50 Оттенков Сторибрука.

Эмма достала из сумки стодолларовою купюру и протянула ее Генри. - Малыш, пойди, погуляй, съешь сладкой ваты, покатайся на каруселях… - Мам, мне не 5 лет! - Ммммм… ну, иди тогда пива выпей! - Что? Ладно… Реджина удивленно открыла рот, а ее глаза готовились вылезти из своих орбит. - Эмма! Генри… Попробуй заняться чем-нибудь средним между пивом и карусельками… - Окей, я понял, что вам нужно поговорить! Схожу в кино… - ответил юноша и скрылся за углом. - Нам действительно надо поговорить… Но на улице как-то не комильфо… - Надо найти укромное местечко, Солнце. Есть какие-то идеи? – обворожительно улыбаясь, спросил Крюк. - Ладно, идем к нам домой! Я думаю, Генри нас найдет… *** Наша троица зашла в квартиру Эммы. - Значит, вот как ты живешь? – иронично заметила Реджина, оглядываясь вокруг. - С моего последнего визита почти ничего не изменилось… - заметил Крюк. - Мы пришли сюда не интерьер моей квартиры обсуждать! - Ну… Свон… Короче говоря, тут без хорошего виски не разберешься! – немного смущаясь, сказала Реджина. - Виски нет! И зная тебя, Крюк, рома тоже! – ответила Эмма, указывая пальцем на Килиана, - есть пиво и водка… Будете ерш? - Ну, давай, что есть… Эмма налила всем и села на диван. Через полчаса все забыли про пиво, и в ход пошла чистая водка, а позже откуда-то ни возьмись на столе появилась бутылка Брюта. В один момент Реджина засмеялась и начала говорить: - Так вот… Я о том, зачем мы здесь собрались… Тили-тили, Трали-вали, А мы с Крюком переспали! - В свое оправдание могу сказать: Трали-вали, Тили-тили, Мы в тот вечер сильно пили… Опустошив свой бокал, Эмма встала и торжественно произнесла: - Крюк, честно я признаюсь, Что на тебя не обижаюсь, И назову сейчас причину: А я трахнула Реджину! Все залились громким безумным смехом, и выпили еще по бокалу. Вдруг Крюк предложил: - Предлагаю продолжить наш поэтический вечер И выпить еще раз за нас и за встречу! - Ребята, а может, хватит бухать? – возмутилась Эмма. - Давайте все дружно ляжем в кровать! – продолжила Реджина, странно улыбаясь. - Твое предложение очень уместно, Но на кровати будет нам тесно… - попробовал отказаться Килиан. - Почему, как придурки говорим мы стихами?! А ладно… черт с этим! Займемся делами! – завершила их длинную поэму Эмма. Килиан первый встал из-за импровизированного стола, подал дамам руку и крюк (причем обрубок достался Реджине, так что ей пришлось вежливо отказаться от помощи) и они торжественно, пошатываясь, а периодически спотыкаясь и падая, пошли в сторону кровати. Эмма сразу же впилась губами в шею Реджине, яростно теребила ее волосы, пока та пыталась снять хоть что-нибудь из многочисленных предметов одежды Крюка. Килиан – здоровый мужчина в самом расцвете лет, так что необходимая физиологическая реакция не заставила себя ждать… Он принялся за одежду Эммы, которая уже начала раздевать Реджину. Когда обе женщины остались в одном нижнем белье, пират на мгновение остановился и взглянул на них оценивающим взглядом, а затем одним движением крюка, он сорвал с них все (годы опыта). Миллс и Свон не смогли простит мужчине такой дерзости: они повалили его на спину, и избавив от остатков одежды, принялись ласкать, пуская в ход все, что только можно было пустить. Эмма спускалась все ниже и ниже, словно искала что-то на теле любимого. И в конце-концов нашла… Крюк застонал от удовольствия. - Просто я люблю леденцы на палочке… - на секунду прервавшись, уточнила Свон. Злая Королева не привыкла оставаться в стороне, и решила, что сегодня «конфеткой» для нее станет Спасительница… Эмма от неожиданности чуть не кастрировала Килиана зубами. Испуганный за свое достоинство Капитан поменял горизонтальное положение на вертикальное и, как говорится, пристроился к Реджине сзади. Теперь уже Свон лежала на спине, закинув ноги на спину, стоящей на четвереньках Миллс. Крюк был резок и неумолим, он все ускорял и ускорял темп, при этом успевая ласкать здоровой рукой грудь Эммы. - Простите, мадам мэр, но теперь я хочу порадовать блондиночку! – заявил Капитан как только Реджина достигла апогея и издала оглушающий вопль. Все поменялись местами. Эмма ласкала шаловливыми пальчиками клитор Злой Королевы, попутно награждая ее французским поцелуем за доставленное удовольствие. Крюк теперь принялся за анус Свон, томно дыша, и оставил на ключице Спасительницы болезненный засос. За дверями спальни послышался какой-то шум, но троицу, погруженную в пучину страсти, это не особо волновало. Они лобзали, гладили, кусали друг друга, сопровождая все это стонами и криками. Вдруг, дверь распахнулась, и в комнату вбежал Генри. - Представляете, я нашел деду… Лицо мальчика приобрело зеленовато-коричневый оттенок, глаза увеличились примерно в 5 раз. Крюк, Реджина и Эмма застыли в одном положении, член Килиана, кажется, даже оставался внутри Эммы. Вслед за Генри в комнату вошел Голд. Лицо мужчины искривилось в какой-то непонятной эмоции, оно выражало удивление, отвращение, страх и насмешку одновременно. В голове Темного пронеслось несчитанное количество мыслей, он стоял с открытым ртом, словно не мог выбрать, что сказать. В конце концов, Румпель с трудом выдавил из себя: - Хоть бы галстук на ручку повесили… - и утащил Генри за воротник на кухню. - Я не ношу галстуков! – крикнул ему вдогонку Крюк.