Мстители / Игра миров

***

Лаборатория на Авианосце 4 часа до вторжения

– Локи спрятал ещё один козырь в рукаве: он знает про Халка. И если ему удастся... – Удастся что? – Брюс, оперевшись о стол с оборудованием и скипетром Локи на нём, сложил руки на груди и пристально посмотрел на Наташу. – Разбудить его? Так вы доверяете тому, в чьих руках находится спасение человечества? – Не преувеличивайте, доктор. – Разве я преувеличиваю? Вы вытащили меня в такую даль, потому что именно вам нужна была помощь, – Беннер посмотрел на каждого, находящегося в лаборатории, затем вновь взглянул на Романофф. – Не я нуждался в вас, а наоборот. И вот я здесь, хотя и знаю, как рискую, но всё же оказываю вам услугу... – Услугу? – Фьюри возмущённо вскинул руку. – Это угроза человечеству, способная плачевно закончиться для каждого. Здесь не должно быть вопросов о том, кто и что должен делать. – Ого, надо же, оказывается, как благородно! – саркастично улыбнувшись, Тони посмотрел на директора. – Только вот в чём проблема: это ваши эксперементики навели нашего рогатого друга на Куб. Если бы не Щ.И.Т., то, кто знает, может, нам никто не угрожал бы. – Давай откровенно, Старк, – Стив сделал шаг к нему, и теперь они стояли близко, почти лицом к лицу. – Всё было бы прекрасно, если бы твой отец не стал искать Тессеракт в океане... – Спасая твою замороженную задницу, Роджерс. Капитан недовольно хмыкнул; его кулаки сжимались всё сильнее, будто Стив готовился атаковать. Казалось, ещё немного, и мужчины сцепятся, словно разъярённые коты. Спокойный, но настойчивый голос Беннера заставил их обоих обратить свои взоры к нему. – А может, нам просто надо углубиться в историю, раз начался такой разговор? Брюс пристально посмотрел на Тора, всё это время молча наблюдавшего за общим спором. Взгляд доктора в его сторону не пришёлся полу-Богу по душе: он тут же принял грозный вид; мускулы на его руках напряглись. – Что я снова сделал не так? – Насколько я помню, это так называемые боги оставили Куб на нашей планете, – продолжал Беннер невозмутимо, делая ударение на последних двух словах. – Спрятали ли они его здесь, или была какая-то другая причина – это не так уж и важно. Главное, какие последствия за собой повлёк этот поступок. Тор нахмурился, хоть и смолчал, зато было видно, как он едва сдерживается, чтобы не выпустить пар. Остальные смотрели друг на друга в поверхностном смятении, но понимали, к чему клонит Беннер. – Если начать копаться во всём этом, цепляясь за ненужные детали... если забыть, зачем мы все здесь, тогда какой от нас толк? – Брюс как-то безразлично кивнул своим собственным словам. – Кое-кто, между прочим, сейчас наверняка довольствуется своим положением. – И этот кто-то – Локи, верно? – Нет никакой гарантии, что пока этот ненормальный сидит в клетке, все мы в безопасности. – А ну хватит! – не выдержав, рявкнул Тор и направился к Старку, яростно сверля его взглядом. – Я сыт по горло твоими насмешками! – Давай, здоровяк, докажи, на чьей ты стороне, – улыбка не сходила с довольного лица Тони. – Откуда нам знать, что ты здесь появился, чтобы нам помогать? – О чём ты? – Ну, ты так печёшься о своём сумасшедшем брате, а он, между прочим, устроил тут настоящий хаос. – В твоих словах нет логики! Почему тогда я не сбежал... – Помимо всего остального, он ещё пытался убить тебя, – вставил своё слово Фьюри. – Этого тебе недостаточно? – Мои отношения с Локи никого не касаются, – Тор обвёл хмурым взглядом присутствующих. – Но я бы никогда не позволил ему творить здесь все эти безумства! Земля значит для меня не меньше, чем для каждого из вас, и если он угрожает ей... – Да, и с каких это пор ты стал таким подозрительным? – Стив сделал шаг к Тони. – С тех пор, как твоя на первый взгляд невинная подружка известным образом вступила в связь с Локи... – Вот сейчас тебе лучше закрыть рот, Старк! – Роджерс еле сдерживался, чтобы не ударить его; он ощущал, как злость внутри него вскипает с новой силой. – Иначе я... – Иначе что? И кто это здесь из нас идиот? – Тони приблизился к нему и посмотрел прямо в глаза. – А я сразу предлагал запереть голубков вместе, может быть, она бы его разговорила... – Ничего ты не знаешь. – Знаю. Как только увидел её, я сразу же понял. Плюс, я читал отчёт, – Старк указал пальцем на Наташу. – Кстати, мисс Романофф, мне всё ещё обидно за ту мою характеристику... – В ней не было ни доли лжи, и сейчас мы все в этом убеждаемся, – ответила она, тряхнув рыжими кудрями. – Неужели ты настолько очерствел за этим своим железным костюмом, что в тебе не осталось ни капли самоуважения? – А ты всё не уймёшься, Роджерс? Пойди, поплачь на плече своей подружки... – Нельзя обвинять Карли в том, что случилось, – вмешался Тор. – Если она и скрыла правду от вас, то не за тем, чтобы навредить... – А ты бы вовсе сюда не лез! – Почему это ему нельзя? И какого чёрта ты здесь командуешь? – Если ты капитан, капитан, – губы Тони скривились в усмешке, – это ещё не значит, что ты лидер! Я разве не прав? – Ведёте себя, как дети, – презрительно сказала Романофф, скрестив руки на груди. – Зато вы у нас просто истинный пример хладнокровности! – На что это вы намекаете, доктор? – По-моему, Кэп у нас тут единственный ребёнок, – Старк снова повернулся к Роджерсу. – Ты когда-нибудь умолкнешь? – А почему нет? Пока мы здесь ломаем голову над тем, что делать с пропавшим Кубом, ты болтаешь с Локи. Тебе не хотелось врезать ему, а? И я догадываюсь, за что... – Одну минуту, – прервал его директор, предупредительно вскинув руки. – Капитан, вы общались с заключённым без моего согласия на то? Стив, нахмурившись, посмотрел на Наташу, и Фьюри проследил его взгляд. – Я думал, что не нарушаю никаких правил. Вы мне соврали? – Мисс Романофф, вы позволили это? – спросил Ник, прищурив глаз, но Наташа оставалась такой же невозмутимой: – Я контролировала ситуацию... – И всё потому, что капитану захотелось прояснить очевидное! – Ты сам-то доверяешь кому-нибудь, кроме себя, Старк? – Стив окинул его бесстрастным взглядом. – Не делай вид, что тебе некого защищать. – Делать вид? – глаза Тони вспыхнули от злости, но этого он ничем не выдал; разве что повышенным тоном своего голоса. – На мне лежит ответственность за жизни миллионов людей. Не потому, что так оно вышло – это был мой выбор. Когда встаёт вопрос: люди, которые ждут от меня помощи, или чувства... угадай, что я выберу, кэп. Я сделаю всё, чтобы защитить этих людей, – Тони оглядел каждого из присутствующих, затем посмотрел Стиву в глаза и ткнул указательным пальцем себе в грудь: – И я несу этот груз, чтобы сохранить мир. Похоже, не для всех здесь это важно.

***

Локи размеренно, спокойно вышагивал в своей камере, иногда смотря на камеры слежения, иногда разглядывая что-то за стеклом. Карли стояла перед мониторами и, кусая губы из-за нервозности, смотрела на данные тепловизора, отображаемые на экране. Девушка невольно улыбнулась, заметив, что тепловизор действует только на стеклянную камеру и показывает лишь её определённую температуру. На самого Локи же приборы действовали не так, как полагалось. И Карли довольно долго думала, заметил ли кто-либо ещё, что у этого заключённого не было совершенно никакой тепловой сигнатуры. Словно он не излучал живого тепла. Словно он и не находился в камере. Для Карли этот факт стал очередным напоминанием о том, с кем она имела честь связаться и из-за кого впуталась в эту историю с пришельцами, секретными организациями и своим собственным предательством. И вот теперь её держали здесь, почти такую же заключённую, как Локи, а это довольно обидный момент. Охранник за дверью иногда оборачивался, чтобы взглянуть на неё, и с каждым этим презрительным взглядом Карли чувствовала себя всё хуже и хуже. Она размышляла о том, что ждёт её в будущем. Когда найдут Тессеракт, Тор и Локи исчезнут, а она останется здесь, и её наверняка накажут. Посадят за решётку, а, возможно, даже намного хуже. Тогда ей уже никто не поможет, потому что никто не захочет иметь дело с предательницей. Ситуация принимала поистине печальный оборот. – Не нужно было вообще перегонять ту машину в Нью-Мексико, – сказала Карли сама себе вслух. Прошла минута, затем пять, пятнадцать... А она уже винила себя за то, что позволила даже подумать о существовании без Локи. Ей было о чём жалеть, несомненно, но она никогда больше не пожалела бы о встрече с ним. Было нечто такое внутри, что дорожило каждой секундой, проведённой с ним. Карли закрыла глаза, позволив себе на минуту слабости окунуться в воспоминания... – Чем же я заслужила тебя? – шёпотом спросила Карли, закрывая глаза, когда принц провёл пальцами по её подбородку и шее. – Что я сделала, чтобы быть с тобой? – Нет... утри слёзы. Они ни к чему. Я здесь, и с этих пор всегда буду с тобой, – он приблизился к её лицу и поцеловал в губы, нежно, едва ощутимо. – Я ничего не попрошу, если ты будешь моей. И если ты согласишься... я не откажу тебе ни в чём. Локи видел: Карли всё ещё сомневается, но чувствовал, что стоит немного воздействовать на неё, тогда она сломается. Окончательно, полностью будет в его власти, и тогда уже никуда не денется. – Послушай. То, что я сказала ночью... – Тише, тише... – он заставил её замолчать очередным поцелуем. – Как жаль, что ночь прошла так быстро, а я даже не начал своё веселье. – Ещё очень рано, – Карли улыбнулась и обняла Локи за плечи. – Ты можешь начать прямо сейчас. – О, какая смелая речь! Она достойна лучшей похвалы, – принц стянул с девушки покрывало и довольно улыбнулся. – И если ты позволила мне продолжить, просто знай: я не остановлюсь, даже когда ты будешь умолять меня об этом... Она не ответила, а рывком приблизилась к нему, обняла за шею и притянула к себе. Теперь она сама приглашала его: жар её тела, и тяжёлое дыхание, и движение бёдер – всё говорило о том, что она готова. Локи тихо и хрипло засмеялся от осознания того, что победа может быть настолько сладкой. – А теперь повернись, – прошептал он, приподнявшись над Карли на руках. – Не бойся, мой ангел... Ты не почувствуешь боли! Давящий грохот, словно раздавшийся над самым её ухом, вывел Карли из забытья. Комната затряслась, под потолком треснули лампы, и искры полетели из разорванных проводов прямо на пол. Девушка вскрикнула, инстинктивно упав на колени, а когда авианосец сотряс новый взрыв, и огромная машина накренилась, Карли в панике вскочила с пола и подбежала к двери. – Эй! Эй, вы, там! – она застучала кулаками по стеклу и закричала ещё громче. – Что происходит? Через прочное стекло она видела в коридоре агентов и солдат, бегущих куда-то. Они не слышали её, не останавливались, зато кричали что-то друг другу, и многие были напуганы. Только тогда Карли заметила – её охрана тоже куда-то сбежала. По-видимому, взрыв, или что бы там ни было, отвлёк агента, и он ушёл туда, где был сейчас нужнее. И буквально через минуту коридор опустел; тогда Карли чётко поняла, как влипла. Что-то происходило, а её оставили здесь одну, запертую. Авианосец, возможно, может упасть, и она вместе с ним. И никто о ней не вспомнит... Из вентиляционных решёток в комнату стал проникать густой дым; почувствовав запах гари, Карли стала биться плечом о дверь, которая ничуть не поддавалась. Довольно сильно ушибив руку, девушка ринулась к столу с погасшими уже мониторами и судорожно стала оглядывать его, ища нечто, что могло бы открыть автоматический замок. Комната заполнялась дымом очень быстро, и становилось всё тяжелее дышать. Позади себя Карли услышала характерный щелчок: девушка обернулась и увидела, что дверь её временной камеры заключения теперь была открыта. В коридоре прозвучали чьи-то быстрые, тяжёлые шаги. Девушка спешно выбежала из ненавистной комнаты, огляделась, но своего спасителя уже не увидела. Он скрылся, и она понятия не имела, кто мог бы её выпустить...