Menage a trois

femX/fem80/femS (Фемслеш (юри), AU, ООС, Групповой секс, Секс с использованием посторонних предметов, Смена пола (gender switch)) Супербиа Скуало и Занзас Вонгола — студентки третьекурсницы. Учатся в художественном университете: одна на скульптора, вторая на ландшафтного дизайнера. На потоке про эту пару ходит немало слухов о том, что они занимаются эскорт услугами, проституцией, соблазняют богатеньких мужчин, о том, что они нимфоманки и лесбиянки. Но девушкам боялись что-либо высказывать, или пускать шутки в их сторону, потому как и они обе взрывные и скорые на расправу. Ещё ни одна девушка не смогла прожить с ними в одной комнате больше пары недель. Именно это рассказали Ямамото Такеши, студентке первокурснице по обмену из Японии, когда её селили в комнату к этой парочке. Такеши слухам не верила, считая, что люди много чего могут наболтать и приукрасить. Девушку привели в комнату — соседок ещё не было на месте, — рассказали о правилах поведения, комендантском часу и о том, где находится кухня. Комнатка была небольшая: две кровати с одной стороны, одна с противоположной, два стола, шкаф, три тумбочки у каждой кровати, книжные полки — вот и вся обстановка. Девушка вытащила свои немногочисленные вещи, большую часть оставив в сумке, положила в тумбу средства личной гигиены, канцелярские принадлежности, телефон и пропуск на территорию университета. Соседки пришли за пять минут до начала комендантского часа, когда Такеши уже начала беспокоиться. — О, новенькая, — вот и всё, что сказали девушки, спросив только имя и откуда родом. Через полчаса они уже спали сном младенца, а Ямамото ухмылялась, вспоминая пересуды студентов. Никто её не пытался убить, выгнать, совратить и прочее. Брюнетка только подтвердила свою точку зрения о необоснованности народных слухов. Следующий день был насыщенным: Такеши почти полчаса прождала в секретариате, пока ей выдали расписание занятий, карту корпусов, имена преподавателей, библиотечный абонемент и десять талонов в столовую. Правда, по секрету предупредили, что кормят там отвратно и талоны лучше использовать, если с деньгами будет ну очень туго. Затем прошли первые пары, знакомство с однокурсниками, которые, впрочем, не проявили особого интереса к новенькой — студенты по обмену здесь редкостью не были, — пока не узнали, с кем её поселили в общежитии. Некоторые сочувствовали, другие злорадно усмехались, были и такие, которые делали ставки на то сколько продержится новенькая с парочкой мегер, как тут называли Занзас и Скуало. Такеши же только плечами пожимала. Вернулась к вечеру уставшая, но довольная. В университете ей понравилось, а ещё девушка смогла записаться в клуб по бейсболу, который обожала с самого детства. Соседки были на месте: блондинка лежала на своей кровати, что-то рисуя в альбоме, брюнетка сидела за столом, лепя из пластилина части тела. Девушки только мельком взглянули на вошедшую, и продолжили свои занятия. Такеши поздоровалась, взяла чистые вещи и ушла в душ. Вернувшись, брюнетка уселась на свою кровать с учебником, но не успела прочитать первый абзац, как её спросили: — Слушай, Такеши? — Спросила блондинка, с интересом смотря на девушку, и дождавшись кивка, продолжила, — ты на кого учишься? — На художника. — Правда? — Занзас отложила незаконченную деталь руки и развернулась к Ямамото всем корпусом. — А нас нарисовать сможешь? — Эм, попробую, если хотите, — Занзас резко поднялась на ноги, прошла к кровати Скуало и внаглую на неё улеглась. Блондинка, недолго думая, бросила свой альбом в ноги и положила голову на грудь подруги. Обе девушки выжидательное уставились на новенькую. Такеши сначала опешила, но потом быстро вытащила из тумбочки альбом и карандаши. Поудобнее устроившись на кровати, девушка начала наносить первые штрихи. Сначала линии ничего из себя не представляли: резкие, закруглённые, короткие и длинные, через несколько минут начали складываться в картинку. Ямамото рисовала простым карандашом, медленно и аккуратно, постоянно поднимая глаза на лежащих девушек, которые неотрывно следили за ней. В другой ситуации она бы застеснялась, покраснела, пыталась отвести взгляд, но сейчас она была погружена в работу. Брови слегка нахмурены, карие глаза смотрят серьёзно и оценивающе. С каждым новым штрихом, девушка всё больше удивлялась, что у неё легко получается. Обычно она не бралась за портреты, зная, что они выходят намного хуже пейзажей и натюрмортов, а тут каждая линия словно ложилась правильно, тени и штрихи не размазывались, придавая рисунку объем и реалистичность. Она снова посмотрела на девушек: те лежали спокойно, и только грудь слегка поднималась при дыхании. Такеши смотрела на плавные очертания фигуры Занзас, её пышную грудь и аппетитные бедра, Ямамото была уверенна, что девушка мягкая на ощупь. Скуало же, наоборот, худая, с маленькой грудью и узкими ягодицами, в ней мало гибкости и плавности, словно она состояла из одних резких линий, только длинные пепельные волосы придавали ей женственности. Спустя три часа Такеши оценила свою работу и была более чем довольна. Она встала с кровати и подошла к девушкам, которые потягивались, разминая затёкшее тело. — Вот, — Такеши довольно развернула рисунок к соседкам. — Вау, классно, — сказала Занзас, беря лист и смотря на него на вытянутых над головой руках. — И правда, так реалистично, словно чёрно-белая фотография, — Скуало снова легла на грудь брюнетки тоже рассматривая работу. Такеши довольно заулыбалась. Занзас скосила на неё взгляд и, сунув рисунок блондинке, резко поднялась, прошлась вокруг девушки, осматривая её с ног до головы. — Слушай, — начала она задумчиво, положив руки на плечи Ямамото, — не хочешь мне попозировать? Мне как раз тема нужна для экзамена, а я ещё не выбрала. А ты очень фактурная, должно хорошо получиться, — брюнетка повела ладони медленно вниз к пояснице, шлёпнула Такеши по попе, и спросила на ухо, — согласна? Ямамото повернула голову к Занзас. Она не выглядела напуганной или смущённой, только слегка удивлённой. — Согласна, — радостно оповестила девушка, улыбаясь своей самой обворожительной улыбкой. Занзас и Скуало приподняли брови, а потом рассмеялись. Брюнетка вернулась на свой стул, снова берясь за оставленную пластилиновую руку. — Что? — Ямамото не поняла реакции девушек, и посмотрела на Скуало, которая лежала на боку, подперев голову рукой. Вдруг блондинка резко подалась вперёд, хватая Такеши за талию, и усаживая на свою кровать. — Ты хоть знаешь на что подписалась? — Насмешливо спросила она девушку, держа руку на её талии и легонько щекоча рёбра. — Занзас делает только обнажённые скульптуры. — Ооо, вот как, — Такеши чуть замялась, но продолжила, — не думаю, что это проблема. Я уже рисовала обнажённых людей, это не так сложно, как кажется. Правда, у меня такого опыта не было. Скуало и Занзас многозначительно переглянулись, и как-то хитро заулыбались. — Будет, — сказала Занзас, продолжая свою работу. Скуало так и не отпустила Такеши, расспрашивая её о жизни, увлечениях и прочем. Спать девушки легли далеко за полночь. Прошёл целый месяц с момента перевода Ямамото в этот университет, а она всё так же жила с девушками в одной комнате, крепко с ними подружившись. Теперь и про Такеши начали ходить разного рода слухи. Девушка же просто пожимала плечами или загадочно улыбалась. Надо же давать людям возможность поболтать. Занзас и Скуало ей нравились, и не были, как многие считали, мегерами, да и вели себя вполне законопослушно. Всегда возвращались до комендантского часа, вовремя сдавали зачёты и выполняли задания, с парнями они, конечно, общались, но это было только по учёбе. Но и странности были у девушек, например, они могли ходить по комнате голые, совершенно не стесняясь, обсуждать какие-то интимные подробности, расспрашивая и Такеши, и мастурбировали по ночам не скрываясь. Поначалу Ямамото смущалась, потом привыкла, она и сама занималась самоудовлетворением, но только одна и в душе, благо здесь он был не общий. Однажды девушки взяли Такеши в ночной клуб. Уговаривать пришлось долго и почти насильно впихивать в мини-юбку и красить. В клуб их пустили без проблем, и стоило только зайти за дверь, как в уши ударила грохочущая музыка. Ямамото чувствовала себя неловко, в Японии она не ходила по таким местам из-за отца, который о ней очень беспокоился. Тут же была свобода, но какого-либо интереса к подобному времяпрепровождению не возникало. Девушки уселись за столик и заказали текилу. — Будем учить тебя плохому, — прокричала ей в ухо Скуало, поглаживая по спине. Соседки, вообще, её постоянно трогали: то ущипнут, то шлёпнут, то грудь помацают, да и друг с другом они вели себя точно так же. Ямамото не обращала внимания на такое поведение, подумаешь, они же девочки, чего стесняться? Официантка принесла бутылку текилы, нарезанные лаймы и соль. Занзас разлила напиток по рюмкам. — Учись, — крикнула она, насыпав соль на запястье, слизывая его, запивая текилой и закусывая лаймом. Скуало сделала то же самое, Такеши, немного посомневавшись, повторила, правда, большую часть соли рассыпала и слишком резко пивнула, пролив немного. Лайм оказался не таким кислым, как она представляла, а напиток не горьким. Текила была мягкой на вкус, оставляла на языке приятное послевкусие, и возникало желание повторить. Занзас широко улыбнулась, когда на вопросительный взгляд Такеши согласно кивнула. Второй раз был удачным. Теперь девушка чувствовала разливающееся тепло внутри и лёгкость в теле. Громыхающая музыка больше не давила на уши, а толпа народу не смущала. — Танцевать! — Уверенно выкрикнула Скуало, когда большая часть бутылки была опустошена, и встала на ноги. Ямамото ни секунды не сомневаясь, поднялась следом, и пошла за подругой на танцпол. Музыка здесь была более громкой, обволакивая сознание, заставляя тело подчиняться ритму, и Такеши не сопротивлялась. Двигалась, как хотела, следуя какому-то необъяснимому порыву. Народу в центре площадки была куча, поэтому все танцевали почти прижавшись друг к другу, но это не мешало, наоборот, хотелось чувствовать чужие тела, ловить их ритм, и навязывать свой. Вдруг ей положили руки на талию, Такеши, не прекращая двигаться, посмотрела вверх и увидела довольно улыбающуюся Занзас, и улыбнулась ей в ответ, прижимаясь теснее. Спереди прижалась Скуало, опустив руки на бедра девушки, и повторяя за ней движения. Ямамото чувствовала, как руки подруг оглаживают её тело, как сжимают между собой, даря чувство комфорта и надёжности. Не понимая, что делает, подчиняясь только своему желанию, Такеши потянулась к губам блондинки и провела по ним языком. Скуало ответила сразу, сплетая языки, сжимая пальцами бока, но потом оторвалась и развернула девушку лицом к Занзас. Старшая брюнетка тут же перехватила инициативу, впиваясь в губы Такеши. Девушка обвила вокруг её шеи руки, прижимая ближе. Супербиа уже гладила Ямамото под майкой, сжимала грудь через лифчик, потом перемещала руки на ягодицы Занзас, оглаживая и сжимая их. — Думаю, нам лучше уйти, — прокричала скульпторша, и девушки кивнули. Захватив недопитую бутылку, девушки покинули клуб. Такеши не помнила, как они оказались в общаге и как прошли охранника. Но всё вернулось, когда они оказались в комнате. Брюнетка чётко видела своих соседок, которые раздевали её и раздевались сами. Девушку нисколько это не пугало, хотелось скорее прижаться к ним, почувствовать, наконец, правда ли Занзас такая мягкая на ощупь, а кожа Скуало гладкая, как шёлк. На кровати втроём они не поместились, поэтому расстелили на полу свои одеяла. Такеши повалили на спину, и над ней склонилась Скуало, снова целуя, запуская пальцы в волосы, гладя нежную кожу за ушами. Ямамото застонала, когда почувствовала на своём животе губы Занзас. Брюнетка выводила узоры языком, поднимаясь к груди и прикусывая-посасывая соски Такеши. Девушка вздрогнула, когда половых губ коснулись чуть влажные пальцы и проникли внутрь. Занзас двигала рукой осторожно, но уверенно, поглаживая большим пальцем клитор. Ямамото раздвинула ноги шире, давая больший доступ, двигала тазом в такт приятным толчкам. Скуало целовала грудь Такеши и простонала, когда почувствовала, как девушка прикоснулась к её клитору. Одобрительно хмыкнув такой смелости, она поддалась чуть вперёд, больше насаживаясь на пальцы брюнетки. — Я сейчас, — сказала Занзас, поднимаясь и открывая шкаф. Скуало переместилась к раздвинутым ногам Ямамото и, наклонившись, припала губами к клитору. Брюнетка громко застонала, выгибаясь, сжимая одеяло. Занзас вернулась с коробкой в руках, откуда вытащила среднего размера безременной страпон и длинный резиновый фаллос без ограничителя, который дала Скуало. Блондинка поднесла его ко рту Такеши, ткнув в губы, и та открыла рот, облизывая и всасывая. Занзас одела на себя страпон, простонав от давно не испытанных ощущений во влагалище и анусе, и, смазав промежность Скуало смазкой, медленно вошла в девушку. Супербиа застонала, подаваясь назад, чтобы быстрее и глубже насадиться. Она вытащила изо рта Ямамото фаллос, сама облизав несколько раз, сильнее увлажняя, и ввела его в брюнетку. Такеши сначала сжалась от непривычных ощущений, но почти сразу расслабилась. Девственницей она не была, но её единственный парень, который теперь считался бывшим, был у неё год назад. Такеши открыла глаза, попытавшись рассмотреть девушек: она видела закусывающую губы Занзас, целующую живот Ямамото Скуало, чувствовала, как всё быстрее и быстрее, блондинка двигает рукой, пытаясь задеть все чувствительные точки внутри, и иногда опускает голову, чтобы лизнуть клитор. Такеши широко распахнула глаза, выгибаясь и крича, когда Супербиа чуть всосала чувствительный бугорок. Оргазм прошёл по телу мелкой дрожью, разливаясь теплом в конечностях, опустошая голову, но при этом обостряя чувствительность. Такеши острее чувствовала движения фаллоса внутри, волосы блондинки, щекочущие кожу на животе, отчётливо слышала стоны обоих девушек. Занзас ускорила темп, вколачиваясь в подругу, и чувствуя, как фиксатор внутри влагалища и ануса трётся друг о друга. Оргазм накрыл и старшую брюнетку, но она продолжала двигаться, пока не кончила Скуало, помогая себе рукой. Ямамото проснулась, когда за окном во всю светило солнце. Тело затекло, словно она спала в неудобной позе, и жутко хотелось пить. Попробовав повернуться на спину, брюнетка неожиданно наткнулась на препятствие. За спиной спала обнажённая Занзас, по-хозяйски положив свою ногу на бедро Ямамото. Такеши почувствовала движение чуть ниже, и опустив взгляд, увидела блондинистую макушку. Скуало обнимала её за талию, прижавшись лбом к груди. Теперь девушка понимала, почему у неё всё болит, мало того, что её сжали с двух сторон, так они ещё и спали на полу. — Доброе утро, — хриплый голос Занзас вырвал Ямамото из воспоминаний о вчерашнем, — как спалось? — Отлично, только болит всё, и пить хочется, — Такеши говорила тихо, горло слегка саднило. Кажется она вчера слишком громко кричала. — Ты как? — Спросила старшая брюнетка, подавая девушке стакан. — Нормально, только как-то непривычно, но вполне хорошо. — Вот и замечательно, — проговорила проснувшаяся Скуало, — ты нам сразу понравилась как мы тебя увидели, поэтому и недоставали. — Так значит, слухи правда? — Удивилась Ямамото, садясь и потягиваясь. — Только те, что с нами не прожить больше недели, остальное бред сивой кобылы, — ответила Занзас, обнимая Такеши со спины, — а ты нашего поля ягодка, вот мы тебя и окучили, и дальше продолжать намерены. — Ха-ха, я не против, — Ямамото расслабилась в руках Занзас, поглаживая по голове Скуало, которая примостила свою голову у неё на бёдрах.