать волноваться о ней и изводить себя неприятными мыслями, а девушка так плохо с ними поступает, не звоня им и даже не думая их хотя бы предупредить о том, где она и что делает. Ведь раньше такого никогда не было. Неловко из-за нервов заправив длинную мешающуюся прядь за ухо, Эмилия про себя чертыхнулась из-за того, что волосы выбились и опять стали лезть ей в лицо, что девушке никогда не нравилось. Но и подстричься она не решалась. Ведь староста отращивала их всю свою жизнь! — Сперва не начинай рыдать! — буквально начала Сузуки. — А потом иди к Мао и посиди немного у него! Юстина тихо всхлипнула, зачем-то утвердительно кивнув. Сейчас это выглядело невероятно глупо, ведь Рика её не видит. Но и избавиться от этой своей глупой привычки Эмилия не могла. Это немного успокаивало её и помогало лучше держать себя в руках. Вслушиваясь в голос подруги, девушка была готова выполнить абсолютно всё, что та ей прикажет. Но не без вопросов, конечно. — А почему именно к нему? — всё ещё дрожащим голосом спросила Юстина. Эмилия, конечно же, беззаговорочно верила Сузуки и была готова сделать всё, что она скажет, но девушка всё равно не могла понять, почему ей следует пойти к Садао. Да, староста хорошо относилась к своему однокласснику, но как именно он может помочь ей в сложившейся ситуации? Да и почему Юстина не может часок-другой посидеть у своей подруги? Та же даже не подумает её выгонять! — Да у меня родители дома, ты что! — Рика немного повысила голос. — Они же либо тебя домой отправят, либо позвонят твоим. А оно тебе надо? Ты же сама сказала, что пока не хочешь к ним возвращаться. Юстина только сейчас поняла, что имела ввиду её подруга. Надо же, она сама до этого сразу не додумалась. Ведь отец и мать девушки сразу могут позвонить Норду или Лейле, и те сразу же примчаться к дому Сузуки, желая забрать свою дочь. А это Эмилии сейчас совсем не было нужно. — Угу, — сдавленно произнесла Эмилия, буквально выдавив из себя это одно единственное слово. — А ты? Сейчас Юстина совсем не хотела прерывать общение с подругой. Ей была необходима поддержка дорого человека, да и это было бы просто неправильно, если бы всё так закончится. Ведь Сузуки наверняка волнуется за неё и просто напросто обидится, если её собеседница внезапно пропадёт на несколько часов. — Мы будем через Интернет общаться, — коротко пояснила Рика. — Хорошо, — согласилась Эмилия. — Я как приду, сразу тебе напишу. Девушка прекрасно понимала, что по дороге к дому Мао будет немного проблематично переписываться с Сузуки. В таком случае Юстине пришлось бы сильно замедлить шаг, чтобы переписываться с Рикой и не упасть, зацепившись за что-нибудь, а это было весьма нежелательно в сложившейся ситуации. Девушка хотела как можно скорее добраться к Садао домой, посему ей и пришлось предложить такое подруге. Именно тогда Эмилия сможет попереписываться с Сузуки. — Окей. Тогда давай. Удачи. — Пока. Нажав на «отбой», Юстина сразу же спрятала свой мобильник в карман и, сложив руки на груди, ускорила шаг. Она не хотела заставлять ни Рику, ни Мао ждать. У них наверняка есть свои важные дела, и если Эмилия начнёт тратить всё их свободное время на себя, то это будет неправильно. И чем быстрее девушка со всем разберётся и справится, тем будет легче и ей, и её друзьям. К тому же начало понемногу темнеть…

***

Быстро дойдя по знакомым до боли улицам к нужному ей дому, Юстина остановилась перед дверью, неуверенно стала смотреть на неё. Только сейчас девушка поняла, что Мао мог быть занят, и он совсем не планировал, что его одноклассница могла наведаться к нему в гости. Эмилия прекрасно помнила, что Садао не раз говорил о том, что он иногда может уединяться в своём доме с какими-нибудь девушками, и тогда ему лучше не мешать. И пускай молодой человек не отчитывался перед своей одноклассницей, с кем, когда и сколько он спит, староста начала думать о том, что он сейчас мог быть не один. И помешать своему другу ей совсем не хотелось. Хотя… Юстина же не может просто так развернуться назад и пойти домой, так и не попытавшись остаться у Садао! Он же с точно такой же вероятностью может быть или один, или с Ашией и Урушихарой! Но в любом случае Эмилии нужно хотя бы позвонить в дверь. Если Мао с девушкой, то он либо не обратит на это внимания, либо вежливо попросит свою подругу уйти. А если же он один, то школьница сможет спокойно с ним поговорить, никому не помешав. Это однозначно самый разумный и логичный план действий из всех имеющихся. Позвонив в дверь, Юстина принялась ждать, когда же ей откроют или же проигнорируют. И сейчас она не могла с точностью сказать, чего она боится больше. Но когда за входной дверью послышались быстрые шаги и недовольное ворчание, девушка с облегчением вздохнула. Ну теперь-то ей наверняка станет получше. Когда же на пороге появился Мао, Эмилия хотела сперва поздороваться, а потом объяснить причину своего столь позднего визита, но её опередили: — Чего тебе? — недовольно проворчал парень. Неловко переминаясь с ноги на ногу, Юстина обхватила одной рукой другую и немного виновато опустила взгляд. — Я с родителями поссорилась. Можно я немного у тебя побуду? — А? — Мао в первые секунды удивился. – Да, конечно. Проходи. Молодой человек отошёл немного в сторону, тем самым позволяя своей незваной гостье пройти в дом. Кинув короткое: «спасибо», девушка быстро зашла в прихожую, так и не решившись поднять глаза на своего друга. Несмотря ни на что, девушка не могла отделаться от неприятного чувства, что она виновата перед Садао, заявившись к нему так поздно. Единственное, что хоть как-то успокаивало девушку, так это осознание того, что Мао сам её пригласил в дом. Если бы молодой человек был занят или бы просто не хотел разговаривать со своей одноклассницей, то он бы сразу об этом ей сказал. Но вместо этого парень был не против, чтобы девушка зашла в его обитель и смогла ему рассказать обо всём том, что с ней случилось. Эмилия, стащив с ног кеды, по уже успевшей выработаться привычке поставила их в отведённое для обуви место. Она так часто бывала у Садао дома, что ей уже даже не требовалось находить глазами то место, куда следует поставить обувь. Наверное, так и должно быть. — Ну и что у тебя случилось? — Мао не стал дожидаться, пока незваная гостья посмотрит на него. Немного виновато отведя взгляд в сторону, Эмилия сжала губы в тонкую полоску. Она сейчас стала ещё сильнее стыдиться своего глупого и необдуманного поступка. Садао ведь прекрасно знает, что у его одноклассницы хорошие отношения с родителями, а тут вдруг такое заявление… Да и это ведь касается его самого. — Они… — девушка пыталась как можно нейтральнее сказать это, чтобы не обидеть друга. — Они сказали, что ты не достоин того, чтобы я тратила на тебя своё время. И пускай Эмилия сейчас не хотела дословно повторять слова своей матери, у неё ничего другого не получалось. Да и вряд ли бы у неё это прокатило бы. Мао не раз говорил, что он хочет знать всё, что о нём говорят, вне зависимости о того, насколько это позитивно. — Да неужели? — Садао ухмыльнулся и слабо хохотнул. — Идём, я с радостью послушаю, что они говорили. Почему-то Юстина так и думала. Мао всегда относился к негативным отзывам о себе с некоторой иронией. Наверное, именно это помогало ему выжить на протяжении долгих лет, будучи не принятым обществом. И сейчас Юстине это было только на руку. Она же может рассказать всё своему другу и получить от него совет. Он, зная всё, сможет трезво оценить ситуацию. Осталось только позвонить Рике.

***

За разговором с Мао Эмилия совсем не заметила, как она успела заснуть. Девушка просто говорила и говорила, не в силах остановиться. Ощущая поддержку своего собеседника, она с каждой минутой всё сильнее ощущала, что ему хочется рассказывать как можно больше, ничего не утаивая. Школьница прекрасно знала, что молодой человек ни за что её не осудит, вот поэтому и не сдерживалась. Сейчас ей была нужна поддержка и понимание, а не осуждение, которое почему-то дома давали ей родители. Вот поэтому Садао и хотелось открываться. Ведь человек тянется к тому, кто думает точно так же, как и он сам. Ни один идиот не станет общаться с тем, чьё мнение отличается от его. Это же глупо и неразумно! Да и что самое главное — противоречит главному закону человеческой натуры (да и, наверное, всей Вселенной): подобное притягивается к подобному. А после того, как нервное напряжение было снято, Юстина смогла довольно спокойно заснуть на диване в гостиной. И пускай девушка совсем не ожидала такого развития событий, она не смогла противиться этому невероятно сильному желанию хоть немного поспать. Просто её психика таким образом хотела отгородиться от реальности и немного восстановиться. И если бы хозяин дома её не разбудил, то староста наверняка бы проспала ещё ни один час. — Эй, Эми, — Мао слегка двинул её за плечо. — Ты ещё долго будешь дрыхнуть, а? Устало приоткрыв свои зелёные глаза, Юстина в первые пару секунд не могла понять, что происходит, и только потом полностью вернулась в реальность. Когда некий испуг и непонимание, которые появились сразу после пробуждения, покинули ей, девушка кивнула в ответ и приняла сидячие положение. — Прости, просто я… — староста не могла объяснить ни своего состояния, ни своего поступка. — Да забей, — отмахнулся парень. — Я же не такой дебил, чтобы этого не понять. Эмилия подняла на Садао немного уставший взгляд и слабо улыбнулась. После сегодняшнего разговора молодой человек ей понравился ещё больше. Он смог её выслушать и понять, и даже когда она рассказывала не самые приятные вещи, он слушал и пытался всё пропускать через голову, хотя другой бы на его месте давным-давно взорвался. Разве такой человек может быть плохим? — Слушай, — продолжил Садао, — я сейчас собираюсь пойти покурить. Может, постоишь рядом? Ты же эта, «здоровая». — Хорошо, — согласилась девушка. Поднявшись на ноги, Юстина направилась за своим одноклассником. Пускай девушка и не одобряла подобные привычки, Мао она ничего не говорила по этому поводу. Ей почему-то казалось правильным, что молодой человек курит, и желания поучать его в её груди за это время так и не возникло. Ну, курит, и курит. Что с того? Почему Садао не может позволить себе хоть как-то избавиться от стресса, а? Но в то же время у Эмилии появился один вопрос, на который она никак не могла найти ответ. Поэтому она и решила спросить это у своего одноклассника напрямую. — Мао, а где ты берёшь сигареты? — сидя на кухни и рассматривая парня, поинтересовалась девушка. Ведь Садао ещё нет двадцати одного, соответственно, никто ему сигареты не продаст. Но он всё равно ведь курит и, кажется, неначатые пачки у него есть всегда. Будто молодой человек берёт их из какого-то параллельного мира. — Да папан покупает, — спокойно поясняет Садао. — Приезжает и привозит. — А он разве не с тобой живёт? И только сейчас Юстина вспомнила, что никогда не видела родителей своего друга. Она как-то мельком видела мать Чихо, Ашии, неплохо общалась с родителями Рики, но вот Мао… Это совсем другое дело. — Не, — коротко ответил парень. — Он работает в другом городе и сюда редко приезжает, а с матерью он развёлся, когда я был ещё очень мелким. Я её даже не помню, если честно. Слишком давно это было. — И с тех пор вы живёте вот так? — Эмилия наклонила голову в бок. — Агась, — кивнул Садао. — Я один в этом доме, папан в другом городе, и только иногда появляется. А маман вообще неизвестно где! Так что я доволен! Свобода: хочешь, кури сигареты, привезённые папаном. Хочешь, не спи всю ночь! Хочешь, спи в гостиной! Никто не мешает! Юстина жадно ловила каждое слово своего собеседника, стараясь запомнить как можно больше. Правда, единственное, на что она была сейчас не способна, так это полностью понять своего друга. Эмилия всё время жила с родителями, поэтому не знала, что сейчас чувствует Мао. Он сейчас так спокойно говорил о том, что родителям буквально плевать на него, что девушка удивлялась такому. Ей подобные чувства были неизвестны. — А тебе не хватает отца или матери? — Да нет, — пожал плечами парень. — На маман мне плевать. Она вполне могла прийти ко мне, пока папана нет дома. Да и мы никогда не переезжали, так что проблем с нахождением меня возникнуть не должно. А отец… Знаешь, а ведь с Интернетом и Скайпом жизнь намного проще! Жаль только через них нельзя передавать сигареты, — Садао с грустью вздохнул. Юстина не смогла сдержать смеха. А всё-таки молодой человек совсем не меняется. Он всё так же относится с пониманием к другим людям и не указывает им, как следует жить. Именно такой Мао ей и нравился. — Ты всё такой же, — с улыбкой ответила девушка. — Ну, а ты что будешь делать со своими родителями? От этого неожиданного вопроса Эмилия вздрогнула и поёжилась на стуле. Ей не очень-то хотелось вспоминать о Норде и Лейле. Девушка только-только успокоилась и забыла о них, а молодой человек вновь вернул её в реальность. Хотя ей же всё же нужно решить, что необходимо делать дальше. Само всё просто так не решится. — Я хочу вернуться домой, но не знаю, как это сделать, — ответила девушка. — С одной стороны, они волнуются, а с другой — столько времени уже прошло… — А ты позвони своей маман и скажи ей: прости меня, пожалуйста. Я виновата и раскаиваюсь. Больше так не буду. Можно домой вернуться? Должно подействовать. Матери всегда на это клюют. Юстина задумалась. А ведь Садао прав! Если девушка скажет Лейле что-нибудь подобное, то женщина должна простить свою дочь и принять её с распростёртыми объятиями. Мать всегда была более отходчивой, чем отец, посему лучше сперва звонить ей. — Спасибо за помощь, Мао, — девушка опять улыбнулась. — И прости, что тебе пришлось слушать всё это… — Ой, да забей, — парень отмахнулся. — Если бы я не хотел с тобой возиться, то и не начинал бы.

***

Как Эмилия и предполагала, мать оказалась более отходчивой. Она, в отличии от Норда, сразу же забыла обо всём произошедшем, когда дочь ей позвонила, и невероятно обрадовалась этому. Женщина сразу же сказала, что она может вернуться домой и что всё будет в порядке. И школьница ей поверила. Кто-кто, а мать с таким никогда не шутила и никогда так не обманывала. Она на это просто не способна. Но в то же время Юстина-младшая понимала, что дома ей неприятного разговора всё равно не избежать. Мать наверняка начнёт расспрашивать, где была дочь, с кем, и почему именно там? Единственное, что смогла придумать Эмилия, так это то, что она просто бесцельно бродила по улицам. Ведь если она скажет, что провела это время у Рики, то мать с отцом с лёгкостью смогут это проверит, и всё тогда вскроется. А если же староста скажет, что провела эти несколько часов у Мао, то всё станет только хуже. О последнем лучше вообще помалкивать, а то Норд наверняка взбесится, а Лейла расстроится. Поэтому остаётся только один единственный вариант. — Эми, можно тебя о кое-чём попросить? — немного взволнованно обратилась к дочери женщина. — Конечно! — кивнула девушка, стараясь выдать как можно меньше эмоций. Сейчас мать должна думать о том, что её дитя просто устало, а не пытается скрыть от неё кое-что очень важное. — Пожалуйста… — было видно, что Лейла волнуется. — Не стоит общаться с Мао-куном. Он правда не тот человек, который тебе нужен. Клянусь, ты найдёшь кого-нибудь другого. Но только не общайся с ним. Хорошо? Юстина-младшая сейчас так хотела возразить и доказать матери, что она не права, но не могла. Если это произойдёт, то девушка потеряет последний шанс получить время, чтобы всё доказать родителям. Поэтому пока лучше помолчать. — Хорошо, — устало кивнула Эмилия. — А теперь можно я пойду спать? — Конечно-конечно, — Лейла облегчённо вздохнула. — Спокойной ночи, доченька. — Спокойной, мам. Юстине-младшей очень не нравилось то, что мать не принимала её друга. Неужели женщина не понимает того, что этим она не принимает и свою собственную дочь? Ведь подобное притягивается к подобному…