Love will wake you

Take away my worries! Take away my cry! Cause I've gotta wake up! Let me be your guide light. Flashing in the night. Cause I've gotta wake up! Yes, I know all this time. That something gonna change now. I can do! I can try! And I'm gonna wake up!

      Курт сидел на диване, на его коленях лежал альбом с фотографиями, а к телу прижимался плачущий Блейн. Солёные капли стекали по его лицу и падали на очередную фотографию молодой пары, а Курт спешил стирать их рукавом растянутой, домашней, серой кофты. Дом не сводил глаз с Андерсона, его сердце сжималось, когда из уст его саба вырывались поскуливания, но, тем не менее, Курт был рад слезам Блейна, ведь эти слёзы обозначали, что его мальчик снова чувствует, а это было так важно.       Прошёл практически месяц с того дня, когда Хаммел узнал историю Блейна от его родителей. Весь этот месяц Курт ни на шаг не отходил от саба. Он старался окружить его заботой, лаской и любовью. Курт чаще говорил с ним, хотя по-прежнему не получал ответа, но глаза Андерсона уже не были пустыми как раньше, взгляд его был осмысленным и был направлен прямо на Дома.       Первым у кого попросил совета Курт был Бёрт. Кто может лучше всех понять сабмиссива, который потерял свою любовь, как не такой же сабмиссив? Почему Бёрт не стал таким же, как Блейн? Это потому, что ему было о ком заботиться и о ком переживать. Страдал ли он? Конечно. Любит ли он до сих пор Элизабет? Конечно любит, ведь он так и не нашёл себе другого доминанта. Иногда, когда Курт засыпает, Бёрт спускается в гостиную, наливает любимое вино его жены, берет семейный альбом и начинает вспоминать, как всё было. Он вспоминает первый поцелуй, вспоминает день, когда Элизабет заклеймила его. Вспоминает те 9 месяцев, когда она носила у себя под сердцем Курта, вспоминает бессонные ночи, первые шаги, первые разбитые коленки. Вспоминает тот день, когда Элизабет сбил тот пьяный водитель и те эмоции, которые он тогда испытал. Вспоминает всё это и тихо плачет, давясь слезами. Именно Бёрт и посоветовал Курту больше говорить с Блейном, не оставлять его одного и периодически поднимать тему о тех событиях, которые он пережил.       Тогда же Курт снова посетил Пэм и Девона, позаимствовав у них альбом с фотографиями и узнав нужную ему информацию о замужней жизни Блейна, о его увлечениях и вкусах, и о Дэйве. Он узнал, как любили проводить время Дэйв и Блейн, как относился Дэйв к своему сабмиссиву, узнал, что хотя они и были помолвлены, но заклеймить доминант Блейна не успел, узнал больше о той аварии, а самое главное, узнал, где Карофски захоронен. Сводить Андерсона на могилу к его любимому было одним из главных пунктов в его плане помощи сабу, но пока Блейн был не готов к этому.       Хаммел начал с малого. Его коллекция мюзиклов оказалась как раз кстати, ведь, как он узнал от родителей Блейна, тот любил многое из того, что нравилось и Курту. Они проводили вечера за просмотром дисков, иногда могли смотреть любимые постановки всю ночь. Блейн с интересом слушал знакомые песни и едва заметно улыбался, когда Курт подпевал заученным наизусть партиям.       День, когда они в первый раз вышли из дома вместе, он запомнил очень хорошо. Тогда в местном театре показывали один из их любимых мюзиклов. Курт приобрел два билета на хорошие места, а после забежал в торговый центр и купил для Блейна одежду на выход. Это были две пары брюк, одни классические, а вторые ярко-желтые брюки-капри, белая рубашка, туфли коричневого цвета, а самое главное – галстуки-бабочки. Две очаровательные бабочки черного и такого же яркого жёлтого, как и брюки, цвета. Тогда Дом спешил домой, чтобы обрадовать саба. Хаммел нашёл Блейна в гостиной за просмотром очередного мюзикла. На новость про билеты Блейн отреагировал довольно хорошо, подарив легкую улыбку Курту, но когда Доминант показал сабу бабочки, тот дрожащими руками взял бабочку желтого цвета, посмотрел на Курта взглядом полным благодарности и принялся рассматривать ее. Тогда Хаммел решил, что стоит съездить за гардеробом Блейна к его родителям, но отложил это на потом. Как было понятно, в этот вечер Андерсон был одет ярко, так как и любил. Курт бережно завязывал галстук-бабочку, любуясь преображением саба. Мюзикл оказался хорошо поставленным, но всё внимание Хаммела было сосредоточено на Блейне. Он следил, как эмоции на лице сабмиссива сменяются одна за другой, как одна слеза скатывается на особо грустном моменте, как счастливо улыбается Андерсон в конце. После, они пошли гулять по ночному городу, Блейн запрокинул голову для того, чтобы смотреть на звёзды, Курт приобнял его, чтобы саб не упал. Лицо Блейна уже не в первый раз озарила счастливая улыбка, он открыл рот в попытке что-то сказать, но ничего не вышло.        Они всё так же смотрели мюзиклы и выходили из дома на прогулки. Блейн всё так же дарил Курту едва заметные улыбки, но не говорил. Дом, в принципе, смирился с этим и приступил к следующему пункту в его плане помощи сабу. Встреча с родителями. Курт долго готовился к этому, не зная точно, как лучше всё организовать. Сделать встречу внезапной, или же подготовить сабмиссива к ней? Столько нюансов в этом деле, что Хаммел просто не знал, с какой стороны лучше подступить. Наконец, день «Х» настал. В итоге, Курт решил, что не стоит говорить ничего сабу, и просто пригласил того в ресторан. Блейн готовился к этому вечеру так тщательно, как только мог в своём положении. Он сам выбрал бабочку из тех, которые Курт привез из дома Андерсонов вместе с частью гардероба саба. Дом помог подобрать остальной наряд, подходящий к ней. Так же он помог сабу одеться и сделать укладку. Когда они приехали в ресторан, то за столиком их уже ждали Пэм и Девон. Курт накрыл глаза Блейна холодными ладонями, от чего саб содрогнулся, и повёл его к столику. Убрав руки с лица, Курт прошептал:       - Можешь открыть глаза, Блейн.       Блейн медленно раскрыл глаза, фокусируясь и привыкая к свету, а после его взгляд упал на родителей. Тот крик услышал весь ресторан. Саб упал на колени, из его глаз текли слёзы, а истерика накатывала всё сильнее и сильнее. Пэм разревелась и упала рядом с сыном, крепко обнимая его. Девон встал и подошел к Курту. Они так и стояли, наблюдая за двумя плачущими сабами, не пытаясь вмешиваться в момент долгожданной встречи матери и ребенка. В тот вечер они не поужинали. После того как им удалось успокоить сабмиссивов хоть немного, Девон обнял сына, что-то спросил у него, и получив в ответ небольшой кивок, успокоился.       - Курт, - начал говорить старший Дом, - мы благодарны тебе за то, что ты устроил эту встречу. Она важна для нас. Мы с Пэм убедились, что с нашим сыном всё гораздо лучше, чем было, когда мы продавали его.       На словах о продаже Блейн заметно поник, что не ускользнуло от внимательной Пэм.       - Блейни, мальчик мой, не расстраивайся. Ты же прекрасно знаешь, почему мы так поступили. Сейчас уже всё позади, у тебя есть прекрасный Дом, который обязательно поможет тебе. Есть мы, готовые помочь твоему Доминанту. И мы с твоим отцом верим, что когда-нибудь сможем насладиться твоим прекрасным голосом и обсудить то, что волновало тебя несколько лет, – миссис Андерсон снова обняла плачущего сына, – ну же, Блейн, не плачь, всё будет хорошо. Мы рядом.       Девон так же обнял Блейна, и только Курт остался стоять в стороне, наблюдая картину воссоединения семьи и счастливо улыбаясь, понимая, что пока он всё делает правильно.       Сейчас перелистывая очередную страницу альбома, Курт вспоминает всё, что произошло за этот месяц, и удивляется тому, как сильно изменился Блейн. Из, казалось бы, неживой куклы он вновь стал мыслящим, живущим, а не существующим, человеком. Саб вспомнил, как это чувствовать, как наслаждаться прекрасным, как любить что-то. Столько эмоций, сколько он получил за этот месяц, он не получил за те два года, которые он провел в клетке.       - Блейн, ты хорошо помнишь Дэйва? Каким он был? – Тихо спросил Курт, протирая щёки саба от слёз.       Андерсон кивает и открывает рот, пытаясь что-то сказать, но из губ вырывается только рваный выдох. Он грустнеет на глазах от своего бессилия, и Курт, аккуратно убрав с коленок альбом в сторону, заключает сабмиссива в объятья.       - Ничего, я понимаю тебя, - сказал Дом, поглаживая вздымающуюся от рыданий спину саба, - когда-нибудь ты сможешь сказать.       Просидев так до того момента, пока Блейн не успокоился, Курт рассказал какие-то неловкие истории из своей жизни, вызывая у Блейна улыбку на лице, а иногда даже тихие смешки. Когда время перевалило за полночь, и саб уже устроился в крепких объятиях Хаммела, лёжа на кровати и проваливаясь в сон, Курт уверенно спросил:       - Хочешь навестить Дэйва? - Блейн резко развернулся в руках Дома и непонимающе посмотрел на того. – Я предлагаю тебе съездить к нему на могилу. Ты хочешь этого?       - Очень… - выдал сипло в ответ саб и быстро-быстро закивал головой.       Это первое, осмысленное слово Блейна стало некой победой Курта. Домимант смог доказать, что забота и внимание могут творить невероятные вещи, а если добавить к ним любви, возможно, даже не взаимной, то можно изменить жизнь человека.       - Тогда завтра мы поедем туда. А теперь спи, тебе нужно набраться сил, кого-то ждет трудный день. – Нежно сказал Курт, поцеловал Блейна в нос, накрыл себя и саба одеялом, и, прижав Андерсона ближе, заснул таким крепким сном, каким не спал последние пол года.