Просьба

- Майк, можно тебя кое о чём попросить? Честер уже который день «реабилитировался» после операции дома в кровати. Ему жутко надоело валяться без дела, «вставать» на прогулку, причем исключительно в коляске, можно будет только через неделю. А Майк… А что Майк? Майк проводил с ним полтора часа до сна, исправно приезжая к Честеру домой после работы в студии. Честеру было до отчаяния грустно. На улице такая погода, весна, у детей спортивные события и годовые тесты в школе, а он вынужден отсиживаться дома – на коляске далеко не уедешь. Вокалист сидел на еще заправленной постели, поджав под себя ногу, и больную выставив между ним и Майком. Основатель группы сидел в кресле напротив, облокотившись на колени и сцепив ладони, выжидающе всматриваясь в глаза Честера. Понурив голову, тот молчал – ему уже нечего было обсуждать с Шинодой, о чем они только не говорили! Ему были просто приятны визиты Майка, просто молчать с ним было его общением. Для пущего эффекта не хватает только обнимающего его Майка, развалившегося с ним на кровати и лениво поглаживающего его по волосам или рисующего замысловатые узоры на спине. Это вполне так из ряда вон, но Честер бы не отказался от такой своевременной нежности. Согласитесь, от жены не так интересно. А вот от друга – пикантно и… приятно. Он вообще мыслил Майка, как большого плюшевого медведя, которого любят все дети, радостного и теплого. - Майк, - позвал Честер и настороженно посмотрел в глаза другу, - ты не мог бы… эм… - замялся вокалист, понимая, насколько странно это будет звучать вне его головы. - Да? – поддержал тот. - Мне как-то не по себе, но мне хочется… Я бы не отказался от… - И тут он весьма интимно и выжидающе заглянул в глаза Майка. Тут репер немного опешил и выпрямился. А что бы вы подумали, когда ваш друг мнется, как девочка? - Я бы мог. Да. Вполне. – Даже не задумываясь, ответил он. Честер непонимающе нахмурился, когда Майк весьма близко подсел к нему и неуверенно пару раз попытался положить руку ему на щеку, в итоге оставил ее на плече. Судорожно вдохнув, он медленно приблизился и уперся своим лбом в лоб Честера. Все это время Честер только наблюдал с полуоткрытым ртом, понимая, что Майк его недопонял, но он был не в силах это остановить. Тут он очнулся. - Шинода, ты думал, я тебя прошу о поцелуе? – Майк немного отстранился, нахмурившись. - Господи, с чего тебе это в голову пришло? – кинул в него подушкой, наигранно негодуя. Шинода, отчаянно пытаясь скрыть смущение, отвернулся, нервно поправляя одежду и даже не подумав увернуться от подушки. - Подожди. Ты бы поцеловал меня, если бы я просто ПОПРОСИЛ? – изумился Честер. Майк поднял на него взгляд, неуверенно посмотрев ему в глаза. - Если бы тебе это было нужно… - замялся тот. Вот это да! Честер такого самопожертвования точно не ожидал, но, зная Шиноду, можно предположить, что не такая уж это и жертва была бы. Он вольнодумец широких взглядов, пару общих друзей-геев. Так что даже уже и не шокирует ничто подобное. Привычным стало подобное окружение. Богема, она такая. Тем не менее, каким бы обыденным это не казалось, это было экстраординарно для Честера в плане Майка и их отношений. Это было волнующим и личным, неожиданным. То сосед – гей, а то твоя личная муза – Майк Шинода, готов без оглядки делать все, что попросишь! Вот он, Майк, сидит рядом и смущается от того, что буквально сделал бы для него, что угодно. И даже поцеловал бы. А Честер сидит, так близко, и думает, а почему бы не попробовать? Да просто потому, что Майк подал такую идею. Как дети, придумывающие новые игры, когда старые уже надоели. Новые формы взаимодействия. И может быть им это даже понравится. А если нет, то они придумают что-то новое. И тут смутился Честер. Не от признания Майка, а от того, что само действо поцелуя предполагает. Сам процесс – они будут целоваться, касаться друг друга губами, нежно касаться, закроют глаза. Слишком интимно, слишком лично, слишком сильно это может понравиться – делить личное пространство и участок тела с другом, которому также ценен этот обмен «секретами». - А что ты хотел? – еле выдавил из себя Майк, сохраняя спокойный голос, но при этом пару раз нервно прочистив горло, один раз на какой-то немыслимо высокой ноте. Он все еще не смотрел на Честера. Тому было неловко за смущение друга, но это было лучше, чем это же самое смущение, но после поцелуя, когда он узнал бы о недоразумении. - Ну, - протянул Честер, положив руку ему на ладонь, пытаясь разрядить обстановку. – Я хотел что-то примерно из той же оперы, только менее… кхм… Ладно. Но это твоё… признание повысило мое настроение на тысячу пунктов! Майк резко обернулся, удивленно заглядывая в глаза. - Ты сейчас издеваешься? – проверил почву Майк. Честер нахмурился, не понимая, о каких еще издевательствах тот удумал спрашивать. - Что? Нет! Ты что? Нашел, о чем шутить! Нет, конечно! Нет… – Замялся тот, опустив глаза на их руки в попытке спрятать взгляд, неуверенно сжимая пальцы на ладони Майка. – Твое… признание огорошило меня. Оно меня приятно удивило. Оно просто… вау! – Он воодушевленно улыбаясь поднял взгляд на репера. – То, что доктор прописал. – Идиома оказалась весьма в тему. Просто на злобу дня. - Ты - идиот, Честер, - он облегченно вздохнул и сжал руку друга в ответ. – Я уже было испугался, что ты меня сраным веником из дома выгонишь за такие революционные мысли! – Он выдохнул еще раз, снимая напряжение. – Не делай так больше, - пожаловался он, - у меня чуть сердце не остановилось! – Шуточно отругав его, Майк нежно улыбался, всматриваясь в хитрые глаза Честера. - Слушай, не надо все на меня валить. Я сам чуть языком не подавился от удивления. Сам хорош. Наступила пауза. Вполне комфортная тишина. Они тратили ее на то, чтобы неприкрыто любоваться друг другом, улыбаться и смотреть в глаза, общаясь взглядами. И тут… - Ты бы смог? - Легко, - поспешно ответил второй и резко подался вперед, наконец-то осуществив ЭТО. Действие не встретило ни малейшего сопротивления, только такую же поспешность и рвение.