Never mind

Юнги просыпается минут за двадцать до прибытия и рассматривает через окно автобуса расплывающийся в дождевых каплях на стекле вечерний Сеул, делает музыку в наушниках громче и думает о том, жалеет ли. Он сам не понимает, почему вдруг сорвался с места так резко, взяв с собой только плеер, деньги и минимальный набор вещей, и удовлетворения от перемены пока не чувствует, только странное беспокойство перед неизвестностью и запоздалые отголоски рациональности. Сеул оказывается холодным и насквозь мокрым и вместо распростёртых объятий встречает Юнги ветром и лужами на асфальте. Юнги был здесь и раньше, но так, чтобы насовсем − впервые. Он невольно ёжится, выбираясь из автобуса, отходит к скамейкам и бездумно смотрит куда-то сквозь дома и рекламные щиты, вдыхает полной грудью и пытается всем собой почувствовать те перспективы и возможности, к которым так рвался, но не ощущает ничего. Юнги криво усмехается и прячет руки в карманы − в конце концов, ему давно уже не пятнадцать − но сожалений у него нет тоже, и это хороший знак. Они все оставлены там, в Дэгу: в маленькой комнате с нелепыми детскими обоями, спрятанными под постерами, в студии, которая на самом деле всего лишь квартира школьного друга, в маленьких полуподвальных клубах и в старых текстах. Юнги понятия не имеет, куда идти и что делать дальше, но чувствует себя по-настоящему свободным. Юнги прячет волосы под кепкой, всё ещё не знает, в какой стороне нужная ему станция метро, и почти уже чувствует, как футболка на плечах начинает промокать, когда выходит из-под навеса, но упирается носом в край чьего-то зонта, возникшего из ниоткуда, дёргается и удивленно оборачивается. − Привет. Парень стоит чуть позади и закрывает Юнги от дождя своим большим чёрно-белым зонтом, а сам Юнги вытаскивает наушник из уха и бестолково кивает. − А тут все такие добрые или просто мне повезло? − язвительность из Юнги плывёт сплошным потоком, но парень только улыбается в ответ и смотрит на него молча, словно чего-то ждёт. − Считай, повезло. Тебе куда? − До метро. И тебе говорил кто-нибудь, что ты странный? − Юнги медленно делает шаг вперед и оглядывается, но парень шагает за ним следом, подняв выше зонт. − Почему? − Знакомиться на вокзале − это как минимум странно. − Так мы и не познакомились. Но если что, то я Ким Сокджин. − Хён? − Юнги вопросительно выгибает бровь. − Наверное, хён. Но всё равно просто Сокджин. Юнги хмыкает и улыбается, отвернувшись. − Мин Юнги. Сокджин оказывается добрым, понимающим и каким-то домашним, Юнги понимает это после второго стакана пива. Юнги не то, чтобы умеет разбираться в людях, но с Сокджином, которого он знает два часа от силы, почему-то совершенно спокойно. У Сокджина съёмная квартира, в которую он уже вторую неделю ищет соседа, у Юнги планы на будущее и желание сломать систему, и между ними нет совершенно ничего общего, но потом Сокджин говорит, что и сам когда-то был таким же, как и Юнги. Стоял с сумкой посреди вокзала и видел вокруг себя только лишь бесконечную свободу. Сокджин снова улыбается, а Юнги обещает подумать и оставляет свой номер телефона, но получается так, что из бара они всё равно идут в эту съёмную квартиру, которая совсем крохотная, но хотя бы с двумя кроватями. Юнги проводит с Сокджином четыре дня, не выбираясь никуда, кроме как в магазин, и всё ещё думает, что тот странный, если так легко пустил в дом незнакомого человека. Сокджин улыбается и говорит, что чувствует людей на интуитивном уровне, а Юнги подписывает нужные бумаги. Юнги не хочет обратно, но уехать всё равно приходится, чтобы забрать остальные вещи. Юнги говорит, что вернется дня через два, когда Сокджин вызывает ему такси до вокзала, но возвращается через неделю, подавленный и уставший. − Привет, − Сокджин улыбается едва заметно, когда Юнги вяло машет рукой в приветствии и ныряет под подставленный Сокджином зонт. Сумка в его руках едва ли больше той, с которой он приехал впервые, а Сокджин всё ещё чувствует людей на интуитивном уровне. − Теперь совсем всё? Юнги хмыкает и улыбается куда-то в сторону, но, кажется, всё ещё не жалеет. − Совсем. − В бар? − Что, прямо с вещами? − Ага. − Тогда в бар. У Сокджина съёмная квартира, в которую он больше не ищет соседа, у Юнги планы на будущее и желание сломать систему, и между ними, может быть, всё же есть что-то общее.